Бойцовский клуб

Хотя Сизиф и ждал этого вызова, он все равно оказался внезапным, как приступ у эпилептика. Если бы врученный ему свиток мог излучать эмоции, он бы сейчас был раскален добела. «С великим уважением… незамедлительно… крайняя ситуация… гроссмейстер Ротвир». Прибыв на орбитальную крепость на орбите Титана, пройдя несколько постов охраны и пропетляв по коридорам, Сизиф, в сопровождении доверенного техножреца, наконец достиг покоев гроссмейстера. Войдя через открытую дверь, инквизитор обнаружил внутри Ротвира и пару терминаторов почетного караула, безмолвно стоящих у стены. — Что произошло, уважаемый? — поздоровавшись, спросил Сизиф, напустив на себя в меру обеспокоенный вид. — Мы нашли «Праведное очищение» — мрачно произнес Ротвир. — Звучит не очень хорошо, — заметил Сизиф. Ротвир кивнул. — Корабль выпотрошен. Команда пропала, инфобанки пусты. — А истребительный отряд? Ротвир сделал знак терминаторам, которые подтащили к лорду-инквизитору сундук, стоявший в углу, и открыли крышку. Сундук оказался доверху набит головами Серых Рыцарей и Красных Охотников, а на внутренней стороне крышки кровью была намалевана угрожающая надпись: «И ДО ВАС ДОБЕРЕМСЯ». — Бог-Император, какой ужас, — пробормотал Сизиф. В этот момент он даже не играл — ему действительно стало по-настоящему страшно. Ему редко доводилось сталкиваться с ТАКИМ противником. — Инквизитор, — рыкнул Ротвир, которому было невыносимо обозревать подобное надругательство над своими бойцами, — у вас есть какие-то идеи по поводу того, как рядовая операция обернулась катастрофой? Почему мои прогностикары так облажались? Почему они не могут сказать мне ничего путнего сейчас? — Гроссмейстер, — медленно сказал Сизиф, взвешивая каждое слово, — после того, как мой агент не вышел на астропатическую связь в установленное время и не отзывался на запросы, я приказал задействовать для наблюдения за планетой Триция псайкерский хор соответствующей мощности. Ротвиру моментально все стало понятно. Сизиф увидел это по мимолетно изменившемуся выражению лица гроссмейстера и тут же сложил аквилу на груди. — Уверяю вас, не иначе, как провидением Бога-Императора… — Продолжайте, — оборвал его Ротвир. Он уже взял себя в руки. Как он и подозревал, поганая крыса просто подставила его бойцов под удар, в последний момент отменив свое назначение и отправив вместо себя Радсона. На самом деле, Сизиф банально струсил. После того, как в кошмарах ему начал являться непонятный черный корабль, он заподозрил пси-воздействие и, не добившись толку от имперских псайкеров, обратился к эльдарским провидцам. Те глядели в будущее так и сяк, но смогли только сообщить о «смертельной опасности» и что-то про злобу в тенях. В общем, он понял, что лучше никуда не лететь и сплавил на задание Радсона. По настойчивым попыткам Радсона связаться с ним Сизиф понял, что тот наткнулся на нечто экстраординарное, но решил, что называется, «умыть руки» на всякий пожарный. А потом Радсон пропал. А когда Сизиф решил просканировать псайкерами эту треклятую планету, то проклял тот день, когда связался с инквизицией. — В ходе пси-сканирования на планете была обнаружена психическая сила гамма-класса 11 типа — сообщил Сизиф. У Ротвира брови поползли вверх. — 11 тип? И такой сильный? Вы уверены? — В силу крайней редкости контактов с этим типом можно только предполагать. Но вероятность выше 50%. — И что же это? Псайкер? Демон? — Скорее демон, но тут мы вообще не уверены. — Так эта тварь убила моих бойцов? — Определенно да. Ротвир озадаченно нахмурился. — Это все странно. 11 тип старается избегать столкновений с нашим орденом. Если конечно… А вашего инквизитора нашли? — Нет. — Есть вероятность, что он попал в плен? — Если вы намекаете, что он может стать источником информации, то это исключено. Все важное заблокировано. Он скорее умрет. Ротвира подобное заявление успокоило мало. — Все равно. Если этот демон остался на Триции, его необходимо уничтожить. Да и саму планету… нужно зачистить. Но это потребует как сил минимум одного братства и эквивалента ордена космодесанта с приданными силами. Мы можем полагаться на содействие инквизиции в этом вопросе? Сизиф вздохнул. — Мы не дошли до самого главного. Месяц назад хор увидел на Триции прибытие сущности бета-класса 11 типа, после чего, так сказать, вышел из строя. Ротвир даже не нашелся, что на это ответить. Класс бета соответствовал высшим демонам хаоса. Для того, чтобы очистить планету, требовался полноценный крестовый поход. Только вот заковыка состояла в том, что про 11 тип знать не следовало вообще никому, кроме узкого круга Ордо Маллеус, а при крупной кампании утечка неизбежна. Да и свободных сил сейчас, как назло, практически не было. Но подобная активность сторонников Малала, да таких сильных, была экстраординарной. Что же они задумали? А Сизиф продолжал добивать фактами: — Мы сличили пси-слепок демона «бета» по инфобанкам и нашли довольно сильное сходство. В М34 именно он смог уничтожить тварь под названием «Какодоминус», хотя официально его убили Черные Храмовники. Ротвир помнил. Какодоминус был существом запредельной мощи, пожалуй, не уступая предателям-примархам. Тогда было решено предложить эту задачу Храмовникам, в надежде, что упрямый орден сгинет. Но они смогли справиться благодаря поддержке сильнейшего чемпиона Малала, хоть и потеряли треть численности ордена. А этого чемпиона потом засекали всего несколько раз за все эти тысячелетия на окраинах империума в районе галактического ядра. И вот он объявился, да еще и возможно как-то причастен к гибели отряда. — Пока мы не можем атаковать, — промолвил Ротвир, — нужно собрать силы. Придется задействовать Карателей и…союзников. До этого наблюдать. — Местные власти оповещать? — поинтересовался Сизиф. Ротвир покачал головой. — Категорически нет. Да и смысла не вижу. По-видимому, придется зачищать весь субсектор. … Когда Кош, довольный, как слон, своим новым оружием (он не только заменил зубы на топоре, но и сделал копье с наконечником из «минерала ненависти»), и Кащей прибыли обратно на Трицию, то обнаружили там бурную деятельность. Во-первых, новый губернатор (которого, кстати, звали Кирилл Корвин, ну или многие его звали просто «директор» по старой должности) за эти три месяца успел принять у себя делегацию из столицы сектора. Система Скарус хотя и была провинциальной, но находилась всего в дюжине световых лет от важной варп-трассы, так что возможность перехода власти там к хаосопоклонникам местное начальство сильно встревожила. Прибывшая комиссия, состоявшая из нескольких чинов администратума и милитарум, группы дознавателей адептус арбитрес и попа из экклезиархии, обнаружила чудесный факт спасения планеты от скверны хаоситского культа силами местных СПО и мимопролетавшей дружины вольного торговца. Комиссия на планете задерживаться не пожелала и расследование провела в кратчайшие сроки и, по правде говоря, спустя рукава. Причиной этого было откровенно подавленное состояние членов комиссии и постоянно мучавшие их кошмары, переходящие в паранойю. Всем им казалось, будто за ними наблюдают, а священник в первый же день свалил с планеты на корабль после того, как в темном месте кто-то отвесил ему ощутимого подсрачника. Так что Кирилл Корвин был полным хозяином положения и накидал столичным чинам полные уши лапши, попутно попытавшись выклянчить гарнизон имперской гвардии. Но, к сожалению, столица сектора не могла выделить ни единого солдата — все полки были растащены по военным зонам. Единственный свободный полк Милитарум Темпестус находился в подчинении командующего сегментума и трогать его запрещалось под страхом смерти. По сути, штаб Имперской Гвардии сектора командовал собственными кабинетами. В утешение (а также в пику этим окопным мазутам) флотский адмирал пообещал подвесить на орбите орбитальный форт 2 ранга и развернуть в системе дивизион фрегатов, которые будут охранять планету от набегов пиратов, ну и заодно патрулировать участок варп-маршрута. — Короче, хер нам, а не защиту, — зло бросил Корвин в разговоре с Мясником. — Спасение утопающих — дело рук самих утопающих, — невозмутимо пожал тот плечами, — ты вот клянчишь несколько тысяч солдат. Просишь нас остаться и защищать вас. Нас несколько сотен! А у тебя сколько? 55 миллионов человек живет! — 55 миллионов перепуганных зайцев! — крикнул Корвин, — без оружия, без командиров, без подготовки! — Слушай, директор, включи горшок! У вас есть завод, который делает запчасти к машинам, тракторам и прочим тарахтелкам. Так? — И? — не понял Корвин. — Значит, есть станки. Есть металл. Есть рабочие, которые умеют с этим всем работать. В чем проблема делать лазганы, автоматы, стабберы и минометы? — А СШК? — А СШК у нас есть, — ухмыльнулся Мясник — мы ж у себя на корабле снарягу по возможности сами делаем. Дальше. Есть химическое производство — это патроны, взрывчатка и энергоячейки. Так что по минимуму вы сможете вооружить себя сами. С обучением поможем. Незабесплатно, конечно. С вас набор рекрутов, помощь ресурсами и право свободного квартирования. Идет? На том и порешили. После этого разговора Корвин основательно взялся за переформирование СПО. Остатки прежней дивизии основательно пополнили свежим призывом и свели в бригаду двухполкового состава. Правда, с техникой был полный затык — на уровне батальона бронемашины («Химеры» или «Саламандры») полагались только командиру и его заместителю. Остальной личный состав или топал на своих двоих или перемешался на реквизированных грузовиках. В полку бронетехника была положена штурмовой роте из 6 отделений, которая носила панцирную броню, была вооружена хеллганами или тяжелым переносным оружием и передвигалась на 6 «Химерах». 2 полковые штурмовые роты сводились в штурмовой батальон, который усиливался двумя танковыми ротами по 12 танков каждая. Таким образом, в бою штурмовики могли воевать или отдельно, или с поддержкой танков (секция из 5 человек на танк). Штурмовиков гоняли бродники по своей программе. Из артиллерии смогли починить и восстановить дивизион «Василисков» да дивизион осадных «Медуз». Кстати, тут большую помощь оказал Кащей, который, без сомнения, был гениальным технарем. Он заявил, что будь у него время, он бы восстановил парк техники полностью, но пока занялся только самым насущным и срочным ремонтом. Также во всех крупных городах планеты начали набирать добровольцев и создавать батальоны и роты городского ополчения, но вооружены они были только легким оружием да минометами. В планах было сформировать на основе этих подразделений 3-й полк и развернуть бригаду в дивизию, но до этого было пока далеко. Тем временем, космофлот, как и обещал, перегнал в систему дивизион из 4 фрегатов, которые, отметившись визитом вежливости, переросшим в радостную пьянку с местным населением, начали патрулировать окрестности системы. Из-за этих беспокойных соседей «Горыныч» и «Ужасающий» были вынуждены переместиться на одну из дальних орбит и держать маск-щиты постоянно включенными. Стандартные авгуры фрегатов типа «Меч» маск-щиты не пробивали, и имперские капитаны даже не подозревали, что находится на расстоянии вытянутой руки от них. Ожидая прибытия обещанных союзников, «Ужасающий» сходил на разведку в систему Анатос, где и находилась намеченная к рейду база инквизиции. Правда, как и предполагал Кош, системы базовой ПКО моментально засекли крейсер при выходе из варпа, и ему пришлось практически сразу же «нырнуть» обратно, однако он успел определить наличие и размер корабельной группировки, прикрывавшей инквизиторский бастион. Она состояла из 2 линкоров типа «Воздаяние» и 2 легких крейсеров инквизиции, не считая пары десятков эскортников. Но главное — перед уходом в варп крейсер успел выкинуть в космос несколько разведывательных зондов, которые были оснащены мощными приемниками, улавливающими мельчайшие обрывки вокс-переговоров между силами гарнизона. Через несколько суток «Ужасающий» вернулся и подобрал свои зонды, снова переполошив местную ПКО. После анализа и расшифровки собранных данных удалось определить примерную численность гарнизона: какие-то силы авиации, включая истребители и бомбардировщики, 4 батареи плазменных орудий средней дальности, примерный эквивалент ордена космодесанта непонятного происхождения, два батальона штурмовиков, а также полнокровный кадианский полк четырехбатальонного состава, не считая отдельных караульных рот, приписанных к разным уровням станции. В общем, результаты были неутешительными — цель была для наличных сил неприступной. Наконец, спустя несколько месяцев, точка Мандевиля в системе Сомнир исторгла из варпа целую эскадру боевых кораблей, переполошив команду дежурного фрегата «Искусный». К великому облегчению командира фрегата, который мучительно выбирал между вариантами оказать хотя б видимость сопротивления или сразу дать деру ввиду подавляющего неравенства сил, корабли прчти сразу дали стандартные опознавательные имперские коды адептус астартес. Это были боевая баржа «Пылающий разряд» ордена Ядовитых Шипов, а также ударные крейсера «Аметист» и «Мизерикорд» ордена Ночных Мечей в сопровождении десятка эскортных кораблей. Прибыло обещанное Черными Храмовниками подкрепление. Космодесант пока предпочел остаться на своих кораблях на орбите, на планету отправился одинокий «Громовой ястреб», которого в космопорту встречала куцая делегация из Корвина, Кащея, Коша, Крайтена, Мясника и еще нескольких человек. Когда аппарель опустилась, с корабля спустились всего два капитана-десантника. Один из них весело огляделся и пророкотал: — А где красная ковровая дорожка и рота почетного караула? — Не обзавелись еще, — буркнул Крайтен. Капитан сокрушенно вздохнул. — Вот так вот. Как в какую жопу мира отправиться — так сразу Ядовитые Шипы. Капитан 2-й роты ордена Ядовитые Шипы Нефф, — представился здоровяк и отсалютовал, — а это мой товарищ, капитан Троц, 6-я рота ордена Ночных Мечей. … — И это все? — возмущенно-ядовито спросил Кащей, узнав численность и состав ограниченной группировки Астартес: 2 сводные роты Ядовитых Шипов, надерганные отделениями со всего ордена, плюс гарнизонная рота новобранцев-неофитов от них же и полная 6-я рота от Ночных Мечей. — Хеллбрехт обещал мне орден! А вот это вот все — не более, чем идиотская импровизация! — Ну, уважаемый, давайте не будем кипятиться, — невозмутимо пробасил Нефф, — Хеллбрехт, я более чем уверен, ничего конкретного вам не обещал, учитывая, что он обратился к нам, и учитывая, что за задача нам предстоит. А у Шипов, знаете ли, плотный график. Наш орден ведет тяжелую военную кампанию согласно взятым на себя обязательствам. И магистр Наварра не может просто так взять все и бросить по просьбе своего старшего брата, хотя его и уважает. Мы и так — от сердца, можно сказать, оторвали. Хотите весь орден целиком — придется подождать. Но я так понял, ждать вы не хотите. — Ждать нельзя, — нехотя признал Кащей и обратился к капитану Троцу, — насколько знаю, орден Ночных Мечей лоялен Империуму? Вы знаете, какую цель вам предстоит атаковать? Троц кивнул. Затем, видя, что Кащей ждет от него большего, заговорил — и все присутствующие поняли, почему он до сих пор отмалчивался. Капитан говорил шепотом, но настолько свистяще-пронзительным, что от него скоро начали болеть уши. — Да, база инквизиции. Можете не сомневаться в нашей надежности. Ночные Мечи… у нас долг чести перед Шипами, и отказать им в просьбе мы не имеем права. — Лады, — согласился Кащей и задумался, — придется доставать заначку. А, кстати — добро пожаловать на Трицию! — объявил он и радостно осклабился. На следующий день космодесантники высадились на планету, причем не одни, а в компании с солдатами, закованными в панцирную броню. Это были два батальона абордажников-пластунов, которые, как клятвенно заверял капитан Нефф, были обучены воевать совместо с космодесантом. Таким образом, к операции привлекалась достаточно пестрая компания, из которой требовалось сколотить боеспособную и способную действовать слаженно группировку. Помимо 400 астартес, в нее входило 700 бродников Мясника, 1000 абордажников, а также та самая кащеева заначка — полная когорта из 40 боевых осадных роботов типа «Танатар», каждый из которых был вооружен тяжелой лазерной пушкой и болтерной пушкой. По огневой мощи эти боевые машины соответствовали дредноутам астартес, хотя и значительно уступали им как в плане бронирования, так и по тактической гибкости. Но в качестве «шагающих танков» — самое оно. Кроме того, бойцы трицианских СПО откуда-то (понятно, откуда — ведь штурмовые роты обучались бродниками) прознали про экспедицию и завалили Корвина просьбами «слетать и поучаствовать». И, хотя добровольцами вызвалось чуть ли не половина бригады, Мясник после переговоров с господином губернатором (который категорически отказывался отправлять несколько тысяч своих бойцов на сомнительное предприятие) согласился отобрать 300 человек. — Ты для них — кумир, — несколько обиженно пожаловался Корвин Мяснику. — А я — занудный вредный дядька. И как вот у тебя так получается? Пришлый человек, непонятный, мутный — а авторитет. — Молодежь. Тяга к приключениям в жопе играет, — пожав плечами, отвечал тот. — Да нет же. Взрослые дядьки, кому уже и за полтинник перевалило. — О! Это самые кандидаты стать моим бродником! — назидательно заявил Мясник. — Ты просто думаешь о миллионах и не видишь мелочей. Вот эти люди, которых я отобрал, нет среди них молодняка. Это те самые взрослые дядьки. Которые во время мятежа потеряли семью и дом. Потеряли все. Это молодой парень сможет начать сначала, а они — не смогут. Сил не хватит. И что им теперь делать? И вот тут появляюсь я, и… — И что? — И даю им новый смысл в жизни. Разрушать. Уничтожать. Мстить. Найти тех сволочей, которые отняли у них все, и поквитаться. Корвин аж плечами передернул. — Кто-то должен этим заниматься, — заметив реакцию собеседника, задумчиво изрек Мясник — кто-то строит, а кто-то расчищает место для стройки. И приводит в порядок окрестности. Тем временем командиры гоняли ораву на полигоне. Правда, сразу же возникли проблемы с Мясником, который наотрез отказался идти в бой с космодесантом, а вот о прибывших пустотниках отзывался сдержанно-одобрительно, а с их командиром, майором Арсановым, так и вообще нашел общий язык (в случае Мясника это означает, что он не буркнул майору что-то вроде «не путайся под ногами, недоумок», а допустил его с прочими старшими офицерами на свой совет командиров). Поэтому, было решено 400 астартес высаживать отдельно, а сводный двухтысячный полк бродников, пустотников и добровольцев Триции усилить кащеевскими роботами и тоже высаживать независимо от астартес. Нефф назвал Мясника самодуром и идиотом, но, в принципе, не особо расстроился, что всякие смертные не будут путаться у него под ногами. Кош держался от Шипов на отдалении и незаметно для себя прибился к сотне Малыша Хью, поскольку катачанец тоже любил ближний бой и охотно бился с бывшим Пожирателем в учебных поединках, компенсируя некоторый недостаток физической силы (по сравнению с астартес, конечно) довольно своеобразной техникой. Был еще первый сержант Уриахип. Ветеран Ядовитых Шипов, пожилой, но крепкий, он проводил кучу времени, исследуя Трицию и болтая с разными людьми, в том числе и с Кошем. Он был единственный, кто всерьез заинтересовался операцией по извлечению Гвоздей, но Кош тут мало чего мог рассказать — во-первых, он был в отключке, пока их вытаскивали, а во-вторых, было просто неохота вспоминать. Зато Кош охотно травил байки про житье-бытье в Оке Ужаса. — Интересная планета, — заявил ему однажды Уриахип. — Да чего интересного, — пожал Кош плечами, — обычное захолустье. — Угу. — задумчиво протянул Уриахип, — а совсем рядом оживленная трасса, караваны транспортов ходят. — Просто течение сильное в варпе, вот в чем проблема, — принялся объяснять Кош, — поэтому Трицию можно запросто проскочить. — Тоже мне проблема, — фыркнул Ядовитый Шип, — поставить в точке Мандевиля со стороны варпа корабль с навигатором, и пусть тот работает как маяк. Просто никому нахер не надо. В Империуме все так — решить проблему легко, но всем насрать. Или вот — тут, на Триции, охеренных размеров химкомплекс, который используется от силы на 20%. И зачем тут такой? И почему он, по сути, заброшен? — Мне наш корабельный техножрец сказал, что там законсервирован цех по производству «синего мха», — вспомнил Кош. — Синий мох? — недоверчиво переспросил Уриахип, — ты не путаешь? Кош хмыкнул. — Нет. Наш тостер на ножках кипятком ссался от восторга. — Немудрено. — А что это вообще такое? — Это топливо для термоядерных реакторов. Технология, правда, несколько примитивная, кпд низкий, ну там геморой с хранением. Зато! — Уриахип назидательно поднял вверх палец — нетребовательная к сырью, простая и недорогая. — И что? — не понял Кош. — А то, что мох этот во всем сегментуме делают на только паре планет. Да на Триции просто золотая жила! — Вы торговать им чтоли собрались? — Ну да, а хули. Наладим производство и будем барыжить. Кош заржал в голос. — Ой бля. Вольный торговец нашелся. Да кому этот мох нужен? Мехи сами себе делают, освященное да намоленное, а вы кому продавать собрались? Оркам? Или в Медренгард? — Зачем оркам — невозмутимо ответил Уриахип, — есть например такое образование — Союз называется. Там уже куча планет. Ихние лидеры проводят ин-дус-триали-зацию, — с некоторым усилием сержант выговорил это мудреное слово. — То бишь, усиленно строят промышленность на планетах. А промке нужна энергия. Много, много энергии. А энергию добывают в реакторах. А реакторам нужно топливо. Так-то! — Уриахип победно поднял вверх указательный палец. — Херассе — призадумался Кош. — И это вы барыжить всякой лабудой стали, когда на вольные хлеба ушли? — Не — довольно заявил сержант Шипов, — это наш магистр, Наварра, давненько левачить начал. Правда, в один момент пожадничал и захотел собственное княжество. Пришлось бросить все нажитое и начинать сначала. Кош молчал, пытаясь переварить услышанное. — Ну вот вы, Пожиратели, откуда снарягу берете, топливо и прочее? — поинтересовался Уриахип. — Нуууу. Набеги, в основном. Грабим. Трофеи забираем. — И много получалось награбить? — прищурил глаз Уриахип. Кош крякнул и почесал затылок. Их варбанда в несколько десятков человек в основном нападала на одиночные транспорта, патрульные фрегаты да дальние колонии. А когда броня и оружие изнашивались до такого состояния, что орочий мек побрезгует, то парням приходилось идти наемниками-штурмовиками к Аббадону или темным механикус. Пожирателей Миров ценили как отличных бойцов, специализирующихся на абордаже или ближнем бое, и охотно брали, когда намечался кровавый штурм. И весь бывший 12-й легион занимался наемничеством, кто постоянно, а кто время от времени. — Я думал, что лоялисты не парятся за снабжение, — пробормотал Кош. Уриахип вздохнул. — Долго рассказывать. А пойдем, жахнем по писярику, а? — неожиданно предложил он. И, когда два десантника расположились в ближайшем трактире, Уриахип разъяснил обалдевшему Мирожору некоторые тонкости устройства Империума. Оказывается, по высшему разряду оснащались только ордена первого и второго оснований, в распоряжении которых были бывшие легионные арсеналы и кузни. А остальные астартес сидели на голодном пайке. — Своих арсеналов, как правило, нету. — рассказывал Уриахип, — снабжение идет от механикус или через Муниторум. Шестеренки прижимистые до опизденения, если снабжаться нормально через них, то, считай, ты все время и должен на ихние кузни шестерить. А через Муниторум нормально снабжаться вообще невозможно, потому что дикая бюрократия и очереди. И снабжение идет в первую очередь тем орденам, которые участвуют в крупных кампаниях. А как воевать, если у тебя всего некомплект? Получается замкнутый круг. Вот из всех наследников 7-го легиона только Имперские Кулаки да Храмовники имеют техники и личного состава сверх штата. Багровые Кулаки и Палачи укомплектованы по штату… Были — хмуро поправился он, — а остальные в среднем на 50-70%. Вон, у Ночных Мечей раньше было 2 исправных «Лендрейдера» из 10 положенных. Стыдно сказать, запчасти для ремонта по помойкам искали. А теперь, когда с нами начали работать, у них две полные роты на «Лендрейдерах», 20 единиц. — Вы их наняли чтоли? — поразился Кош. — Ты чего, это же братский орден, — всплеснул руками Уриахип — просто Наварра помог им разок, потом предложил замутить совместное предприятие по охране торговых маршрутов и перевозке…кой-чего, да и вообще — у нас, в Восточных Пределах, орден астартес — это сила, а два ордена — это силища! — А что за помощь? — полюбопытствовал Кош. Уриахип охотно рассказал. Проблема была в очень своеобразных верованиях местного населения родного мира Ночных Мечей, да и самих астартес. По сути, они в Бога-Императора не верили, а сохранили старые обряды. Естественное, это жутко бесило местного секторального епископа, который отправлял миссии для обращения клятых дикарей в веру истинную, но эти миссии вежливо, но регулярно выпинывались на мороз космодесантниками. В конце концов епископ объявил Ночных Мечей еретиками и настучал на них инквизиции, а это уже грозило крупными проблемами. Их выручил Наварра, который уже к тому времени официально числился в ренегатах, но в тех краях считался лояльным Империуму. Он выдал Ночным Мечам пространную портянку от имени Верховного Мессионера всея Сегментума Ультима, в котором он благодарил сей благородный орден за помощь в нелегком деле проповедничества и всячески нахваливал в высшей степени достойных и благочестивых Астартес, всей душой стремящихся донести Свет Императора до самых темных уголков галактики. Инквизитор, имея на руках противоположные по смыслу сигналы, решил не связываться с церковниками (и так, и сяк — испортишь отношения с одной из группировок) и дело мастерски заволокитил. — А откуда он взял письмо от церковника? Купил чтоли? — не понял Кош. — Не, Мессионер сам выдал. Он с нашим орденом в самых лучших отношениях. — Так вы ж ренегаты. — Ой, да и насрать. Зато мы сопровождаем разные церковные миссии и паломнические конвои, защищая их от пиратов и ксеносов в очень неспокойных регионах. — А в чем соль? — прищурился Кош. Он уже понял, что эти жлобы просто так даже с места не сдвинутся. — Контрабанда. Церковный груз не проверяют, не растаможивают. Там объемы такие — ебанись, парниша! И ксеноартефакты, и запретка, и оружием с ксеносами торгуем. Поэтому церковный корабль — лакомый кусок. Но не в том случае, когда на борту есть пара отделений Астартес. А нам — небольшой процент. В общем, беседа с Уриахипом просто перевернула сознание бывшего мирожора. Он-то по наивности своей думал, что Империум — это мощнейшая государственная машина, не такая конечно, как при Императоре, но и не тот ядерный пиздец, что творится в Оке Ужаса. А оказывается, под внешним фасадом колоссальной машины вовсю орудуют паразиты, растаскивающие ее на части. Разные кланы и группировки жрут друг друга за ресурсы. Гордые астартес в массе своей — гарнизонные голодранцы на заштатных планетах. Церковники — хапуги. Инквизиторы — поехавшие маньяки. По сути, Империуму осталось полшага до падения в Хаос, от чего, как ни странно, его удерживает Абаддон со своими походами, заставляя эту пиздобратию объединяться перед общей угрозой. — Как же вы докатились до жизни такой… — посочувствовал бывшему имперцу уже немного осоловевший от ядреного самогона бывший хаосит. — Тебе то виднее — развел руками Уриахип. Кош только тяжело вздохнул в ответ и плеснул себе еще из бутыля. — Не горюй, салага! — хлопнул его по плечу Шип. (Салага чуть не заржал, вспомнив, что он примерно так раз в 30 старше Уриахипа), — не все еще просрато! Вон, блохастые Союз организовали. Там уже и человечьих планет полно, и нашего брата, и даже шестеренки водятся, и синежопые с ушастыми. — Ксеносы?! — с отвращением скривился Кош. Уриахип поморщился. — Да, но они на человечьих планетах не живут. У людей с ними типа военного союза, торговля, но они больше сами по себе. — И чего же в этом Союзе хорошего? Уриахип ненадолго задумался — Как тебе объяснить. Короче народ там живет… жизнью не заебаный, чтоли. Просто живет и все, детей ростит, планы строит. Ну пашут на заводах и фермах, конечно. И воюют постоянно. Но нет страха перед будущим. Короче, это самому смотреть надо. … Когда, наконец, сводная рейдовая группировка наконец приготовилась отбывать с планеты, провожать ее высыпала огромная прорва народу. Жители столицы прощались и со своими добровольцами, и с бродниками. Местное население уже успело полюбить этих мрачноватых и молчаливых парней, которые относились к аборигенам с дружелюбной и аккуратной снисходительностью. Самим бродникам, чего греха таить, такая популярность нравилась — то на рынке или в трактире угостят, то девицы попросят сфотографироваться вместе или глазками стреляют, то молодняк из СПО подойдет предложить «обменяться опытом» где-нибудь на природе под амасек с жареным мясом. Мясника подобное расхолаживание личного состава жутко бесило, но поделать с разлагающим воздействием местного гостеприимства ничего не мог. Так и теперь — праздничная толпа, облепив тротуары, балконы и окна, сопровождала восторженным ревом, непрерывными вспышками пиктеров и различными энергичными жестами чинно проплывающие по проспекту «Химеры» и вездеходы с бойцами рейдовой группы. Сам командир бродников, расположившись с штабным взводом в кузове открытого грузовика, обозревал этот карнавал, скорчив кислую мину, но когда в толпе кто-то из местных, увидев и узнав его, заорал: «Смотрите, это Мясник, тот самый», то все начали скандировать «Мясник, Мясник!» (Причем подавляющее большинство вообще понятия не имело, кто это — но настроение было хорошее, а этот самый Мясник был наверняка командиром, или героем, или просто отличным парнем — так чего бы и не поддержать человека, который отправляется на войну). Услышав это, Мясник откровенно растерялся, отчего кто-то из его бойцов, увидев потерянную физию командира, прыснул со смеху, а потом начал ржать и остальной взвод. Тогда и сам Мясник сдался и, ухмыльнувшись в бороду, привстал в кузове и отсалютовал горожанам, вызвав новый шквал эмоций. Прибыв на космодром, колонна застала там шаттлы, готовые перебросить личный состав на висящие на орбите корабои, а также господина губереатора собственной персоной. — Блядь, я надеюсь он не станет толкать тут пафосную речугу, а то я блевану — пробормотал Мясник. Вместо этого Корвин отозвал Мясника в сторону. — Я хочу попросить тебя — верни этих балбесов по возможности домой живыми. Мясник пожал плечами. — Ты же понимаешь, мы не на пикник собрались. Это война. Мы можем вообще все не вернуться. — Я понимаю. Но… — Корвин замялся, подыскивая нужные слова, — тебе же свои люди ближе, правильно? Ты с ними много прошел, терять жалко. — Это ты намекаешь, что я специально дурачков насобирал, чтобы в самое пекло кинуть? — понял намек Мясник — насчет этого не переживай. Кого я отобрал, того я рассматриваю как свой потенциальный резерв. И, хлопнув, Корвина по плечу, командир бродников зычным голосом скомандовал погрузку. Загрузившись бойцами, шаттлы один за другим стартовали на орбиту, где в прямой видимости уже отбуксированного в систему форта «Страж вечности» их ожидали корабли экспедиционного отряда. Надо сказать, что на этот раз бродники отправлялись в бой не на 'Ужасающем», а на боевой барже Шипов. Сделано это было для того, чтобы сохранить людской контингент как единое подразделение. «Ужасающий» же с «Горынычем» уже покинули систему Сомнир несколькими днями ранее и, пользуясь превосходством в скорости варп-хода, собирались провести доразведку в системе Анатос. Крайтен ушел с «Ужасающим», Кош же остался с сотней Хью, несмотря на яростные протесты Мясника, который крыл своего сотника матом и требовал прекратить дружбу с «этим долбаным бройлером». Однако Хью был добродушным и флегматичным, но в то же время и чертовски упрямым человеком, поэтому предложил своему командиру на выбор или отправляться нахер или найти другого сотника, которым он, Мясник, сможет помыкать, как ему заблагорассудится. Очевидно, Мясник выбрал первый вариант, потому что махнул рукой и больше не бухтел. Кош же собирался просто пойти и сломать лицо говнюку, но Хью отговорил его, попутно объяснив причину такой нелюбви к астартес. А причина была в том, что на родной планете Мясника вспыхнул мятеж против Империума. Мясник тогда был полковником СПО, переформированных в Окаянные Полки, и именно тогда получил свое прозвище. Пока мятежники воевали с имперской гвардией, противники, можно сказать, уважали друг друга и придерживались определенных правил — не стрелять по медикам, не мучать пленных, выпускать гражданских из зоны боев. Но когда мятежная верхушка позвала на помощь проклятых Несущих Слово, а имперское командование в ответ обратилось к ордену Новадесанта, то все поменялось. Космодесантники держали собственные людские части поддержки как за расходный материал, а уж противника вообще считали мусором. Исчезли любые рамки, солдат с обеих сторон кидали в кровавые мясорубки без всякой пощады, хаоситы приносили пленных в жертву, лоялисты сжигали пленных живьем на кострах. Мясник, ценивший доблесть и храбрость, был глубоко потрясен, наблюдая, как космодесантники держат обычных людей за какую-то низшую расу, чуть повыше рангом сервиторов или ксеносов. Кончилось все тем, что он со своим полком поднял уже восстание против любых астартес, и хаоситов, и лоялистов. Полк ожидаемо был разгромлен, но он с кучкой выживших умудрился сбежать. — Он одержим идеей, что космодесант — ошибка человечества. Что вы порождение хаоса. Что вас необходимо всех уничтожить, без разбора — заключил Хью. — А как же Крайтен? Они же сражаются бок о бок. — Притерлись, — пожал плечами Хью, — и к тебе притрется. Ты ж нормальный.