Любовь не делят на троих

- Томми, перестань вертеться, я же рисую, - Ви грозно сдвинул брови и зло прищурил красивые глаза. От его капризно надутых губ захотелось дико заржать. А потом повалить это сексуальное существо на пол и до обморока… защекотать. Я послушно замер в исходном положении и пристально посмотрел на вернувшегося к рисованию парня. Красивое сосредоточенное лицо, поджатые губы, нахмуренные брови и порхающая по холсту изящная кисть с карандашом в тонких длинных пальцах. Всё это выглядело так гармонично и прекрасно, что самому захотелось схватить альбом и запечатлеть навсегда этот удивительный момент. Вилли, полностью погруженный в процесс, не замечал ничего вокруг. Казалось, он вообще не здесь. Интересно, а как выглядит Билл за работой? Я посмотрел Ви в глаза и с лёгкостью представил старшего. В паху стало тесно, а по телу пробежала волна возбуждения. Перед глазами снова и снова вспыхивали отдельные кадры прошедшей ночи и нашего общего безумия. Моя ладонь, полностью погружающаяся в узкое тело… пульсирующая плоть любимого, входящая глубоко в моё горло… и как контрольный выстрел, безумное, фантастическое трение наших органов в горячем нутре младшего… по спине побежали мурашки, и я крепко сжал пах, боясь кончить от одних только воспоминаний. - Ви, у тебя ничего не болит? Парень посмотрел на меня отсутствующим взглядом, явно не понимая о чём я, и, словно вынырнув из своего транса, расплылся в широкой обезоруживающей улыбке: - Есть немного, но поверь, оно того стоило… и Том… я больше не буду вам что-то запрещать. Можешь считать, вчера я подарил тебе полный доступ к телу брата. - Ви… - Том, я видел вас вдвоём, чувствовал в себе, пропускал через себя все ваши эмоции. Это было так… так… - Вилл отложил карандаш и подошёл к креслу, усаживаясь ко мне на колени и проводя ладонью по лицу. – Мне стало легче. Не знаю, почему так, но… вы для меня стали одним целым. Я уже не воспринимаю вас по отдельности. Это странно, но мне бы хотелось, чтоб вы были вместе. Ви уткнулся носом мне в шею, и я почувствовал влагу на коже. Вдруг стало так больно, что захотелось заорать от безысходности. Я, своим появлением за несколько дней разрушил то, что строилось годами. Сломал их тесный мирок на двоих, заставил страдать этого ангела. - Вилли, котёнок, не надо, не плач, умоляю, - я поднял его лицо за подбородок и губами начал сцеловывать солёные слезинки со щёк, - ни один человек в мире не достоин твоих слёз. Ты ангел, а ангелы не плачут. - Плачут, Томми, - Ви посмотрел на меня с таким отчаянием, что захотелось завыть, - они плачут, когда им больно… Сколько мы просидели, вот так обнявшись, крепко вцепившись друг в друга, глотая горькие слёзы, мы не знали. Но когда хлопнула входная дверь, Ви резко вскочил, выключил свет и, оседлав меня начал страстно целовать. Я ошарашенно посмотрел в его глаза, а он усмехнулся и прошептал на ухо: - Ни к чему Биллу видеть наши зарёванные рожи, ему и так не сладко. Я кивнул и впился в пухлые губы, начиная срывать с тонкого тела мешающуюся одежду. Когда мы были уже обнажены, в комнату вошёл Билл. Он был в одних джинсах, а по рельефному торсу стекали капельки воды, которые он тут же стирал пушистым полотенцем. Заметив, чем мы занимаемся, он отбросил его на пол и с хитрой улыбкой расстегнул джинсы, вызывая во мне просто бешеное сердцебиение. Вилл дал нам зелёный свет. Что это значит? Как далеко можно зайти? И, как вообще себя вести теперь? Раньше все, абсолютно все наши действия в постели контролировал младший. Я ждал, и сейчас он сам решит, что и как будет происходить. Ви, словно прочитал мои мысли, взяв Билла за ладонь, спрыгнул на пол, утягивая старшего на кровать. - Билли, тебе же вчера понравилось? – уже по одному игривому тону этого чертёнка я понял, сейчас что-то будет. Слишком уж хитро тот переводил взгляд с меня на брата. По спине пробежали мурашки, а член стремительно окреп. Зная фантазию младшего близнеца, ожидать можно было чего угодно. - Ты ещё спрашиваешь? – Билл крепко сжал обнажённые ягодицы в ладонях и прошёлся пальцем между половинками. – Очень болит? Ви застонал и, выгнувшись в крепких объятиях брата, убрал его руку от своей пятой точки. - Сегодня от меня мало толку, к сожалению. - Чёрт, Ви, прости… - Прощу, если сегодня вы будете делать то, что я хочу. Ви смущённо улыбнулся, а мы с Биллом уставились друг на друга, судорожно соображая, скольких нервных клеток нам будет стоить такое прощение. - Я думаю, ты заслужил такого подарка за вчерашнюю ночь, - Билл крепче обнял младшего, не отводя от меня потемневшего взгляда, и вдруг подмигнул. Я улыбнулся и, подойдя к кровати, упал на спину, скидывая кучу подушек на пол: - Командуйте, герр режиссёр, актёры в вашем распоряжении. Билл отпустил Вилла и с улыбкой устроился рядом со мной, с интересом глядя на младшего. Ви, облизнул губы, окидывая наши обнажённые тела пожирающим взглядом и, устроившись в кресле, раздвинул широко ноги, начиная водить ладонью по возбуждённому члену. - Поцелуйтесь, - простонал младший, двигая рукой быстрее. *** Горячие губы со вкусом мятной жвачки и чёрного кофе на моих губах. Уверенные движения языка со штангой по зубам и сорванные тормоза. Билл вжал моё возбуждённое тело в кровать, навалившись сверху и, стал буквально насиловать мой рот. Голова шла кругом, эмоции захлёстывали, а перед глазами вспыхивали красные всполохи, заставляя крепко зажмуриться. Я потерялся в этом непрекращающемся удовольствии. Ещё ни один поцелуй не приносил столько кайфа. Билл, казалось, был везде. Его язык с диким рвением изучал мой рот, проходя по ряду зубов, поглаживая небо и проникая всё глубже. Его руки хаотично блуждали по телу, сжимая кожу, оставляя красные отметины. Я каждой клеточкой своего организма чувствовал, насколько парень возбуждён. Мелкая дрожь в сильных руках, сжимающих мои бёдра и каменный член любимого, упирающийся в живот, вызывали во мне лишь одно желание… я нехотя оторвался от любимых губ и перевёл взгляд на Вилла. Тот медленно встал и подошёл к нам, устраиваясь на другом конце кровати. - Билли, я вчера сделал что-то впервые и мне это понравилось. Ты же сам говорил, что в жизни нужно всё попробовать. – Он посмотрел на брата в упор и прошептал, - сделай Тому минет… Билл вздрогнул и перевёл растерянный взгляд на меня. До моего затуманенного возбуждением мозга, вдруг дошло сказанное. Всё попробовать? То есть, Билл ещё ни разу… Боже… это так дало по нервам, что я дёрнулся под сильным телом и закусил губу, чтобы не разреветься от переполняющих эмоций. Сердце сжалось в каком-то тоскливом ожидании, на миг показалось, что Билл сейчас вскочит и пошлёт нас с Ви далеко и надолго, но… - Ты уверен, что хочешь именно этого? – в голосе не было и капли отвращения, сомнения или неприязни. Просто вопрос с заботой и лёгкой неуверенностью. - Да, Би. Очень хочу! – в глазах младшего заплясали знакомые чертики и он, раздвинув длинные ноги по шире, обхватил свой ствол ладонью. – Сделай это, Билли. Старший усмехнулся и перевёл на меня взгляд, полный желания, страсти и какого-то азарта. Он раздвинул шире мои ноги, устроившись удобнее и, оттянув кожу, полностью раскрыл головку, обдавая её горячим дыханием. Уже только от этого захотелось заорать в голос. Я вцепился пальцами в простынь и крепко зажмурился, ощущая, что нахожусь на грани. Сквозь дрожь и оглушительный стук собственного сердца, почувствовал, как моя плоть погрузилась в горячую влагу, заставляя выгнуться и заорать в голос. Бедра непроизвольно подбросило вверх, но сильные руки, прижали моё тело к кровати. Движения губ становились всё увереннее, с каждым разом подводя меня всё ближе к черте. Билл, конечно, не мог пока взять полностью, я и сам не сразу этому научился, но одно осознание того, что это делает именно он, выносило мозг на столько, что я уже хрипло стонал, задыхаясь от переизбытка эмоций. Вдруг всё прекратилось, и до меня донеслась какая-то возня. Распахнув глаза, увидел Вилла протягивающего Биллу тюбик со смазкой. - Сделай это, Би, - младший нежно улыбнулся и провёл ладошкой по лёгкой щетине старшего. Билл поднял руку и, отзеркалив действие брата, провёл по гладкой щеке, глядя в глаза. Появилось ощущение, что они мысленно разговаривают, прощая и… отпуская друг друга. - Люблю тебя, - Билл отбросил тюбик и повалил Ви на спину, сразу спускаясь к паху, - кажется, у меня за столько лет накопился приличный должок, - Билл игриво подвигал бровями и, сжав плоть ошалевшего близнеца, резко насадился ртом до середины, начиная быстрые движения головой. Вилл заорал так, что я даже вздрогнул, тем не менее, не отводя завороженного взгляда от быстро двигающихся пухлых губ любимого. Ни ревности, ни обиды, ни неприязни, только концентрированное возбуждение и дикое желание. Я толкнул Билла в бедро и лёг рядом. Би схватил меня за косички и впился в рот, опуская наши лица всё ниже. Мы разомкнули губы, одновременно с двух сторон впиваясь в воспалённую чувствительную головку младшего, выбивая из того нечеловеческий стон. Наши губы скользили по пульсирующему члену, языки то и дело сталкивались, одновременно оглаживая выпуклые венки, а дыхание срывалось от невероятного возбуждения. По очереди, заглатывая гладкую головку, мы успевали даже целоваться. Вилл задыхался и кричал, а Билл, неожиданно резко раздвинул его ноги и, облизав два пальца, вошёл в расслабленное возбуждением тело, сразу нажимая на простату. Я сжал его яички и заглотил ствол на всю длину, сжимая горлом головку и издавая громкий стон, добавляя к ощущениям младшего вибрацию. Вилли выгнулся, громко закричал и выстрелил теплой струёй мне в горло. Я проглотил всё и сразу же мои губы попали в плен старшего, который с удовольствием стал вылизывать мой рот, ощущая вкус брата на губах. Это было до сумасшествия возбуждающе. Мы поднялись на колени, не прекращая бешено целоваться, и крепко прижались друг к другу, соприкасаясь плотью. Я прекрасно понимал, что сегодня Билл не перейдёт последнюю преграду между нами. Как бы Вилл не показывал, что всё хорошо, его боль чувствовалась за милю. Стоило нам немного успокоиться, как наши члены обдало горячим дыханием. Вилл, устроившись перед нами на четвереньках, приблизил лицо, и пошло облизнулся. Обхватив оба наши органа, он начал облизывать их с разных сторон иногда вбирая в рот головки. Билл застонал и, притянув меня за затылок, впился в губы. Я просто сходил сума. Такое со мной творилось впервые. Пульс от возбуждения бил уже где-то в висках, сердце колотилось в горле, а по телу проходили волны неконтролируемой дрожи. Вилл отстранился и, обхватив наши члены ладонями, стал быстро дрочить, доводя до оглушительного оргазма. Мы с Биллом кончили одновременно, заливая тёплой спермой красивое лицо младшего, расслабленно ловящего ртом белые капли. Не было больше боли, она ушла. Не было больше обид, исчез повод. Не было больше ревности, ей не осталось места. Осталась только любовь, пусть у каждого своя, но такая необходимая…. *** - Кого я вижу? Голубок, ты туалетом не ошибся? Женский - в другом конце коридора. - Дебил, - буркнул под нос и направился к умывальнику. Компания парней расступилась и я заметил того самого двухметрового качка, наехавшего на меня недавно в аудитории. - Трюмпер, поделись с нами своими девчачьими секретиками. Старший Каулитц уже добрался до твоей задницы или всё ещё продолжает близнеца трахать? Или вы уже вдвоём малышку Ви ублажаете? - Не слишком ли много вопросов Хогган? – я ополоснул лицо и обернулся на парня. - Прикуси язык, щенок, - парень сжал кулаки и двинулся в мою сторону. Стало понятно, драки не избежать. Я бросил рюкзак на пол и встал в стойку. Спасибо отцу, что научил паре приёмов. Хогган ухмыльнулся и, сделав резкий выпад, ударил кулаком в скулу, заставляя отступить и пошатнуться. Следующий удар пришёлся в живот. Дыхание перехватило. Я согнулся, но постарался взять себя в руки. - Если ещё раз, сука, увижу тебя рядом с Виллом, будешь кровью харкать, у*бок! Я резко разогнулся и со всей дури впечатал кулак в красивое лицо, не давая опомниться, схватил парня за длинные волосы и ударил лбом о стену. Дальше всё сплелось в один комок дикой боли. Его друзья набросились всем скопом, стараясь ударить побольнее. Я отбивался, как мог, но силы были явно не равны. Когда я, совершенно вымотанный, захлёбываясь собственной кровью, упал на холодный кафель, дверь открылась, и в помещение вошёл Билл. Его удивлённые глаза вмиг почернели, а ненависть тенью промелькнувшая во взгляде, заставила содрогнуться даже меня. Будто в замедленной съёмке я наблюдал, как любимый чётким, поставленным ударом отправлял одного за другим в нокаут, ловко уворачиваясь от атак. Его взгляд был полон бешенства, черты лица заострились и он стал похож на хищника. Сексуального такого хищника. Я лежал на полу не в силах шевельнуться, но когда Билл, пропустив удар, отлетел к стене, в меня словно чёрт вселился. Не понятно, откуда взялись силы, но вскочив с громким криком, я бросился наперерез нападающему, загораживая Билла и получая сильный удар в солнечное сплетение. - Том! Билл! Что здесь… - залетевший в туалет Вилл не успел договорить. Взбешённый Хогган, уже скорее по инерции, нежели сознательно, со всей силы ударил его в челюсть, тут же замирая и с ужасом глядя на сползающего по стене парня. Время как будто замерло. Все звуки исчезли, уступая место давящей тишине. Неожиданно Хогган сорвался с места, и, упав перед Ви на колени, обнял обмякшее тело. Его трясло, а из глаз катились крупные слёзы. Он, словно в бреду повторял имя Вилли, крепко прижимая его к себе, не переставая целовать бледное лицо. Мы с Биллом непонимающе переглянулись и уже хотели броситься на помощь младшему, как тот открыл глаза и прошипел: - Ну, и придурок же ты, Мик! Своей ревностью меня когда-нибудь убьёшь нафиг! *** Как оказалось, Хогган был влюблён в Вилла с первого курса. Много раз он признавался парню в любви, предлагая серьёзные отношения, но всегда получал отказ. Когда по колледжу поползли слухи о связи близнецов, он был единственный, кто свято верил, что это невозможно. Любой косо посмотревший или, ни дай бог, дотронувшийся до Вилла, становился боксёрской грушей для парня. Его любовь росла с каждым днём, превращаясь в слепое поклонение. Вилл присутствовал в его жизни постоянно. В мыслях, мечтах, снах и даже на конкурсных и экзаменационных работах. Вилли всё видел, чувствовал, но кроме Билла никого не представлял в роли любимого человека, до недавнего времени… Я тяжело вздохнул и присел на диван к близнецам. Только что состоялся серьёзный разговор, из которого стало понятно, что Ви решил попробовать отношения с этим парнем. - Билли, не молчи, - тихо прошептал младший, утыкаясь в сильное плечо. - Ви… я… чёрт, – Билл зарылся носом в чёрную макушку и зажмурил глаза. Я просто физически ощущал его боль. Мне было не понятно от чего она. Ревность? Страх потерять? Или всё-таки любовь… та самая, настоящая… от этой мысли стало страшно. Что, если его увлечение мной прошло? Что, если осознание потери заставило его понять, что Вилл и есть его жизнь. Его любовь. Я поднял глаза на старшего, и сердце перестало биться. Пустой взгляд в стену, крупные слёзы по щекам и крепко накрепко сжимающиеся на плечах младшего пальцы. Весь его вид просто кричал: Моё! Не отдам! Я вдруг первый раз за всё время, что мы провели втроём, почувствовал себя ненужным. Тихо поднявшись, направился в спальню. Быстро побросал вещи в чемодан и незаметно вышел, не слышно прикрывая дверь в мирок, где я оказался третьим лишним.