За гранью времени. Месть Волка

      И вот настал роковой день, от которого зависит судьба всего населения Вестероса, а может быть и Эссоса. Если бы не угроза с дальнего Севера и не посредничество Ночного Дозора в этих переговорах в нейтральном Харренхолле, чьи земли однако формально зависели от Риверрана и где находилась ставка командования возрождённого союза времён Восстания Роберта, то он вряд ли бы согласился на эти переговоры. Ситуация с Железным троном сейчас имеет двойственное положение: ведь изначальной правящей династией были Таргариены, однако доверие к ним у большей части Великих Домов было потеряно из-за действий Безумного короля. Дом Красного Дракона при правлении Роберта был на положении Блэкфайров, но при этом трон по окончании восстания позволили занять его старшему брату так как их бабушка была дочерью короля Эйгона Пятого. Будь хоть капля их крови Баратеонов в детях Серсеи, и этой глупой и никому не нужной войны не было бы. На плаху бы отправились лишь Мизинец и Паук с их пособниками, а о возможности переговоров с якобы сыном Рейгара Таргариена и речи не могло быть. Перед отправкой на переговоры Давос написал, что отправляется в Харренхолл вместе с Мирцеллой и капитанами нанятых им отрядов. Они приедут через пару дней после прибытия делегации возможного Таргариена. Здесь уже рядом с ним находятся Молодой Волк, Цареубийца, Джон Ройс и потрёпанный пребыванием в казематах Утёса Кастерли Эдмар Талли. Старк последние несколько дней провёл в обществе своего дяди, младшей сестры и Ланнистера. Последний, к слову привёз омерзительное живое одноногое тело, по его словам ранее бывшее Скачущей Горой, которое, вопреки здравому смыслу агрессивно рычало и дышало, хотя где-то процесс гниения уже начался. Вместе с этим чудовищем Джейме привёз и письма с присягами знаменосцев Утёса Кастерли Станнису как королю.       Они сидели в Зале Тысячи Очагов, ожидая представителей Ночного Дозора и засевших в Королевской Гавани врагов. Ведь по сути, не смотря на то, что не было боевых столкновений с дорнийцами или Золотыми Мечами, сражения с войсками Простора происходили еще при формальном королевстве Скал Серсеи Ланнистер и не было заключено перемирие. Конечно, они были скорее локальными, чем та же битва между Тарли и лордом-протектором Долины. Дарри в ходе этих боёв стал самым южным владением Станниса на востоке Речных земель, в то время как на западе войска Севера завладели Каменной Септой. Всё, что оказалось южнее стало ничейной землёй, оказавшейся между молотом Баратеона и наковальней Таргариена. Исключением стал Девичий Пруд с засевшим в нём войском лорда Рогова Холма.       К нему подошёл Цареубийца и заговорил:       — Я очень рад, что ваш человек нашёл Мирцеллу живой и невредимой. И может быть вы, Ваша милость, не ожидаете от меня благодарности, но я искренне благодарю за то, что она была в безопасности и за это, несмотря на большие разногласия в прошлом я буду предан вам лично до конца своих дней. Она то немногое светлое, что осталось от моей прежней жизни.       — Лорд Сиворт поступил как подобает хорошему человеку и как только добрался до Штормового Предела, то сообщил о спасении вашей дочери и Розамунды Ланнистер. И пусть они обе невиновны в недавней вражде наших домов, но это не отменяет огромный груз ответственности за прошлое, из-за которого нам придётся иметь дело с возможным самозванцем, лорд Ланнистер, — сдержанно сказал король.       — Я это осознал, когда узнал о неверности Серсеи от Тириона и успел оказаться в казематах родного дома в качестве узника. Есть вещи, о которых я жалею, но без них я бы не превратился из человека без чести в хранителя клятвы. Но на что бы я повторно решился — так это убить Безумного короля снова.       — И почему же так? Что должен был он сказать или сделать, чтобы последний королевский гвардеец при дворе решился на преступление? — Он нахмурился.       — Последним десницей Эйриса был тогдашний глава гильдии пиромантов Россарт. Заранее, ещё до Трезубца король заложил под городом тысячи, а может и десятки тысяч сосудов с диким огнём — своего рода поминальный костёр для его, как он считал «возвращения» в облике дракона. И когда мой отец начал штурм города, безумец отдал приказ пироманту поджечь сосуды, но я не допустил этого, убив обоих. И как вам позже стало известно, меня, сидевшего на Железном троне обнаружил Нед Старк.       Это очень озадачило Станниса. Ведь он был в Малом совете, занимая должность мастера над кораблями годы и прямо у него под ногами было то, что по одному мановению руки превратило бы Королевскую Гавань в пепелище, а Красный замок в подобие Харренхолла, только с выходом к речному порту. Его братья, Джон Аррен, да даже в редкие приезды его жена и дочь были в огромной опасности, не говоря о самих горожанах и гостях столицы. И если бы случился взрыв из-за воспламенения зелёной жидкости, то пожар бы можно было наблюдать с одной из самых высоких башен Харренхолла или Драконьего Камня.       — Хорошо, лорд Джейме. Надеюсь, что вы рассказали мне это не зря, — выдохнув, сказал король.       — Я попробую убедить ту сторону переправить морем или в сопровождении конвоев дикий огонь к Стене, и в этом мне будет нужна ваша поддержка. Ведь вы же не хотите править мертвецами или сидеть на Железном троне посреди пепелища? — невозмутимо спросил Ланнистер.       — Нет и я намерен защитить королевство, ибо это мой долг как короля. Мы не выбираем нашу судьбу, но обязаны исполнять наш долг, нет? Большой или маленький, но мы должны исполнять его. Вы исполнили свой долг как рыцаря и спасли город, но не смогли позаботиться о семье Рейгара как королевский гвардеец.       — Поэтому я и хочу взглянуть на этого Эйгона, действительно ли это его сын, — печально сказал Ланнистер и отправился к столу Старка, где его уже поджидали Тартская Дева и Эдрик Дейн.       Наконец-то открылись двери и к ним присоединились несколько чёрных братьев во главе с Аллисером Торне, волочащих брыкающуюся клетку, из которой доходили нечеловеческие звуки. Затем за ними зашли Давос, держащий за руку Мирцеллу и двое мужчин, которые, не смотря на эссоские одежды, очень походили на Старков и Талли. Последними, на удивление вошли Мейс Тирелл, неожиданно живые для остальных Джон Коннингтон и Эшара Дейн, юноша с валирийской внешностью, подле которого, гордо держась, шла Арианна Мартелл вместе с седовласым мужчиной, который не спускал глаз с делегации Баратеона. Он как будто оценивал риски возможной ловушки вместо переговоров. Эшара Дейн в свою очередь смотрела на своего племянника, решившего вместе с Арьей Старк увести Мирцеллу на улицу, дав ей немного времени на объятия со своим отцом.       — Итак, мы собрались здесь, милорды и миледи, чтобы обсудить очень важную тему и потому, пользуясь посредничеством сира Аллисера Торне и его людей, как братьев Ночного Дозора, забудем на время этих переговоров, что каждая из сторон видит своего лидера как единственного короля Семи Королевств и заслуживающего Железный трон по праву крови. Этими словами, я, Станнис из дома Баратеонов, даю гарантии того, что не мои люди или люди лордов, решивших поддержать меня в моей борьбе за престол не нападут на Эйгона из дома Таргариенов, его людей и людей лордов, преклонивших пред ним колена, — начал Баратеон. — И если вы поверите моим словам или тому, что скажет лорд Старк или сир Аллисер, то предлагаю по окончанию этих переговоров заключить временный союз для борьбы с тем, что угрожает Семи Королевствам и всему живому к северу от Стены. В этой борьбе нам понадобятся все силы и ресурсы, которыми обладают обе стороны переговоров, в том числе и войска. Также если на кого-то из членов союза нападёт третья сторона из Эссоса, будь то пираты или войска Вольных городов, другая сторона обязуется ей помочь, потому как нам нужно будет стабильное снабжение по морю, — он закончил и сел на своё место.       — Звучит довольно разумно, Ваше величество, и я, Эйгон из дома Таргариенов, приму ваше предложение, но только если ваши доводы об угрозе из-за Стены убедят меня, моего десницу, супругу и моих советников, — с уважением проговорил юноша.       От слов Таргариена резко поперхнулся Пышный Розан и протестующе закивал головой. Это заметил Коннингтон и спросил:       — Лорд Тирелл, вы имеете что-то против слов нашего короля?       — Да, имею, милорд-десница, во-первых мне кажется, что это всё ловушка с их стороны, во-вторых, вы что, серьёзно хотите иметь дело с цареубийцей, братоубийцей, оборотнем и мятежниками, поддерживающих претензии братоубийцы на Железный трон? — с отвращением заявил лорд Хайгардена.       Это возмутило как сторонников Станниса и его самого, так и Таргариена вместе с Эшарой Дейн. Та незамедлительно достала кинжал и приставила его к горлу Хранителя Юга и злобно высказала своё неодобрение:       — Если вы, милорд, ещё раз выскажете то, что может нарушить впервые за последние несколько лет долгожданный мир, то клянусь, что вы будете единственным, кто покинет этот зал в гробу.       Возможно, он был бы и рад, если бы дорнийка прямо сейчас убила того, кто через своего сына настроил Ренли против семьи и морил их голодом долгими месяцами в осаде, пируя под стенами Штормового Предела. Но Станнис понимал, что если он самолично убьёт Тирелла, то все его слова, сказанные в начале переговоров не будут ничего стоить.       — Итак, пожалуй стоит начать с демонстрации упыря, пока обстановка не накалилась, — заметил Старк.       — Согласен, — кивнул Ройс.       Торне махнул рукой и братья Ночного Дозора открыли клетку, из которой в сторону стола выбежало нечто, что кажется раньше было одним из одичалых, судя по его одежде из шкур животных. Его кожа была неестественно бледной, за исключением почерневших ладоней. А в пустых глазницах блуждали синие огоньки. Все были испуганы до ужаса, даже пережившие битву при Черноводной Станнис и Давос были крайне впечатлены. Дутая Рыба вообще попятился назад от страха и упал со стула. Спокойны, как ни в чём не бывало остались сидеть лишь капитаны наёмников и седовласый телохранитель, прикрывающий дочь Дорана Мартелла.       — И что же их убивает, сир Аллисер? — испуганно спросила Арианна Мартел, прикрывая свой живот рукой. На неё с волнением посмотрел Таргариен.       — Их может убить драконье стекло, благо его запасы на Стену доставляются как со Скагоса, так и с Драконьего Камня. Ещё против этих тварей эффективен огонь, — с этими словами Торне подали зажжённый факел и тот поджёг ногу твари. Затем он своим мечом отрубил ногу, но мертвецу было всё равно на потерю конечности. — Также возможно в войне против тех, кто оживил этот труп и ему подобных пригодится валирийская сталь.       Не доверяющий словам Торне Коннингтон спросил:       — Вы можете это подтвердить, лорд Старк?       Юноша замешкался, но, собравшись с духом, сказал:       — Лично я не могу, но мой брат, который, к сожалению сейчас за Стеной на самоубийственном задании в поисках одного из наших братьев, лично бы сказал что-то касательно мертвяков. Но так как он был членом Ночного Дозора и говорил то же самое после разгрома Болтонов в Винтерфелле, то я могу сказать, что верю сиру Аллисеру.       — Какова численность войск мёртвых? — резко поднял голову доселе молчавший Талли.       — Неизвестно, но их точно должно быть больше ста тысяч. В их армии не только трупы людей, но и животных с великанами. До того, как мы поймали упыря, нам пришлось иметь дело с мёртвой медведицей. До того как лорд Старк и его король помогли нам одолеть одичалых в битве за Стену, последние собрались в орду численностью сто тысяч человек под предводительством Манса-Налётчика и стремительно продвигались к Стене, будто убегали от чего-то ужасного, — посетовал Торне.       — Как считаете, сир, дикий огонь поможет победить Иных? — резко спросил Ланнистер.       Торне был в явном недоумении и собирался уже ответить на вопрос лорда Утёса Кастерли, но ему помешал Таргариен.       — А с чего вы спрашиваете об этом, милорд?       — Дело в том, что десятилетия назад под Королевскую Гавань, под конец Восстания Роберта заложили огромное количество сосудов с диким огнём. Стоит лишь поджечь один такой, и город взлетит на воздух, а учитывая, что у возможной третьей стороны будут драконы, о которых с Востока идёт немало слухов, не хотелось бы чтобы полмиллиона невинных жизней сгорели заживо в своих постелях, — дерзко заявил Однорукий Лев.       Пожалуй, почти все присутствующие, кроме Станниса, Старка и Тартской Девы удивились после слов старшего сына Тайвина Ланнистера.       — Откуда вам это известно, Ланнистер? — с осторожностью спросил Таргариен.       — Когда я остался последним королевским гвардейцем, оставшимся в столице, ваш дед ещё до битвы на Трезубце отдал приказ гильдии алхимиков устроить хранилища дикого огня по всему городу. Он собирался сжечь город и оставить Роберту Баратеону лишь пепелище, думая при этом, что возродится как дракон. Однако король собирался привести свой ужасающий план в исполнение именно в тот день, когда мой отец начал разграбление Королевской Гавани. В тот день я совершил благое дело, спасая невинных горожан, но в то же время запятнал свою честь, убив короля, которому поклялся служить и не защитил ваших сестру и мать. Когда я заметил, как вы посмотрели на вашу жену, то увидел взгляд Рейгара.       — Если это так, то лучше вывезти те запасы дикого огня к Стене, ведь последнее время я не доверяю мастеру над шептунами, — согласился Эйгон.       — Я поддерживаю это решение, — заявил Коннингтон.       — Что-то всё это очень подозрительно. Сначала предложение о союзе, затем мертвецы и наконец дикий огонь в подземельях Королевской Гавани. С меня хватит, я ухожу! — истерически крикнул Тирелл, но внезапно получил ножом по горлу от Эшары Дейн и, захлёбываясь в собственной крови, упал на колени.       — Надеюсь, что Уиллас Тирелл поймёт серьёзность положения, и вы, лорд Коннингтон уладите конфликт между двором и Хайгарденом, — прошипела Дейн и вышла из Зала Тысячи Очагов.       — Думаю, что можно считать переговоры успешно проведёнными, — с трудом сказал Станнис.       — Да, я согласен с этим, Ваше величество, — согласился Таргариен.       Вдруг резко появился непонятный туман и всем показалось, что они услышали крики заживо горящих людей и рёв дракона. Внезапно на живых начали лететь призраки. У него немного помутнело в глазах от жара.       — Это что ещё такое?! — отбиваясь от призрака, спросил Старк.       —  Не знаю! Защищать короля! — крикнул Ланнистер.       Таргариен и его люди уже сбежали из Зала Тысячи Очагов. Их не было слышно. С трудом они пробились к выходу и быстро покинули поглощающийся неизвестной мглой Харренхолл.