Bet On That

Несколько недель спустя парни сидели на задних ступеньках дома Галлагеров, Йен прислонился спиной к перилам, в то время как Микки улегся спиной на его грудь, передавая сигарету друг другу через плечо брюнета. Когда Йен нежно поцеловал местечко под ухом Микки, тот заговорил, его слова были мягкими и задумчивыми. — Все еще не могу поверить, что ты уезжаешь чуть больше чем через месяц. — Я тоже, — пробормотал Йен. — Это отстой, — вздохнул Микки. — Наконец-то у нас что-то, блядь, наладилось, и ты уезжаешь. Йен прижался еще одним поцелуем к коже Микки, ненадолго задержав на ней губы, чувствуя, как мозг заработал в сверхскоростном режиме. Это казалось ему несправедливым. Все эти годы были потрачены впустую. Наконец-то у него появился реальный шанс с Микки, и он уезжал. Ни с того ни с сего, он решил выпалить слова, о которых думал уже несколько дней. — Поехали со мной. Тихонько рассмеявшись, Микки протянул ему сигарету. — Отвали. — Нет, я серьезно, Микки, — произнес рыжий. — Поехали со мной, — когда брюнет снова усмехнулся, он нахмурился. — Неужели это настолько безумно? Тебе уже есть восемнадцать, и ты можешь делать все, что захочешь. Никто тебя не остановит. Ты сможешь найти дерьмовую работенку на полный рабочий день и снять самую простую однушку рядом с кампусом. В первый год я, скорее всего, смогу видеться с тобой только по выходным, но, по крайней мере, мы будем рядом, будем жить в одном городе. И мы сможем жить вместе все следующее лето. Микки некоторое время молчал, эта мысль явно крутилась у него в голове. Спустя пару мгновений он произнес: — Нет, чувак, я не могу просто собрать свое барахло и тащиться за тобой через полстраны. — А почему бы и нет? Брюнет почти было открыл рот, чтобы объяснить ему причину, но ничего не сказал. — Помимо Мэнди, назови мне хоть одну вескую причину, почему ты хочешь остаться здесь? — спросил Йен, мягко касаясь губами шеи своего парня. — Поехали со мной, Мик. Мы можем быть вместе, и ты сможешь сбежать от своего гребаного папаши. Это будет нелегко, я не собираюсь отрицать этого, но, по крайней мере, ты будешь в безопасности. — Я не могу оставить Мэнди, — тихо сказал Микки после тяжелой паузы. Он провел рукой по лицу и вздохнул. — Ни за что на свете я не оставлю ее здесь с ним. — Но ты же можешь… — Я серьезно, Йен, — перебил его Милкович, поворачиваясь, чтобы посмотреть на рыжего, который сидел на ступеньку выше него. — Просто оставь это, ладно? Этого никогда не случится. Моя жизнь здесь. Хоть и паршивая, но моя семья здесь. Я не могу поехать с тобой. Йен поджал губы, желая еще немного поспорить, но по выражению лица Микки понял, что делать это бесполезно. — Хорошо, — согласился он, прежде чем наклониться и нежно поцеловать брюнета в губы. — Это была всего лишь мысль, — затем он прижался лбом ко лбу Микки и прерывисто вздохнул. — Не знаю, как я буду жить вдали от тебя и не знать, что твой отец делает с тобой. — Ты уже справлялся с этим раньше, — пробормотал Микки. Он отстранился с тяжелым вздохом и посмотрел в печальные зеленые глаза. — Блядь, прости. Я вовсе не это имел в виду. — Все в порядке, — пробормотал Йен, схватив Микки за затылок и притянув его к себе, чтобы поцеловать в висок. — Я это заслужил. — Нет, Йен, это не так, — возразил брюнет. — Я не могу продолжать швырять это дерьмо тебе в лицо. Мы были детьми тогда, но теперь ты здесь — вот что важно. — Да, — пробормотал рыжий. — Теперь я здесь. Парни вскоре вернулись к своему прежнему бессмысленному разговору, официально отложив мысль о том, что Микки поедет вместе с Галлагером. Несмотря на то, что его сердце словно разрывалось в груди, Йен улыбался каждый раз, когда голубые глаза смотрели на него. Он не хотел усложнять жизнь Микки еще больше, чем это было необходимо. И он не хотел, чтобы тот чувствовал себя виноватым из-за всего этого.

***

Спустя несколько дней Микки поднимался на крышу заброшенного здания, где Йен устроил для себя импровизированную полосу препятствий: его парень позвонил ему час назад, явно чем-то расстроенный, и попросил встретиться с ним. Микки не знал, что все это значит, но надеялся, что это касается кого-то из них или их обоих со спущенными штанами. Как только он добрался до места встречи, то ожидал увидеть Йена без рубашки и потного, в разгар занятий, но вместо этого обнаружил блядские лепестки роз и рыжего, стоявшего посреди пространства и державшего табличку с надписью «Выпускной бал?». — Какого хуя? Йен улыбнулся, хотя нервозность ясно читалась на его лице. — Привет, Мик. — Это что еще за хрень? — снова спросил брюнет. Йен заметно сглотнул, когда Микки подошел ближе. — Я просто хотел спросить тебя напрямую, но потом Дебби сказала, что я должен приложить хоть какие-то усилия. Она убедила меня, что в наши дни люди делают всякое изощренное дерьмо, чтобы пригласить кого-то на выпускной бал. И теперь я надеюсь, что не переборщил с этим. Подойдя ближе, Микки остановился в полуметре от своего бессвязно болтающего парня, изучая глазами причудливую табличку с розовыми буквами, которую тот держал, и то, как заходящее солнце романтически освещало пространство вокруг них. — Да нет, совсем не переборщил, — саркастически произнес брюнет. — Дебби сделала табличку, еще предложила лепестки роз и воздушные шары, — продолжил Йен немного дрожащим голосом. — Слушай, я знаю, что это пиздец как глупо и что бал — это не совсем твоя тема, но я хочу пойти… — Ты прав, это охуеть как глупо, — перебил Микки, поднимая взгляд, чтобы встретиться с зелеными глазами. — Вероятно, это самая глупая хуйня, которую ты когда-либо делал, и это говорит о многом. Плечи Йена поникли. Он открыл рот, чтобы сказать что-нибудь, чтобы исправить неловкую ситуацию, но Микки снова не дал ему этого сделать. — Но это вроде как работает со мной, Галлагер. — Серьезно? — усмехнулся рыжий, понимая смысл слов своего парня. — Да, чувак, — ответил Микки, просовывая палец, за пояс армейской формы Йена и притягивая его ближе. Отбросив табличку в сторону, он обнял Микки за шею, наклоняясь и нежно целуя его в губы, прежде чем прошептать: — Так ты пойдешь со мной на выпускной бал? Микки посмотрел Йену прямо в глаза и нежно ухмыльнулся, а затем рассмеялся и слегка покачал головой от абсурдности всего этого, укладывая свои руки на талию Йена. — Да, Галлагер. Я пойду с тобой на выпускной бал. Йен не смог сдержать улыбку и наклонился, чтобы поцеловать его снова.

***

— Не могу поверить, что он все это сделал, — сказала Мэнди, с улыбкой наблюдая, как Микки помешивает лапшу на плите. — Это так… романтично. Лепестки роз и все такое прочее? — усмехнулась она. — Все, что сделал Мэтт, это написал мне смс с просьбой пойти с ним. Микки хмыкнул, радуясь тому, что стоял к ней спиной, так как не желал, чтобы сестра увидела улыбку на его лице. Несмотря на то, что он вел себя так, словно это не было чем-то особенным, тот факт, что Йен спланировал нечто подобное для него, заставлял все внутри сжиматься, учитывая, что он никогда не ожидал, что кто-то будет так заботиться о нем. Это было пиздец как глупо, Йен был пиздец каким глупым, но Микки втайне нравилось это. — Хреново, что он уезжает через месяц, — произнесла девушка, мгновенно убив хорошее настроение Микки. — Вы, ребята, действительно подходите друг другу. Собираетесь попробовать всю эту хрень на расстоянии или как? — Да, наверное, — пробормотал он, отвернувшись от плиты, после того как проверил соус маринара. — Думаешь, ты справишься с этим? — спросила она. — Скайп — это хорошо и все такое, но виртуальный член определенно не так хорош, как реальный. — Он мне нравится не только из-за члена, — пробормотал Микки. — Я знаю, что это не так, придурок, я просто говорю. Микки прислонился спиной к кухонной стойке и потер нижнюю губу, прежде чем сказать: — Он попросил меня переехать с ним в Нью-Йорк. Голова Мэнди резко поднялась, отрывая взгляд от журнала, который она листала. — Что он сделал? — Ага, — сказал Микки, пожимая плечами, как будто это не имело большого значения. — Хочет, чтобы я потащился за его бледной веснушчатой задницей через полстраны. Ты можешь поверить в это дерьмо? Как будто это гребаный фильм для цыпочек или что-то в этом роде, — он рассмеялся, хотя ничего смешного в этом не находил, затем перевел внимание на сестру и увидел, что та тоже не очень-то развеселилась. — И что же ты ему ответил? Брови Микки сошлись на переносице. — А что, по-твоему, я ответил? Конечно же, нет. — Почему? — Что, блядь, значит, почему? — спросил он немного погодя. — Ты знаешь почему. — Нет, я не знаю, — произнесла она с непроницаемым выражением лица. — Расскажи мне. Вздохнув, брюнет отошел от стойки. — Я не могу уехать, Мэнди. Моя жизнь здесь, в Чикаго. — Какая нахуй жизнь? — спросила она слегка дрожащим голосом. — Да пошла ты, — презрительно фыркнул он. — Нет, я серьезно, Микки. Какая жизнь? — снова спросила девушка. — Ты имеешь в виду жизнь в поездках за наркотой с нашим папашей? Жизнь, где он пиздит тебя каждую вторую ночь? Твой парень, в которого ты влюблен, между прочим, хочет, чтобы ты переехал с ним в Нью-Йорк, а ты ему отказал? — Во-первых, кто, блядь, вообще говорит о любви? Мэнди ухмыльнулась и скрестила руки на груди. — Ты влюблен в него, придурок. И не надо притворяться передо мной. Микки отвел глаза и потер большим пальцем уголок губ. После тяжелой паузы он глубоко вздохнул и сказал: — Я не оставлю тебя, хорошо? — Что ты… — Просто забудь это, мать твою! — рявкнул Микки. — Я не оставлю тебя здесь с этим кретином, конец блядской истории, — он шмыгнул носом, доставая пиво из холодильника. Когда Мэнди ничего не ответила, брюнет поднял глаза и с удивлением увидел, что она плачет. — Какого хуя? Мэнди… — Я хочу, чтобы ты уехал, — прежде чем он успел открыть рот, чтобы возразить, она вмешалась. — Йен делает тебя счастливым. Он любит тебя. Здесь для тебя ничего нет. Если ты останешься, он убьет тебя… в конце концов. Может быть, не физически, но эмоционально. Морально. Он убьет тебя, Микки. Тебе нужно уехать. Тебе нужно уехать, и ты должен быть счастлив. Мне очень нужно, чтобы ты был счастлив, хорошо? — Мэнди, — начал было Микки, но его собственные глаза наполнились слезами, хотя он отчаянно боролся с ними. — Я не могу тебя бросить. Я, блядь, не хочу… только не с ним. — Не беспокойся обо мне, — попыталась успокоить его сестра, мягко улыбаясь сквозь слезы. — Со мной все будет в порядке. Я сама могу о себе позаботиться. Все, что имеет для меня значение — это то, что ты уедешь. Микки пошевелил челюстью и ущипнул себя за переносицу, после чего шмыгнул носом и снова поднял голову. — Поехали с нами. Мэнди отрицательно покачала головой. — Ты же знаешь, что я этого не сделаю. У меня впереди еще год учебы в школе… и у меня есть Мэтт. Со мной все будет в порядке, — она встала и подошла к нему. — Это то, что ты должен сделать… для себя. Не беспокойся обо мне. Серьезно. — Нихуя подобного не произойдет, — пробормотал Микки. — Я всегда буду беспокоиться о твоей костлявой заднице. — Ну да, я бы тоже сказала, что всегда буду беспокоиться о твоей заднице, но мы оба знаем, что пока Йен рядом, мне не придется этого делать, — усмехнулась девушка. — Он любит тебя, Мик. Не смей, черт возьми, потерять это. В конце концов, Микки кивнул и притянул сестру к себе, чтобы обнять.