Сдавайся!

      Всемогущий шел по продуктовому, лениво собирая в корзину овощи. Прошло две недели с тех пор, когда напал «Убийца героев» и Мидория с Тодороки одолели его. Конечно это не выносилось в свет, конечно нет… Всемогущий поджал губы. Она стала сильнее. После знакомства с Гран Торино Изука стала собраннее. Как рассказывала ему Мидория (с горящими, между прочим, глазами) она пришла на стажировку, улыбнулась, он ее побил и она побила его. А после Иида вступил в сражение с Убийцей и чуть не умер, к счастью они с Тодороки спасли его. Даже в больницу не попали и у Мидории руки остались целы. Он даже слово не успел вставить как Изука побежала к Гран Торино на отработку, так как она опаздывала. Всемогущий прищурился — не мог понять, до какого срока пакет молока. Пора уже очки покупать… Ему было паршиво, неприятно, отвратительно. Он мог подбирать много синонимов, но ни один из них не описывал его состояние должным образом. Он чувствует себя ужасным наставником, ужасным героем. Героем, который увядает. Наставником, который не помогает. Он поджал губы. Либо из-за их одинаковых сил, либо у него просто было какое-то чутье, выработанное годами, но он понимал, что с девочка не в порядке. Совсем. Он взял в руку помидор и повертел. Гнилой. Выдохнув, положил обратно. Мужчина обязан был с ней поговорить, поддержать, сказать, что она показала себя лучше всяких похвал на состязании (что правда), а он… Его разум затуманил его силы. Они уходили, с геометрической прогрессией. Слишком быстро. Он не успеет ее подготовить… Мужчина смотрел на свои ослабшие костлявые руки. Кого он сможет защитить? Спасти? Когда наступит его конец?.. Помидор выскочил. Черт. Он потянулся на пол, но чужие руки перехватили овощ. Всемогущий случайно взял за руку и поспешно поднял голову. Он клянется… Он сначала подумал, что это Мидория. Женщина была красивой, с добрыми большими глазами и пухлыми щечками. Она неловко улыбнулась и посмотрела на руку мужчины, держащую ее. Он подпрыгнул и поспешно встал. — Ох, прошу прощения! В своих мыслях, все из рук валиться… — Всемогущий посмеялся и неловко почесал затылок. Боги, что с ним? Женщина посмеялась, слегка прикрыв рот рукой. Она посмотрела на него и снисходительно улыбнулась. Всемогущий улыбнулся. Не своей фирменной улыбкой. Не в своем геройском обличии. Просто так. — Понимаю, у самой также, — она посмотрела на этот помидор, — они вкусные, но все хорошие разобрали… — женщина обернулась и, взяв мужчину за руку (за руку! Когда такая красивая женщина в последний раз брала его за руку?!) и повела в другую сторону. Выглядело так, будто они дети, и она тащит его посмотреть на новую игрушку. Женщина остановилась напротив других помидоров — сочных, розовых, но которых не увидеть человеку, который заходит в этот магазин раз в месяц. — Не смотрите на цену, на них акция, — с хитрой улыбкой прошептала она ему на ухо, — а если еще купонами воспользоваться… — она мечтально прикрыла глаз и почти что замурлыкала. Всемогущий не выдержал и засмеялся. — Спасибо. Она кивнула и ее взгляд, добрый, и при этом такой глубокий и красивый, слегка задержался на нем. Спустя пару секунд она, слегка покраснев, пошла к кассе. Это окончательно сорвало ему голову. Всемогущий стоял и смотрел на эти помидоры. Яркие, сочные, «по акции». Почему-то хотелось взять их все, весь стеллаж и заполнить ими дом. Интересно, существует ли помидорная диета?.. Он сжал кулаки. В голове только одно — злость на себя. За свою бесхребетность, слабохарактерность… За то, что он без своего обличия никто. Ему столько раз давали это понять, когда, из-за травм, он осунулся и перестал быть похожим на себя. Никто не знал такого Всемогущего. «И не должен никогда узнать…» — промелькнуло у него в голове. Но она… Кулаки сжались еще сильнее. Никто не говорил с ним так по доброму, когда не знал, кто он. Никто не улыбался ему так ярко. Конечно, это просто хорошее воспитание и просто внимание, не более… Он не мог ей… Всемогущий развернулся и подбежал. — Извините! Женщина подпрыгнула и развернулась к нему, широко распахнув глаза. Другие посетители тоже слегка опешили. Всемогущий сощурился. Черт, зачем он так громко?.. Тупая привычка Героя Номер Один, чтоб его. — Вы далеко живете? Пауза. Женщина похлопала глазками. Всемогущий хотел застрелиться. Он медленно прикрыл глаза и потер переносицу. — Извините… Я имел ввиду, что могу помочь донести продукты… У вас их вроде не мало… Он выдохнул. Герой Номер Один, ага. Без этой оболочки он ничто, и тому яркий пример — он даже разговаривать нормально не может! Боги, на что он рассчитывал? Какая муха его укусила? — Простите еще раз, я, пожалуй… Конечно он хотел сказать «пойду» и смыться как можно быстрее, после никогда не верить в себя не в геройском обличии и зарыться с головой в песок, но небольшая, но сильная рука остановила его. Она поймала его за запястье. Мужчина развернулся и в шоке посмотрел на обладательницу столь цепкой хватки. Женщина не улыбалась, но ее искорки в больших глазаж говорили сами за себя. — Я хочу, чтобы вы мне помогли, — она улыбнулась, — пожалуйста. Сердце Всемогущего йокнуло.

***

Мидория с компанией пошли в мол. Вот так вот. В кой то веке у них выдалась свободная минутка и Хагакуре предложила всем девочкам сходить развеяться в торговый центр. Изука выдохнула. После травмы она так сильно хотела быстрее восстановиться, что перегрузилась и сейчас сославшись, что хочет милкшейк, а после сразу догонит их, осталась на первом этаже. Она с улыбкой разминала шею. Прогулка помогла, ей было очень хорошо. Она снова шутила, улыбалась, смеялась со всеми. После Торино она стала собраннее и будто увереннее. Она не знает, связана ли это с этим или нет, но ее силы стали ее слушаться. Теперь Мидория не думала как бы так ударить, чтобы не сильно сломать руку, сейчас она просто бьет. И ей плевать. На удивление руки она больше не ломала. Мидория с улыбкой обвела взглядом мол. Ей так нравилась эта атмосфера — атмосфера жизни, движа, какой-то даже любви. «Все наладится» — подумала она и встала, чтобы пойти за милкшейком. Она и другим возьмет. Почему бы и их не порадовать? — Мидория! — окликнул ее мужской голос. Она обернулась и увиделв парня в капюше. Слишком сильно он его натянул и она не могла разобрать лицо. Улыбка стала еще шире. Кто-то из знакомых? — Привет!.. — не успела она что-то добавить, как парень обнял ее. Крепко. Слишком сильно, нервно и будто… Будто хотел сломать. Изука с улыбкой похлопал его по плечу и пыталась отстраниться. Тут рука обхватила ее шею. Четырьмя пальцам. Сердце Мидории упало куда-то в пятки. Он поставил руку слишком правильно… Слишком… — Давно хотел посмотреть, как выглядит человек, которого избили на соревнованиях, и который практически победил Ному… Удар. Гул. Удар. Пропуск. Сердце забилось почти в три раза быстрее. Мидория побледнела. Она слишком сильно сжала челюсть, почувствовав боль в зубах. — Расслабься. Я пришел просто поговорить, но… — он наклонился и прошептал на ухо. Горячие, слигком сильно жыханте опалоло ец ухо, — если попытаешься выкинуть фокусы со своей новоиспеченной силой, и я сомкнц вск свои пальчики по твое шейке и дальше… — он постучал указательным, единственным, который не касался ее кожи, по среднему, — …. пам, пам… Он просто постукивал пальцем о палец, а для мидории это был измеритель последних секунд жизни. Она не выживет. Он не сдкржит свое обещание и убьет ее. Он знает, кто она для Всемогущего. Она не вернется. — … и — БУХ —тебя нет. Только твои молекулы… — он гортанно посмеялся и сжал слегка больнее. Дыхание стало сильнее, казалось еще милимеьр и он коснется губами ее уха, — …будут летать по этому прекрасному торговому центру. Занятно, не так ли? — Т-тебя схватят… Сразу же… — прошептала Изука. Взгляд начал мутнеть. Она сейчас сознание потеряет. — Конечно… Но перед этим, — он коснулся мочки ее уха, — я убью человек двадцать, может тридцать… Сердце ударяло по перепонкам. Изука не слышала его слов, только звонкий гул в ушах. В разуме все помутнело. Как же она ненавидела себя в этот момент. Она, черт возьми, ничего не может сделать… Даже с силой Всемогущего. Она… Он слегка поднял ее голову. Мидория избегала взгляда, боялась подвердить очевидные догадки. «Вдруг не он?..». «Вдруг просто чокнутый косплеер и меня решили разыграть?..». Но он заставил посмотреть на него. Сомнения рассеялись. Красные ядовитые глаза смотрели на нее, как на приз из автомата, который он пытался вытащить в течение часа. Глаза бешеной псины. Психа. Убийцы. Глаза Изуки начали темнеть. В них собиралась влага. Дура, дура, дура!!! Нужно дать отпор, ты же герой, ты же столько делала чтобы им стать! Ты помогла Всемогущему, выдержала против Лиги Злодеев… Так почему твои колени дрожат?! Почему ты и есть та самая жертва, в которой тебя все видят?!.. Он снова наклонился и другой рукой прижал ее всем телом, и тут слишком резко, дергано, положил голову ей на плечо. Шигараки засмеялся и погладил ее по шее. Там, где слишком отчетливо выступал пульс под его большим пальцем. — Сейчас мы изобразим пару. Сядем, выпьем чаю и просто поговорим, — он снова посмотрел на нее и соприкоснулся с ее лбом, тихо прошептал. — Успокойся. Выровняй дыхание. Дыши со мной… Изука слышала его эхом, чувствуя боль в перепонках от звона собственного пульса. «Подчиняться, подчинятся, подчиняться…». Ей нужно время, ей просто нужно время… Да точно. Она найдет способ связаться с героями и они поймают его… Нужно… Бдительность сбавить… Точно, да… Он вдохнул глубоко. Задержал дыхание на семь секунд. И выдыхал через рот. Мидория повторяла. Так несколько раз. Поглаживания по шее продолжались в такт с дыхание. У Изуки, в ее уже не думающем мозге, закралась мысль, что он мог учиться музыке. Глаза прикрылись, кулаки расслабились. Осталась только дикая головная боль. Томура отстранился. — Присядем? Он усадил ее рядом с собой за кофейным столиком. Изука не могла понять — она умерла? Это ее персональный ад? Или отвратительный кошмар? Шигараки спрашивал ее про Ному, про других злодеев, про Убийцу Героев, почему про него не говорят. — Я думала, вы вместе… Он хмыкнул. Настолько по-пацански, что Изука на секунду забыла, кто он такой. — Я никогда его не принимал. СМИ все придумали и выставили как официальный факт. Тупое отродье… Он продолжал говорить. Мидория не могла отделаться от ощущения, что его речь, голос, прикосновение, все это слишком человечно. Этот псих, убийца… Сколько еще таких же? Скрывающихся под видом обычных людей маньяков? Она посмотрела на него. Он был безумцем, с яркими глазами, сухой кожей и слишком осознанным взглядом. Шигараки скосил взгляд и улыбнулся. — Твой пульс пришел в норму. — Мы уничтожим вас. Пауза. Он засмеялся. — Буду в первых рядах — Изука, я!.. Урарака. Урарака, нет, как же ты не вовремя. Она остановилась и замерла. По ее взгляду все стало ясно. Она все поняла. Мужчина лениво одарил ее пренебрежительным взглядом и снова повернулся к Мидории. Он хитро улыбнулся и другой рукой сжал ее пушистые, непослушные волосы, приблизив к себе. Он коснулся губами ее губ. Изука задрожала и распахнула глаза. Боже. Первый поцелуй в жизни Мидории. Сухие, будто мертвые губы надавили сильнее. После отстранится и укусил нижнюю губу до крови, так сильно, что Изука зажмурилась и из ее губы потекла кровь. Он опустил руку, который держал волосы, и большим пальцем вытер кровоточащую губу. Мужчина посмотрел на красное пятно на пальце и, не сводя с нее взгляда, облизал его так извращенно, будто это была последняя капля меда в банке. У Мидории побежали мурашки по спине, голова поледенела. Он резко отпустил шею и с улыбкой прошел мимо Урараки, которую трясло. Девушка резко повернулась и смотрел на спину парня. Парень, будто почувствовав, поднял руку и лениво помахал, продолжая идти. — Увидимся, Изука.