Между двух огней.

Агата замялась, но, окинув взглядом коридор, зашла внутрь и посмотрела на Александра. Она попала в ловушку ее кукловода, имя которого даже не знала. — Мне страшно оставаться в комнате, — соврала Агата. Стоп. Почему соврала? Ей действительно было страшно, но если им она может сказать про сломанную дверь, то сама понимала прекрасно иную причину страха. — А со мной не страшно? — ухмыльнулся Александр, на что Агата раздраженно закатила глаза. — Это была плохая идея. Спокойной ночи, — развернувшись, она удивилась молниеносной реакции Александра, который захлопнул дверь и уперся в нее рукой, преграждая путь. Подняв голову, она встревает в ярую борьбу с серыми глазами. — Тебе лучше, правда, остаться здесь. Мне будет так спокойнее, — тихо произнес Александр, посмотрев в голубые глаза девушки. Она шумно выдохнула, опустив взгляд ниже. Между ними почти не было расстояния. — Но чур руки не распускать, иначе я сразу уйду! — Эй, дамочка, это ты вывалилась из стены на меня ночью. Это можно счесть за домогательство, между прочим. — Заткнись, Нильсен. — Очень сильный аргумент, — издевательски усмехается Александр, закрыв дверь на замок и направляя к кровати. Сев на кровать, Агата поджимает ноги под себя и наблюдает за действиями мужчины, который, кажется, не собирался сегодня играть плохого папочку. Он спокойно сел и взял книгу Достоевского, открыв на нужной странице. — Так и будешь сидеть солдатиком? Иди сюда, — вскинув руку в сторону, он предлагает ей придвинуться ближе. Её взгляд изучающе прошелся по Александру, на секунду задержавшись на руках. Он был спокоен и, кажется, даже не собирался предпринимать попытки снова привязать ее ремнем. Харрис подсела ближе и положила голову ему на грудь, ощутив теплую руку на своем плече. Они пролежали так больше часа. Алекс читал быстро, очень быстро. Она не успевала дочитать страницу, как он уже собирался перелистнуть. Когда ее «медлительность подстреленного зайца» ему надоела, он сменил тактику и принялся читать вслух. У него был приятный успокаивающий голос. Перед ней словно был другой Александр, который не искрил сарказмом каждый раз, когда ему что-то не нравилось. Более заботливый, спокойный… Кажется, она совсем не ошиблась, когда сравнивала его с огнем. Он мог обжечь так сильно, что больше не захочешь подходить; манил к себе своим пламенем, заставляя ощутить душевную борьбу между своими сторонами; грел теплом, которое можно было ощутить всегда, если не нарушать границу. Он был огнем. Теплым, манящим и опасным. Агату медленно клонило в сон. Он замечает, как девушка совсем уронила голову ему на грудь, а рука стала плавно сползать на постель. Закрыв книгу, он бесшумно убирает её на тумбочку, начав аккуратно сдвигаться с девушкой в сторону. Она резко вздрагивает и открывает глаза, смотря по сторонам. — Ложись в постель, ты засыпаешь, — произнес тихо Александр, чтобы не спугнуть её. Она молча кивает, ныряя под одеялом прямо в одежде, от чего Нильсен лишь слабо усмехнулся. Повторив за ней, он молча смотрит на сонную Харрис, которая пыталась еще держаться и не уснуть окончательно. Он думал, что она сейчас отвернется от него и уснет спиной, но вместо этого лишь жмется ближе. Так близко, что Алекс забывает как дышать на секунду. Аккуратно положив руку на её плечо, он притягивает к себе и прикрывает глаза.

«Ваши отношения с Александром улучшились»

Он снова не мог уснуть рядом с ней, но в этот раз не от переизбытка гормонов. В голове слишком много мыслей из-за темноволосой девушки, что так крепко прижималась к его груди, словно за ней кто-то гнался во сне. Она ищет в нем защиты, а что он? Он ведет себя как мудак, испытывая её чувства беседами с Элизой и заставляя ревновать. Хотя, она сама была не лучше. Зачем он вообще предложил тогда секс втроем? Он своими же руками вырыл себе могилу, и каждый день, по одному гребку, закапывал внутрь. Необъяснимое чувство ревности. Желание, чтобы она всегда принадлежала только ему.

***

С трудом открывая глаза, Агата что-то бубнит себе под нос, но все же находит силы разлепить веки. На животе было приятно тепло, а спиной она чувствовала чужое дыхание. Опустив голову вниз, она видит сплетенные руки с Алексом. Они были в одежде, все одеяло было скомкано где-то возле ног. Вернув голову обратно на подушку, Агата выдохнула. Ей так не хотелось сейчас вставать и уходить, но, черт возьми, это нужно было сделать. Нужно подняться и выйти из этой комнаты. Выйти из его теплых объятий. — Ни доброго утра, ни «спасибо за сказку на ночь»… — бурчит ей в ушко Алекс, и девушка вздрагивает от неожиданности. Повернув голову, она встречается с наглой ухмылкой и уголки губ дергаются, сдерживая улыбку. — Спасибо за этот вечер и утро, — спокойно ответила Агата, предпринимая попытку встать с постели. Попытка была хорошей, но вот хватка Алекса ничуть не хуже. — Куда так быстро собралась? — Алекс, я не хочу выйти из твоей комнаты и снова с кем-то столкнуться, — ответила Харрис, убирая его руки. Как-то слишком быстро он поддался. — А с кем ты столкнулась в прошлый раз? — С Данте. — С этим извращенцем? — усмехнулся Нильсен, приняв сидячее положение. — Кто бы говорил про извращения, мистер Нильсен. За собой не замечали уклоны с садизму в постели? — смеется девушка. Алекс перекатывается на кровати и уже оказывается на противоположной стороне, притягивая к себе Агату за ягодицы. — Ты еще ничего не знаешь о моих «уклонах к садизму», зайчик. Как-нибудь я тебе покажу более подробно, — ухмыляется Александр, а его голова залезает под её кофту. Ощутив теплые поцелуи, тело предательски быстро сдается его нежным губам, покрываясь мурашками. — Александр, прекрати, — запуская пальцы в его волосы, тихо произносит Агата. Нильсен выползает из-под её кофты и одним движением усаживает её к себе на колени, посмотрев на девушку. — Ты серьезно просишь меня остановиться сейчас? — вскинул бровь Алекс, подтягивая брюнетку к себе за колени. Она ощутила его эрекцию, но не стала подавать виду. Главное, сохранять спокойствие. — Теперь точно серьезно. Мистер Нильсен, я не настроена сейчас на все ваши похотливые мысли и желания. — Значит ли это, мисс Харрис, что сегодня ночью вы будете на них настроены? — расплываясь в улыбке, он наклоняется к её шее, но лишь для того, чтобы потереться своим носом о её кожу. — Нет, — обхватив его лицо за подбородок, она смотрит в его глаза. — Даже нет ни малейшего желания узнать любимые игры папочки Алекса? — Я и так знаю, что ты любитель доминировать, — закатила глаза Харрис, упираясь в его плечи, чтобы встать с места. — У-тю-тю, малышка Агата и такие слова знает? — смеется Нильсен, откровенно издеваясь над ней. Сощурив глаза, Харрис неожиданно толкает его на кровать и заламывает его шаловливые руки над головой. Нависнув сверху, Агата ухмыляется и смотрит в удивленные глаза парня. — Я не только знаю такие слова, — шепчет девушка, начав издевательски медленно двигать бедрами, Агата с довольной улыбкой наклоняется к его уху и чуть прикусывает мочку. — Я умею и исполнять эту роль, папочка Алекс. — Мне нравится, когда ты меня так называешь… — хрипло произносит Александр, повернув голову. Сделав попытку подняться, Агата с новой силой вдавила его в кровать и сомкнула запястья, оставляя следы от ногтей на его руках. — Папочка Алекс хочет меня наказать? — издевалась чертовка. Кусала кожу под ушком, тут же оставляя влажный поцелуй. Она чувствовала, как все его тело напряглось. Как твердый член упирался прямо в её бедра. — Очень хочет… — Скажи это, — держа его запястья одной рукой, она прекрасно понимала, что он сможет легко выбраться, но Алекс был слишком заинтересован её игрой. Ему хотелось продолжения и он подчинялся. Рука Агаты скользнула по его скулам, цепляя пальцем нижнюю губу. Он смотрел, не отрываясь на нее. — Я хочу наказать тебя, Агата Харрис. Хочу, чтобы твое тело принадлежало только мне… — произнес он чуть тише обычного. Наклоняясь к его губам, она оставила издевательский поцелуй и резко вскочила на пол. — Я буду очень хорошей девочкой, чтобы вы меня не наказывали, папочка Алекс, — хлопая голубыми глазами, как глупая дурочка, Агата расплылась в улыбке и вышла из его комнаты.

«Привязанность Александра к Вам растёт»

Нильсен закрыл глаза и пытался сохранить хоть капельку того самообладания, которое у него было до появления Агаты Харрис в его жизни.

***

Весь день Агату не покидало странное чувство, что за ней наблюдают. Нет, не просто смотрят во время общения, а каждый шаг был сделан под пристальным взглядом. Успокаивать себя тем, что у нее паранойя, не имело смысла. Она знала, что это действительно так, ведь вела игру, о которой не знал никто, кроме нее. Мысли о том, чтобы все-таки рассказать о происходящем с ней, хотя бы Сэму, не давали ей покоя. Смотря за тем, как ее дверь комнаты наконец чинили, она ощутила присутствие рядом. — Где ты была ночью? — спросил Сэм, из-за чего Харрис вздрогнула из-за неожиданного вопроса. — Это имеет значение? — У тебя была сломана дверь, я пришел, чтобы посторожить тебя, а тебя не было. Где ты была? — Ночевала в другой комнате, — пожала плечами Агата, отведя взгляд в сторону. — Дверь готова, как и в ванной. Еще что-то? — спросил мастер, поднимаясь с колен и поправляя рубашку. — Можете установить еще один замок? — спросила девушка, чем вызвала большое удивление у мастера и Сэма, но оба тактично промолчали. Когда замок был поставлен, она молча зашла в комнату и проверила изнутри, а потом снова вышла. — Спасибо за работу, сэр, — улыбнулась Агата, протягивая деньги, но мужчина остановил ее. — Не стоит, леди. Мне уже оплатили работу, — улыбнулся он и спустился вниз. Он покинул дом, а Харрис нахмурила брови, повернувшись к Сэму. — Не смотри так. Мы сломали твою дверь, мы ее и оплатили, — пожал плечами мужчина, спускаясь следом вниз. Агата зашла в свою комнату, уже закрывая дверь, чтобы побыть наедине с собой. Подходя к шкафу, девушка вытаскивает халат и свежую одежду. Как же хотелось, черт возьми, в ванную! Нормально, без происшествий. Когда она собиралась уже направиться в душ, то резко остановилась у зеркала. Шаг назад, она смотрит на свой столик. Упакованный подарок заставил её напрячься, но Агата нашла в себе силы, чтобы кинуть одежду на кровать и начать его открывать. Старая книга, слегка потрепанная по краям, но с целыми страницами. Сказка о Красной Шапочке. Зачем ей ее подарили, да еще и старую книгу? Когда изнутри выпала записка, Харрис подняла ее и тут же открыла.

«Ты должна была быть Красной Шапочкой, я даже приготовил тебе красный плащ, но ты выбрала себе роль зайчика… От этого даже интереснее. Зайчики не могут спрятаться от волка, так ведь, милая Агата? Надеюсь, тебе понравится эта книга. Я приду ночью и почитаю тебе сказку на ночь. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— Твой серый волк. »

Дрожь по телу заставила Харрис выронить книгу. По щекам покатились неконтролируемые слезы, которые стали сжимать все ребра в тиски. Хотелось спрятаться, закричать, сбежать. Что угодно, лишь бы прекратить эту игру. Агата падает на пол и дает волю слезам разорвать ее легкие, сжимая руки в кулаки. Просидев так почти час, паника постепенно отходила на дальний план. Агата нашла в себе остатки сил, которые ушли на слезы, и направилась в душ. Сняв с себя одежду и начав мылить тело, девушка с особой жестокостью терла ладони, руки, плечи. Ей казалось, что этот Волк за ней следит. Касается ее рук прямо через эти письма. Он заставлял играть по своим правилам и Харрис не знала, что ей делать. Она слишком далеко зашла из-за свой лжи. Покинув ванную, Агата быстро одевается, словно за ней кто-то присматривает. Когда руки тянутся к книге, которую оставил Серый Волк, по всему дому раздается оглушающий громкий крик с первого этажа, который заставляет девушку остановиться.