Настоящий друг

      Маленький синий ежонок с опаской открыл свои зеленые глазки, он уставился на темно-синего ежа, который был постарше. Он был полностью спокоен, сидя в позе лотоса с закрытыми глазами. Ежонок слегка приуныл и как можно тихо двинулся к выходу из комнаты.Но его тут же поймали за шкирку. В зеленых глазках проявились слезы, старший собрат всегда наказывал ежонка болью, а как еще можно запугать ребенка?       — Па...папа... Отпусти, прошу. — по персиковым щекам вовсю текли слезы, ему было больно, а старший собрат только сильнее сдавливал кожу на загривке. Ежонок дрожал и маленькими персиковыми ручками пытался разогнуть темные пальцы, но те были слишком сильно сжаты, чтобы ребенок мог их отцепить.       — Что я тебе говорил на случай, если ты ослушаешься меня? — гроздно вопросил отец ежонка, поднимая его выше и сжимая пальцы еще сильнее. Хныки и всхлипы громко раздавались по всей комнате, и вот синюю шерсть объяло темная аура, которая тут же исчезла. Маленький зверек потерял сознание. — Никогда не думал, что мой сын будет таким слабаком.       Синие веки открылись, по телу градом лился холодный пот. Кошмары в последнее время участились, из-за них нормально поспать не удавалось, он всегда просыпался вялым, а иногда даже под вечер. И такое поведение настораживало его напарника. Сколько раз за последнюю неделю он отказался идти к врачу? Раз... шесть? Наверное.       О том, что творилось в самих снах знал только Соник, рассказывать об этом он не хотел, говорил, что как только просыпается так забывает, но это конечно же было вранье. Он помнил каждую секунду каждого сна. Это была его жизнь до того как он нашел своих бывших друзей. Но именно тот отрезок был еще ранним. А значит впереди еще дофига куда более страшных кошмаров.       Изумрудные глаза обратили внимание на часы-будильник, красные цифры показывали половину одиннадцатого утра. Обычно в такое время они вместе выходили на задний двор, чтобы размяться, а потом устроить гоночку. Может быть Зеленоглазка еще успеет. Однако на улице было пасмурно, да и темный ежик никогда не бегает один. Синька хотел встать, но вместо этого свернулся в клубок и впал в сон.       Белая ежиха с потрясающими изумрудными глазами несла на руках свой комочек счастья подальше от бойни, в которой участвовал муж. Она старалась убежать как можно дальше и как можно быстрее. Ее темно-зеленое платье развивалось по ветру, так же как такого же цвета бандана, которая придерживала ее иглы.       Буквально через несколько минут они добежали до храма, где их встретил не слишком старый серый еж в рясе, который перед тем как подойти поклонился. Белая ежиха плача умоляла его: — Иризель, прошу тебя. Оберегай моего сына, если я не вернусь.       — Как скажешь, Алиса. — серый еж взял ребенка на руки, так же кланяясь, крепко сжимая ежонка. Священник направился в двери храма, а затем запер их с помощью большой деревянной дощечки.       Из тени, отбрасываемой статуей какого-то из богов, вышла маленькая ежиха лет восьми-девяти с шерстью цвета стали: — Кто там был, папочка? — ежиха ближе подошла к сидящему на мраморном полу синему ежонку: — Ой, а тебя как зовут?       — Это сын Алисы и Дениза. — ответил священник, поправляя рясу. Он обдумывал, что ему сказать, если девушка не вернется. Он подошел к статуе одного из богов: — Yaboko¹-sama, inochi o sukutte kudasai, kono tatakai ni kachimashou.²       Девочка замолчала не мешая своему папе молиться, и перевела свои глаза цвета сирени на малыша. Ежонку было всего лет пять от роду, а он уже может остаться без семьи. Ей стало крайне жалко ежонка, поэтому она обняла его, приглаживая по иглам.       — Я Бишамон³, а ты? — она дождалась пока ее отец закончит молиться, прежде чем начать разговор. Бишамон... Богиня удачи? Ежонок почти сжался в клубок, ему было не слишком уютно здесь. — Мне бы хотелось узнать твое имя, чтобы знать как обращаться к тебе.       — Биша, пусть пока привыкнет к обстановке. Потом с ним поговоришь. — попросил серый еж, подходя от одного бога к другому, подкладывая золотые кольца. Девочка кивнула, снова обратив внимание на мальчика.       Этот день быстро сменился следующим и место действий перешло на кладбище. Где-то почти в центре были вырыты две новые могилы. На кладбище собралась почти вся деревня, каждый был подавлен, кто-то даже не мог сдержать слез. А священник стоял меж двух близкорасположенных могил и читал молитву за упокоение душ усопших. Маленький синий ежонок, плакал в объятиях новой подруги.       — Дениз и Алиса всегда останутся в нашей памяти, как лучшие воины Ежевичной долины, а так же любящие родители. — он повернулся к своей дочери, которая пыталась успокоить ежонка.       В этот раз тихо проснутся не удалось, он дернулся, заглатывая воздух тоннами. За что, память? Он успокаивал свое бьющееся сердце, прежде чем заметил кого-то в комнате. Даже догадываться не пришлось, Соник и так понял кто это был. Хмурый взгляд сольферино с вишней, черно-алые руки сложены на груди. Время на часах показывало шесть вечера. Опять... Он снова проспал почти сутки.       — Тебе не кажется, что это уже не нормально? — наигранно спокойно проговорил Уголек, наблюдая за сонными изумрудными глазами напарника. Тот промолчал, приподнимаясь, чтобы встать с кровати. Ух как его пошатывало, когда он встал на ноги, словно был пьян.       Индиговый еж чувствовал, что его голова будто превратилась в вату. Его мутило, однако он не съел ничего за последние пару суток, поэтому когда он упал на четвереньки, то из его рта полезла желчь, под которую он успел подставить руку, чтобы не испачкать пол в своей комнате. Через пару секунд темная рука уже протягивала ему стакан с водой. Синька с благодарностью в глазах принял стакан, опустошив его за очень короткое время.       — Видишь что уже с тобой происходит? — обычно Шэдоу старательно скрывал свое беспокойство, но тут он не смог скрыть. Он действительно беспокоился за этого балбеса, это очень ярко выражалось в его глазах. — С завтрашнего дня переходишь на свой обычный режим.       — Все будет в порядке, мама Шэди. — в этот раз черно-алый даже не обратил внимание на дурацкую кличку, лишь на косую улыбку. После чего он со вздохом вышел за дверь, призывая напарника поесть хоть что-то. Вот только у скоростного аппетита совсем не было.

***

      Сам дом священника находился не так далеко от храма. Вот уже шестой год пошел как в этом доме появился еще один житель. Этот самый сожитель находился на заднем дворе, его одеяние представляло собой уменьшенную версию рясы, он сидел в тени и кажется ...медитировал? По крайней мере его поза говорила об этом. Его лицо было напряженным, он никак не мог расслабиться.       Через пару секунд рядом с ним уже сидела ежиха, чьи иголки сверкали на солнце, действительно будто из стали. Сиреневые глаза прошлись по ежонку, она с глубоким вздохом опустила свою светлую руку ему на плечи. Те слегка опустились, напряжение уже чувствовалось не таким сильным и он выпрямился. Однако не прошло и пары минут как его зеленые глаза открылись и глянули в такие красивые, пурпурное сердце с прожилками аспидно-синего. Потрясающие глаза.       — Успокойся, Хоуп. Просто будь спокоен, не стоит так сильно напрягаться. — ее советы часто помогали ему, поэтому он кивнул, по новой собираясь с силами. Вот только в этот раз тоже ничего не получилось. Его разум будто играл с ним и подбрасывал картинки шестилетней давности. Он открыл глаза и не смог сдержать слез. Девушка прижала к себе приемного братишку.       Зеленые глаза вновь открылись, но вместо привычной освещенный дневным светом комнаты, он сидел в темноте. Ночь. Ого, как мало он проспал судя по часам. До утра еще четыре-пять часов. А сна больше не в одном глазу. «Интересно, Шэдс спит?». С такими мыслями он подошел к темной двери. На лице вдруг появилась ухмылка.       — Тук-тук. — он постучал по двери, собираясь произнести гениальную, по его понимаю шутку.       — Кто там? — продолжил черно-алый за дверью, понимая уже что его ждет. Очередной каламбур, ладно уж, пусть повеселиться.       — Я. — так же весело ответил Зеленоглазка, ожидая нужный вопрос.       — Кто я? — Уголек с концами отложил наушники с плеером. Его взгляд приковала к себе дверь, за который сейчас стоял Соник.       — А вот это ты мне скажи. — черныш не смог сдержать приглушенного смеха, и в этот самый момент дверь открывается. Прошедший в комнату улыбнулся своему достижению. — Я же говорил, что ты с моих шуток угорать будешь.       — Ты чего-то хотел? Ведь ты посреди ночи встал явно не чтобы рассказать мне шутку. — его пронзительный взгляд прошелся по индиговому ежу, очерчивая контур тела, и останавливаясь на лице. Глаза напарника уже не горели таким задорным огоньком.       — Да, ты прав. — ежик потер шею, отведя глаза от пронзительных алых, будто бы ему было стыдно. Он долго собирался с мыслями, но собеседник не отрывая взгляда и не смея прервать мысли, смотрел и ждал дальнейшего ответа. — Это связанно с моими снами. Понимаешь, это и не сны вовсе, это как... воспоминания. Ты должен меня понять, у тебя тоже есть темное прошлое.       — Если ты говоришь о кошмарных воспоминаниях во сне, то да. Бывало, но очень давно. — согласился Уголек. Он поднялся с пола, на котором сидел и вышел из комнаты, зазывая синего ежа за собой.       Спустившись по лестнице, они оба прошли на кухню. Сонька сел за стол, наблюдая за движениями напарника, который делал чай. О да, определенно это был чай. Индиговый еж уловил тот самый прекрасный запах, который появлялся только когда открывался их тайник с чаем, где было очень много сортов вкуснейшего травяного напитка. По помещению расплылся приятнейший запах смородины и крыжовника, это был его любимый чай. И давно Шэдоу знает это?       — И как давно ты это знаешь? — сразу спросил скоростной, с благодарностью принимая чашку и глядя в алые глаза. Персиковые руки обхватили горячую кружку и поднесли к таким же светлым губам.       — Ты недооцениваешь нашу дружбу. — с какой-то загадочностью произнес Алоглазка, садясь напротив друга и вновь устремляя пронзительный взгляд в зеленые глаза. — Я слушаю.       Изумрудные глаза посмотрели на темную жидкость в кружке, в свое отражение, в котором на секунду проявился Дарк, только с какими-то холодными голубыми глазами вместо темно-зеленых, по крайней мере ему так показалось. Синий прикрыл глаза и глубоко вздохнул прежде чем снова поднять его на собеседника.       — Ты как-то спрашивал что случилось с моей семьей. — белые клыки сильно прикусили светлую губу, из-за чего во рту ощущался солоновато-металлический привкус. — Ты удивился как легко я ответил. Но легко я ответил потому что тогда мне было легче от осознания, что мой «тюремщик» погиб. — ежик сделал пальцами кавычки. — Мой отец открыто показывал свою неприязнь ко мне, и постоянно приговаривал, что лучше бы моя мать изначально не могла иметь детей.       Шэдоу открыто охреневал от дальнейшего рассказа, даже при том, что он великолепный мастер в скрывании настоящих эмоций, его глаза выражали шок. Как можно так ненавидеть собственного ребенка? Ну вышел он чуть придурковатым, но это же не такая помеха. Вон, Уголек состряпал из Синьки всего за каких-то пару месяцев почти лучшего воина в этих краях. Просто к нему нужен был подход, или?..       — Я происхожу из двух мощных родов ежей владеющих большим количеством хаоса. Моя мама принадлежала роду, владеющих светлым хаосом, а отец, как ты понял, владел темным. Таких как они раньше было много, но потом их почти истребили. Мои родители были последними до меня. — продолжал синий ежик, его руки совсем незаметно, но тряслись, он вдыхал и выдыхал несколько раз, стараясь успокоиться. — Из-звини, я просто вспоминаю те моменты и... и...       Черныш прервал его, встав с места и подойдя к нему: — Давай так. Дыши, просто дыши. — его руки аккуратно опустились на синие ключицы. — Смотри на меня, лучше не вспоминать, если больно. Ты же мне сам так говорил.       — Спасибо, Шэдс... ты лучший. — выдохнул Зеленоглазка, прижимаясь лбом к черной груди, белый мех был настолько мягкий, что мог бы даже заменить подушку.       — Просто возвращаю должок. — из персиковых губ вырвался смешок, такую фразу СФЖ выбрасывал каждый раз, когда старался показать, что ему все равно, хотя на самом деле было далеко не так.

***

      Всю ночь они разговаривали, просто разговаривали не затрагивая какие-то глубокие темы. И это была действительно неплохая ночь, и слезы, и смех. Вы когда-нибудь смешивали алкоголь с каким-нибудь ну очень странным напитком? Вот и Соник поклялся, что больше никогда не добавит в зеленый чай вина. Это была слишком страшная ошибка, он чуть не обблевал весь паркет в гостинной. Он усвоил, что лучше пить эти прекрасные напитки по отдельности.       Еще весь день был проведен на кофе, нужно было восстанавливать режим, и для этого надо лечь ночью.       Через еще пару дней кошмаров, индиговый еж понял, что ему надо вернутся на родину, нет, не навсегда, а только чтобы разобраться с призраками прошлого.