Путь к мечте.

За пару дней до нового года, в день рождения Ви, отправив Гуки в общежитие я передала для Тэ коробку с пирожными. Написав парню поздравления, стала собираться в супермаркет. Неспешно пройдя все отделы, я подыскала символические подарки для парней, Наташи и Гуки. Приехав домой, решила нарядить елку, которую мы с ЧонГуком купили ещё неделю назад и даже поставили у окна в гостиной. Вот только развесить шары и мишуру всё руки не доходили. Вспомнив о маме, переслала ей на карточку деньги, наказав, чтобы она купила подарки себе, Ангелине и… Саше. Общались мы долго, обсуждая переезд Лины в Сеул. Мама грустила, что редко теперь будет видеть внучку. Ну, а что я могла поделать? Предлагала и ей перебраться жить в Корею, но безрезультатно. Почувствовав, что голодна, я пошла на кухню что нибудь поесть. ЧонГук приезжал только к ужину, поэтому обед я не готовила, устраивая себе лёгкие перекусы. Срок беременности был почти четыре месяца, но я всё так же не испытывала ни каких-то особых пристрастий в еде, ни повышенного аппетита в принципе. Ела как обычно, поэтому и лишний вес не набирала. Единственное, что я кушала с большим аппетитом — это спелые манго и огурчики с помидорами. Впрочем, от свежей выпечки тоже не отказывалась, но это нисколько не сказывалось на моей фигуре. Первого января я испекла пирог для мальчишек и, прихватив подарки, поехала в общежитие, зная, что в обед парни все будут там. Уже с утра Гуки умчался на съёмки, посвящённые поздравлению АРМИ с Новым годом. После съёмок мемберы вернулись в общежитие и остаток дня отдыхали, обзванивая и поздравляя своих родных. Подарки Гуки ждали его дома. Одним из них было 3D снимок нашего малыша в рамочке. Я ездила на УЗИ несколько дней назад, ничего ему не сказав. Поздравляя бантанов с наступающим Новым Годом, я раздала им и Наташе подарки. Парни в ответ вручили мне изящную вазу для цветов, конфеты и корзину с фруктами. Натка вручила красивую коробку и наказала открыть её дома (там оказалось красное кружевное бельё.) Уговорив пирог с мясом, мальчики довольно прогудели: — Вку-у-усно! Жаль, что мало… Мы с Гуки переглянулись и пригласили всех к нам на ужин, который состоялся через неделю. Приготовив несколько салатов, плов и пирог с ягодами, я прилегла отдохнуть, пока ЧонГук жарил отбивные. Потом переоделась и подкрасилась. Первыми приехали Наташка с Юнги и привезли пакет пирожков. Потом, дружной толпой прибыли остальные бантаны, тоже с пакетами в руках. Хоби прошёл на кухню и выложил на стол курочек гриль, мясные шарики, кольца кальмара в кляре, кимчи, вино и фрукты. В итоге еды получилось ну очень много и мы поставили в гостиной большой, раскладной кухонный стол. Стульев на всех не хватило, но это не беда, так как рядом стоял огромный диван. Мальчики налегали на мясное, нахваливая Наткины пирожки и отбивные Гуки. Потом пили чай с ягодным пирогом, шумно веселились, дурачась и хохоча. А когда все поутихли, Наташа села за пианино и спела нам свой любимый романс. Таким проникновенным голосом, что все заслушались. Особенно ЮнГи. Разошлись все поздно вечером. Убрав посуду и стол, мы с Чонгуки ещё немного посидели на диване, отдыхая от суеты. Почувствовав, что практически засыпаю, я отправилась в ванную надеясь смыть с себя усталость. Медленно раздевшись, зашла в душ кабину и закрыла дверцы. Но, как только я нанесла на тело свой любимый французский крем-гель, дверь ванной бесшумно открылась и вошёл ЧонГук. Я зачарованно наблюдала, как он раздевается и идёт ко мне. Раздвинув двери душевой кабины, он влез в тесное для двоих пространство и, гипнотизируя меня взглядом, низким голосом спросил: — Можно, я сам тебя искупаю? Я молча кивнула, чувствуя, что завожусь от одного только его взгляда. Его руки заскользили по моему телу, намыливая, дразня и лаская каждый сантиметр кожи. Внизу живота тут же зародилась сладкая пульсация… Но, изо всех сил стараясь держать себя в руках, я дала ему возможность вымыть меня и ополоснуть под душем. Направляя на моё тело тугие струи воды Гуки, лаская взглядом, следил за ручейками пены стекающей по моей груди и животу. Действо происходило молча, только напряжённое дыхание выдавало наше состояние. ЧонГук взял свой гель и вспенил между ладонями… Прижавшись спиной к стене я наблюдала, как он намыливает себя. Не выдержав, тут-же присоединилась к его рукам… Гуки и так уже был на грани, а от ласки его сильное накачанное тело буквально напряглось и задрожало под моими ладонями. Хрипло застонав, он прижал меня к себе и припал к губам, страстно целуя и сводя с ума своим сладким дыханием. В секунду выбравшись из кабины, он подхватил меня на руки и унёс в спальню. Не смотря на бурную ночь, мы отлично выспались. Утром, позавтракав, поехали вместе в общежитие. Рабочие будни никто не отменял. Парни трудились не покладая рук и ног, мотаясь по бесконечным съёмкам и репетициям, а ещё писали песни, встречались с фанатами и… мечтали о праздничных каникулах. Мы с ЧонГуком готовились к свадьбе. В свадебном салоне, где у меня просто глаза разбегались от всей этой белоснежной красоты, он купил мне белую шубку с капюшоном. Потом я, перемерив шесть платьев, решительно остановилась на одном, которое понравилось больше всего. Выпроводив любимого из примерочной, я смотрела на себя в большое зеркало. Платье, приятного кремового цвета, было отделано французским кружевом и маленькими стразами Сваровски, которые переливались как сотни бриллиантов. Атласное, с пояском под грудью, оно мягкими складками струилось до самого пола. Налюбовавшись на шикарный наряд я переоделась и, надев на платье защитный чехол, вышла из примерочной. К платью купили колье, украшения для причёски и мягкие туфли на невысоком каблуке, расшитые всё теми-же стразами. Далее, в мужском отделе мы приобрели всё необходимое для ЧонГука. *** В конце января съездили и оплатили ресторан, заказав оформление зала, меню и напитки. Гуки, видя, что я стала часто уставать, усиленно обо мне заботился. На работе он постоянно следил за мной, порой одними глазами спрашивая: «Ну, как ты?» Лидер НамДжун докладывал ШиХёку, что АРМИ окончательно успокоились и ждут свадьбу ЧонГука и рождения малыша, от души желая «молодым» счастья и здоровья. Я часто ловила себя на мысли, что нет, так не может быть! Наверное, я сплю? Но, каждый вечер, оказываясь в объятиях любимого и глядя в его сияющие глаза, понимала: всё правда, всё происходит на самом деле. Гуки теперь, опасаясь навредить малышу, старался держать свою страсть в узде. Особенно, когда по собственной инициативе поехал со мной в клинику на приём и лично услышал от доктора: «Мадам, вам теперь нужно поберечься». Поэтому, каждую ночь, нежно поцеловав, он укладывал мою голову себе на грудь и, ласково обнимая обеими руками, шептал: — Спи, любимая! Спи сладко… Утром пятого февраля у бантан был выходной, который, не смотря на плотный график, щедрый ШиХёк устроил парням в честь нашей с Гуки свадьбы. Я созвонилась с мамой и сказала собираться, потому что сейчас за ней и Ангелиной приедет такси, которое отвезёт их в салон красоты, где им сделают причёски и подберут платья и туфли. Мама с дочкой приехали три дня назад, но она опять отказалась «стеснять» нас с Чонгуки и сняла номер в гостинице, оставив пока Линочку у себя. Я не настаивала, зная, что её не переубедить. Перевезла только на квартиру вещи Ангелины. Меня ЧонГук отвёз в другой салон и, поставив охрану на входе, унёсся встречать своих родителей и брата. В два часа дня я придирчиво оглядывала себя в зеркало. Платье сидело идеально, высокая причёска была украшена жемчужной нитью с мелкими цветочками из белой органзы. Лёгкий макияж как будто освежил моё лицо и сделал его ещё моложе. Забрать меня из салона и доставить в ЗАГС вызвалась Наташа, не позволив ЧонГуку «видеть невесту до свадьбы». Примчавшись за мной на машине с ЮнГи и войдя в салон, Натка воскликнула: — Ликуся, боже, какая ты красивая! Я растроганно обняла подругу. — Спасибо, моя дорогая! Накинув шубку, я осторожно, чтобы не растрепать укладку, надела капюшон и взяла бело-розовый букетик невесты. Под руку с Натой, мы пошли в машину. Шуга, увидев меня, расплылся в улыбке и поднял вверх два больших пальца. В ЗАГС мы прибыли за полчаса до начала регистрации. ЧонГук и наши родные были уже там. Только я вошла, как Ангелина бросилась ко мне, обхватила ручками и воскликнула: — Мамочка, ты так похожа на принцессу! Поцеловав дочку, я передала её маме, которая подошла обнять меня. ЧонГук, ослепительно улыбаясь, взял меня за руки и восхищённо прошептал: — Ты прекрасна! Я очень тебя люблю! С сильно бьющимся сердцем, я смотрела на это божество в белоснежной рубашке и чёрном костюме с бутоньеркой на груди. И всё никак не могла поверить, что через несколько минут он станет моим мужем. Церемония прошла как в тумане… Наше с ЧонГуки уверенное «да» на вопрос регистраторши… Его сладкий поцелуй… Поздравления и объятия наших родных и Наташи с ЮнГи… И цветы, цветы, цветы. Гуки, отдав все букеты в руки родителям, помог мне надеть шубку и, подхватив на руки, унёс и усадил в белый лимузин стоящий у входа. Мы поехали к фотографу и больше часа наслаждались красивой фотосъёмкой в фотостудии и на природе. Фотограф уверял нас, что снимки будут просто необыкновенными и сказал, что забрать их можно будет уже через два дня. Когда мы приехали в ресторан, все бантаны были уже там. Ждали только Бан ШиХёка. Мальчики кинулись обнимать и поздравлять нас. Восторженно осыпая меня лестными комплиментами, парни с удовольствием сделали несколько селфи. «На память», как сказал Хоби. Я представила своих маму и дочку мальчикам, которые вежливо поклонились и сказали: — Очень приятно познакомиться, аджумма! Переведя слова парней маме, я переключила своё внимание на дочку, которая смело стояла перед бантанами. Глядя на них снизу вверх, дочка приветливо улыбалась. Первый, к кому подошла поближе Ангелина, был ЧиМин. Он присел перед ней на корточки. — Привет, принцесса! Видимо, Чима очень понравился Лине. Потянувшись, она обняла его за шею и прощебетала: — Ты красивый! Я перевела ЧиМину слова дочки. Плюшка, разомлев от детской ласки, радостно вспыхнул, подхватил Ангелину на руки и повернулся к мемберам. Мальчики окружили улыбающихся до ушей Чиму с Линой и ласково здоровались с ней, осторожно пожимая детскую ручонку. Идиллию прервал вошедший в зал Бан ШиХёк. Мемберы дружно поклонились. — Здравствуйте, ПиДи-нним! Директор поприветствовал собравшихся и подошёл к нам с Гуки. Вручил мне букет белых роз, а ЧонГуку — конверт. — Ну что-ж, молодожёны, от души поздравляю вас! Живите счастливо! — он пожал руку ЧонГуку и осторожно сжал мои пальцы. Поблагодарив ШиХёка, мы пригласили гостей на праздничный обед. Выстроенные в виде подковы столы ломились от обилия закусок и дорогого алкоголя. Мы с Чонгуки сидели в центре. Зал был великолепно украшен цветами и кистями глициний. На столике у окна, ждал своего часа красивый и несомненно вкусный, двухэтажный торт. Свадьбу вела Наташа и помогал ей Джин, вовлекая гостей в игры и конкурсы. Музыканты играли без устали, то спокойную, то ритмичную музыку и я перетанцевала со всеми бантанами, пока Гуки не забрал меня под «своё крылышко». ШиХёк, после нескольких выпитых рюмашек окончательно подобрел и с удовольствием общался с гостями, и мальчиками. На маму мою он поглядывал с особым интересом и даже пригласил её на танец, но языковой барьер мешал им перекинуться хоть парой слов. Как сказала мне потом мама: «Эх, надо было учить хотя бы английский!» Ангелина переходила из рук в руки, заражая всех своим очарованием и улыбкой. Эта маленькая непоседа в розовом пышном платьице, шоколадные локоны которой украшал бело-розовый ободок с большой розой, была похожа на ванильно-клубничную зефирку. Она посидела на руках у всех бантан, у брата и родителей Чонгуки, у Наташи… Немного опасалась правда ШиХёка и ЮнГи, но и им открыто улыбалась. А вот кто был от Лины в полном восторге, так это ЧиМин и ТэХён, которые тискали её и подсовывали вкусные кусочки со стола, наплевав на все приличия. Дочкины слова мальчикам переводила Наташа и парни то и дело умилялись искренности и сообразительности моей малышки. Вскоре, дочка нашла способ общаться с гостями языком жестов, что приносило ей видимое удовольствие. Моя бедная мама, не понимающая ни слова по-корейски, спокойно и уверенно улыбалась и подмигивала мне, мол, всё хорошо. Спасибо подруге, которая успевала развлекать и её. Мальчики подвыпили, пели песни и много танцевали, демонстрируя отличную хореографию. Гуки пригласил меня на танец и мы, обнявшись, медленно покачивались в такт музыке, взглядом признаваясь друг другу в любви и мечтая остаться наедине. Часов в пять Лина, устав, подбежала ко мне и спросила, когда мы будем кушать торт. ЧонГук, взяв её на руки, спросил: — Что ты хочешь, малышка? Узнав, что именно спрашивала Ангелина, ЧонГук подмигнул мне: — А пойдём-ка резать торт! Официанты ловко убрали со столов посуду и разнесли кофе и соки. А мы разрезали торт и, раздав всем гостям, сами с удовольствием полакомились вкусной выпечкой. Бан ШиХёк, попрощавшись, ушёл около шести и все как-то сразу облегчённо выдохнули. Мальчики заговорили все разом, выражая восторг по поводу этого «замечательного» дня. Как-то уютно стало, по-семейному, что-ли… В какой-то момент, заболтавшись с подругой, я поняла, что давно не слышу дочь. Обведя зал взглядом, заметила сидящего на стуле у стены ЧиМина, со спящей Линой на руках. Поймав мой взгляд, он ласково улыбнулся и приложил палец к губам. На душе стало так тепло! Какой же он замечательный, наш «рисовый пирожочек»! Вскоре решили, что пора расходиться. Мама сказала, что на эту ночь отвезёт Ангелину к себе в гостиницу. Мы с Гуки должны были забрать дочку утром и проводить маму в аэропорт, так как её срочно вызвали на работу. ЧиМин донёс спящую Лину до такси и осторожно передал уже сидящей в автомобиле маме, вежливо сказав: — До свидания, аджумма! Догадавшись, что именно он сказал, мама тепло улыбнулась: — До свидания, ЧиМин! Мы с Чонгуки, забрав цветы и подарочные конверты, попрощались с бантанами и Наткой, посадили его родителей и брата в такси, и тоже уехали домой. ЧонГук унёс букеты на кухню и вернулся со стаканом сока в руке. Подняв меня на руки унёс в гостиную и усадил на диван. Потом снял с меня туфли, вынул из волос шпильки и украшения… Я с облегчением выдохнула, почувствовав, как устала за этот длинный, наполненный хлопотами (хоть и приятными!) день. Сняв платье, в одном белье и чулках, я растянулась на диване. Гуки сел на пол рядом и с любовью смотрел на меня. — Ну что, госпожа Чон… поздравляю тебя! Боже, до сих пор не могу поверить, что ты — моя жена… — Родной, спасибо тебе! — За что? — За всё. За твою любовь, за заботу, за эту свадьбу. Муж мой… Он наклонился и стал меня целовать. Но, прервав свои жаркие поцелуи с сожалением прошептал: — Нельзя… Я притянула его к себе, такого желанного, бесконечно любимого, и нетерпеливо выдохнула: — Кто сказал такую глупость? Можно, если осторожно. Прильнув к его губам, я между поцелуями убеждала: — Ты и так пять дней держал меня на голодном пайке. А сегодня у нас первая брачная ночь, как никак! Глаза его загорелись и, целуя меня, Гуки жарко прошептал: — Я буду любить тебя очень осторожно, обещаю! Подхватив на руки, он унёс меня в спальню, где подверг моё тело таким сладким пыткам, что мои стоны наверняка были слышны далеко за пределами нашей квартиры. Утром мы проводили маму в аэропорт и, по дороге домой, зарулили в гипермаркет. ЧонГук посадил Лину в тележку и попросил, чтобы я перевела ей: — Выбирай, что хочешь! Он катал довольную Ангелинку между бесконечных стеллажей и нагружал тележку продуктами, вкусняшками и всякими пакетиками и коробочками со сладостями, в которые тыкала пальчиком дочка. Напоследок, сложив сверху наполненной тележки пакеты с овощами и фруктами, мы подъехали на кассу. Дома, разобрав продукты и перекусив, пошли устраивать Лину в её комнате. Дочка была в восторге от своей детской. А я с изумлением увидела целую гору пакетов и разноцветных коробок с игрушками. — Милый, когда ты успел? Ты никак скупил пол магазина игрушек, а я и не заметила? Он рассмеялся: — Ну-у-у, помнишь, неделю назад, когда у тебя был выходной и ты уснула не дождавшись меня? Вот тогда я и пришёл с подарками. Занёс потихоньку в комнату и тебе не сказал. Вот блин! А я за неделю даже ни разу не зашла в детскую. Как-то всё не было времени… Дочка восторженно запрыгала и, расцеловав довольного Гуки, поблагодарила его за подарки. Оставив её распаковывать коробки и пакеты, мы предоставили ей возможность самостоятельно всё разложить и расставить по местам. Приготовив обед, покушали дружной семьёй и ЧонГук уехал к мемберам. Я же взяла у директора два выходных, чтобы срочно найти дочке няню. Позвонила в агентство и они тут-же прислали русскоговорящую кореянку лет сорока пяти. Среднего роста и приятной внешности, Мин СоЮн была доброй, общительной и пообещала учить Лину корейскому языку. Женщина настолько располагала к себе, что быстро покорила и меня, и дочку. Вечером, когда пришёл ЧонГук, мы, прочитав рекомендации, подписали с няней договор и обсудили в какие дни и на сколько часов нам понадобятся её услуги. Вот так и началась наша практически безоблачная семейная жизнь. Через три дня после свадьбы, ЧонГук выложил в сеть всего два наших совместных фото. Таких, чтобы не крупным планом. Если честно, я, основываясь на поговорке — «счастье любит тишину», вообще не стала бы выкладывать фотографии, но фанатки требовали « хлеба и зрелищ». *** Быстро бежали дни… В день рождения Хоби, бантаны улетели в Японию и отпраздновали его там. Наташа сопровождала мальчиков, а я осталась, так как надо было сдать отчёт. Девятого марта, вечером в общежитии, праздновали день рождения ЮнГи. В итоге, он чуток перебрал соджу и уснул на диване в гостиной, положив голову на колени Наташи. Мальчики перенесли его в комнату и разошлись спать. Подруга попросила подвезти её домой, стесняясь остаться с Шугой при парнях. Хоть они и знали всё, Натка продолжала делать вид, что ничего не происходит. В конце марта я ушла в декрет, но иногда навещала бантан в общежитии. Приезжала часов в девять вечера, когда ребята уже были дома и, поужинав, собирались в гостиной. Иногда я брала с собой дочку, которая больше всех обожала ЧиМина и Тэ. Мальчики всегда с удовольствием возились с ней. Но и все остальные мемберы радовались нашему приезду, потому что Лина покорила всех своим очарованием. Она тискала Ёнтана, много болтала с парнями и её не смущал тот факт, что они не понимали ни слова. Парни слушали Лину, кивали, улыбались и поддакивали, хоть и не знали, о чём она так оживлённо им рассказывает. Мне приходилось переводить, но это очень утомляло, потому что поспеть за моей энергичной тараторкой было просто невозможно. В итоге, махнув рукой, я просто наблюдала, иногда встревая, чтобы непоседа не надоедала мальчикам. Натка, моя замечательная подруга, даже тут выручала меня, развлекая неугомонную Ангелину, за что я была ей безмерно благодарна. *** Незаметно промчались апрель и половина мая… А в последние дни весны, Хоби по секрету сообщил, что ЧиМин и НамДжун обзавелись девушками. Я была очень рада за парней! Так хотелось, чтобы все они были счастливы. Ведь очень скоро их ждала служба в армии и было бы здорово, чтобы у каждого из бантан была любимая, которая будет с нетерпением ожидать их возвращения. ЧонГук очень переживал, как оставит меня с детьми на полтора года, но я убеждала его (и себя), что всё будет хорошо. Бан ШиХёк предложил парням уйти в армию всем вместе, чтобы вернувшись, сразу возобновить творческую деятельность. Поскольку Джину уже пора было уйти служить, директор попросил для него небольшую отсрочку, чтобы дать ЧонГуку возможность побыть дома хоть один месяц после рождения сына. Гуки с нетерпением ждал появления нашего ребёнка на свет, зачёркивая дни в календаре. Не смотря на беспокойство в связи с уходом в армию, он был энергичен, счастлив, и успевал всё и везде. Пребывая в эйфории, записывал новые песни и каверы, чем безусловно очень радовал ШиХёка и АРМИ. К слову, ЮнГи тоже написал несколько композиций, да и ЧиМин выпустил ещё одну сольную песню. Вот что с людьми делает любовь! Гуки жутко баловал Ангелину, не смотря на мои возражения. Чуткий, заботливый, весёлый, он покорил сердце моей дочери, которая была от него в восторге. ЧонГук называл Лину на английский манер «Энджел», как бы сокращая от «Ангелина». Каждый вечер, дочка, услышав из прихожей знакомый голос и уже узнаваемую фразу — «А где мой Ангел?» бежала его встречать. Конечно, львиная доля внимания Гуки доставалась всё-таки мне. SMS-ки по два-три раза в день, букеты, подарки, сюрпризы… Всё, чтобы «побаловать свою любимую». Мы, к сожалению, так и не съездили в свадебное путешествие, в связи с плотным графиком бантан. Но Гуки обещал, что первым делом после его возвращения из армии, мы поедем на неделю или две в Париж. Я гнала от себя грустные мысли. Больше года без любимого… Но грусти не грусти, а службы не избежать. Я справлюсь! С детьми, в заботах, время пролетит быстро. Жаль только, ЧонГук не увидит, как растёт его сын. Он конечно, мог бы пойти служить и позже, но на семейном совете мы решили, что лучше так, чем он выпадет из группы потом. Ведь даже без одного участника, BTS уже не сможет быть прежней. В конце концов, это ведь я вторглась в его жизнь, разом перевернув её с ног на голову. Вот и придётся мне пожить какое-то время без своего любимого. Типа расплата за запретную любовь… Ну и пусть! Я и так получила много. Так много, что ни одной фанатке и не снилось! В первый день лета я, по обыкновению занималась домашними делами: стирала, готовила… Няня СоЮн взяла выходной, поэтому дома были только мы с дочкой. У бантан выдался напряжённый день и Гуки умчался ещё рано утром, когда мы с Линой спали. В нашей спальне была большая остеклённая лоджия. Развесив бельё, я взяла тазик и пошла в ванную… Но вдруг, ощутив схватку, взволнованно замерла. Вообще-то, слабые спазмы я начала замечать ещё часа три назад, но подумала, что это от того, что в суете домашних дел мне и присесть-то некогда было… И тут, спустя ещё пять минут, схватка повторилась… «Дорогая, да ты рожать надумала!» — мысленно сказала я себе. Решила Гуки пока не волновать. У них сейчас съёмки в рекламе, затем поездка на телевидение… Я срочно вызвала СоЮн к дочке, приготовила документы и поставила в прихожей небольшую сумку для поездки в роддом, которую собрала неделю назад. Приняла душ, переоделась и решила позвонить Наташе. Узнав, что мальчики обедают, а потом едут на телешоу, я попросила подругу приехать. Услышав моё взволнованное: «началось!», Натка всполошилась. — Так, дорогая, спокойно! Дыши! Я сейчас отправлю мальчиков с СеДжином и примчусь к тебе! Мы решили ничего не говорить ЧонГуку. Пусть спокойно работает. Подруга приехала через пятнадцать минут, на машине ЮнГи. Я дала указания няне, поцеловала дочку и, взяв сумку, обулась. Натка забрала у меня вещи, взяла под руку и довела до лифта. Мы быстро домчались до клиники, в которую ЧонГук записал меня ещё в мае, проплатив палату на VIP этаже. В фойе меня уложили на каталку, подсунув под голову подушку и накрыв ноги простынкой. Пока медсестра заполняла документы, я, едва успевая отдышаться от очередной схватки, просила Наташу ничего не говорить Гуки до тех пор, пока малыш не родится. Медсестра спешно отвезла меня в родовую. Я повторяла мысленно: «Только бы всё было хорошо!» Вспоминала — дочку-то я родила быстро, всего за семь часов. Похоже, сын появится ещё быстрее, вот ведь нетерпеливый какой! Меня только успели переодеть в больничную сорочку и помогли взобраться на кресло, как спустя каких-то полчаса доктор скомандовала: «тужьтесь!» Я даже испугаться не успела, как через несколько минут родила крепенького темноволосого бутузика, который огласил этот мир возмущённым криком. Сына положили мне на живот и я, обхватив руками маленькое тёплое тельце, смотрела на него, такого родного, такого любимого и долгожданного, и не могла насмотреться. Счастливые слёзы катились по щекам и я улыбалась сквозь эти слёзы, любуясь на своего маленького МинХо. Я так хотела поцеловать этот крохотный носик, но не могла до него дотянуться, поэтому просто осторожно гладила шелковистые волосики на макушке сына и шептала: «Сыночек, маленький мой, я тебя так люблю!» Нежность, безграничная, щемящая, затопила меня с головой. Тут в палату вошла Наташа, в длинном халате, шапочке и маске. Она тихонько подошла ко мне и, сама прослезившись, сказала: — Боже, какой красивый малыш! Он будет ещё красивее своего знаменитого папки, потому что взял от вас обоих всё самое лучшее! Я не могла с ней не согласиться. Сыночек успокоился и вдруг открыл глазки. Мой малыш смотрел на мир красивыми черешневыми глазёнками. Реснички были длинными, бровки — как нарисованные… А его довольно густые волосики были цвета тёмного шоколада. МинХо был скорее метисом, чем корейцем. И он был так прекрасен! А под нижней пухлой губкой была та самая родинка, как у Чонгуки… Подруга восхищённо повторила: — Красавчик! Ну, мать, держись. От девок у него отбоя не будет! Я только счастливо засмеялась. Судьба опять меня баловала… Вес сыночка оказался аж четыре килограмма, рост 55 сантиметров. «Богатырь!» — восхитилась Натка и улыбаясь вышла, сказав, что ей пора возвращаться на работу. Мне отдали сына, чтобы я приложила его к груди, а через полчаса нас увезли в палату. Отдельный бокс находился на этаже с пометкой VIP. Четыре комнаты, каждая из которых была размером с небольшую квартиру-студию. Окна в них выходили не только на улицу, но и в большой коридор — холл. «Это для посетителей. Чтобы они могли пообщаться с мамочками через стекло, а не вваливаться в палату всей толпой», — пояснила медсестра. Я восхищённо огляделась: «Вот это апартаменты!» В просторной комнате было всё: удобная кровать, стол, стулья, телевизор, кроватка для малыша, пеленальный стол, шкаф для одежды, холодильник, электрочайник… А так-же — небольшая прихожая с вешалкой и зеркалом, и санузел. Медсестра положила малыша в кроватку, поставила на тумбочку у моей кровати вазу с фруктами и бутылку воды. Предложив мне поспать, она вышла, сказав, что ужин принесут через два часа. Но какой там сон! Я лежала и любовалась на спящего сыночка. Пока думала: взять его к себе под бочок, или не тревожить? Двери вдруг распахнулись, и в палату, запыхавшись, с огромным букетом наперевес ворвался ЧонГук. Остановившись на пороге и немного растерянно улыбаясь, он переводил взгляд с меня на спящего сына и обратно. Медленно подошёл, положил цветы в ногах кровати и сел рядом со мной. — Почему ты мне не позвонила? Я хотел быть рядом, ты же знала… Когда Наташа сказала… Боже, я так испугался! Я летел сюда, как ненормальный! Он наклонился, нежно, трепетно поцеловал меня в губы и, заглянув в глаза, дрогнувшим голосом повторил: — Я так испугался… Против воли из глаз моих брызнули слёзы и я прошептала: — ЧонГуки, я так тебя люблю! Ты не волнуйся, всё хорошо, малыш здоров, со мной тоже всё в порядке. Он стёр мои слёзы подушечками больших пальцев и, сам чуть не плача, растроганно бормотал: — Солнце… любимая… спасибо тебе за сына! Осторожно встав, я потянула его за руку и подвела к спящему малышу. Достала МинХо из кроватки и вложила в сложенные колыбелькой руки любимого мужа. ЧонГук бережно прижал к себе маленькое тельце и заворожённо смотрел на сына. — Лика, он такой красивый! Он похож на тебя… Наш малыш… Сын… Он поднял на меня счастливые глаза и повторил: — Спасибо! Прервав нашу идиллию, в палату всунула голову Наташа: — Ребятки, у меня сюрприз! Войдя, она подняла жалюзи на окне, выходившем в коридор. А там, за стеклом, шесть фигур в белых халатах и масках, радостно махали нам руками. Бантаны! По одному тихо войдя в палату, они нерешительно замерли на пороге, с любопытством глядя на ребёнка в руках ЧонГука. НамДжун вручил мне корзинку с розами, поставил на стол пакет с фруктами и, улыбаясь, воскликнул: — Лика, ЧонГуки, поздравляем вас с рождением сына! Я поблагодарила мальчиков за поздравление и поманила их рукой. Все шестеро осторожно обступили ЧонГука, который, сияя улыбкой, не сводил с малыша глаз. Как-то растерянно и в то-же время гордо он произнёс, посмотрев на мемберов: — Хёны, спасибо… Вот, знакомьтесь, МинХо, мой сын! Парни шёпотом запели: — С днём рожденья, МинХо, — С днём рожденья, МинХо, — С днём рожденья, с днём рожденья, — Поздравляем МинХо! И, отойдя в сторону, тихонечко захлопали в ладоши. НамДжун, увидев, как ЧонГук целует малыша в макушку, сделал снимок на телефон. Через три дня нас с сыном выписали из больницы. ЧонГук с Наташей приехали с утра и забрали нас домой. Уложив сына в детской, я расцеловала дочь и, оставив её любоваться на братика, ушла на кухню. А там, Гуки с Наткой уже доставали из пакетов готовую еду и раскладывали по тарелкам, готовясь к приезду бантан. Пока они накрывали на стол в гостиной, я приняла душ, надела лёгкое платье и слегка подкрасилась. Уложив волосы, пошла проверить сына. Малыш сладко сопел в своей мягкой, уютной кроватке. За ним присматривала СоЮн. Услышав трель дверного звонка, я распахнула дверь и впустила приехавших парней. Они заявились с тортом, цветами, подарками для малыша и сладостями для Ангелины. Мы пообедали одной большой, дружной семьёй, затем мальчики помогли убрать со стола и потребовали принести «наследника». Рассмеявшись, я пошла в детскую, покормила проснувшегося сына и принесла его в гостиную. Мальчики обступили меня, разглядывая МинХо. Многие из них заявили, что малыш очень красив. ЧонГук обнял меня со спины, положив свои руки поверх моих, и не сводил глаз с нашего маленького принца. ЧиМин, протянув руки, заканючил: — Дай мне его подержать, пожа-а-алуйста! Под бдительным взором ЧонГука, МинХо подержали на руках Чима, Тэ и Хоби. Остальные побоялись брать малыша. — Он такой крошечный! — немного испуганно бормотал Джун, пряча руки за спину. Наш Мистер Неуклюжесть, он просто побоялся причинить вред малышу неосторожным движением. Эпилог. Вечером нам позвонили бантаны и сообщили, что это фото с подписью: «ЧонГук, целующий своего новорожденного сына!» — за два часа набрало несколько сотен тысяч лайков и примерно столько же восторженных отзывов с пожеланиями счастья. И это был далеко не предел. *** А жизнь текла своим чередом и была наполнена радостными заботами и хлопотами, потому что теперь у нас с Чонгуки был сын. Наше Счастье, Солнце, любимый всеми МинХо, который каждый следующий день делал лучше предыдущего. Приходя вечером домой, ЧонГук брал на руки сына и тихо разговаривал с ним или напевал ему песни… Он помогал мне купать малыша и с умилением перебирал крохотные пальчики, так нежно и осторожно, словно сын был самым хрупким созданием на свете… В гости приезжали сначала моя мама, а через день — родители Гуки. Они гостили у нас несколько дней и с удовольствием возились с внуком. Спустя месяц после рождения МинХо, ЧонГук и бантаны ушли в армию… Сыночек рос, с Гуки мы часто разговаривали по скайпу и, таким образом, отец и сын на протяжении полутора лет «общались» друг с другом. Малыш уже узнавал своего папу, радостно что-то лепетал протягивая к нему ручки и не понимал, почему не может до него дотронуться… Я заказала портрет ЧонГука и повесила его в комнате сына. Каждый день показывала малышу и говорила: — Сына, это твой папа. Когда МинХо было девять с половиной месяцев, он, глядя на портрет, первый раз произнёс: «Па». В тот-же день, когда мы с Гуки общались по видеосвязи, я принесла проснувшегося сына и малыш, увидев отца, опять сказал короткое «па». Я объяснила Гуки, что сын пытается сказать «папа», и муж выглядел таким довольным и гордым, что я невольно рассмеялась. В полтора годика сын уже свободно произносил некоторые слова и фразы на русском и корейском языках. Но я старалась больше общаться с сыном по-корейски. А несколько дней спустя, мы встречали нашего папочку и всех бантан в аэропорту. МинХо, увидев отца, смело пошёл ему навстречу, повторяя: «Аппа, аппа!» а тот, подхватив сына, подбросил его в воздух и, прижав затем к себе, счастливо засмеялся. А я, просто обняв их обоих, замерла от переполнявших меня чувств и молча смотрела в глаза своему любимому. В его взгляде плескалась безграничная любовь и нежность… Я смотрела на дорогое мне лицо и не могла насмотреться… Бантаны очень возмужали и стали ещё красивее. Они радостно обнимали меня и Наташу, тормошили МинХо, который, будучи очень общительным ребёнком, с удовольствием шёл ко всем на руки, взвизгивая от восторга, когда кто нибудь из бантан подкидывал его в воздух. Через некоторое время мы, попрощавшись с парнями у общежития, поехали за Ангелиной в школу. Дочь оказалась легко обучаемой и за эти два года, неплохо выучила корейский и английский языки. Теперь она свободно общалась с Гуки и он был очень доволен, что им больше не требовался переводчик. А дальше настал новый виток взлёта популярности бантан, которые за полтора года в армии написали множество песен. И теперь, они спешно записывали треки и с удовольствием репетировали новые, знаменитые своей потрясающей синхронностью шикарные танцы. Через три месяца мальчики выпустили новый альбом, взорвавший весь фандом восторженными отзывами. Сотни миллионов лайков, просмотров и комментариев… Заголовки всех популярных изданий кричали: «BTS ВЕРНУЛИСЬ!» Да, я была женой айдола. И порой мне было нелегко от излишнего внимания фанатов к моей скромной персоне. А ещё, мне с детьми приходилось неделями ждать любимого с гастролей… Но мы с Чонгуки были счастливы! И теперь уж точно никто и ничто не могло омрачить этого счастья! Манишь, любишь, искушаешь, Никуда не отпускаешь. Ты зовёшь и соблазняешь, Нежно к сердцу прижимаешь. Я в глазах твоих теряюсь, Таю, млею, растворяюсь… Твоим ласкам подчиняюсь, В твои руки отдаюсь. (SweetMoon)