Я так соскучился

Антон начал тихо хихикать, когда Арсений случайно задел плечом дверцу открытого шкафа и ругнулся. Он любил откладывать в памяти каждую частичку Попова, даже если это была такая мелочь, как сейчас. Парень сразу подсознательно запоминал, как старший сводит брови и матерится лишь губами, не произнося ни звука. Ещё ему нравилось отводить взгляд, когда Арсений замечал на его лице такую хитрую улыбку. — Вообще-то это больно, — шатен сразу смягчается и сам начинает улыбаться, а Антон чувствует, как кровать рядом прогибается. — Было бы не больно, если бы ты ходил чуть аккуратней, а не как танк, — Шастун ухмыляется, прикладывая свою ладонь к плечу своего бойфренда, нежно поглаживая его. — Да ты сам распахнул этот чёртов шкаф! — Он возникает так по-детски, что младший чувствует себя в разы старше и это не может не умилить его уже в который раз. — Ты видел, что он открыт. Попрошу без претензий ко мне, — попытки оставаться серьёзными проваливаются и в этот раз смеются они вдвоём. Шаст словил глазами слегка затуманенный взгляд, из-за чего на секунду сам замер. Сложно не утонуть в этих чистых голубых глазах. Арсений не удержался и, подхватив момент, притянул парня ближе к себе и уткнулся носом ему в шею. В голове бушевала куча мыслей и он пытался уложить их. Последние несколько дней мужчина что и делал, так это пытался успокоиться и сосредоточиться только на одном. На самом главном в его жизни - на Антоне. Влюбился ведь в этого мальчика до потери пульса. Он любил его каждой клеточкой своего тела, до боли в груди, до пульсации в висках и до дрожащих рук. И Попов точно не сомневался, что Антон чувствует то же самое, если не с двойной силой. Мужчина готов тратить все свои силы, чтобы никогда не отпускать Антона и чувствовать в душе умиротворение, когда тот проводит ладонью по его шее и тонкими пальцами обводит скулу, после чего переходит на ключицы. Шастуну всего девятнадцать лет, но уже сейчас он более чем уверен, что встретил любовь всей своей жизни и уже начал строить путь к своей идеальной карьере. Через пару лет он закончит театральный и перед ним откроются новые двери, о которых они с Арсением мечтают вместе по ночам. Несмотря на то, что в свои 25 Попов всё ещё привязан к одному Воронежскому театру, его это не особо гложет. По крайней мере, так думает Антон. Он влюблён, ведь отношения, которые длятся уже три года, вряд ли смогут когда-то рассыпаться по крупицам. Они вдвоём поддерживают свою "лодку" на воде и даже не ссорятся. Антон может назвать эти отношения идеальными, ведь раньше такого у него не было. Арсения лишь забавляет этот факт, ведь он - первая любовь Шаста. Младшему было всего 16, когда он впервые увидел Арса. Тогда они, первокурсники, пришли на практику в театр и познакомились с такими же начинающими артистами, каковым Антон является сейчас. Стоило Попову появиться в аудитории, блондин сразу начал терять самообладание. Он влюблялся и до этого, но чтобы начать тонуть в чужих глазах уже через пять минут после начала мастер-класса.. Нужно было постараться. Но Шастун смог. Почти сразу блондин нашёл его аккаунт в социальных сетях и ему не составило труда написать какой-то нелепый бред про актёрство, но даже на такое сообщения Арсений обратил внимание. Старший всегда пользовался успехом у девушек, но получить сумбурный набор слов от подростка-первокурсника он явно не ожидал. Их разговор завязался в тот же вечер, ведь даже когда диалог сводился к молчанию, Шастун находил новые вопросы и задавал их Попову. "сложно было учиться?" "хах, а ты вообще спал по ночам? мне уже кажется, что этот путь до чёртиков сложный :)" Антон дрожал, испытывал кучу эмоций и продолжал сжимать телефон в руках, когда видел заветное "печатает сообщение". Он как сейчас помнит, что весь вечер перед их первой прогулкой провёл у зеркала и пытался убедиться, всё ли хорошо с его видом и аккуратно ли лежат волосы. Сам Арсений пришёл на их прогулку в пиджаке и джинсах, что заставило младшего тихо хихикать и, кажется, ещё больше влюбиться. Первые несколько месяцев после знакомства они бегали от своих чувств, словно им по десять лет. Попов пытался заставить себя остепениться и забыть про эти изумрудные глаза, пытался забыть про тонкие пальцы, которые он так любил переплетать со своими. Но чувства победили. Одним холодным днём февраля Арс привёл домой замерзшего подростка и тот словно сорвался с цепи. Он несколько месяцев мечтал поцеловать пухлые губы старшего и, как только они остались вдвоём, он не упустил свой шанс вцепиться в рубашку шатена и утянуть его в слегка грубоватый поцелуй. — Арс? — Шастун с неким беспокойством смотрит на своего парня, который только что уткнулся в него и затих. — Всё нормально? Попов позволил себе ещё несколько секунд провести на шее младшего и, в конце концов, поднял на него свой взгляд. Взгляд, полный непонимания и растерянности. За три года они научились читать друг друга по взглядам. Лучше всего это делал Арс, ведь понять Антона - проще простого. Тот был по-детски наивен и немного не улавливал ту грань, когда можно было показывать себя настоящего, а когда лучше соврать. Шастун - ребёнок. Девятнадцатилетний ребёнок, который пытается изо всех сил казаться взрослым, но зелёные глаза выдают абсолютно всё до мельчайших подробностей. Арсений чувствует всё: его радость, его волнение и его похоть. Когда тот волнуется, глаза начинают скакать от предмета на предмет и в них читается дикое беспокойство. Когда радуется - Попов чувствует это каждой частичкой своего тела. Сложно не заметить эту юношескую радость, про которую, как казалось шатену, он сам уже забыл. А вот когда Антон хочет его - глаза темнеют и лицо приобретает совершенно другой вид. Хоть сам Шастун и не был таким мастером, он всё равно мог понять, когда что-то идёт немного не так или совсем не так, как хотелось бы. И сейчас, когда Арсений поднял на него свой взгляд, Антон понял его. Голубые глаза стали синими и младший смог увидеть там море, которые бушевало, а волны сносили все мысли на своём пути. — Арс.. — Шастун берёт его ладонь в свою и слегка сжимает её. Буквально за пару секунд Попов превратился в безжизненное тело, за которое говорил лишь взгляд. Он не двигался, не запрещал Антону взять его за руку и просто смотрел в эти беспокойные изумруды. Он не хотел ломать его, не хотел заставлять чувствовать боль. Он хотел оберегать Шастуна всю жизнь и беречь его от всех невзгод. Ведь именно такое обещание он давал, верно? — Ангел, нам нужно поговорить, — Арсений возвращается к жизни и накрывает ладонь младшего второй рукой, тем самым обхватывая её с двух сторон. Он чувствует, как за ничтожно малое количество времени чужая ладонь холодеет и начинает слегка дрожать. Он так испугал его? — Слушай, ты не пугай меня так, — в привычной манере Антон пытается натянуть улыбку, чтобы выйти из напряжённой ситуации, но выходит очень плохо. — Что с тобой случилось? Арсений прикусил губу со внутренней стороны, ведь этот разговор он представлял себе точно не так. Шатен не хотел, чтобы Антон нервничал и волновался из-за этого. Однако в этой ситуации не получилось бы сделать иначе. По крайней мере так пытался успокоить себя Попов. — Я люблю тебя, знаешь? Пожалуйста, не думай, что когда-нибудь будет иначе, — он тянет эту паузу так долго, что блондин чувствует, как по его телу проходится разряд электрошокера. Арсений не произнёс ещё ни слова о расставании, но Антон уже хочет спрятаться от этого разговора и убежать куда подальше, лишь бы не чувствовать боли. — Ты хочешь расстаться? Почему? — Слишком много эмоций на лице младшего выдают его, поэтому он сам не замечает того, как срывается его голос на последнем слове. — Господи, нет, Антош, — он сильнее сжимает ладонь парня и выдыхает, — даже не думай о таком. Антон молчал. Молчал и просто смотрел в пол, пытаясь дождаться вывода Арса и понять, к чему он вообще завёл этот разговор. Секунды тянулись часами и он, казалось, выпал из реальности. В голове что-то плыло и, наверное, это был рассудок. — Я уезжаю в Питер, — Попову кажется, что в его горло только что налили кислоты, ведь эти слова дались ему слишком сложно. — Когда вернёшься? — В голосе Шастуна присутствует огромная надежда и шатен безумно не хочет разбивать её. Он отводит взгляд в сторону, после чего размыкает их руки и своими закрывает своё лицо буквально на секунду. — Я переезжаю на постоянку, — старший готов поклясться, что слышит, как в комнате с треском что-то ломается и разбивается. — Помнишь тот коллектив, которому не хватало одного участника? Они подтвердили меня. Я буду выступать с ними. В комнате повисло неловкое молчание. В черепных коробках обоих витают различные мысли. Арсений мечтает о спокойной реакции Антона, а второй хочет закрыться в комнате и исчезнуть прямо сейчас. Блондин почувствовал пульсацию в голове и, так и не набравшись посмотреть на Попова, лишь закрыл глаза и прижал одну ладонь к своему виску. — Эй, всё в порядке? — Старший тянется к парню, но тот лишь грубо отталкивает его, что заставляет встать первого на ноги. — Не думаю, что готов сейчас говорить с тобой, — голос Шастуна заставляет грудную клетку шатена сжаться до размеров лимона и забыть, как дышать. - Лучше оставь меня одного. — Пожалуйста.. Прости, что я не сказал раньше. Я не хотел портить наши отношения хотя бы в последнюю неделю, ангел. Послушай, ты ведь можешь приехать ко мне по окончании университета, да? А ещё я буду очень часто приезжать домой. В конце концов, сейчас век технологий. Мы можем общаться по скайпу хоть каждый день, — Арсений чувствует огромную тяжесть в теле, ведь прямо сейчас его парень кажется таким разбитым, каким Арс не видел его даже в самые худшие дни. Но, кажется, своими словами он сделал только хуже. — Ты сам себя сейчас слышишь? — Хмурясь, парень ощутимо прикусывает губу.— Что мне до твоих извинений? Давай ты просто съебёшься куда-нибудь, чтобы мои глаза тебя не видели. Я желаю тебе всего самого лучшего, Арс, но не уверен, что хочу знать тебя впредь, — Антон поднимает голову и Арсений не видит ни одной эмоции на его лице. Он ожидал слёзы, ожидал крики и скандал, но не ожидал того, что его могут бросить сразу же после разговора. В горле встал ком и он не смог сказать ни слова, лишь несколько раз моргнуть и на ватных ногах выйти из комнаты и направиться в ванную комнату. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Он считает секунды в своей голове и слышит хлопок входной двери. Младший вряд ли аккуратно надел обувь и забрал свою джинсовую куртку, лишь вышел из квартиры Попова и побежал. Побежал сам от себя.

***

Арсений переминался с ноги на ногу, бегая глазами по перрону, но, к своему огромному сожалению, видел лишь кучу незнакомых лиц. На протяжении нескольких дней старший внушал себе, что Антон придёт хотя бы проводить его в путь, ведь это действительно важный для него шаг. Он не стал звать своих родителей к поезду, поэтому попрощался с ними ещё с утра, а сейчас его провожала только Оксана, которая была единственным другом и помощницей. В её глазах можно было заметить некое волнение, смешанное с грустью. Она привыкла к Арсу чуть больше, чем планировала, поэтому его внезапный переезд в Питер пришёлся совсем некстати. Директор театра был безумно расстроен, ведь выступать так, как делал это Попов, нужно ещё постараться. Вкладывать всю душу в выступления и вживаться в роль так сильно, как это только возможно. — Арс, позвони пожалуйста, когда заселишься в новую квартиру. А лучше позвони по видео, чтобы я знала, что всё нормально, — девушка теребит в руках шарф шатена и не может поднять взгляд, ведь прощаться слишком больно. — Окс, ну, честное слово. Будто бы я на другую часть земного шара уезжаю. Как только там обустроюсь - сразу приеду. Сыграем с тобой ещё в одном спектакле, не волнуйся, — парень притягивает её к себе и заключает в крепкие объятия. Он выглядел до чёртиков жизнерадостным, но это только с виду. В душе Арсения происходил ураган. Страшно, непонятно, рискованно. Бросить свою каждодневную рутину и привычную жизнь, выйти из зоны комфорта и пересилить самого себя. И, конечно, потерять Антона - его любовь. Он был бы только счастлив забрать Шастуна с собой и начать новую жизнь с ним, но.. Он не может. Если нужно двигаться вперёд - то только одному. Так будет легче идти по карьерной лестнице, не отвлекаясь на какие-либо романтические отношения. — Ты выглядишь растерянным, — Оксана переводит взгляд в глаза Попова, после чего пробегает им по людям вокруг. — Он не придёт? Конечно, она всё знала. Не знала бы, только если была бы слепой и глухой. Голубоглазый знает девушку с первого курса, именно поэтому они успели стать слишком близкими друзьями. В определённый момент жизни Суркова просто начала замечать изменения в поведении Арса. И изменения эти были явно в лучшую сторону, ведь тот начал светиться, словно луч солнца. Попова сложно было назвать человеком с грустными мыслями, но после появления Шастуна в его жизни, тот стал в сотни раз счастливее. — Я написал ему дату и время.. — Попов выдыхает, пытаясь скрыть подкатившие чувства. — Это его выбор, Окс. Я желаю ему только счастья. Присмотри за ним, когда он начнёт работать у нас в театре, пожалуйста. Ты же знаешь, какой он глупый ребёнок, — он горько усмехается, бросая взгляд на проводницу. — Поезд отправляется через пять минут, прошу занять свои места в вагоне, — голос звучит так отрешённо и голубоглазый чувствует, как к его горлу начинает подкатывать что-то совсем ненужное. — Я обещаю, что он будет в порядке. Тем более он уже не малыш, Арс. Не беспокойся, — Арсений лишь кивает на слова девушки. — Так, вещи я уже закинул.. Чёрт, как же я буду скучать, — Попов в последний раз затягивает девушку в крепкие объятия и еле сдерживает себя, чтобы не пропустить мужскую скупую слезу. Он так дорожит этим местом и этими людьми, но действительно должен уехать отсюда. Прежде чем заскочить в вагон, парень успел заметить, как Суркова отвернулась, чтобы скрыть подкативший поток слёз. Вряд ли ей самой было сладко признавать тот факт, что Арсений бросает свой родной город и её в том числе. Как бы они вдвоём не пытались держаться и казаться сильными, не по себе на душе было обоим. Оксане потому, что Попов стал её лучшим другом и человеком, с которым можно поделиться абсолютно всем. Арс же всё никак не мог успокоить своё колотящееся сердце из-за Шастуна. Неужели это был их последний разговор? Это всё? Даже отношений на расстоянии Попов больше не заслуживает? Стоило Арсению лишь на секунду перевести взгляд от Оксаны, тот сразу заметил его. Его - это самого родного человека на всей планете земля. Человека, в чьи глаза он готов смотреть вечность и даже больше. И сейчас, словив этот взгляд, он смог его прочитать. Помятый вид, синяки под глазами и слегка мятая толстовка оверсайз. Он спешил к нему, ведь рот был слегка приоткрыт, а грудная клетка тяжело поднималась и опускалась. Он пришёл. — Молодой человек, прошу прощения, — всего за долю секунды дверь захлопывается с отвратительным звуком, который неприятно отдаёт по ушам. Беспомощность. Антон больше ничего не чувствует, кроме этого. Растерянность. Арсений не понимает, как ему быть. — Аа.. Это можно открыть хоть на минуту, пожалуйста? Я заплачу, — Попов смотрит на проводницу с огромной надеждой в глазах, пока не чувствует, как поезд трогается с места. Блять. Не слушая ворчливые высказывания женщины, шатен за секунду скользит к ближайшему окну и просто смотрит. Тело каменеет и он ничего не может с собой сделать. Слова встали где-то в горле, ведь прямо сейчас он видит, как Шастун ломается у него на глазах. Тот не плачет, но взгляд говорит ещё больше, чем говорили бы слёзы. Старший наблюдает так внимательно, пытаясь запомнить каждую частичку этого лица, что сам не замечает, как рука подсознательно тянется к окну. Прямо как в сопливых мелодрамах, да? "Я люблю тебя" Попов никогда не занимался чтением по губам, но почему-то даже в такой нервной ситуации смог понять то, что, вероятнее всего, прошептал его парень. Они не успели обнять друг друга, но успели понять абсолютно всё. — Ангел... — Он специально выдерживает такую паузу, чтобы младший смог понять его хоть немного. — Прости меня. Шастун не стал бежать за поездом, как до потери пульса влюблённый подросток, хоть сам он и был таковым. Он лишь смотрел, как скрывается фигура Арсения и как уезжает его надежда на счастье рядом с любимым человеком. Когда поезд отъехал на приличное количество, Антон наконец накрыл лицо руками, чтобы хоть как-то привести себя в чувства. Что теперь делать? Куда идти? Арсений оставил свою квартиру сестре, теперь их "гнездо" больше нельзя так назвать. Идти к своим родителям, чтобы получить хоть каплю утешения? Что делать, когда мир теряет краски и становится так до невозможности пусто? Он никогда даже не думал о том, что ему придётся перестраивать свою жизнь с нуля. И делать так, чтобы в ней не было места мыслям о голубоглазом. Возможно ли вообще не думать об этом, когда мысли ударяются каждую секунду всё с большей силой? Это вообще реально - жить без такой опоры и поддержки, которую давал ему Попов? Когда вопросы начали отдаваться по вискам неприятными ощущениями, парень вдруг почувствовал, как его обнимают две слабые руки. Он знал Оксану лишь по рассказам своего возлюбленного, поэтому видеть её сейчас, в реальности, было явно чем-то новым. — Всё будет хорошо, Антон. Он вернётся, вот увидишь. Будет приезжать так часто, как только сможет, — Оксана чувствует, как парень грустно усмехается и, высвободившись от объятий, делает шаг назад. — Без разницы. Просто следи за ним, пожалуйста, — Шастун глубже засовывает руки в карманы и они непроизвольно тянутся к пачке сигарет. Попов не запретит, ведь даже этого не увидит. Арсений до последнего не двигался с места. Только когда проводница попросила его отойти, чтобы попасть к себе в комнату, он наконец вернулся в своё купе. Женщина сорока лет мягко поприветствовала его, представляя свою дочь Яну и мужа Влада. Он пытался выглядеть максимально оптимистичным и расположенным к разговору, но что-то внутри всё равно давило. Парень опустил взгляд на своё левое запястье, после чего грустно улыбнулся. Ещё год назад Антон дал ему один из своих браслетов. Пусть это и была какая-то чёрная ниточка с затяжками, для него она всё равно значила куда больше, чем просто браслет. Он прибудет в Петербург поздно вечером, но в его голову уже доходило, что там не будет ничего. Ни родителей, к которым он может приехать. Ни сестры, которая всегда старалась поддерживать его. Ни Оксаны, которая стала для него самым близким человеком. Ни Стаса, директора театра, который всегда верил в Попова чуть больше, чем сам хотел. Не будет Антона, руки которого обняли бы его после сложного рабочего дня с концертом и притянули бы к себе, утягивая под плед и заставляя смотреть какой-то незамысловатый фильм перед сном. — Арсений, а ты в Питер как? По делам или что? — Мужчина, сидящий напротив него, всё никак не унимался, пытаясь узнать что-нибудь новое про спутника. — Строить новую жизнь, поднимать всё с нуля, — тот лишь поджимает губы, пока Владислав задумчиво кивает. — Это очень непросто, бросать старого себя в Воронеже, да? Ну, ничего в этом такого нет. Всё будет в порядке, не сомневайся, — он лишь натянуто улыбается и, как полагается всем взрослым людям, подмигивает шатену. — Я и не сомневаюсь, — голубоглазый пожимает плечами и отводит взгляд от браслета, после чего смотрит в окно.

***

Зал взрывается аплодисментами и Арсений, сжимая в ладонях руки других актёров, кланяется с широкой улыбкой на лице. Он так привык к этой атмосфере и огромной публике, что вряд ли смог бы представить свою жизнь без этого. Сейчас, когда свет в зале уже включился, он смог разглядеть восторженные лица людей, которые только что увидели их "Братьев Карамазовых". Попов играет в этой постановке не впервые, но каждый раз наблюдая, как зрители аплодируют не жалея ладоней, он чувствует, как мурашки пробегают по его спине и лёгкая дрожь пробивает его тело. Мужчина напоследок улыбнулся и тяжело вздохнул, после чего с остальными актёрами скрылся со сцены. Как только свет софитов перестал ослеплять и на горизонте показалась гримёрка, улыбка голубоглазого сразу растворяется с молниеносной скоростью. Он не чувствует должных эмоций, как обычно чувствуют себя остальные после выступления. Пока его коллектив дружно делится различными впечатлениями со сцены, Арс занимает место на кожаном диване и откидывается головой на спинку. На секунду закрывает глаза, но это совсем не помогает вернуться в привычное состояние. Тело непроизвольно содрогается и он слегка трясёт головой, накрывая лицо ладонями. — Арс, ты был просто великолепен! — Пустующее место рядом с ним перестаёт быть таковым и Алёна обхватывает Попова руками, захватывая в крепкие объятия. — Спасибо, принцесса, — натянутая улыбка озаряет его лицо и он ей подмигивает. Так делают взрослые люди? — Сегодня всё в силе? У меня в 9? Я уже заказала доставку из твоего любимого ресторана, — девушка аккуратно проводит ладонью по его щеке и мужчина накрывает её своей. — Заяц, я прошу, не обижайся на меня, но сегодня никак. Хочу выспаться после каждодневных концертов, — шатен поджимает губы и видит, как за секунду его девушка из жизнерадостной кокетки превращается в грустного мышонка. — Ты обещал.. — Алёна недовольно выпячивает нижнюю губу вперёд и отстраняется от Попова. Это всё в шутку, они оба это понимают. Но Арсений почему-то даже не умиляется такой картине, как делал это раньше. — Созвонимся завтра, ладно? Может еда может долежать одну ночь в холодильнике, — мужчина усмехается и слегка взъерошивает волосы на голове своей спутницы. — Подбросить тебя до дома? — Если тебе не сложно, то я бы не отказалась. Уже поздно, — Алёна пожимает плечами и переводит взгляд на тело Арса. — Переоденься хотя бы, Ромео. Буду на улице, — она поднимается с дивана и идёт к выходу, напоследок сверкая яркими глазами. Арсений ещё пару секунд смотрит на её уходящую фигуру, но в конце концов одёргивает себя и возвращает в реальность. Он ещё перед концертом предупредил остальных ребят из коллектива, что не поедет в ресторан отмечать их фееричное окончание концертной линейки в Питере. Почти неделю они выступали без передышки, поэтому сейчас Попову хотелось лишь скрыться у себя дома и не выходить оттуда как минимум до начала гастролей. Он находит в себе силы смыть с лица всю штукатурку, которую Алёна нанесла на его лицо перед выступлением, и также переодеться в нормальную и привычную одежду. Это заняло чуть больше времени, чем он планировал, поэтому когда он выходит на улицу, то видит там не особо довольную Алёну рядом с его машиной. — Мышонок, прости, я пока нашёл это средство для снятия... — Мужчина не успевает договорить фразу, ведь девушка аккуратно притягивает его за край рубашки и тянет на себя, целуя. Она слегка прикусывает нижнюю губу Арса, оттягивая её, на что второй лишь ухмыляется. — Позже, Алён. Пожалуйста. — Расслабься, это просто поцелуй, а не приглашение на ночной секс у меня дома. Хотя ты даже не знаешь, от чего отказываешься, — она лишь пожимает плечами и обходит машину, занимая переднее сидение. Ничего не ответив, Попов садится на водительское сидение и вставляет ключ. Машина заводится и он, не раздумывая ни на секунду, сразу выезжает с парковки. В его голове нет абсолютно никаких мыслей и он молчит. Молчит, внимательно следит за дорогой и дышит, словно покойник. Так медленно и тихо, что даже Алёне становится не по себе. Они встречаются всего полгода, но она уже может понять, когда Попова лучше поддержать, а когда лучше не трогать и оставить одного. Сегодня был определённо тот день, когда второй вариант работал безупречно. К сожалению для девушки, в последнее время второй вариант начал играть огромную роль в его жизни и мужчина так редко обращает внимание на неё, что становится неуютно. — Сень, я понимаю, что ты не хочешь сейчас о чём-то вообще разговаривать, но.. Я не понимаю, что с тобой происходит. Ты всё ещё любишь меня? В нашу первую встречу ты был не таким.. Ты был человеком, который мог зажечь огонь надежды абсолютно в каждом, кто в этом нуждался. А сейчас.. Не подумай, я правда люблю тебя всей душой, ты это знаешь. Но почему это происходит? — Арсению не обязательно смотреть на Алёну, чтобы чувствовать, что в уголках её глаз собираются слёзы и она смотрит в окно. Попов продолжает внимательно следить за дорогой, не произнося ни слова. Он следит за тем, чтобы аккуратно въехать во двор и поскорее высадить свою "возлюбленную" рядом с её подъездом. Он не хочет разговаривать о своих чувствах здесь и сейчас, а тем более с ней. Машина останавливается, но Алёна даже не думает сдвигаться с места. Она с вызовом продолжает прожигать дыру в теле Попова и пытается дождаться внятного ответа на свои слова. Хотя, скорее, даже простого оправдания. — Давай потом это обсудим? Я правда устал, — мужчина слабо сжимает в своих руках руль, смотря на каждую деталь в нём, но никак не поднимая свой взгляд на девушку. — Созреешь для нормального разговора - наберёшь, — Алёна хлопает дверью машины слишком громко и Попов слегка дёргается от этого. Надавив на педаль газа, он выдыхает от осознания того, что наконец едет домой. Пусть эта съёмная двушка не такая шикарная, как представлял себе Арсений пять лет назад, но она действительно стала для него своеобразным домом. Сейчас он может позволить себе снять что-то куда функциональней, но совсем не имеет в этом необходимости. В этой квартире он переживал свои взлёты и падения после переезда, тут они собирались с ребятами из театра и здесь же Алёна впервые поцеловала его. я утопаю в омуте Мужчина наконец паркуется на стоянке и выходит из машины, направляясь к дому. Весь путь до квартиры остался для него чем-то туманным, ведь он слишком погрузился в свои мысли, чтобы замечать хоть какие-то мелочи вокруг. В последнее время он так погружён в себя, что даже Павел, их креативный директор, начал замечать что-то неладное. В начале пути Арсения любили все: он был душой компании, всегда готов был прийти на помощь и вытащить из любой передряги во время концерта. Сейчас же все только вспоминают, какой звёздочкой был Арс в начале своего творческого пути и обсуждают то, каким он стал сейчас. Угрюмым, задумчивым и одиноким. Тем самым человеком, который не может помочь даже себе, хотя с какого-то перепугу продолжает помогать другим. Перегорел? Погас, словно свеча? Устал? Потерял себя? И ещё тысяча синонимов, чтобы описать состояние голубоглазого последние полгода. Он вымотан, убит и выжат. Перестал чувствовать такую наивную радость, с которой приезжал когда-то из Воронежа. Первые несколько лет в Питере Арсений не мог усидеть на месте - везде бегал, прыгал и искрился так, будто бы он новогодний бенгальский огонь. И вот, на пятом году жизни в культурной столице он вдруг почувствовал, как утопает в самом себе. Ему так надоели выступления? Нет. Так устал от рутины артиста? Нет, совсем нет. Перестал чувствовать и разучился радоваться мелочам, потому что всё, что происходит, уже сидит в горле? Да. Ему хочется убежать. Убежать куда угодно, хоть на край света. Только не чувствовать такой пустоты внутри себя. Ключ несколько раз поворачивается в замочной скважине и Арсений заваливается в свою квартиру, в которой, разумеется, его никто не ждёт. И почему это вообще происходит? Телефон в кармане куртки начинает неприятно вибрировать и Попов закатывает глаза, когда видит, что в этот вечер он понадобился именно Добровольскому. — Да, Паш? — Он прикладывает телефон к уху, попутно стягивая с себя кроссовки и верхнюю одежду. — Доброй ночи. Хотел сказать, что вы отлично сегодня выступили, ты молодец. Классно выкрутился, когда с тебя свет переместился в другую часть сцены, — голубоглазый слышит, как директор немного нервничает, но хоть убей не понимает, почему. — Ты позвонил мне, чтобы рассказать про выступление? Я был на сцене, я знаю, — Попов проходит вглубь квартиры, щёлкая выключателем на стене. — Ну, это тоже. Просто похвалил тебя за твою работу. Я не об этом, на самом деле, — Арсений довольно ухмыляется, ведь раскусил собеседника. — Ты же помнишь, что у нас концерт в Воронеже через неделю? Попов, казалось, забывает, что такое воздух. В животе что-то неприятно скручивается и тот занимает место на кухонном стуле. Размеренный выдох и Арсения наконец отпускает. Столько лет прошло - можно не реагировать так на слово Воронеж. — Конечно, помню. Отмена или что? — Рука мужчины тянется за стаканом с водой. — Поедешь туда завтра? На линии слышится только молчание обоих и, как бы это не напрягало Добровольского, он не мог прочитать мысли Арсения в данный момент. Тот волнуется? Разве он умеет волноваться? — Зачем? — Попов ставит стакан обратно, нервно перебирая пальцами по столу. — Арс, да брось. Мы же помним, что у тебя день рождения через два дня. Это будет наш подарок. Сколько ты уже семью не видел? Три года? Твоя сестра уже замуж вышла, а ты даже не знаешь, за кого. Тебе нужно проветрить мозги и побыть с родственниками, учитывая твоё состояние, — Павел готов ударить себя по лбу за последние слова. — Моё состояние? — Попов вопросительно вздергивает бровь, будто бы директор может видеть его сейчас. — Не прикидывайся дурачком, ты не на сцене. Сам же понимаешь, о чём я. Это обычная усталость, тебе просто нужно развеяться. Ты пробудешь с родными целую неделю. Разве не об этом мечтают во время отпуска? — Если бы я хотел туда приехать, то приезжал бы туда каждый месяц как минимум. Но ты ведь ты знаешь, что у меня не хватает ни времени, ни желания. — Арс, три года! Ты не видел свою мать три года! Я бы на её месте очень сильно расстроился из-за тебя. Голубоглазый прикрывает глаза, ведь правда, кажется, начинает их колоть. Он так давно не видел своих родных из-за собственного эгоизма, что самому становится тошно. За пять лет в Питере он приезжал в Воронеж лишь два раза: впервые приехал через три месяца, а после только через год. Однако смысла он в этих изнурительных поездок так и не нашёл, а общение с родителями через социальные сети его вполне устраивает. Он регулярно высылает им деньги, не задумываясь над подарками на праздники и без задней мысли просто отправляет смс-ки. — Ладно, ты прав. Я поеду на поезде? — Мужчина наконец открывает глаза и подрывается с места, направляясь в сторону своей спальни. В голове он уже пытается вспомнить, куда всунул свой небольшой чемодан и что из вещей он возьмёт с собой. — Нет, мы оплатим билет на самолёт и проживание в отеле. В аэропорту тебя встретит мужичок и подбросит туда. Просто мы подумали, что вряд ли ты захочешь жить дома с остальными, — Добровольский на секунду замолкает. — Я скину тебе электронный билет. — Во сколько самолёт? — Арсений кидает на кровать несколько кофт из шкафа. — В 11 утра. — Ты ебанулся? Стоп, ты уже купил билеты, получается? — Мужчина глупо усмехается. — Ну, я был уверен, что ты согласишься. Что и требовалось доказать. Давай, собирай там вещи. Закинь с собой концертный костюм, в субботу будет выступление, не забывай. Удачи, электронку скину, — Добровольский отключается за секунду и это заставляет шатена нахмуриться. Не имея не единого понятия о том, что вообще происходит, Попов начал собирать вещи и укладывать их в чемодан, стараясь не забыть чего-то нужного. Он был уверен, что что-то забудет. Когда чемодан оказался набитым и готовым к недельному отпуску, тот наконец выдохнул и плюхнулся на кровать, изучая потолок. По телу прошлась приятная дрожь, которая предвещала увлекательную поездку. Это адреналин? Он волнуется? Восхищён от того, как быстро в его жизни всё меняется и от того, на какие спонтанные решения он соглашается? Губы мужчины расплываются в лёгкой и незамысловатой улыбке, пока рука тянется к пачке сигарет. Он чувствует.

***

Арсений совсем не удивляется, что в аэропорту его никто не встречает. Собственно, он почти никому не говорил о том, что ни с того ни с сего приезжает домой. Именно домой, а не в двухкомнатную съёмную квартиру. Как только он покинул здание аэропорта, в нос сразу ударил знакомый запах. Конечно, он знал, что запах улиц Воронежа ни капельки не отличается от воздуха Питера, но после такого долгого отсутствия всё кажется ему таким новым, но до боли знакомым. Несколько секунд он бегал глазами по толпе людей с машинами, но мужчина сам нашёл его. — Арсений, я отвезу вас в отель, — он забирает из рук Попова чемодан и катит его к машине, пока второй плетётся за ним, словно зачарованный. Он успел предупредить своих родителей о приезде, но сказал, что заедет к ним сам: сразу после заселения в отель. Паша несколько минут строчил ему сообщения о том, в какой же классный отель поселится голубоглазый и сколько же денег он в это вбухал. Проезжая улицы родного города, Арсений мог лишь улыбаться. Какое-то непонятное чувство ностальгии одолело его. Если проехать дальше по этой улице и свернуть налево, то там можно будет найти школу, которую он оканчивал. А если проехать несколько остановок вправо, то можно оказаться в центральном парке, по которому Попов так любил прогуливаться тёплыми летними вечерами. Он почти охает, когда через несколько минут они проезжают дом, в котором живёт Оксана. Да, даже с Оксаной их общение немного прервалось, ведь за пять лет изменилось слишком многое. Окс нашла себе потрясающего бойфренда и почти всё своё свободное уделяла лишь ему. Старший лишь радовался за неё, ведь хотя бы она встречалась со своей половинкой не из-за чувства пустоты. Мысли об Алёне ушли так же резко, как и пришли, ведь уже через 15 минут они подъехали к отелю. — Спасибо вам огромное, — Попов перехватил свой чемодан из рук мужчины и улыбнулся так лучезарно, насколько это только возможно. Мужчина лишь кивнул и, забравшись обратно в машину, уехал в неизвестном направлении. Только тогда шатен наконец позволил себе осмотреться по сторонам и понять, почему Добровольский так расписывал ему отель. Пять звёзд сразу бросались в глаза. От отеля даже за дверями пахло качеством, но Арса почему-то волновало совсем не это. Окс, родители, лёгкий трепет. — Здравствуйте, у меня бронь на имя Попов Арсений, — он выглядит, словно сбежал из психиатрического отделения, ведь именно сейчас в его венах начала бегать кровь. Адреналин? — Здравствуйте, рады приветствовать вас в отеле Мариотт, — улыбка девушки вот-вот порвётся от натянутости, но это не волнует абсолютно никого. Она лишь принимает паспорт мужчины и начинает бить пальцами по клавиатуре компьютера за стойкой. — Извините, я очень тороплюсь.. Не могли бы вы зарегистрировать меня и доставить вещи в номер? Я приду только вечером, думаю, — он смотрит на работницу отеля так умоляющим взглядом, что даже ей становится не по себе. — Эм, да, конечно. Как скажете. Ваш номер 712, — она поднимает взгляд на мужчину, но видит лишь отдаляющуюся фигуру Арсения, который уже через минуту скрылся за дверью.

***

— Сеня, родной, — Попов уверен, что сейчас его мать пропустит слезу, ведь наконец увидела своего сына не через экран телефона, — я так рада, что ты приехал. Мы с отцом ушам своим не поверили, когда ты позвонил с утра. Я приготовила, что успела. Там твои любимые салатики, — женщина проводит ладонью по волосам Арсения и скрывает глаза, полные солёной жидкости. — Мам, я тоже очень соскучился, правда, — мужчина улыбается так тепло, что, кажется, способен растопить своей улыбкой даже лёд. — Катя со своим мужем приедут? — Мужчина счастливо поджимает губы, когда его мать одобрительно кивает. — Они уже в пути, будут минут через пять. Как же ты возмужал, божечки, — женщина продолжала сжимать его руку и просто рассматривать, словно он - скульптура. — Так, ладно, я пока поставлю букет в вазу. Мой руки и за стол, Арсюш, — она скрывается из вида Попова и тот лишь усмехается. Только она может так сильно исковеркать его имя и не получить за этой полный ненависти взгляд. не думай. Мужчина находит ванную комнату и рассматривает все новые детали, которые произошли после отъезда. Благодаря высокой зарплате, голубоглазый смог позволить семье сделать новый ремонт во всей квартире и докупить новой техники, в которой старшее поколение и не особо нуждалось. Арсений чувствует, с какой безумной скоростью по квартире разносится тепло и любовь. Он так давно не чувствовал заботы о себе со стороны нужных людей, что начал забывать, каково это вообще - быть любимым и желанным кем-то. Его душа начала склеиваться по-новому здесь. Кажется, Воронеж стал для него каким-то лекарством, которое принимает он слишком редко, но работает оно безотказно. Ещё пару дней назад он понятия не имел, что делать со своей жизнью и ради чего он живёт, а сейчас он просто радует родных своим присутствием и ждёт не дождётся, пока у Окс закончится спектакль, чтобы встретить её с шикарным букетом. Конечно, он не говорил ей о своём резком возвращении, но уже успел спросить у Стаса, когда они освободятся. Он так давно не видел театр, не видел Шеминова и, конечно же, не видел Суркову. Последний раз они разговаривали по телефону несколько месяцев назад, когда та резко выпила и захотела услышать голос Попова. — Что будешь, сынок? — Глава семейства поднимает несколько бутылок алкоголя и вопросительно смотрит на шатена. — Ну, сначала я хотел сказать, что не буду ничего, ведь я такой славный парень, но.. Я хочу коньяк, — тот почти беззвучно смеётся и отец лишь хлопает ему по плечу. — Просто я хочу встретить Окс после концерта, помнишь её? — Конечно, помню. Она даже несколько раз забегала к нам после твоего отъезда. Как думаешь, кто настраивал нам скайп? — Сергей усмехается, наполняя рюмку алкоголем. — Ты обязательно должен сделать это сегодня? Даже с нами на ночь не останешься? — Пап, я правда хочу сделать ей приятно. Тем более я уже купил букет по дороге к вам. А для вас у меня в запасе ещё целая неделя. Вы же придёте на наш концерт, правда? — Попов принимает в руки рюмку и внимательно смотрит на отца. — Только если ты достанешь нам бесплатные билеты, — мужчина усмехается, приподнимая рюмку, чтобы чокнуться с Арсением. — В первый ряд, — мужчина выпивает содержимое рюмки и слегка хмурится, пока не закидывает в рот кусочек нарезанного сыра. — Девушку-то хоть завёл, а? А то ни слуху ни духу. Мы уже и внуков можем понянчить, — отец чувствует, как тело Арсения вздрагивает после упоминания про девушку и семью. Брюнет ощущает что-то такое, что не должен был ощущать в целом. — Завёл. Алёна. Она очень милая. Приедет на концерт, может, я вас познакомлю, — Попов поджимает губы и отводит взгляд, как бы рассматривая интерьер вокруг себя. — Не трать время. Вижу же, что не всё так гладко. Арсений успевает лишь словить на себе сочувствующий взгляд отца и улыбнуться ему за понимание, после чего в квартире раздаются счастливые голоса из коридора. Конечно же, он узнает в этом голосе свою младшую сестру и её мужа. Пусть те поженились совсем недавно, Арс всё равно понимал - счастливой жизни быть. В этой семье царило слишком глубокое взаимопонимание и всё строилось на доверии. Они так здорово смотрелись за столом, что даже Попов почувствовал нотку зависти. Разумеется, доброй зависти. Видимо, у него нет встроенной программы на любовь, ведь сколько бы раз в Питере он не пытался полюбить кого-то, из этого выходили только крики, скандалы и обвинения в том, что Арсений - ужасный эгоист. Он никогда не оспаривал этот факт, ведь и сам прекрасно понимал всю правдивость. Тем более, взгляды со стороны всегда более чёткие и точные. Время за столом проходило с безумной скоростью, ведь в основном они разговаривали только о двух вещах: свадьбе Кати и Артёма и карьере Попова. Особо тем для разговора больше не раскручивалось, да и кому было интересно слушать всякую жизненную ерунду. Блудный сын наконец приехал домой после трёх лет отсутствия, о ерунде что-ли говорить? — Такси подъехало. Что ж, спасибо вам огромное за вечер. Я завтра заеду ещё, не теряйте. Сейчас нужно встретить Окс со Стасом. Мам, всё было очень вкусно, — Арсений наклоняется и чмокает свою мать в щёку, а отцу пожимает руку. — Сеня, цветы! — Мать исчезает в одной из комнат и возвращается с шикарным букетом для Сурковой. — Боги, чуть не забыл. Спасибо огромное. Всё, убежал. После нескольких стопок коньяка голубоглазый почувствовал ещё больший прилив сил, чем с утра. Это счастье? Знать, что тебя ждут дома и ты можешь радовать своих друзей неожиданными сюрпризами? Попов запрыгивает в такси с широкой улыбкой на лице и, без задней мысли, набирает Добровольского. — Паша, это чёрт возьми лучший подарок, который ты только мог придумать! Я правда так скучал за ними всё это время, а сам даже не подозревал, — он говорит так громко, что даже водитель тихо усмехается. — Ну вот, а я тебе что говорил! Отдыхай, пока можешь. А это ещё только первый день. Так что будь на связи, удачи тебе там, — Павел вновь в привычной манере сбросил вызов и оставил Арсения в лёгком недопонимании, но всё равно с кричащей от радости душой. Это реально? Или он просто умер по дороге до Воронежа? — Приехали, — машина останавливается и голубоглазый достаёт из бумажника тысячную купюру. — Без сдачи, — он подмигивает водителю в зеркало заднего вида и почти вылетает из черного логана, не забывая подхватить с собой букет. По времени он в принципе успевал выкурить сигарету, поэтому он несколько секунд рылся в карманах куртки и нашёл пачку вместе с зажигалкой. Уже после первой затяжки его разум начинает проясняться и дымка розовых очков немного спадает. Он осматривается по сторонам и видит его - театр, который в какой-то период жизни Попова стал для него клеткой, а сам мужчина - заложником одного спектакля. Он как сейчас помнит вечера, после которых приходил домой убитый и никого не хотел видеть рядом с собой. Помнит, как получал отказы на роли чуть масштабнее и чувствовал себя никчёмно. Его фигуру настолько сильно недооценивали, что даже Стас порой не понимал, что держит шатена в этом театре. Он и сам стал задумываться об этом чуть чаще, из-за чего начал чаще искать всякие кастинги и по счастливой случайности попал в этот дружный питерский коллектив. Рисковать всей своей карьерой и бросать Воронеж было безумно страшно, никто не спорит. Но Попов рискнул и поставил на кон всё: карьеру в родном городе, свою семью, своих друзей, свою любовь. не думай. Ещё раз бросив взгляд на часы, он понимает, что уже почти опаздывает. Так стремился быть вовремя и выехал даже чуть раньше, но всё равно ушёл в собственные мысли и почти утонул в них. Он умело прошёл мимо охраны, ведь за пять лет даже тот привычный мужичок не сменился и прекрасно помнил лицо Попова. Ему ничего не стоило вспомнить дорогу до гримёрки за сценой, а также пройти мимо зала и услышать шквал аплодисментов, который говорил о том, что выступление только что закончилось. В Питере, конечно, хлопают куда громче, но шатен всё равно помнил то, как радовался даже этому, ведь не в зависимости от количества все хлопают только с душой. Прождав около пяти минут, Попов наконец собирает все силы в кулак и стучится в дверь, после чего нажимает на ручку. Первые секунды Оксана даже не смотрит на него, а лишь избавляет себя от реквизита после концерта, пока остальные суетливо обсуждают произошедшее на сцене. — Извините, я тут проездом. Нужно одной принцессе цветы доставить, — Арсений подкрадывается к ней из-за спины и ждёт, пока та обернётся. — Арс? — Суркова медленно оборачивается, постепенно начиная терять контроль над своими эмоциями. — Да ладно, ты прикалываешься? Ты точно настоящий? — Окс буквально за секунду обвивает тело мужчины руками и притягивает его к себе так близко, насколько это только возможно. Кажется, она вот-вот слезами намочит его плечо. — Это не глюк, Окс. Это я. Приехал на неделю, — он всё ещё продолжает стискивать девушку в своих объятиях, вспоминая родной запах её парфюма. Всё это казалось действительно каким-то невозможным, потому что только в этот день мужчина начал испытывать эмоции вновь. Будто бы и правда забыл, что это вообще такое. — Это же обалденно! Мы отметим твой день рождения, потусим и, наконец, поболтаем по душам! Сень, как же я рада тебя видеть. Ты ведь даже почти не изменился, — Оксана без какого-либо желания ослабляет хватку и в конечном итоге отпускает своего друга. — Что, морщинки всё-таки появились, да? — Он по-доброму усмехается и протягивает девушке букет, наблюдая, как она ставит его в воду, а не кладёт обратно к остальным. — Наоборот, ты возмужал и стал таким сексуальным красавчиком, — она ставит вазу на один из подоконников. — То есть раньше я таким не был? — Попов саркастично вздёргивает бровь и скрещивает руки на груди. — Ты, — Суркова подходит к нему ближе и тыкает пальцем в грудь, — прекрати искажать мои слова. Иначе я тебя стукну чем-нибудь тяжёлым. — Ой, спасибо конечно, но моя голова явно не готова к такой сильной встряске, — Арс уже собирается сесть, но Оксана уверенной хваткой берёт его под руку и тащит к двери. — Ты должен поговорить со Стасом! Знаешь, сколько раз он вспоминал тебя? Только хорошими словами, прошу заметить, — они вдвоём уже плетутся по лестнице на второй этаж, а старший лишь усмехается. — Вспоминал... Окс, я не умер. Честное слово, у меня такое ощущение, что после моего переезда меня все мысленно похоронили. Он чуть не спотыкается на последней ступеньке, но девушка вовремя тянет его за руку и он продолжает держать равновесие. Она шагает так быстро и Попову кажется, будто бы девушка думает о том, что ходи она чуть медленнее, голубоглазый растворится в воздухе или просто снова пропадёт на несколько лет. Она стучит в кабинет несколько раз, прежде чем открыть дверь и прошмыгнуть туда первой. — Станислав Александрович, только посмотрите, кого я там привела! Краем глаза Попов успевает заметить, что Шеминов в комнате не один, но Оксана тянет его с такой силой, что он даже не успевает опомниться и первым бросает взгляд именно на директора. Слова приветствия застревают где-то в горле, когда он переводит взгляд на вторую персону в кабинете. Время останавливается, мир замирает, а воздух перестаёт поступать в лёгкие. Голубые глаза Арсения видят зелёные изумруды так же чётко, как и тогда, на вокзале.