Дневник твоей смерти

Влюбляться в нужных людей было бы гораздо проще. В тех кто подходит тебе по интересам, социальному статусу и характеру. Только через эту искусственную любовь всё равно бы пробиралась настоящая. Та самая поломка любой системы, вернее даже исключение из правил. Как было бы странно живя в идеальном мире оказаться не таким как все. Когда любишь не кого надо, а кто тебе просто чертовски нужен ? Без любой на то причины. Один раз психолог спросила, понимаю ли я, что у нашей любви не было шанса ? Я горько усмехнулась. Там где чувства нет места разуму. Понимать то вроде понимаешь, а дела до этого понимания тебе нет. С другими было не так, совсем не так как с ним. Ты готов волосы рвать на себе, но понимаешь что не полюбишь вновь. Тебе это дано сейчас, тебе в эту секунду дан шанс, никто не говорит что жизнь даст тебе ещё один. … Я не знаю где я. Название городка не особо мне знакомо. Я не так далеко от родного дома, однако население здесь ничтожно маленькое. Я фактически в лесу, не уверена даже что здесь есть гостиница. Цели у меня здесь нет, но и сил у меня тоже больше нет. Мне постоянно что-то кажется, глючится, вспоминается. Я живу в постоянном состояние невроза. Хочется заткнуться и не разговаривать. Не контактировать с внешним миром. Моментами накатывает такое раздражение и злость. Паркую мотоцикл у странного хостела, хотя бы есть где переночевать. Маленькое здание, где тараканы явно более частые гости нежели люди. У ресепшена стоит старый дяденька, который приветливо мне улыбается. Пока выдаёт ключи, спрашивает что меня сюда занесло. Мой больной мозг, мотоцикл и дорога. Он что-то мне говорит, советует, рассказывает, я не вникаю. Получая свои ключи чувствую облегчение. Ощущение будто я в дешёвом фильме ужасов. … Я знала каждый угол его квартиры. Часто находилась там одна, он любил бросать меня среди ночи и просто уходить. От скуки и переживаний я убиралась, перекладывала вещи, осматривалась в самых потаённых уголках. Квартира была трёхкомнатной в центре нашего городка. Высокие потолки, огромные тёмные гардины на окнах, похоже на замок вампира. Вещей там было не в изобилии. Везде был минимализм. А если вещи и были, они не стояли на полках, а были убраны. Там было пусто, иногда, меня пугало находиться там одной. Свет в квартиру не пропускался, там был вечный мрак. Мне нравилась дальняя комната. Она была двухэтажной. Там была деревянная лестница, массивные книжные шкафы, несчитанное количество книг, а на втором этаже накиданные подушки и одеяла, светильники. Там я не считала времени, читала, под чтение засыпала. Адам возвращался, ложился рядом. Он любил читать, обожал книги. Особенно старые издания, классику. Мы вместе их покупали. А ещё вешали новые полки. Специально для меня он сделал кресло-качели. Мы часами могли лежать на втором этаже библиотеки. Мы проводили таи много времени вместе, но и одна я оставалась там не реже. Ещё был тронный зал, вернее так я его называла. Аристократичный и холодный, безжизненный и безэмоциональный. Спальня была такая же, как и сам Адам. Огромная кровать, с железной чёрной спинкой. Выглядело красиво, к прутьям спинки легко привязывались верёвки и пристёгивались наручники. … Держись, Анита. Я повторяю это себе, задыхаясь. Разбиваю колени об кафель, не ощущаю боли, но вижу кровь. Всё кружится и давит, ощущение что стены скоро начнут съезжаться и придавят меня. Трясущимися руками пытаюсь вытереть глаза, не могу. Тело сводит судорогами, сознание нервно плывёт. Адекватность машет мне, забирая с собой кислород. Я не справляюсь, я уже не справилась. Падаю совсем на пол, больно ударяясь головой. Бью руками кафель и проклинаю жизнь. У меня нет сил, господи, как же мне жалко себя. Вокруг шеи обвиваются страдания и душат. Руки повязаны, будто меня уже на коротком поводке уводят в ад. Я не ценю что имею, жизнь. Но любовь к этой самой жизни это не талант, это наличие счастья в этой самой жизни. Плохие полосы своего существования никто не любит. Я раздираю ногтями себе руки, сжимая себя же в объятьях. Этого всего не было. Страшный сон. Не смешная история. Галлюцинация. Всего этого просто не могло быть. Не со мной, точно не со мной. Открываю кран и хватаю первую попавшуюся ёмкость, пью сырую воду наплевав на всё. Начинаю чувствовать как горят разодранные руки и разбитые колени. Но на сознание вновь опускается пелена. В ушах звучат его слова, его голос, я будто чувствую запах его одеколона. Когда-нибудь возненавижу жизнь настолько, что она будет бессильна, не найдёт пинка ещё сильнее. Тогда прошла лишь неделя. Сейчас я вступила в соревнования с этой самой жизнью. Раз уж если у меня есть выбор жить или умереть, надо понять ради чего жить, или хотя бы от чего убегать к смерти. … Хочу найти в этом забытом богом месте, люди которых я спрашивала в хостеле, зачем они здесь, все твердили про одну бабку. Мол ведунья она, болезни лечит, будущее видит, всякие порчи и наговоры снимает. Может ходит кто за мной, может сама смерть по следам ходит. Попасть правда сказали к ней сложно. Но мне хотелось посмотреть хотя бы на её дом. В конце концом жила она ещё дальше в лесу. Я поехала, в предсказания не верила, но вдруг хоть что-то станет мне понятным. Домик нала вполне быстро, от города он стоял не так уж и далеко, но отдалн настолько что бы было тихо. Толпы людей там не было, очереди или чего-то такого. Избушка выглядела хилой, почти рухнувшей. Стало жутко, но я постучала, мне долго не открывали. Потом на пороге появилась не молодая женщина. Нет, вовсе не старуха колдунья, женщина лет за 50. Без ворона на плече и стеклянного шара в руках. Она улыбнулась и сказала что ждала меня. Меня передёрнуло, и кто из нас двоих здесь интересно больший не адекват ? Она предложила мне сесть, а после долго молчания сказала что за мной стоит молодой человек с глубоким и злым взглядом. Я вздрогнула. Она сказала не бояться, она видит всех умерших кто приходит. Сама она излучала атомное спокойствие. Будто не она вид духов, а я. - Ты пришла сюда потому что хочешь к нему, ведь так ? - первый раз за долгое время меня не считали сумасшедшей. - А это возможно ? - мне страшно. - Да вполне, но я и так его слышу. Он просит тебя не умирать, не глупить. - Ему плохо ? - Отнюдь нет,- мадам качает головой,- он оберегает тебя, он любит тебя. - Я хочу увидеть его. - Дорогая, вызывать и вырывать его в реальный мир нет причины. У меня есть причина лишь отговорить мучиться тебя. Ведь я вижу как ты мучаешься. Он не мучился, ему не было больно. Он не сомневался. Понимаешь, это самое страшное когда человек не сомневается. Значит жизнь он уже променял. И променял не на что-то, променял на тебя. Ты не видишь его, но он рядом. Нет, вовсе не всегда, да и не смог бы он постоянно быть рядом. Он большую часть и не слышит тебя вовсе. Но тяжело ему будет пока ты не отпустишь. Трудно умирать, когда тебя любят. - Почему ? - Потому что душу эта любовь на земле держит. Нам кажется что так легче, будто мы молимся и душе легче. Враки это всё. Тяжело когда чувство любви не отпускает душу. - Вы не верите в бога ? - Девочка моя, я столько знаю что мало во что верю. Не говорю я тебе пересовать его любить, прошу лишь перестать держать. - Как мне жить ? - Так и жить. Вам суждено любить друг друга. Либо он вернётся как нечто другое или другой, победив многие аспекты. Либо ты сдашься. Точно я уж не знаю, но пока прошу, живи. Ты же не решила ещё, верно ? - Не могу без него. - Но умереть ты всегда успеешь. Отпусти. … Она знала слишком много что бы врать. Адам есть, он вовсе не растворился во времени. Он есть. Запиваю эту жизнь вискарём. В моей жизни сумасшествия и поехавших людей с перебором. Привожу мысли в порядок. Нет, мне не захотелось жить. Но смерть тоже сейчас в планах не стоит. Сначала я узнаю как жил Адам. … Я складывала фотографии в альбом. Когда начала жить с Адамом, перевезла всё что могла. Фотоальбомы в том числе. Пересматривала фотографии и умилялась сама себе. Адам сел тихонько сзади. - А ты была милой в детстве. - Все дети милые. - Не все, дети вообще существа противные. Но ты милая. - Я не удивлена,- выдыхаю, я люблю детей. - Кто с тобой постоянно на фотографиях ? - Ты не узнаёшь Филипа ? Мне кажется он не особо изменился. Адам молча заваливает меня на ковёр, разбрасывая вокруг фотграфии. НЕдовольно опит в шею. - Он был рядом уже тогда. Бесит. - Ты ни с кем меня не делишь, успокойся. - Я спокоен. Просто не хочу что бы кто-либо ещё смел прикоснуться к тебе. Он нежно проводит по волосам и смотри в глаза. Он так редко проявляет ко мне чувства, что я почти не дышу, лишь бы мгновение длилось вечно. Как сложно любить того, кто на первый взгляд не любит никого. Как странно думать что он любит лишь себя. Ведь себя он ненавидел. Как странно оказалось то что он может полюбить. Любовь не даётся нам во благо. Любовь это самое ужасное наказание. Потом ты лишаешься своей любви, и жить уже не можешь. Твоим самым главным наказанием, оборачивается твоё самое главное счастье. Пэтому если вы по настоящему полюбили, значит где-то очень сильно согрешили. … Я хочу уже подняться в номер, как меня окликают. Я оборачиваюсь и впадаю в ступор. Лицо мне не знакомо, но глаза не спутаю ни с чем. Они как космос, воронка и водоворот, всё это одновременно. - Анита, стой. Либо я в конец поехала, либо грохнусь в обморок, либо мне не кажется....