Extremes meet

Срочный выпуск «Ежедневного пророка»! Вчера, поздно вечером, Министерство магии сообщило, что из Азкабана совершён массовый побег. Министр магии, Корнелиус Фадж, отказался давать интервью и как-либо комментировать происходящее. Глава Аврората, Руфус Скримджер, заявил, что они прилагают все усилия к задержанию преступников. Он просит волшебное сообщество проявлять бдительность и осторожность. Во время побега были освобождены исключительно Пожиратели Смерти, осуждённые на пожизненные сроки в 1981–1982 годах: Антонин Долохов, Беллатриса, Рабастан и Родольфус Лестрейнджи, Сириус Блэк, Августус Руквуд, а так же Джагсон, Трэвэрс, Мальсибер и другие. — Побег подобного масштаба, — отметил Руфус Скримджер, — предполагает помощь извне. Никому ещё не удавалось покинуть стены Азкабана! Будут проведены проверки всех, кто в 1982 году подозревался в пособничестве Тому-Кого-Нельзя-Называть. Мы считаем весьма вероятным, что бежавшие преступники группируются вокруг нового вожака. Министерство Магии обещает найти его в скором времени и обезвредить. Подробнее о том, как обезопасить себя и своих близких в этот опасный момент, читайте на странице 5. Я со злостью отшвырнул от себя газету. Идиоты! Нового вожака они ищут. В том году у меня хватило мозгов не бегать по замку с криками: «Тёмный Лорд возродился! Спасайся, кто может!» Я честно всё рассказал Дамблдору и Фаджу, сразу после Турнира. То, что министерство решило до поры до времени скрывать правду, дабы не сеять панику, мне показалось логичным. Но придумать нового вожака! Додуматься надо до такого! Неужели кто-то в это поверит? Я оглядел Большой зал. Утренняя почта пришла, как обычно, за завтраком, поэтому я имел отличную возможность увидеть реакцию масс. Гермиона задумчиво смотрела в газету, похоже, перечитывала статью. Рон выглядел немного испуганным, как и большинство гриффиндорцев. А вот Невилл показался мне злым. Он яростно сжимал в руках «Пророк», устремив пронзительный взгляд в одну точку. Точно! Беллатриса Лейстрейнж! Драко рассказывал мне, что она после падения Тёмного Лорда пошла пытать родителей Невилла, чем и свела их с ума. Да уж, я бы, наверное, на месте Нева тоже был очень зол. Тут меня поразила мысль. А кого можно сделать козлом отпущения? Кто самая лучшая кандидатура для «нового вожака»? Взглядом я отыскал Драко. Тот сидел абсолютно бледный, скулы его подергивались. Вокруг все больше людей стало коситься на слизеринский стол, по залу пошел шёпот. Не мне одному пришла в голову мысль о кандидатуре Люциуса. Все смотрели на Драко, как будто ждали, что он сейчас подскочит и начнёт кидать во всех Авады с криками «смерть грязнокровкам!». А Малфой… Он просто отложил газету в сторону и спокойно продолжил завтракать. Лицо его выражало полное спокойствие; манерам, с которыми он поедал овсянку, могла позавидовать сама королева. Конечно, на него ж все смотрели. Как там говорится? «Что бы ни случилось в мире — спину ровней, принцесса, если вам хоть немножко честь своя дорога». Но кто хотел, тот видел. И то, как морщинка засела на лбу слизеринского принца, и то, как он чуть сильнее сжал ложку. Я понимал — Драко на пороге нервного срыва. Когда Малфой доел и встал из-за стола, кто-то из первокурсников вскрикнул. Я встретился с тревожным взглядом Гермионы. Год обещал быть тяжёлым. * * * Народ как будто взбесился, вся школа была настроена против Малфоя. Все резко вспомнили, кому и как навредили бывшие узники, и ненависть просто переполнила Хогвартс. Благодаря своему авторитету на факультете я умудрялся кое-как сдерживать пыл гриффиндорцев и не переходить в открытый конфликт. В этом мне очень помогала Гермиона, ставшая старостой школы. Она пообещала снимать баллы с любого, кто хоть как-то нарушит нейтралитет. Драко всё время был хмурый и уставший, в кои-то веки я радовался его дружбе с Блейзом — тот не отходил от Малфоя ни на шаг, встав скалой между ним и всей школой. Я бы с удовольствием присоединился к Забини, но боялся, что это только навредит. По вечерам мы собирались в Выручай-комнате, и только там могли быть сами собой. О ней нам на третьем курсе рассказал Добби, когда мы искали место для тренировок. Оказалось, тут удобно не только сражаться, но и болтать у камина, шутить, строить грандиозные планы. Совместно было решено рассказать о нашем убежище Забини и Гермионе. Грейнджер была в восторге от того, что у неё появилось спокойное место для чтения, ну, а Блейз просто, как обычно, тенью ходил за Драко. «Я, наверное, никогда не пойму, в чём прикол их дружбы». Так прошла неделя, приближалось день рождения Гермионы. Она была старше нас, ей исполнялось уже восемнадцать лет. Гермиона была родом из семьи магглов, а для них человек считался взрослым именно с восемнадцати, так что эта дата была важна для неё. Я заранее заказал подарок, и в тот вечер не пошел в Выручай-комнату — ждал посылку. Но вместо неё получил другое письмо. Его принес небольшой мохноногий сыч с каштаново-бурым оперением. Я впервые видел эту сову, поэтому не сразу понял, что письмо принесли именно мне. Угостив мелкую птичку печеньем, я вскрыл загадочный конверт. «Дорогой Гарри! Меня зовут Сириус Блэк, и, скорее всего, ты знаешь обо мне из «Ежедневного пророка». Я много лет провёл в тюрьме, хоть и был невиновен. У меня есть доказательства. Я бы очень хотел с тобой встретиться, ведь ты — единственное, что у меня осталось ценного в этой жизни. Я никогда не был связан с Тем-Кого-Нельзя-Называть. Я никогда не предавал твоих родителей! Гарри! Позволь мне доказать это тебе! Во дворе школы стоит Гремучая Ива. Под ней спрятан лаз в тайное место. Дерево можно обезвредить, нажав на специальный сучок. Ниже я нарисовал, как его найти. Буду ждать тебя в пятницу, после ужина. Очень надеюсь, что ты придёшь. Твой крёстный. Сириус Блэк.» Я знал о Сириусе. Более того, я давно догадывался, что он невиновен. Во-первых, на кладбище в том году был Петтигрю, в убийстве которого и обвинили Сириуса. Хоть крыса и постарела, я узнал его по колдофото. Очень давно, на третьем курсе, профессор Люпин рассказывал мне всю историю Мародеров и подарил немного снимков их юности. Во-вторых, еще когда Нарцисса рассказывала мне о моем семейном древе, она поведала и о Сириусе. Он был её кузеном, в детстве они часто пересекались. По её словам, Сириуса никогда не видели в рядах Тёмного Лорда, а признание его вины удивило и тёмную сторону. Два этих факта давали мне серьёзные основания сомневаться в честности обвинений. Однако после того, как Сириус бежал из Азкабана вместе с другими Пожирателями, теория моя рухнула. Раз сам Тёмный Лорд помог бежать Блэку, значит, тот точно его пособник. Теперь вот это письмо. И как прикажете реагировать? * * * В пятницу, в половине восьмого, я, конечно же, был во дворе и любовался на Гремучую Иву. Рядом стояли Гермиона и Драко. Почему-то вспомнилась та картинка из зеркала Еиналеж, только Снейпа сзади не хватало. И слава Мерлину! Боюсь, наш сумасшедший поступок мы бы ему объяснить не смогли. — Ты уверен, Гарри? — задумчиво спросила Гермиона. Драко презрительно фыркнул. — Конечно, он не уверен, пришибленная. Поэтому мы тоже здесь. — Так, все, хватит ссориться, — резко отрезал я. Если их вовремя не остановить, они могли часами поливать друг друга грязью, — все помнят план? Ребята синхронно кивнули. Хоть в чем-то они сошлись! План был прост. Гермиона стояла на шухере, у Ивы. Мы с Драко ползли в лаз, Драко оставался в нём, а я отправлялся в Хижину. Если что-то случается, я сжимал в руке зачарованный галлеон. Тогда Драко мчался на помощь, а Гермиона отправляла Патронус МакГонагалл. Почему ей? А дракон её разбери. Гермиона сказала, что доверяет только ей и Дамблдору. Если же я зажимал зачарованный сикль, то Гермиона отправляла Патронус мадам Помфри, а Драко не лез на рожон и, прикрываясь мантией-невидимкой, пытался забрать с поля боя моё израненное тело. Плюс к этому, в задачу Гермионы входило следить, чтобы никто посторонний не полез к Иве. План, по словам моих друзей, был идиотский, но другого у нас не было. А встретиться с Блэком я считал необходимым. Поначалу всё прошло идеально. Указанный сучок действительно «отключил» Иву. Пожелав Гермионе удачи, я пролез в нору головой вперед и по земляному накату соскользнул на пол низкого туннеля. Еще мгновение — и рядом приземлился Драко. — Люмос, — шепнул я, — ну что, пошли? Он кивнул, и мы… Поползли. Тоннель оказался длинным, ползти было тяжело — не хватало воздуха. Но вот тоннель пошёл вверх, потом свернул. Сбоку мы увидели свет, падающий из дыры. — Накинь мантию, — шепнул я Драко и пополз дальше. С той стороны оказалась комната — пыльная и разорённая. Обои клочьями свисали со стен, весь пол в грязи, мебель сломана, словно кто-то её крушил, окна заколочены досками. Комната была пуста, но справа виднелась открытая дверь, ведущая в полутемный коридор. Почувствовав колыхание воздуха рядом, я понял: Драко уже здесь. Указав ему рукой оставаться пока тут, я направился к единственной лестнице. Всё вокруг покрывал толстый слой пыли, лишь на полу виднелась широкая чистая полоса: видно, что-то тащили наверх, и совсем недавно. Я поднялся на тёмную площадку. Передо мной была единственная, чуть приоткрытая дверь. Подкравшись, я услышал внутри какое-то движение, чей-то приглушенный голос. Твёрдой рукой, выставив перед собой волшебную палочку, я ударом ноги широко распахнул дверь. Посреди комнаты стояла великолепная кровать с пыльным пологом. А рядом с кроватью, на полу, обхватив ладонями ногу, вывернутую под неестественным углом, сидел… Питер Петтигрю. — Что тут происходит? — удивленно воскликнул я. Сзади послышался шорох, я резко обернулся и увидел человека. Грива спутанных грязных волос свисала ниже плеч; не будь глаз, горевших в глубоких глазницах, его можно было бы принять за мертвеца — воскового цвета кожа так туго обтягивала кости лица, что оно походило на череп, жёлтые зубы оскалились в нелепой улыбке. Это был Сириус Блэк. — Даже не вздумай двигаться, — опять крикнул я, направляя палочку на Блэка, — одно лишнее движение, и в этом помещении окажется два трупа! Блэк сделал шаг назад. — Гарри, я… Этот человек — это… — Питер Петтигрю, — перебил его я, — мне известно его имя. И я ни на секунду не задумаюсь, если придётся убить и его, и тебя! После этих слов я легонько сжал одну из монеток. Это был знак для Драко, чтобы тот пришел сюда. Я боялся, что не смогу справиться с двумя волшебниками сразу, нужно было, чтобы Драко прикрыл мою спину от Питера. — У тебя есть две минуты, чтобы объясниться. И если объяснения мне не понравятся, я кидаю Аваду! Естественно, я блефовал. Какая Авада, я жука убить не мог! К счастью, Блэк об этом не знал. — Гарри, откуда в тебе столько жестокости?.. — Минута и пятьдесят секунд. Сириус как-то обреченно опустил палочку и сел прямо на пыльный пол. — Понимаешь, — начал он свой рассказ, — твой отец, он был мне… Как… Как брат. Моя семья была достаточно специфична, и я никогда не мог чувствовать себя в доме Блэков своим. Большую часть каникул я проводил у Поттеров, Карлус и Дорея относились ко мне как ко второму сыну! Как жаль, Гарри, что они не дожили до твоего рождения, они так мечтали о внуках… Когда началась война, у нас и мысли не было встать на сторону этих чокнутых аристократов! Помешанность на чистоте крови всегда была мне непонятна. Моя матушка, та да, та ненавидела магглорожденных. Старшие Поттеры предпочли сохранить нейтралитет, а мы сразу после окончания школы кинулись в омут с головой. Какие же мы были наивные! Гарри, лишь в тюрьме я понял, насколько глуп был наш поступок! Идти на войну в восемнадцать лет, не особо понимая, за что ты сражаешься! А ведь глава ордена даже не подумал вступиться за меня на суде. Хотя он знал, Гарри, он все знал! Я молча слушал Блэка, давая тому высказаться. Сзади кто-то невидимый тронул меня за плечо, давая понять — я не один. Сразу стало спокойнее. Сириус же всё продолжал изливать душу. — Когда было решено наложить на дом твоих родителей Фиделиус, я сам, сам предложил кандидатуру этой мерзкой крысы! Все знали, насколько мы были близки с твоим отцом, и я подумал, что я — слишком очевидная кандидатура. Ты знаешь, как действует Фиделиус? В дом, находящийся под заклятием доверия, может войти только тот, кого привёл Хранитель. Либо Хранитель должен назвать точный адрес. Либо этот адрес должен быть написан рукой Хранителя. Понимаешь, о чем я, Гарри? Все, все, кто был в доме Поттеров, знали, что Хранителем был не я! И никто, ни одна тварь не вступилась за меня на этом проклятом суде! Сириус подскочил и начал ходить туда-сюда вдоль стены. — На самом деле не так много людей знали. Алиса с мужем, Люпин, да ваш уважаемый директор. Председатель Визенгамота! Знал и молчал… Зато помогли «любимые» Блэки! Ха-ха! Те, кого я ненавидел всю жизнь! Сириус лающе засмеялся, и что-то жуткое было в его смехе. Привкус сумасшествия. — Когда Пожиратели ворвались в тюрьму, я и не надеялся на то, что они прихватят и меня. Но Белла, чокнутая, злобная кузина, попросила за меня! Понимаешь, Гарри?! Эта сука, долбанутая на всю голову, попросила за меня! Они притащили всех в поместье Малфоев. Остальным выделили комнаты, а меня заперли в подвале. Конечно, мне же никто не доверял… В отличие от Азкабана, в подвале не было дементоров. Еще там нормально кормили и давали восстанавливающие зелья. Мне кажется, они сами не знали, что со мной делать, но сдохнуть дать не могли. Через несколько дней появилась Нарцисса. Она принесла мне чистую одежду и волшебную палочку. Сказала, что Блэков осталось слишком мало, мы должны поддерживать друг друга. Она взяла с меня Непреложный обет о том, что я никогда добровольно не наврежу члену своей семьи. Несла что-то о важности крови и семейных уз. А потом вывела меня под покровом ночи из мэнора. Не знаю, чего ей это стоило, но я был свободен! Уходя, я увидел крысу. И узнал. Дальше дослушать мне не удалось. За спиной послышался крик Драко: — Stupefy Tria! Я резко обернулся и увидел, как Петтигрю отлетает к стене и со всей дури врезается в неё. — Он пытался сбежать, — пожал плечами Драко, вылезая из-под мантии-невидимки. — Ну ты и зверь! — с уважением сказал немного шокированный Сириус. — Зачем же усиленным Ступефаем? Ты ж его не просто обездвижел, ты ему чуть череп не проломил. — Я от неожиданности, — и ни капли раскаяния в голосе Драко я не услышал. — А зачем ты вообще его сюда припер? — спросил я у новоявленного крестного. — Как доказательство! Это ж из-за него всё… Тут мы опять услышали шум. Выставив перед собой палочки, мы приготовились встречать названых гостей. Не заставив себя долго ждать, дверь распахнулась и в комнату ворвалась взъерошенная Гермиона. — Бежим в Хогсмид, быстрее! — крикнула она. — Сейчас сюда примчатся авроры!