летят на восток орлы.

Вэй Ин смотрит на дым, валящий из-под капота машины, и почему-то смеётся. Смеётся, правда, нервно, учитывая, что его ждёт в недалёком будущем, когда Цзян Чэн узнает, какая участь постигла его любимую машину. Усянь вспомнил, как был вынужден резко повернуть руль вправо, когда из леса на дорогу метнулся лось. Здоровенный, величественный — Усянь лосей до этого ни разу не встречал. Скорее всего, если бы не его рефлексы, сейчас бы он не смеялся над всей ситуацией, а лось бы и вовсе не смог вернуться домой, в лес, целым и невредимым. Вэй Ин вздохнул, почесав затылок. Машина, мягко говоря, выглядела не очень. Ну, если смотреть на ту часть, что надежно впечаталась в ствол дерева. Ясно было одно — если ничего не предпринять, то он застрянет на этой всеми забытой дороге и опоздает на работу. Поэтому первым делом он вызвал автоэвакуатор, попросив отследить его местоположение. Вторым делом в его списке значилось позвонить Цзян Чэну и сообщить о случившемся. Вэй Ин набрал номер и принялся ждать, чувствуя, как внутри всё клокочет от волнения. — Таким образом, если в гидразине один атом водорода заменить на фенильную группу, мы получим фенилгидразин, — Цзян Чэн подвёл жирную черту под нарисованным на доске веществом и бросил маркер на стол. — Откройте ваши учебники на странице пятьдесят три и выполните упражнения с первого по пятое самостоятельно. По небольшой аудитории прокатилась волна тяжёлых вздохов. Если самого Цзян Чэна четвёртая пара органической химии невероятно утомляет, то что и говорить о второкурсниках нехимического направления, которым наверняка хотелось поскорее вырваться из стен душного университета и подышать немного почти что весенним воздухом. Цзян Чэн опустился на стул, дав студентам время на выполнение задания. Его телефон, мирно пролежавший на столе почти всю пару, завибрировал именно в этот самый момент. На дисплее высветилось: «тупица», и Цзян Чэн не смог сдержать вздох. Взяв телефон в руки и ответив на звонок, он вышел в лаборантскую, чтобы никому не мешать. — Цзян Чэн, первый вопрос — в каком ты настроении прямо сейчас? — залепетал сразу же Усянь. — Не в самом хорошем, потому что ты снова отвлекаешь меня от пары, — ответил Ваньинь. — Говори быстро и кратко. — Если максимально кратко, то твоя любимая машина отправилась в ремонт, но я в порядке, не переживай! И лось, кстати, тоже в порядке. — Что? В смысле в ремонт? Какой лось? — Цзян Чэн чувствовал, как начинает злиться. — На дорогу выбежал лось, я выкрутил руль в другую сторону и врезался в дерево, — пояснил Усянь. — Достаточно кратко? — Ты опять взял мою любимую машину? — взревел Ваньинь, даже не обратив внимания на общее происшествие. — Вэй Усянь, ты невыносим! — А-Чэн, извини, у меня было такое настроение с утра, что я… Но Цзян Чэн не стал его дослушивать и бросил трубку. Ему пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы утихомирить злость внутри себя. Усянь иногда бесил его до побелевших костяшек на руках, сжатых в кулаки так сильно, что на ладонях оставались следы-полумесяцы от ногтей. Его черты характера, особенности поведения, привычки — многое в Вэй Усяне раздражало Цзян Чэна. Но разве мог он что-то с этим поделать? Усянь его брат, хоть и не родной, но они выросли вместе, и откровенно говоря, Цзян Чэн привык ко всему, что делает Вэй Ина уникальным. Правда всё равно не мог лишний раз справиться и не сорваться из-за его дурачеств. Он вздохнул и вернулся в аудиторию. — Кто-то уже готов? — спросил он, почти зевая. Но в ответ студенты лишь мотали головами, уткнувшись в свои тетради. Цзян Чэн усмехнулся — никто не хочет отвечать первым, что вполне ожидаемо. Усянь оставил в автосервисе кругленькую сумму за ремонт машины, которую ему пообещали вернуть через пару дней почти как новую. Вызвав такси, он отправился на работу, удивляясь, что даже не опоздал на свою пару. Время позволяло, так что он решил сделать небольшой перекур у проходной университета, чтобы немного расслабиться. Стоило ему закурить, мимо прошла группа студентов, которых он учил в прошлом году. В ответ на их приветствия Усянь кивнул, сделав ещё одну затяжку. Вэй Усяня в университете любили многие, но также были и те, кто терпеть его не мог — и нет, Цзян Чэн в их число всё-таки не входил. Усянь был свободным, жизнерадостным и молодым, чем и завоевал любовь среди студентов. Пары он вёл интересно, на лабах давал поблажки и иногда разрешал немного побездельничать. Его часто можно было встретить в курилке и перекинуться с ним парой слов на отстранённые темы. Ох, а в сердцах скольких студенток он поселился в качестве объекта их воздыхания — не подсчитать. Однако никто так и не знал, состоял он в отношениях или просто тщательно скрывал подробности своей личной жизни. Старшие преподаватели его недолюбливали. Несмотря на то, что он был идеальным преподавателем с точки зрения студентов, он никак не вписывался в роль «классического» преподавателя. Частенько забывал выставлять баллы в табель успеваемости, иногда и вовсе автоматом засчитывал контрольные точки, хотя не должен был. К работе он относился как к хобби, и многих это раздражало и выводило из себя. Но уволить его никто не мог — всё-таки Вэй Ин был отменным химиком и, что удивительно, университет он закончил с отличием и остался преподавать на родном химфаке. Так что всем приходилось мириться с некоторой его взбалмошностью — на карту поставлено слишком многое. Затушив сигарету, он поспешил на занятие. Опаздывать он не любил.

***

В конце пары, когда студенты уже потихоньку начали расходиться, в аудиторию влетел Цзян Чэн. Дикими глазами он искал Усяня, который, столкнувшись с ним взглядами, завизжал и попытался спрятаться под стол, но одним ловким движением Цзян Чэн схватил его за воротник халата. — Ну, как ты объяснишь то, что моя машина в ремонте? — спросил он грозно. — Ай, Цзян Чэн, отпусти! — Вэй Ин пытался извиваться, но Ваньинь держал слишком крепко. Студенты, которые не успели вовремя уйти, с удивлением наблюдали за разворачивающейся картиной. Цзян Чэн, заметив их удивлённые взгляды, произнёс: — Уходите, пока и вам от меня случайно не попало. И сказано это было так грозно, что уже через пару секунд аудитория опустела. Цзян Чэн отпустил Усяня, зачем-то вытерев ладони о брюки. — Я всё ещё жду объяснений, если ты не заметил, — хмыкнул он, сложив руки на груди. — Ну, понимаешь, ты не один, кому по душе эта машина, — начал Усянь, не поднимая взгляда. — Но это моя машина, а не твоя, — возразил Цзян Чэн. — Ты опять взял её без разрешения! — У тебя две машины, А-Чэн! Ты же не можешь ездить на двух одновременно! — Может, я купил её только для того, чтобы она просто стояла в гараже? — Это несправедливо! — воскликнул Усянь. Их ссора стала похожей на те ссоры, когда им было по десять лет. — Купи себе свою машину и делай с ней всё, что только захочешь! — Цзян Чэн тоже больше не мог сохранять спокойствие. — Ты же знаешь, что я коплю! — щёки Усяня вспыхнули. Цзян Чэн надавил на больное. Между ними повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием обоих. Усянь махнул рукой и стал складывать свои вещи в рюкзак, собираясь уходить. Цзян Чэн, наблюдая за этой картиной, тихо спросил: — Может хоть расскажешь внятно, что произошло? И Усянь, забыв, что только что злился на брата, в красках пересказал утренний лосиный инцидент. — Ладно, главное, что ни ты, ни лось не пострадали, — усмехнулся Ваньинь, сменив гнев на милость. Он многое прощал Усяню, потому что любил. А Усянь просто быстро отходил и редко злился на Цзян Чэна. Все их ссоры часто заканчивались примирительным ужином, состоящим из пива, чипсов и какого-нибудь фильма. И оба довольны.