Профессор, вы слишком громко думаете

      Драко устроился поудобнее и начал рассказ: — Мерзкие Уизли решили за наш счёт пробиться повыше к элитным верхам, ссылаясь на тебя как на осведомителя. Одним погожим днём, когда мы с рара пили кофе в элитном кафе и обсуждали куда выгоднее вложить деньги, чтобы пошла прибыль, два брата подсели к нам и нагло вклинись в разговор, — Драко спустился пониже, укладываясь рядом со мной и закинул руки за голову. — Начали они с того, что ты, Поттер, сказал им о нас и о том, что мы ищем предприятия куда можно вложить деньги. Мол ты, как непосредственный участник и по совместительству их акционер, решил помочь им подняться и раскрутиться. Только вот они не учли один момент — отец хорошо знаком с одним человеком и прекрасно знает, что предприятие «Всевозможные вредилки Уизли» еле сводит концы с концами из-за того, что их продукция вредит здоровью других людей. — Малфой перевёл дыхание, смачивая горло слюной, и продолжил. — Но мы решили не горячиться, всё-таки имя «Поттер» имеет довольно-таки значимый вес в нынешнее время. Мы решили проследить, но для этого нам нужен был кто-то, кто достаточно приближён к тебе, ведь именно на тебя ссылались Уизелы, мол сейчас у тебя с деньгами туго, и вы ищите акционеров. И мы решили заслать шпиона в стан врага и разузнать про тебя кое-что, только вот не учли один момент — Северус в тебя влюбился. Это осложняло задачу, но поделать мы ничего не могли и тогда решили подкопать под Уизли. Ох, что же мы там нарыли, это просто нечто, бинго, джекпот, — Малфой радосто усмехнулся, — но к сожалению внезапно появилась ещё одна проблема. На какой-то ляд Грейнджер стала планомерно уничтожать бумаги, что были подшиты в дело Уизелов, и тем самым обеляя их перед обществом. Мы не могли понять, что происходит, только Северус как-то сказал, что ты встречался с Грейнджер и мы подумали, что ты заставил её это сделать, так как у неё есть доступ к архивам, ведь она работает в Министерстве. Тогда мы подключили кузена отца, чтобы он посредством лёгких чар смог околдовать тебя — всё-таки в нём есть некая часть Вейлы, и он ей активно пользуется. Только вот получилась незадача, чары не сработали, так как ты был так же влюблён в Северуса. Ох, мы всю голову сломали, как поступить, но когда поймали Грейнджер практически за руку — она успела активировать маячок, мы об этом конечно не знали — и увели её к нам в поместье, чтобы все решить без посторонних глаз. Увы, мы не успели ничего сделать, как раз ты и Северус появились, и два прохвоста.       Драко замолчал, а я попытался переварить всё. Значит близнецы меня использовали? В груди появился комок, и если бы я мог, то наверно заплакал, а так лишь глаза стали плохо видеть да в носу сопли появились. Я шмыгнул носом и попытался отвернуть голову от Хорька, чтобы он не увидел моего позора. Мне уже двадцать лет, а веду себя как маленький ребёнок. Да и Гермиона, как она могла так поступить? Так вот зачем она звала меня к себе. Всё было так странно. Резко навалилась апатия. — Эй, Поттер, — Драко, заметив мое состояние, потрепал по макушке, — не раскисай. Всё будет хорошо, — я не ответил и только закрыл поплотнее глаза, чтобы не дать пролиться слезам, но с треском провалил это. Первые солёные капли прочертили полоску вдоль щеки, скатились на кончик носа и упали на покрывало. — Эй, эй, Поттер, ну ты чего? — судя по интонации голоса Малфоя, тот не на шутку встревожился, а я ничего не мог поделать. Слёзы будто ждали только этого момента и без остановки выходили из меня вместе с болью от предательства близких людей.       Я не слышал как вошёл Северус, но вдруг ощутил знакомый приток магии, что начал ласкать меня, даря успокоение. Подействовало не сразу, но я как будто выпил успокоительное — слёзы резко прекратились, а дыхание постепенно выровнялось. Почувствовал, как меня гладят по голове, плечам, спине и ласково дуют в ухо, щекоча меня моими же волосами. Чуть ёжусь, стараясь увернуться от щекотки, но Северусу настойчивости не занимать. — Ну и что ты тут нюни развёл? — интересуется проф, и я чувствую, как рядом со мной прогибается матрац, а его руки тут же ныряют под подол моей футболки и начинают ласкать кожу. Тут же покрываюсь мурашками. — Север, что ты делаешь? — бормочу я, не открывая до сих пор глаза. — А на что это похоже? — усмехается он. — Мммм, ты нагло домогаешься меня, пока я не могу ответить, — открываю глаза, моргаю, пытаясь сбросить с них лишнюю влагу. Получается раза с пятого, и то всё как-то расплывчато. Кое-как поднёс руку к лицу — какая-то она слишком тяжёлая — и стал вытирать глаза. Северус легко улыбается, наблюдая за моими потугами. Недобро кошусь на него, но из-за того, что двигаюсь плохо, ему на это, кажется, по барабану. Взглядом обещаю кары небесные, как только смогу нормально двигаться. — Горе ты мое луковое, — Северус ерошит мои волосы, продолжая улыбаться. — Почему я чувствую себя так, будто по мне каток проехал, а в меня всего лишь Импедиментой попали? — жалобно тяну я, шмыгнув носом. Всё тело зверски болит и ноет, сил нет, чтобы подняться, и пульсирующая боль в правой ягодице не даёт успокоения. — Просто ты, Поттер, везунчик. Упасть своей великолепной задницей на Трихоцереус (1), это же надо так, — Северус восхищённо на меня смотрел, а я чувствовал как краснею — кончики ушей вдруг стали горячими. — В чём моя везучесть-то? — я непонимающе похлопал глазами, а проф сел на кровати, что-то зашуршало, послышался звук «чпок», с меня быстро сдёрнули штаны, так что ягодицами я почувствовал прохладу, а в следующий миг на правое полупопие упало что-то холодное и склизкое. От неожиданности я зашипел. — Ты меня заморозить решил? — Везучесть в том, что только ты мог умудриться наткнуться на ядовитый цветок и при этом остаться в живых, — Северус стал массирующими движениями втирать неизвестную мне субстанцию в мои ягодицы и отвечать на вопросы.— А мазь только в холодном состоянии способна вернуть тебе подвижность, так как она замораживает очаг распространения и не даёт яду пройти дальше. — Но… но я же… — если во мне яд странного цветка, то действовать нужно незамедлительно, почему тогда Север медлил? — Но почему так долго?! — вырывается всё-таки у меня. За моей спиной неопределённо хмыкают. — Яд этого цветка медленного действия, тем более я успел наложить стазисные чары, чтобы не пошло дальше. За это время я успел наорать на Лукаса, чуть не прибить его, сварить тебе мазь и разобраться с шайкой малолетних бандитов, — чувствую, как Северус увлёкся, его пальцы как-то переключились с моей больной ягодицы на звёздочку моего ануса. Попытался сжать ягодицы, но из-за нехватки сил это вышло как-то слабо, что на мои потуги проф только фыркнул, продолжая поглаживать между моих половинок и проникать пальцем в анус. — Северус, — стону я, чувствуя как поднимается возбуждение в организме. Он только хмыкает, а после слышу чары очищения — что он задумал? — невольно напрягаюсь, но сделать-то я ничего не смогу, сил слишком мало, чтобы сопротивляться. Да если честно не сильно хочется.       Замер. Жду, что хочет сделать проф. Через минуту чувствую, как под меня подсовывают довольно-таки объёмную подушку. Он же не?.. И тут ощущаю как мои ягодицы широко раздвигают в стороны большими пальцами, Северус практически садится на мои ноги, а что-то горячее и мокрое прикасается к моему сокровенному месту. Не может быть, от мысли, что Северус решил сделать мне римминг, по телу прокатываются тысячи иголок и ударяют в голову, с губ срываются стоны, когда его язык медленно кружит вдоль звёздочки, потом опускается вниз, слегка касается яичек, и вновь обратно к ней. «Обожемой», — нечленораздельные звуки сейчас и в моих мыслях, потому что проф уверенно ввинчивает язык прямо во внутрь. Хватило пару раз сделать поступательные движения языком, как я кончил, без рук, захлёбываясь стонами и уплывая в обморок.

***

      Первая мысль, когда открываю глаза, я не сделал ответного действия для Северуса, поэтому подскакиваю на кровати и удивлённо озираюсь по сторонам. В комнате темнота, разбавляемая только светом одной свечи, которая стоит на столике у кровати. Поворачиваю голову и натыкаюсь взглядом на силуэт, что лежит от меня по правую руку и мирно посапывает. Тянусь пощупать и понять кто это. — Чего не спишь? — хриплым со сна голосом Севера вдруг говорит силуэт. Облегчённо вздыхаю, укладываясь обратно, меня тут же разворачивают спиной и прижимаются, обнимая и заключая в тиски из ног и рук. — Я понял, что не сделал тебе ответного действия, — тихо произношу я, укладываясь поудобнее. — В том состоянии, в котором был ты, не смог бы часа ещё три ответных действий совершать, — хмыкает Северус, зарываясь носом в макушку. — Спи. Всё утром. — Слышу зевок, а после сопение.       Э как его умотало, что он слышится очень уставшим. Задумчиво смотрю в стену, представля, как через заборчик прыгают овцы, только почему-то лица у них волдемортовские, бррр, жуть. Ну нафиг таких овец. Чуть трясу головой, пытаясь вытрясти оттуда эту белиберду. И почему мой мозг вечно выдаёт всякую тарабарщину, когда этого не нужно? Вселенная многозначительно промолчала в ответ. Ну и ладно, не сильно-то и хотелось.       Но на досуге другие вопросы. Почему близнецы так поступили? И Гермиона вместе с ними? Но как? Она же после убийства Волан-де-Морта помогала мне, подталкивала к разным решениям. Но про близнецов ничего не говорила и даже не намекала быть с ними в одном деле. Что вообще происходит? Ох, почему я вечно так гружусь проблемами? Так, пора завязывать страдать хернёй и попробовать поспать. Утром узнаю у Северуса, как обстоят наши дела и уже оттуда будем плясать. Максимально расслабляюсь, чувствуя как Север дышит горячим воздухом мне в затылок. Оказалось, вполне эффективное средство, чтобы заснуть.

***

      Просыпаюсь от невесомых поглаживаний по щеке, открываю глаза и натыкаюсь взглядом на два чёрных оникса, что сейчас буквально пожирают меня взглядом. Невольно улыбаюсь, мне улыбаются в ответ. — Доброе утро, соня, — Северус с моей щеки переключается на шею, выводя на ней только ему видимые узоры, покрываюсь мурашками от этого действия.       Чёрт, я и не знал, что это так приятно, просыпаться с кем-то утром. — «О, Поттер, поверь, просыпаться от минета намного приятнее». — Хм, проф, это вы у нас тут опытный «боец». — Ах ты, змей, ну держись, — на мою вполне невинную шутку Северус отреагировал очень бурно.       Футболка с меня была тут же снята, а грудь зацелована и обласкана так, что всё о чём я мог мечтать — поскорее снять штаны, так как члену резко стало неудобно. — Се-ве-рус, — стону я, выгибаясь в его руках и извиваясь, стараясь прижаться поближе. — Тише, тише, мой хороший, — он успокаивающе гладит меня по животу, пробираясь рукой дальше за пояс штанов. — Ох, да, — стоны непроизвольно вырываются из меня, а ноги разъезжаются в стороны, давая больше доступа шаловливой руке. — Ммм, и кто это тут у нас перечит взрослым? — Северус уверенно опускает руку на мой член, который до сих пор находится в тисках штанов. Тут же подаюсь бёдрами навстречу, желая продлить удовольствие трения. Ох, это просто невозможно. — Я… не перечил, — пытаюсь сказать, но его действия рукой на моём члене отвлекают. Северус убирает свою руку, невесомо поглаживая меня по животу. — Ну, допустим, — проф кивает и отрывается от меня, усаживая в изголовье кровати. И это всё? Обиженно смотрю на него — я тут, понимаешь, настроился на секс, а так обломали. — Не дуйся, секс у нас ещё будет, сейчас нужно решить проблемы с Грейнджер и Уизли. — Они здесь? — я тут же подбираюсь и чувствую, как возбуждение потихоньку стихает. Да, с Гермионой и близнецами стоит разобраться. И чем быстрее, тем лучше. — Да, — Северус кивает и задумчиво смотрит в окно, — но дело в том, что… — он замолкает, явно подбирая слова, — … что они не совсем в себе. Вернее Грейнджер. — Гермиона? Что с ней? — хоть я и злюсь на неё за её проступок, но она всё ещё моя лучшая подруга и её здоровье меня беспокоит. — В физическом плане всё нормально, — тут же успокаивает меня проф, — а вот в моральном… хм… она немного не в себе, — Север как-то странно тушуется, что наводит на неприятную мысль. — Север, не тяни кота за яйца, — я тяжко вздыхаю, готовясь к самому худшему. — Книззла, — поправил меня Северус. — Что? — я задумался и не сразу понял, что проф надо мной издевается. — Северус! — он усмехается над моим восклицанием. — Ну ты и гад, — бурчу обиженно и пытаюсь встать, но мне не дают и прижимают к кровати, нависая сверху. — Успокойся, я всего лишь пошутил — проверял твою реакцию, — проф улыбается и продолжает. — Надо бы вниз спуститься, но для начала я расскажу краткую версию вчерашнего дня.       Северус вновь усаживается на место, складывает руки в замок, смотрит на меня пару секунд, прикрывает глаза, вздыхает и произносит: — Уизли поступили слишком подло для гриффиндорцев, но чересчур глупо для слизеринцев. В последнее время у них туго шли дела с магазином, и постоянные жалобы от покупателей на вредную продукцию подрывали их авторитет среди местных продавцов. Поэтому они решили использовать тебя, но ты им вежливо отказал, так как на тот момент обитал где-то в пределах другой страны, — по мере рассказа профа я начинал вспоминать, что было такое. Тогда я подумал: «С чего это близнецы вдруг воспылали ко мне внеземной любовью и при каждом удобном случае приглашали «в гости на чай»?» — Потом они, не дождавшись от тебя каких-либо действий или помощи им, решили действовать через Грейнджер. Скажем так, это дело заняло у них довольно долгое время, но вот недавно к ним в руки попал артефакт, что влияет на сознание носителя. Сильного вреда как такового от него нет, но поднасрать может в умелых руках… — Погоди, — прерываю я Северуса, — откуда они взяли этот артефакт? — Ну, некий седобородый прохвост как-то рассказал им про такой артефакт. — Теперь понятно «откуда ноги выросли», — я задумчиво тру лоб, а проф хмыкает. — Альбус тот ещё лис, ты не представляешь, какие грандиозные планы у него были по поводу тебя и твоей победы, — Северус на пару секунд замолкает и вдруг совсем другим тоном говорит. — Жалко, что помер. Говорил я ему, что его любовь ко всему блестящему до могилы доведёт. — Да, Дамблдор всем нервы потрепал, даже после смерти, — вспоминаю, как мне чуть ли не насильно впихивали место в академии авроров и пророчили скорую свадьбу с Джинни. Передёргиваюсь. Не такого я хотел для себя и своей будущей жизни, как же вовремя мне встретился друг из России. — Вернёмся к нашим бара… кхм, нашим братьям Уизли и Грейнджер, — видимо решив что-то для себя, Северус продолжает, — в общем, встретив как-то случайно Малфоев, им в голову пришёл план, как всё провернуть в их пользу. Оставалось совсем малое — получить денег с акцизов Малфоев, незаметно подчистить записи своих «неудач» в архивах и с чистой совестью начать раскручивать свою продукцию. Как же им не повезло, что я в тебя влюбился, — проф вдруг усмехается, но как-то по-доброму что ли. — В смысле? — я недоумённо гляжу на него. — В прямом. Если бы твой вид не влиял на меня так сексуально, то я бы проводил больше времени с Люциусом и Драко, а не с тобой. И тогда бы пришлось уделять внимание всем подряд, а это немного сбивает с толку. Но всё решилось само собой, когда я стал проводить всё своё свободное время с тобой, Драко пришлось следить за Грейнджер, так как Люциус слишком примечателен, — я лишь кивнул. Ну, а что я ещё мог ответить? — В общем предлагаю сейчас пойти для начала перекусить, а после займёмся твоей незадачливой подругой и двумя братьями.

***

      Естественно к завтраку мы спустились позже, чем планировали, потому как встать с постели сразу у нас не получилось. Как оказалось, Северус вполне виртуозно владел языком и горлом, и благодаря этому я впервые почувствовал какого это, когда тебя чуть ли не по самые яйца заглатывают. И оргазм был таким сногсшибательно прекрасным, что вставать резко перехотелось. Только вот к сожалению для того, чтобы жить, надо выполнять такие функции, как: спать, есть и ходить в туалет. Поэтому мой растущий организм очень рьяно потребовал есть, заурчав в самый неподходящий момент, когда проф практически пытался вылизать меня. Посмеявшись и разрядив обстановку, мы решили всё-таки спуститься поесть поздний завтрак. Естественно, семейство Малфоев уже поело, и половина из них убыла по своим делам, поэтому в гостиной мы застали лишь Лукаса и Нарциссу, что мило беседовали, обсуждая последние новости в мире. — Доброе утро, Северус, мистер Поттер, — миссис Малфой кивнула каждому из нас. — Миссис Малфой, можно просто Гарри, — я решил сразу расставить приоритеты, предлагая звать меня по имени.       В кодексе Чистокровных семей, что я читал, говорилось: «Если вы другой семье разрешите называть себя по имени, то вы автоматически приобретаете плюсы в дальнейшем сотрудничестве. Это располагает собеседника к вам в более открытом статусе, но сделать это можно лишь в приватной беседе, чтобы другие чистокровные семьи не сочли вас некультурным». — Тогда, Гарри, зовите меня Нарциссой, — она тепло мне улыбнулась, в моей душе сразу же разлилось тепло и почему-то это действие было для меня личным. Будто сама мама ожила и обняла меня, крепко-крепко, даря утешение. Глубоко вздохнув, попытался взять себя в руки, Северус, заметив мое действие, взял мою руку в свою и сжал, я улыбнулся ему, благодаря без слов.       Быстро перекусив сэндвичами и запив свежевыжатым соком, Северус отвёл меня в подвал, где располагались камеры. Интересно, во всех древних мэнорах есть такое? Узнаю позже. В самой первой камере сидел один из близнецов, чуть дальше — через одну камеру — сидел второй. Я вопросительно посмотрел на профа, он мне мысленно ответил, что вдвоём они сильнее и могут придумать что-то, чтобы спасти свои задницы. Одобрительно покивав, я уставился на первого близнеца, при детальном осмотре это оказался Фред, он был хитрее Джорджа и мог выкрутиться из любой ситуации себе во благо, Джордж же был умнее. А вместе эта парочка была взрывоопасной смесью.       Ну что ж, собравшись с силами, я решил приступить к вопросам, что прояснили бы мне некоторые спорные моменты, а то они явно не всё Северусу рассказали. Ну что ж, день обещает быть долгим.