Неправильная ориентация

      Я зашла на кухню полуодетая – в пиджаке и блузке, но при этом в пижамных штанах и босиком. Кивнула брату на его «Доброе утро», взяла из горы вываленных на стол кексов слегка подсохший шоколадный маффин и застыла у холодильника, потому что никак не могла решить, что я хочу больше – просто молоко или кофе с молоком.       – А ты никуда не опаздываешь? – спросил брат, проследив за тем как я неспешно выбрала чайный пакетик и заварила чай.       Я поморщилась и покачала головой.       – Нет, у меня выходной.       – Зачем ты тогда так рано встала?       – Я забыла, что у меня выходной.       – Лохушка.       Я показала ему средний палец и, с наслаждением вдохнув аромат мяты и чабреца, отпила чай.       – Слушай, – сказал он и сел на соседний стул. – А раз у тебя появилось свободное время... может ты сходишь на тест?       И вот тут я одновременно окончательно проснулась и подумала: «А не снится ли мне это все?»       – Тебя папа покусал?       – Нет, я просто подумал...       – Не надо было этого делать, у тебя плохо получается думать, вечно приходишь к выводам, за которые тебя могут послать на хрен.       – Ты действительно будешь мне этим угрожать? – спросил брат, хитро выгнув бровь.       – Оу, фу, пошляк.       – Я имел ввиду, что Алек вечно посылает меня в магазин за хреном, имбирем, брокколи и цветной капустой, а ты о чем подумала?       Я покраснела, но улыбнулась и покачала головой.       – Иди в жопу.       – А вот это и вправду пошло.       Я попыталась схватить его за нос, но он опередил меня и дернул за мочку уха, я раздосадовано прорычала, признав поражение, и вернулась к чаю.       – Но единственная попка, на которую я нацелен, вернулся спатеньки, так что... вернемся к тесту.       – Да отстань ты от меня со своим тестом!.. с чего ты вообще вдруг?.. Ты же всегда говорил, что это невероятно глупо!       Брат кивнул.       – Говорил, и сейчас могу сказать. Но у меня есть Алек, и когда у тебя кто-то есть, и ты говоришь, что тест – это глупо, с твоим мнением считаются, а когда у тебя есть только собственное мнение и ничего больше, это звучит жалко.       – Мне плевать, как это звучит. Я... я просто не могу пойти на тест, никак.       Брат откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.       – Раньше ты отговаривалась тем, что у тебя не было времени, а сейчас у тебя чего нет?       – Желания.       – А у меня нет никакого желания мыть посуду, но иногда приходится ставить свои интересы ниже интересов общества.       Я закатила глаза.       – Ой, один раз попросили его разгрузить посудомоечную машину, так теперь нытья на всю оставшуюся жизнь!       Он улыбнулся и, поставив локти на стол, пристально на меня посмотрел.       – Так почему ты не можешь пойти на тест? Назови мне хоть одну адекватную причину, и я от тебя отстану.       Я заглянула ему в глаза, но так и не поняла, зачем ему все это нужно... если только...       Я внимательнее всмотрелась в брата. Штаны, футболка, часы?.. нет, прыщи, не... вот, точно – наушники. Он пару дней назад жаловался, что его наушники сломались, и что слушать музыку в старых папиных просто пытка, а так как до зарплаты еще недели две, остается только один вариант – папа его подкупил! Вот же ж... тогда он точно не отстанет, и не важно, что я скажу, но попытка не пытка?       – Я не могу пойти на тест, потому что пишу работу, в которой хочу доказать, что система ошибается.       Он нахмурился.       – Правда?       – Да.       – Ты не говорила об этом.       – Потому что не хочу, чтобы папа узнал раньше времени, он такое не одобрит.       Брат выдохнул.       – Да, это еще мягко сказано... Но подожди, раз ты... тогда тебе тем более надо сходить на тест!       – Зачем?       – Чтобы тебя услышали! Вот смотри, если один человек скажет: «Я никогда не был в Уфе и никогда туда не поеду, потому что это ужасное место!», а другой скажет: «Я однажды был в Уфе, это было ужасно, ни за что туда больше не вернусь!», кому ты поверишь больше?       – Да кому угодно, это же Уфа.       Он закатил глаза.       – Это просто пример, я также мог и про Канаду сказать!       – Нет, не мог.       – Да, согласен, Канада прекрасна, и с этим ничего не поделать, но ты поняла мою мысль – ты не сможешь убедить людей в том, что печенка не вкусная, если ты никогда ее не пробовала!       Я вздохнула и нахмурилась, он был прав, и мне это не нравилось.       – Это же четыре часа жизни... знаешь сколько всего полезного можно сделать за четыре часа? Сколько серий можно посмотреть, скольким людям можно помочь?       – Точно, ты же любишь только две вещи – сериалы и помогать людям.       – Помогать людям я люблю больше.       – Если тебе нравится так думать... то как насчет того, чтобы помочь той девушке, которая возможно твоя вторая половинка?       Я фыркнула.       – А давай ты это на запись повторишь, и все феминистки мира заклюют тебя за то, что ты считаешь меня половиной человека.       – Я вообще тебя за человека не считаю, ты же же... моя сестра.       – Ой, вот ты однажды договоришься...       – А ты меня спасешь. Зря что ли звезды захотели, чтобы когда-нибудь ты стала самым лучшим адвокатом на свете – чтобы ты могла меня, дурака, из неприятностей вытаскивать.       – Ага, только звезды тут не причем, я сама так захотела.       – Потому что ты любишь помогать людям, – повторил он.       – И почему, когда ты это говоришь, это звучит так глупо?       – Потому что помогать людям и вправду глупо, но пока ты помогаешь мне больше, чем остальным, меня все устраивает.       Я допила чай и хотела было встать, но он схватил меня за руку и удержал на месте.       – Мы не договорили.       – Я договорила.       – Ты правда не понимаешь? Та девушка, она ведь существует.       – Как и единороги.       Он пропустил это мимо ушей.       – Она сидит где-то там, совершенно одна, ждет тебя!..       Ну да, конечно.       – ...и думает, что она никому не нужна, что для нее нет пары на этом свете, что она... неправильная?..       Я вздрогнула. Знает зараза, куда надавить.       – Представляешь, насколько несчастной она себя чувствует?.. Неужели, она хуже тех котов, которых ты находишь на улице, и не заслуживает твоей помощи? Или хотя бы определенности.       Вот же ж...       Я прикрыла глаза и покачала головой.       – Я все равно в эту чушь не верю, – сказала я и на заметила, как оказалась в коридоре, а брат начал кружить вокруг меня, одевая и приговаривая: «Не веришь и не надо, ты главное сходи», «Заодно проведешь там какие-нибудь свои исследования, для работы» и «В конце концов, ты же ничего не теряешь, да?»       Это он меня так пытается успокоить? Легко ему говорить, он-то никому и ничего не должен, а если я вдруг действительно через этот дурацкий тест найду девушку, от которой не смогу отказаться? Это что... это мне придется жениться на ней? И родить ребенка? Точнее – двух... или даже трех?!!       – Знаешь, я тут подумала, я обязательно должна сходить в Депо [Сокр. от Департамент], но может как-нибудь в другой раз, например, в среду? – предложила я, скидывая пальто прямо на пол и начиная расстегивать сапоги. – Среда – прекрасный день недели!       – Просто потрясающий, – кивнул Коря и, подняв пальто, насильно впихнул меня в него и завязал пояс нераспутываемым узлом. – Особенно, если учесть, что у них в среду выходной.       – Разве? Хм... – Я послушно позволила ему застегнуть все пуговицы, почти не сопротивлялась (только один раз попыталась укусить его за палец, к сожалению, безуспешно). – А мне казалось, что в четверг.       – Ты перепутала.       – Неужели?       Я только успела снять сапог, как его тут же надели обратно и застегнули.       – Да, в четверг выходной в «Place» и в нашем кинотеатре. Так что не отвертишься!       – И в кого ты такой?..       – Какой? Красивый, умный, обаятельный?       – Невыносимый.       – В того же, в кого и ты – в мамочку и в папочку.       Он обмотал шарф вокруг моей шеи и выставил меня за порог.       – Вали!       В меня кинули сумочку.       – Когда домой будешь возвращаться, купи пасту и чипсы, окей?       Дверь захлопнулась.       – И чтобы без справки не возвращалась!