Когда никто не видит

      Эротические вставки с участием своего незабвенного я предпочёл пропустить. Ребята буквально пожирали меня глазами на протяжении всего повествования. Нумминорих — восхищённо, Мелифаро — недоверчиво, Кофа — преувеличенно отстранённо, впрочем, как и всегда, когда слышит особенно важную и интересную сплетню. Профессиональный перекос. Один Джуффин хмурился и едко улыбался. Периодически я на него опасливо косился, ожидая, что вот-вот он открутит мне голову, но этого не произошло. Он только шумно выдохнул в конце моего рассказа и сказал, нарочито спокойно: — Живой, значит, был. Ну-ну. А сообщить — не судьба? Если, говоришь, карандаш поднять не мог — почему бы тебе просто не ткнуть пальцем в краску и написать на стене своё имя с подписью «жив»?       Я молчал, потупив взгляд. Ну не говорить же ему, что хотел подольше подглядывать за Шурфом, пока не узнал, что из-за этого он проклял свою тень! Джуффин ухмыльнулся. Видимо, мысли читал. Что ж, так даже проще. — Ладно. Не буду тебя мучить. Спишем на шок. Но что нам делать с тем Магистром, который тебя «убил»? — Ловить, конечно! — заявил Нумминорих. — Ты помнишь, как он выглядел? — Грязное синее лоохи, босые ноги, чёрные короткие волосы и густые чёрные брови, — начал перечислять я. — Мясистый нос, мутновато-голубые глаза. Тело крупное, живот больше, чем у нашего Кофы, руки волосатые… О! Точно! У него на предплечье шрам был длинный! — Сэр Кофа, не узнаёте голубчика по описанию? — прищурился шеф. — Да как же не узнать-то? — хмыкнул тот. — Арама Тутарелла, младший магистр Ордена Водяной Вороны, собственной персоной. Да и заклинаньице, господа тайные сыщики, было кощунственно с нашей стороны не узнать. Джуффин, ваш друг, простите, враг — Лойсо Пондохва — частенько применял его на тайно влюблённых в него Магистрах. Те, кто посмелей, проникали в магистерскую спальню и целовали его, становясь видимыми. Конечно, мало кто выжил после этого. Кстати, Арама входит в их число. Трусоватых же после никто не видел. Либо покончили жизнь самоубийством, либо до сих пор бродят среди нас. — Ой, спасибо, сэр Кофа, вы только что добавили один пунктик в мой список параной! — я засмеялся, но прозвучало это слишком напряжённо. — Занятно, Макс, что ты у нас относишься к смелым, — хохотнул Мелифаро. — И, самое главное, к кому ещё целоваться полез! К Ложки-Крошки! — Это работает не так, как ты думаешь, — спокойно выдохнул дым шеф. — Он мог перецеловать весь город, и тебя в том числе, прежде, чем быть расколдованным нашим Великим Магистром. Слышал что-нибудь про «поцелуй истинной любви»? — Постойте-ка… — шокированно уставился на меня Мелифаро. — Так ты нашего Шурфа… Того… Любишь, что ли?! — Получается, так, — смущённо ответил я. — И он тебя не убил, такого случайно материализовавшегося? — Как видишь! — А что сделал?       Я мгновенно покраснел. — Поцеловал в ответ, — выбрал я самое невинное из того, чем мы с Шурфом занимались этой ночью. Мелифаро фишку, кажется, просёк, но вида не подал. — Ну ты даёшь, Чудовище!!! Ну хоть меня-то ты перед этим своим воскрешением не целовал? Стой! Не отвечай! Если это так, пусть это останется тайной! Лойсо упаси от таких подробностей!       Сыщики дружно заржали.       Через час было обнаружено место дислокации Арамы Тутарелы и составлен подробный план по его поимке и ликвидации.