А что же с нами будет дальше?

Наконец мы вышли из конторы, и я как-то вдохнул полной грудью. Она, заметив мое легкое беспокойство, как-то взяла на себя роль гида и повела меня по бульвару. Юля не замолчала ни на секунду, она когда сдает оружие и переодевается в гражданку становится совсем другим человеком. Она прямо девушкой становится, не скажу, что в работе она не девушка, но сейчас это как-то так заметно. Потом в разговор включился я, мы говорили о многом. Юля рассказала мне то, чего раньше никогда не рассказывала. Я понял, что во многом я просто её не знал. Я ошибался, когда говорил, что она железная. Она мягкая, она такая что ею хочется просто укутаться и остаться в объятиях навсегда. Она остановилась на минуту попросила дать ей руку, так как ей залетел камушек в обувь, я, кажется, так крепко её ухватил, что сам того не ожидал. А она сжала мою руку так, как будто хотела держаться за неё вечно. И тут я как вернулся на землю, я понял, что я не могу вот так вот просто идти и зависать на каждом её слове, каждом жесте. — Так что? Куда пойдем? — поинтересовалась Юля. — Тут недалеко есть очень уютное кафе. Может давай туда пойдем? — У меня идеи так и не появились, так что давай пойдем туда, — я смотрел ей в глаза, но самое смешное, что мы продолжали держаться за руки. — Кость, отпусти, — она дёрнула рукой. — Мы же не будем идти за ручки, — смех появился на её лице. — Ну да, это было бы очень смешно, — сказал я, но где-то внутри я то понимал, что я бы хотел этого больше всего сейчас. — Так давай тогда туда, там и покушать можно, даже выпить если что. — Если что? — Ну просто я подумала, раз ты оставил машину, можно было бы и вина какого-то выпить, кофе — это конечно хорошо, но его на работе хватает. — А ты знаешь, я не против, — такого поворота событий я не ожидал, надеюсь алкоголь меня немного расслабит, и я стану нормальным. А то я как мальчишка какой-то, школьник на выпускном. — Руку только отпусти, товарищ майор. — Ой извини, ты не замерзла? Руки холодные очень. — Такая особенность у меня — холодные руки. И мне так хотелось продолжить: «Горячее сердце», но если бы я это сказал, то Юлька бы покрутила бы пальцем у головы, и скорее всего моей. Город понемногу готовился к ночи, все возвращались домой с работы, кто-то, как и мы гулял никуда не торопясь. Часы показывали 18:40, расстояние, которое я сам бы прошел за десять минут, мы идем уже сорок. И мне это так нравится, мне казалось, что я не умею медленно ходить, но оказывается я просто не пробовал. Вечера становились все прохладнее, сентябрь выдался очень теплым, но к концу месяца осень уже давала о себе знать пронзительным ветром. Я раньше не любил осень, потому что когда-то это значило, что все заканчивается. Будь то каникулы или отпуск. Но эта осень она особенная, может, потому что я в отпуске еще не был, или может причина совсем в другом. Но вечер, опустившийся на город и ветер, который в сотый раз разрушал её прическу, заставили нас быстрее двигаться в сторону кафе. Я приоткрыл перед ней дверь, и она вошла, все так же весело болтая. Следуя за ней, я не переставал восхищаться тем, как изящно она покачивает бедрами. — Какая прелесть, — произнесла она, — они тут ремонт сделали, освежили все, теперь тут еще уютнее стало. Тебе как тут, нравится? — Мне, да, — я неторопливо высказался по поводу этого милого места. — Как тебе вот тот столик? — я указал рукой место, в самом уголку заведения. Столик будто бы прятался там от всех, и я понял, что это наше место. — Константин Львович, да вы мои мысли читаете, это моё уже излюбленное место. Я всегда там приземляюсь, когда свободно. — Значит идем там и сядем, — я опять пропустил её вперед себя, но сразу же поторопился её догнать, дабы поухаживать за ней, когда она захочет присесть. Я отодвинул ей стул, и вы бы видели её сияющие глаза. Она сразу так мило улыбнулась, что у меня сложилось впечатление, что до меня так никто не делал для неё. Мы сидели друг напротив друга и это было как в каком-то кино. Знаете, вот похоже на первое свидание, но не совсем. Ну вот как-то так я в тот вечер говорил и с Юлей, уж простите, я тоже человек, и тоже волнуюсь с поводом и без. Но вскоре я расслабился, официант попался очень милый и такой легкий парень, мы толком не знали, что выбрать, так он нам в принципе все сам предложил, и судя по тому, как улыбается Юля после каждого глотка вина, он не ошибся. Ей нравится, а сейчас это главное. Я улыбнулся чувствуя, как мое сердце наполняется радостью. Я открыл для себя совершенно другую девушку, та Юля, которая на работе, она строгая, она выдержанная, правильная такая. Она мне нравится такой очень, но сегодня я узнал, что она бывает другой. У неё такой звонкий смех, такая искренняя улыбка, что я сейчас теряю землю под ногами. Та Юля на работе, она умеет заинтересовать, она привлекает, но вот эта Юля, она, по-моему, влюбила меня в себя, сама того не подозревая. — Как тебе вино? — я с любопытством посмотрел на неё. Юля снова отведала напиток и поставила бокал на стол. — Ты знаешь, очень вкусное, у меня дома какое-то похожее есть. — У меня дома вина не было уже лет да лет. — Чего? — Я редко пью, ну вернее редко пью вино, — я улыбнулся, когда увидел, как она засмеялась заподозрив, что я пью дома. — Ты не подумай, я не пью много. — Да ладно, в наше время это уже дело житейское. — Думаешь? — Ну я, к примеру могу иногда выпить чего-то, даже будучи одна дома. В этом есть какой-то свой особый шарм. — Ты права, особый шарм есть, но всё же приятнее в компании, — я в этот момент как-то тоскливо пожал плечами. — Да, оно как-то по-другому. Но сказать правду, я уже сто лет не сидела вот так просто в кафешке и не торопилась никуда. — Юль, — я не знаю зачем я это тогда у неё спросил, но мне показалось, что момент очень подходящий. — Чего? — У тебя же нет никого? — Ничего себе, товарищ майор, на какие темы мы пошли, — она произнесла это с улыбкой, но я увидел тревогу в этих глазах. — Ну как ты думаешь, будь у меня кто-то, я бы сидела тут с тобой? — Ну наверное нет, но кто знает, — я вздохнул. — Кость, ну чего ты? — она положила свою руку на мою, вы себе такое можете представить, я вот не мог до этого момента. — Почему ты раньше постоянно игнорировала мои попытки оказать тебе внимание. Я же столько раз пытался. — Обожглась, один раз очень сильно обожглась этой любовью и после этого боюсь, что ли, я очень долгое время ощущала глубокую пустоту внутри, вместо любых эмоций. Я боюсь впускать к себе в жизнь нового мужчину. — Расскажешь? — Да рассказывать особо нечего, — она попыталась спрятать глаза. — Встречались как все нормальные люди, иногда ночевали вместе. Ну простые человеческие отношения, поначалу там конфеты, букеты. — Это давно было? — Как только к Лукину на работу пришла. — Твой коллега? Она задумалась и опустила голову на руки. — Юль, если ты не хочешь можешь не говорить, — я уже понял, что задел её за что-то живое. — Не совсем коллега, я пришла на его место, а он пошел куда-то на повышение. Он мне материалы передавал по открытым делам, так и познакомились. — А что случилось потом? — По классике, он мне изменял. Я узнала об этом случайно, почти все время, что мы были вместе, у него была другая. — Извини, что я так это самое, я просто не понимал почему так происходит, почему я как об стенку бьюсь. — Да нет, это ты меня извини, я как-то даже не думала, что задеваю тебя. Мне казалось это невинный флирт какой-то. А на деле у тебя есть кто-то. Ну тем более вы с Даниловым и Майским часто на такие темы разговариваете, девушки, женщины, все дела. — Подслушиваешь? — С вашими баритонами, подслушивать особо не нужно, достаточно просто иметь уши. — Да нет, я как-то один в поле воин, — я выдохнул, когда увидел опять на её лице улыбку, удалось как-то снять напряжение. Но главное я узнал, у неё никого нет, вернее я это и так знал, просто сейчас я подтвердил свои догадки. Она дальше продолжала болтать, вино работает, мы так расслабились. Юля рассказала мне еще много смешных и трогательных историй из жизни, я так же не отставал от неё. Поведал ей немного нашей студенческой жизни с Шустовым. Насмеялись мы вдоволь. Бутылку вина мы как-то очень быстро опустошили, но официант очень быстро поднёс нам еще одну. — Пьянка намечается, Константин Львович? — Не знаю, — признался я, протягивая ей бокал. — Ты хоть закусывай, а то я уже целую тарелку умял, а ты даже и кусочка не съела. — Я кушаю, я вот салат съела, — она указала рукой на тарелку в которой действительно почти ничего не осталось. — А мясо не любишь что ли? — Люблю, сейчас я вижу дело и до мяса дойдет. — Кушай, кушай, а то худая совсем. Она удивленно подняла брови: — Тебе не нравится? — Юль, — я не то, что улыбнулся, я засмеялась во весь голос, — мне нравится в любом случае. — И ты хочешь сказать, что если бы я была такой упитанной женщиной, с двумя, или даже с тремя подбородками, то ты бы всё равно меня позвал бы прогуляться? — Ну тебе бы было полезно прогуляться тогда. — Лисицын! — она коварно взглянула на меня. В этот момент я ощутил удовольствие, которое раньше мне встречалось редко. — Слушай, а теперь моя очередь. — Очередь куда? — я немного насторожился, потому что после своей фразы она аж подскочила на месте и сложив руки на стол требовательно посмотрела на меня голубыми глазами. — Вопросы задавать. — А, давай, обещаю не врать. — А почему ты не женат до сих пор? — Я был слишком занят, чтобы заниматься всякой ерундой, — произнёс я, пытаясь сдержать смех. — А сейчас уже не занят да? — Юля покачала головой. — Ну скажи, я же тебе рассказала. — Ну не получалось как-то у меня. Моя работа мало кому из девушек нравилась. — А у тебя много отношений было? — Я не считал, но таких прям что-то похожее на серьезные, то нет. Четыре девушки. — Куда они делись? — она выдавала вопросы как на допросе, и вот только сейчас я понял почему женщины намного чаще раскалывают преступников. Тут невозможно не отвечать. — Одна была еще в Ростове, не захотела со мной в Москву ехать. Вторая просто считай испарилась, еще одна ушла как раз-таки из-за работы, а последняя изменяла мне пока я был на дежурствах, я на выезд ехал на машине для наружного наблюдения и увидел её в городе с другим мужчиной. — Так может это просто какой-то знакомый или коллега. — За ручку с коллегами не ходят, — я подмигнул её и увидел, как она задумалась над моей фразой. — Так что вот такие вот пироги, Юлия Александровна. — Мы с тобой как пенсионеры. Юля всегда была остра на язык. Я засмеялся, но в ответ всё-таки выдал встречный вопрос: — Так чего это мы пенсионеры? — Если кто-то со стороны посмотрит на наше вот это вот, Константин Львович, Юлия Александровна. Простите, извините, и так далее, то подумают, что мы с вечеринки из дома престарелых сбежали. — А как ты предлагаешь? — Костя просто, ну и Юля соответственно. — Хорошо, Юля, что-то может еще закажем? А то вино еще есть, а кушать уже нет. — Ты хочешь еще кушать? — Не то, чтобы хочу, но не отказался бы, — ни для кого не секрет, что я еще тот любитель покушать, даже Соколова знает это прекрасно, потому что в буфете у меня часто самые большие порции, единственно у кого побольше это Майский, вот он прямо как слон кушает. — А ты не хочешь? — Я у тебя что-то стащу из тарелки. — Ага, это уже серьезное заявление, тогда я позову официанта. — Зови тогда, просто Костя. В этот момент, как мне тогда показалось, случилось самое неприятное в сегодняшнем вечере, официант меня так расстроил, что я и кушать перехотел, и даже вино пить. Он сказал, что, к сожалению, кухня уже не работает, да и само заведение через двадцать минут уже закрывается. Я даже и не заметил, как на часах было почти 21:00, время пролетело просто с неимоверной скоростью. Я увидел, что Юля тоже немного взгрустнула, но я тут же придумал, что я могу и завтра её куда-то пригласить, так что раскисать не стоит. — Так Юлька, не расстраивайся, вино мы возьмем с собой, и прогуляемся еще в парке. — Ты хочешь, чтобы завтра на летучке первой новостью стало то, что мы с тобой распиваем алкогольные напитки в общественном месте? — смеясь выдала Юля. — Можем в стаканчики из-под кофе перелить, кофе же можно в парке пить. — Ну ладно, тогда идём? Там со счетом всё нормально, хватает или может я докину? — Соколова, у меня зарплата побольше вашей будет, так что утихомирь свою неугомонную внутреннюю бунтарку. — Будет сделано, товарищ начальник. Как только мы вышли на улицу, настроение тут же скатилось еще ниже. На улице начинался дождь, хоть он был совсем мелкий, но одеты мы были, мягко говоря, не по погоде. Мы стояли несколько минут молча и смотрели то друг на друга, то в разные стороны. И вот хотелось продолжить вечер, но я понимал, что сегодня уже вряд ли получится. Мы, стояли под козырьком еще пару минут, допили своё вино из бумажных стаканчиков, а дальше повисла тишина. Не будем же мы сейчас целоваться и прощаться, хотя мне бы очень хотелось хотя бы на прощанье получить поцелуй, ну хоть в щечку, но я не рискнул. А просто сказать пока и пойти в другую сторону, тоже не вариант. Я предложил вызвать ей такси и подвезти домой, а сам уже от неё поехал бы к себе. На что она пожала плечами и кивнула головой, я так понял, что это значит «Да». — Скажи свой домашний адрес, тут таксисту надо говорить оказывается, я сто лет такси не вызывал. — Проспект Мира 181, — выдала она, явно о чем-то задумываясь. — Хорошо, тогда сначала тебя отвезу, а потом сам домой, тем более так как раз по пути будет. — Слушай, тебе сейчас это может показаться странным, но давай посидим еще у меня. У меня там во дворе есть круглосуточный супермаркет, только покушать что-то купить надо будет, а то у меня в холодильнике мышь повесилась. — Правда? — Что правда? Мышь? Да мышь повесилась. — Юлька, к тебе правда можно поехать? — Кость, ты что с луны свалился? Я говорю поехали еще посидим у меня, ну не хочу я вот так вечер заканчивать, скучно как-то, допьем то моё вино, а вообще у меня еще что-то покрепче есть. — Покрепче говоришь? — Ага! — Ну ладно, отказываться я не буду, конечно. Она сейчас это говорит, а я стою и не верю ни своим ушам, ни глазам. Я вообще сейчас не верю в происходящее, то ли это вино так повлияло на неё, то ли может быть я. Но это было настолько неожиданно, что я дар речи потерял и выглядел так же, как и сегодня на выезде. Максимально глупо и странно, но я быстро собрался и, естественно, поддержал её идею. Как я могу отказаться, это было бы жирной точкой, да и зачем мне отказываться от того, к чему я в принципе иду уже несколько лет.