А что же с нами будет дальше?

Утром я проснулся от ужасного звука будильника, обычно я встаю с кровати и как по алгоритму иду делать все дела, собираясь на работу. Но сегодня проснувшись в объятиях Юли, я совершенно не хотел не то, что идти на работу, а даже вставать из кровати мне не хотелось. У Соколовой сегодня был выходной, и недолго думая, себе я тоже решил сделать выходной, вернее маленький больничный. Для этого мне все-таки пришлось встать, так как будить Юлю я не хотел, ведь это такое умиление, она так сладко спит. Да и выходной ведь, она устает на работе, хоть и геройствует постоянно. Я тихо вышел на кухню и набрал номер начальницы. Уже через пару секунд, она ответила мне бодрым голосом. — Галина Николаевна, утро доброе, — хриплым голосом я проговорил ей в трубку при этом покашливая. — Да Кость, случилось что? Чего так рано звонишь? — Извините, может я вас отвлекаю. — Нет, все нормально, говори, чего хотел. — Галина Николаевна, я бы хотел взять на сегодня отгул. — А что такое? — Да вот утром проснулся, горло болит, температура, видно простыл позавчера, дождь там был, ну в общем вот. — Конечно, Кость, без проблем, лечись давай. — Спасибо, вам, — я еще раз кашлянул для убедительности. — Выздоравливай. Ну золотая же у нас начальница, всегда понимает, выручает. И не важно, что я ей сейчас соврал, я не со зла ведь, и не из вредности, ну уж очень я хотел понежиться с Юлькой до обеда в кровати, а не бегать с Майским по лесам трупы искать. Тем более погода предрасполагает к первому варианту. За окном было так серо, я стоял на кухне в одних трусах и смотрел в окно, не знаю, что сыграло роль, то ли, то, что на часах не было даже семи утра, или то, что на градуснике температура не поднималась выше циферки в шесть градусов. Но постояв так минуты три, я быстро пошагал в спальню и осторожно влез обратно под одеяло, я старался очень аккуратно, чтобы не разбудить Юлю, но не совсем это у меня получилось. Я уж было думал, что она проснулась, но она лишь сквозь сон пробубнила себе что-то под нос, зарылась еще сильнее в мои объятия и сладко уснула у меня на груди. Я снова поцеловал её в макушку и точно так же уснул. Спустя какое-то время я проснулся от того, что мне показалось, что у меня нет правой руки. Приоткрыв один глаз, я обнаружил, что действительно рука была где-то под спиной Юли, и я совсем не чувствовал её. Но так не хотелось шевелиться и будить Соколову, но на секунду я подумал, что вряд ли она полюбит меня если у меня отвалится рука. И мне пришлось вытащить её из-под Юльки. Та сразу же проснулась и стала сладко зевать. Глаза она почему-то еще не открывала, может не хотела видеть мою наглую физиономию. Меня на секунду опять постиг страх того, что сегодня будет так же, как вчера утром, что Юлька опять придумает себе что-то в голове и надо будет опять с этим как-то бороться. Но открыв глаза, она, наоборот, еще сильнее прижалась ко мне. — Доброе утро, — я тихонько шепнул ей в макушку где-то. — Да уж, и правда доброе, но только не уверенна, что утро, — она усмехнулась, — мне кажется, что я спала сутки, сколько времени сейчас? — Ну не сутки точно, но, — я глянул на часы и увидел, что стрелка показывала почти полдень, — ничего себе, да уж утром это не назовешь. — Сколько там? — Без четверти двенадцать. — Сколько? — она подскочила на кровати. — Так много? — А ты что опаздываешь куда-то? — Да нет. — Ну вот вернись тогда обратно ко мне, куда подскочила? И вы знаете она послушалась меня и вернулась обратно ко мне в объятия, это было так мило. Я знаю, что, наверное, я вас уже достал, но я до сих пор не верю в то, что происходит. Вот не верю, мне кажется, что я сплю, кажется, что я проснусь и опять буду думать, как это бы пригласить её на кофе. Но нет, я себя ущипнул уже тысячный раз, а она все также продолжала лежать в моих объятиях, нежно поглаживая своими тоненькими пальцами мою руку. И сейчас вообще не хотелось ни о чем думать, мне казалось, что тогда я познал, что такое рай на земле. — Кость, — выдала она, после длинной паузы. — Слушаю, — я отвечал, понимая при этом, что эта рыжая голова уже себе что-то там придумала. — А почему ты раньше меня на кофе не приглашал? — Я? — Ну не я же. — Да не знаю, страшно было, что откажешь. — Так, а позавчера уже не страшно было? — Еще как страшно, — я улыбнулся, — но я ждать больше не мог. — А чего ты ждал? — Сам не знаю, наверное, когда перестану бояться, что ли, или чего. — Ты знаешь, я очень рада, что ты всё-таки решился и пригласил, — она сильнее прижалась ко мне при этом, обняв меня за руку, — мне так хорошо сейчас, так спокойно. Будто бы вот я этого и ждала всё время, — она подняла голову и ненадолго задумалась. — Сегодня еще лучше, чем вчера. — А завтра будет еще лучше, чем сегодня, — усмехнулся я, обнимая ее и прижимая к себе. Я прижал её к себе, целуя везде, где только мог сейчас достать. Она была всем, что только мне требовалось. Я любил в ней все — ее внешность, ее характер, чувство противоречия, которое раньше заставляло её давать мне отпор. В этот момент я знал, что никогда не отпущу ее, и что-то подсказывало мне — Юля тоже не захочет уходить от меня. Мы с ней что-то шептали друг другу, не осознавая, что именно, прижимаясь телами друг к другу. — Завтракать будем, товарищ майор? — она оторвалась от моих поцелуев. — Скорее уже обедать, — ответил я, указывая взглядом на часы. — Тогда обед с тебя, раз за ужин отвечаю я, — она замялась, — отвечала то есть. — Юль, останься у меня еще сегодня, приготовь еще один ужин. — Кость, ну не могу, завтра же на работу, — она вскочила надо мной, — стоп, Лисицын, работа ведь, ты почему дома сегодня. — Эм, — я почесал подбородок, — я позвонил Рогозиной утром, сказал, что у меня кашель, температура, для пущей убедительности еще покашлял в трубку. — Вот ты хитрюга, — она стукнула меня по плечу, — лентяй, вы товарищ майор, самый настоящий. — Да нет, я просто хотел побыть с тобой сегодня целый день. — Ладно, прощаю тогда, тунеядец. — Глянь ты на неё она прощает меня, — я быстро сменил положение и повис над ней уставившись прямо ей в глаза. — Так что, ты останешься? — Если только очень хорошо попросишь. — Ха, это я могу, — я наклонился и накрыл ее губы своими, — можно уже просить? — Не-а, сначала позавтракать, товарищ майор, — она выскользнула из-под меня, — а потом можем всякими глупостями заниматься, день длинный, раз вы работу прогуляли. — Так ты останешься? — я с надеждой в голосе спросил, поворачиваясь обратно на спину. — Посмотрим ближе к ужину, — ответила Юлька, ныряя в мою футболку. — Давай вставай уже, а то день на дворе, а мы как тюлени валяемся. — Скажи, что тебе не нравится, сегодня выходной, сегодня можно. Но вместо ответа Юля наклонилась ко мне и нежно поцеловала меня в губы. Я того сам не ожидал, ей нравится все происходящее, она так сияет. А вместе с ней сияю и я. Еще буквально два дня назад я и мечтать о таком не мог, вернее все что мне оставалось — это как раз только и мечтать. — Черт побери, Лисицын, — она улыбнулась на все тридцать два. — Что? — Это так приятно, я даже не хочу выходить из спальни, я бы действительно провалялась так в кровати с тобой весь день. — Так возвращайся, — я демонстративно подвинулся и похлопал по опустевшей подушке. — Покушаем позже. — Завтра утром, перед работой? — А даже если так, я не против. — Будешь на диете со мной сидеть? — она присела на кровать. — На диете не уверен, но кардионагрузки я тебе обеспечу, — я присел сзади неё и поцеловал её где-то за ушком. После она легко простонала и наклонила голову вниз позволяя мне прогуляться губами по её стройной тоненькой шее. Дорожка поцелуев, начавшаяся с чувствительного местечка у нее за ухом, закончилась на плече, где я прикусил ее кожу. Ласки переросли в то, чем они и обязаны были закончиться — я повернул её к себе и примкнул к её губам. Я прекрасно понимал, что выспались мы оба и сил в нас сейчас полно, даже несмотря на то, что мы оказались без завтрака, и скорее всего обед нам тоже не светит. Мое тело уже вовсю горело желанием поскорее слиться с ней воедино. Видимо не суждено этой футболке долго задерживаться на её теле, я опять сорвал её с неё и откинул в самый дальний угол. И нежно руками коснулся её груди. — Эй, и что это ты такое делаешь, — поинтересовалась Юля. — Ничего такого, — ответил я. — Тихонько! — прошептал я ей на ухо. Она простонала, когда мои руки сильнее сжали её грудь, и она, не выдержав, уже сама жадно впилась в мои губы. — Так хорошо, — еле слышно прошептала она. — Конечно, — согласился я. Она медленно и очень грациозно выгибала спину, извиваясь под моими руками. А я же намеренно не касался других частей её тела, оставляя руки только на груди. Чем добился того, что Юля сквозь тяжёлое и сбитое дыхание со стоном проговорила моё имя. Я не знаю зачем я это делал, зачем я мучил и себя, и её, но мне так хотелось, чтобы она сама попросила меня, чтобы она призвала меня ко всяким пошлостям, как она любит это называть. Ждать мне долго не пришлось. — Костя, пожалуйста, — вырвалось из её уст. Далее я не долго думал, я уложил её аккуратно на кровать, а сам оказался сверху над ней, я проник в неё, при этом сжав зубы, чтобы не застонать самому от этих острых ощущений. Я думал, что за эти два дня я уже привык к такому ритму, к такому темпу, но каждый раз был, как первый. И сейчас я опять сдерживал импульс внутри, дабы не выплеснуть все наружу слишком быстро. Она начала двигаться в ритме чуть более ускоренном чем мой, но инстинктивно я тоже начал двигать быстрее. Одной рукой она сжимала простыню под нами, а другой крепко держалась за моё плечо. Дыхание стремительно учащалось у нас обоих, потрясающие ощущения, волнами растекающиеся по телу, я уже с трудом контролировал себя. А она продолжала очень страстно стонать подо мной. Все мысли исчезли, сознание отключилось, и финал долго не заставил себя ждать. Как не странно, но и в этот раз закончили мы почти одновременно, я почувствовал, как она сжимает меня внутри себя и больше не мог сдерживаться. Даже если бы и смог, то её стон, который вырвался из груди, он поглотил и меня тоже. Поэтому шансов почти не было. Энергия, которой до секса я мог похвастаться, куда-то быстро улетучилась и я просто упал рядом с Юлей, прижимая её к себе и нежно целуя в губы. — Я хочу тебе кое-что сказать, — восстанавливая дыхание медленно говорила Юля. — Что? — спросил я, тоже пытаясь хотя бы начать дышать ровно. — Может ты будешь сейчас смеяться, но ты мне тоже всегда нравился, еще с самого начала, я просто боялась признаться в этом, даже себе, не говоря уже о тебе. — Почему? — я еще раз поцеловал её в губы. — Мне казалось тебе нет дела до меня. — То есть мы могли бы еще раньше, — я задумался на минутку, — ну, быть вместе? — А есть уже разница? — Ты знаешь, сейчас уже нет, — радостно подытожил я. — Так что, товарищ майор, обед никто не отменял, не заставляйте даму ждать, — улыбнулась Юля, примыкая к моим губам в нежном поцелуе.