Успеть до вторника

Когда их со Снейпом, наконец, отцепили друг от друга, Люциус неожиданно для себя почувствовал не облегчение, а грусть. Ему показалось, что это — все, будто лишившись цепей, которые привязывали их друг к другу, Снейп улетит, окончательно исчезнет из его жизни. Отправится куда-нибудь в путешествие или наоборот — запрется в собственном доме, в лаборатории, и носа больше не покажет. Их судили только на следующий день, так что ночь они провели отдельно друг от друга во временных камерах при Аврорате. И невзирая на всю усталость, уснуть на деревянной скамейке Люциус не смог. Он все думал об этом незапланированном путешествии, о словах Снейпа, о собственных чувствах, и понимал, что он — идиот. Вот просто дурак. Предки слова ему больше хорошего со своих портретов не скажут — и будут правы, потому что иррационально хотелось поверить Снейпу. Он вспоминал и многочисленные дни и — особенно — ночи, проведенные вместе, и не представлял, как это можно было бы сыграть, ничего не чувствуя. Сам бы так точно не смог, хотя считал, что умеет отлично притворяться. Ну раз, два… а не столько лет! Улыбки, взгляды, прикосновения, стоны… хоть раз Снейп должен был сфальшивить, закрыть глаза, прошептать — пусть даже неслышно — другое имя. Но ничего такого не было. Ничего вообще не намекало, что Снейп до сих пор любит эту свою Лили, кроме слов Гарри Поттера. Так почему же он поверил Поттеру, а не Снейпу? Ведь это не с Поттером он прожил почти всю жизнь! Люциус коснулся розовой полоски на запястье — браслет успел стереть кожу в кровь, но авроры легко залечили рану, оставив только шелушащийся шрам, который уже к вечеру должен был пропасть. А Люциусу не хотелось, чтобы он пропадал — этот шрам напоминал о Снейпе и их безумном путешествии. Драко кратко рассказал о том, как они с Поттером шли по их следам, и Люциус понял, насколько был прав Снейп, когда предлагал просто остаться на месте. Но нет… И сейчас Люциус был даже рад, что не послушал его. Если бы не это путешествие, они бы так и не поговорили, и он бы обижался еще долго, может быть, даже слишком долго для такой короткой жизни. Люциус решил, что даст Снейпу еще один шанс, но только если Снейп даст шанс ему. Его дело Визенгамот слушал первым. Все доводы и доказательства прозвучали еще на прошлом заседании, сейчас говорилось лишь о результатах доследования — не о чем там было говорить — и новых фактах. В конце члены Визенгамота проголосовали и огласили решение. Приговор, как и предполагалось, оказался мягким. Суд еще с полчаса спорил о суммах денежных отчислений, но и они оказались вполне приемлемы. Отслеживание заклинаний на его палочке и в поместье на ближайшие пять лет, запрет на занятие должностей в Министерстве — на десять лет, денежные компенсации и еще какие-то мелочи, вроде обязательного оповещения о смене места жительства. В общем — сущая ерунда. Люциуса освободили прямо в зале суда, но он не спешил его покинуть. Поднялся к сыну и бывшей жене — Нарцисса обняла его и целомудренно поцеловала в щеку. Рядом с родными почему-то сидел Поттер, который кивнул ему, поздравляя, и Люциус сел, ожидая суда над Снейпом. Со Снейпом дело было с одной стороны хуже — он совершенно точно убил Альбуса Дамблдора, использовав Непростительное заклятие, с другой лучше — за него вступался Гарри Поттер, да и обстоятельства убийства были весьма необычны. Об этом судьи спорили уже не одно заседание, но сейчас должны были решить судьбу Снейпа окончательно. Варианты предлагались самые разные, включая абсурдный — наградить и отправить в Азкабан на десять лет. В итоге награждать не стали, приговорили к Надзору на ближайшие пять лет и обязали сообщать о смене места жительства. Все. «Недорого же стоила жизнь Альбуса Дамблдора!» — с усмешкой подумал Люциус. Цепи, приковывавшие Снейпа к креслу, упали, и он, будто не веря, что свободен, медленно направился к двери. Там-то его и поймал Люциус и, даже не спрашивая, потащил к себе домой. Только обнаружив себя посреди гостиной, тот спросил: — Малфой, что я делаю в твоем доме? — То же, что всегда, Снейп. Все, что угодно. Ты теперь совершенно свободен. Люциус подошел совсем близко и крепко его обнял. — Совершенно? — спросил Снейп. — От Дамблдора, Волдеморта, Визенгамота, обязательств перед Поттером. — От тебя? Люциус отшатнулся. — Если ты так хочешь… — Нет, Люциус, не хочу. — Снейп крепко прижал его к себе и осторожно расцеловал. — Если я освобожусь от тебя, не уверен, что мне останется, ради чего жить. Абсолютная свобода не всегда хороша. — Вот и оставайся, — ответил на поцелуй Люциус. В камине вдруг зашуршало, и на пол гостиной вывалились друг за другом Поттер и Драко. Люциус хотел было спросить, что мистер Поттер делает у них в доме, но решил промолчать. Потому что Драко смотрел на того уж слишком знакомым счастливым взглядом, точно таким же, каким сейчас смотрел на Люциуса Снейп.