невозможный

— Хён, хотел у тебя спросить… — Нет, Тэхён, — качает головой Юнги, методично нажимая на кнопки телевизионного пульта. — Всего один вопрос, — ноет Ким, приваливаясь к его боку. — Нет. — Малюсенький вопросик. Совсем крошечный. — Нормальный? — вздыхает Юнги. — Конечно! Когда я ненормальные задавал?! — Весь вчерашний день? Сегодняшнее утро? Тэхён надувает щёки, щипая Мина за бок. Даже отодвигается немного, складывая руки на груди. Юнги закатывает глаза, отбрасывая пульт в сторону. На экране телевизора мелькает какая-то идиотская реклама. Прямо, как ситуация в этой комнате. — Ну? Тэхён загорается будто лампочка. Даже подпрыгивает немного, приклеиваясь взглядом к Юнги. — Хён, — начинает Ким. — А ты… Ну. Писаешь своими этими шлангами? Так. Хорошо. Мин Юнги достаточно терпел. Он шипит, показывая свои клыки, которые по длине сравнимы с указательными пальцами. Тэхён отшатывается, округляя глаза, прижимая руки к животу в защитном жесте. — Отпад, — выдыхает он, облизывая губы. У Юнги нет слов. Просто нет слов. — Хён, ну я же не специально, понимаешь? Просто ты ничего не объясняешь, а информации о твоём виде очень мало. Как тут быть, а? Ладно, парень-то в каком-то смысле прав. Юнги выравнивается, втягивая клыки и закрывает рот, вытерев губы тыльной стороной ладони, потому что слюны натекло. — Мои щупы, это просто продолжение меня, — бурчит он. — Это не… Половые органы. В каком-то смысле, да, но только в контакте с женской особью моего вида. — То есть, всё-таки пиписьки? Юнги стонет, откидывая голову назад, ударяясь затылком о спинку дивана. За свои двадцать два чего он только не слышал. Но это... Тэхён перебирается поближе, просовывая руку под спину. — Только раз в год, когда начинается период… Спаривания. — Так, — как-то напряжённо выдыхает Ким. — Какого ещё спаривания? — Спаривания с самкой, — терпеливо объясняет Юнги, скашивая на него взгляд. — С какой ещё самкой, я не понял? — Самкой, на пике своего репродуктивного возраста. Лицо Тэхёна сосредоточенно замирает. Это плохо, потому что тогда в его голове зарождаются какие-то сверх дебильные идеи. — Значит, я ей буду, — в конце концов, выдаёт он. — Я же могу? — А ты самка? — вскидывает брови Юнги, устав удивляться чужой логике. — Я могу её… Сыграть? Ну да, сыграть. Я смогу. Мин цыкает, брыкаясь, Тэхён же прижимается к нему теснее, чмокая влажным поцелуем в щеку. — Ты злишься. — Нет. — Ага. Злишься. — Я не злюсь! — Злишься. — Ким Тэхён! — выходит из себя Юнги, заскрипев зубами. — Вот видишь, — усмехается тот, осторожно пробираясь под чужую футболку. Мин трескает его по загребущей руке, Ким цыкает недовольно, но продолжает. — Что ты делаешь, а? — Хочу рассмотреть их получше. Юнги закатывает глаза, сдуваясь, как воздушный шарик. Тэхён не отлипал от его живота весь вчерашний день. И сегодня пытался добраться до нежной кожи, но Мин успешно ускользал от всех этих поползновений. Но сейчас не получится. Ким скользит пальцами по едва заметным ячейкам, в которых подрагивают, едва-едва показываясь на поверхности щупы. По телу Юнги идёт приятная дрожь. Не только возбуждения, но ещё и восторга от того, что кто-то касается его не испытывая отторжения. Не испытывая ужаса, брезгливости и страха. — Липко, — выдыхает Тэхён, поднимая руку к своему лицу. Мин хочет спросить: серьёзно, эй? Но Ким уже слизывает жемчужную жидкость широким мазком языка. — Хм, — выдаёт он. — Похоже на кленовый сироп. — Кленовый сироп? — Агась, — кивает Тэхён. — Выпусти их, а?.. — Нет. — Ну немножно совсем. — Нет. Нет и ещё раз нет. — Всего одну штучку. Один щупик. Вот тот, мой самый любимый, который у тебя по центру живота живёт. — Ким Тэхён, скажи мне честно, — страдальчески тянет Юнги. — Ты смерти моей хочешь что ли? Тэхён обижено выпячивает губы, а потом внезапно наклоняется, этими самыми губами накрывая одну из ячеек. И… Смокчет. Сосёт? Присасывается? О боже. Юнги выгибается, издав смешной тонкий всхлип. Ким зыркает на его лицо из-под каштановой чёлки, улыбаясь одними лишь уголками губ. Показательно высовывает язык и… Суёт его туда, внутрь. Прямо туда, господи-боже-мой. Юнги вскрикивает, хватая его за волосы, потянув на себя, только бы подальше от эпицентра. Тэхён смеётся хрипло, выпуская из своего рта жемчужно-бледный щуп, который непонятно когда успел туда нырнуть. Облизывается, похохатывая, разглядывая покрасневшее вспотевшее лицо Юнги. — Так значит, всё-таки, пиписьки? Мин трескает Кима по лбу раскрытой ладонью, вырывая из его груди новый взрыв хохота.