A Liar's Funeral

Глубокая ночь. Одна лишь тусклая свеча догорает на столе, свидетельствующая о скором полном поглощении во тьму небольшую комнату.

...

Кажется, Фрэнк испытал лёгкое дежавю. Теперь же ему не думалось ни о поступлении, ни о первом дне в университете; он раздумывал о странном парне худощавого телосложения, какому просто не повезло попасть под горячую руку издевательств и осмешек. «Удача на твоей стороне, приятель...» Но разве это справедливо — быть тем, кто совсем не заслужил издевательств? Разве справедливо унижать, словно ботаника, который не даёт списать в средней школе? Разве так называемый Бог не на стороне слабых? Да и, разве Богу есть дело до таких жалких, как Джерард? Фрэнк неуверенно сглотнул. У него есть все основания на подобные мысли: он сам был таким. Таким же жалким. Во времена средней и старшей школы, над Фрэнком то и дело подшучивали. Одним днём даже его единственный друг, которому так доверял, отвернулся на сторону обидчиков. — Это и есть „справедливость“!? — закричал Фрэнк и ударил по столу кулаком. Посреди ночи звук удара с эхом раздался по дому. — Чёрт.

***

Фрэнк вышел на улицу, тихонько закрыв дверь, чтобы не разбудить родителей. Хоть на часах и было четыре утра, солнце и не думало подниматься. Неудивительно, ведь холодным сентябрьским днём даже солнцу хочется как можно больше отложить свой рассвет, греясь в собственных лучах, а не отдавая их. Фрэнк так погрузился в свои мысли, что решил дойти до ближайшего супермаркета и купить чипсов, чтобы развеяться. Прогуливаясь по маленьким зябким улицам, он остановился около самого большого в городе магазина и лениво вошёл внутрь. Этот город был настолько мал, что известность к нему пришла только благодаря рождению здесь Курта Кобейна, ничего более. Находящиеся рядом Сиэтл и Олимпия просто райские места для ныне так популярной гранж-культуры, но Абердин просто тусклый огонёк рядом с крупными звёздами, которые невольно высмеивают его. — Высмеивают? Как знакомо... — промямлил Фрэнк и направился к стойке с энергетиками, прекрасно зная, что сон после этого полетит к чертям. Взяв баночку, через несколько шагов от него была витрина с чипсами. Фрэнк был уже готов взять пачку, как вдруг заметил знакомого парня около такой же витрины, в таком же супермаркете такого же города, бледнолицего и совсем худого. Его растрёпанные чёрные волосы так и лезли в серо-зелёные глаза, поэтому он то и дело поправлял их.

...

Кажется, это уже было. Нет, совершенно точно. Это был самый, что ни на есть, виновник похода на улицу. — Ох, привет? Это ведь ты, одногруппник из моего универ- — Какого хрена ты тут забыл!? — закричал на весь магазин Фрэнк. — Хер ли ты следишь за мной!? — Я всего лишь собирался поспать ночью, но из-за своих мыслей захотел сходить за чипс- — Ещё и мысли читаешь! Какой же ты урод, Джерард! — Фрэнк закричал громче, так, что весь персонал, кажется, возненавидел его. — Я просто возьму пачку чипсов и уйду, ладно? Нет причин меня так ненавидеть, — резко ответил Джерард, взял маленький пакетик и развернулся на кассу. «Стоп.» «Разве он виноват в чём-то? «Разве он заслуживает быть виновным?» «Разве я хочу винить его?» «Нет. Я не такой. Не такой, как они. Джерард просто слабый и беззащитный. Он может расстроиться. Нет, обязан расстроиться. Не хочу, чтобы он думал, что я один из таких.» — Постой! — Чуть сбавив тон, проговорил Фрэнк. — Я просто поддался эмоциям, не хотел тебя задеть. — Как скажешь. Мы можем вместе посидеть и поесть чипсов, раз уж встретились, — Неуверенно предложил Джерард. — Хорошая идея, идём. Расплатившись парой долларов за еду, Джерард и Фрэнк отправились искать место для отдыха. Это было всё ещё холодное утро субботы сентября. Солнцу всё ещё хотелось как можно больше отложить свой рассвет, греясь в собственных лучах, а не отдавая их. Гуляя по спящим улицам Абердина, Джерард и Фрэнк так разговорились, что, кажется, забыли про неудачную встречу полчаса назад. — Так... Какие чипсы тебе нравятся? — спросил Фрэнк, чтобы начать разговор. — С сыром! Люблю их с детства. — Мне больше нравятся с солью, знаешь, классика. — Я надеялся, что ты более оригинальный. Наконец, вдвоём они нашли парк, где стояли пара скамеек посреди бесчисленных дорожек и деревьев. Сев на одну из них, продолжили разговор: — У тебя есть какие-нибудь интересы или хобби? — спросил Фрэнк, уже ожидая ответа. — Я бы сказал себе, что это странно и просто перестал этим заниматься, но... Мне нравится изучать латинский и спиритизм... Это совсем не то, что ожидал услышать Фрэнк. Абсолютно не то, даже близко. Спиритизм? Какой к чёрту спиритизм!? Он не в себе или, может, ему нужна помощь психиатра? « Джерард, ты точно в порядке...?» — Что насчёт тебя? — Улыбнувшись, задал вопрос Джерард. — Мне... Мне нравится играть на гитаре. — Круто! Хотел бы я так когда нибудь. «Конечно, вместо того, чтобы заниматься нормальными вещами, ты занимаешься тем, чем психи себе представить не могут. » Доходя прямиком до дома Фрэнка, разговоры неумолкали. Фрэнк даже подумал, что Джерард не так плох, как он представлял себе. — Хэй, Фрэнк... Мы могли бы быть друзьями, если ты не против, конечно, — с печальной улыбкой сказал Джерард, так как пришло время расходиться. — Я не против. Мы уже друзья, — открывая дверь, не успел Фрэнк ответить, как на Джерарде засияла детская улыбка, и он радостно убежал по улице домой. «Ты правда не так плох.» «Абсолютно точно.»