Я одержу победу

В воскресенье рано утром Диана, знавшая о предстоящей встрече Энн и Гилберта, нагрянула к подруге в гости, чтобы проконтролировать её внешний вид. С порога заявив, что не собирается выслушивать нытьё Ширли-Катберт, она прошла в её комнату и начала перебирать её вещи. Энн как могла, сопротивлялась, но Барри всё равно дала ей бежевую в клеточку юбку, которая доходила почти до колена, и светлую футболку с цветами. Когда Ширли-Катберт это примерила, Диана с восхищением сказала: — Дорогая, ты прекрасно выглядишь! Гилберт перед тобой не устоит! — Диана, — протянула Энн. — Это не свидание. Мы просто обсудим наш текст. — Барри стояла с лицом, на котором так и было написано: «Ну да, конечно, кому ты врёшь?». — Да брось. — Энн, я не знаю, что между вами происходит, но мне это уже порядком надоело. То вы целуетесь, то встречаетесь «по работе», то ты его ненавидишь. Ты уж определись, кто он для тебя. Тебе же лучше будет. — Ширли-Катберт слегка покраснела. — Неужели? Так ты уже поняла, как к нему относишься? — ехидно поинтересовалась Барри. — Нет. Ну, ладно. Может быть, он мне нравится. Но я не уверена! — Аллилуйя. Это свершилось. Так, через два часа вы встречаетесь. Надо тебя подготовить. — Так мы же уже… — Это только начало! — воскликнула Диана и потащила Энн в ванную. Там Барри сделала ей очень красивую причёску, накрасила её (переделывала макияж несколько раз, потому что не могла определиться, какой цвет больше подходит Энн) и дала каблуки. — Так, Диана, нет. Даже не думай об этом. Я не буду их надевать, и не надейся. — Дорогая, если ты хочешь покорить сердце Гилберта, придётся их надеть. — Я сильно сомневаюсь, что Блайт обратит внимание на такую мелочь. — Это не обсуждается, Энн! — воскликнула Диана и одела на подругу каблуки. Ещё час Барри пыталась научить Ширли-Катберт ходить на таких туфлях (каблуки были довольно высокими, а Энн ходила, максимум, в балетках), после чего она ушла, взяв с Энн обещание, что та не снимет эту обувь. Вскоре Ширли-Катберт, ещё раз проверив, всё ли она взяла, спустилась вниз и вышла на улицу. На небе было много облаков, однако это не мешало солнцу греть людей. Энн не спеша направилась в парк, где, не найдя Гилберта, села на скамейку. Взглянув на часы в телефоне, она с удивлением обнаружила, что уже 12:10. Ещё раз осмотревшись в поисках Блайта, Ширли-Катберт решила ему позвонить. Парень ответил не сразу, но когда взял трубку, сказал, что скоро будет на месте. Через десять минут он пришёл. — Что-то ты сегодня долго, — прокомментировала его опоздание Энн. — Извини, дела. Ты хорошо выглядишь. — Он улыбнулся. — Спасибо. Меня Диана наряжала. Куда пойдём? — Ну, не знаю. Сегодня погода хорошая, можем сесть где-нибудь на свежем воздухе, — предложил Блайт. — Я сегодня, если честно, не была настроена на прогулку. Давай всё-таки сходим в кафе или ещё куда-то. — Ладно, пошли. Девушка встала со скамейки и проследовала за Гилбертом. Они направились в кафе, которое находилось достаточно далеко как от дома Ширли-Катберт, так и от Блайта. Но их это не смутило, они спокойно шли и общались. Устроившись за столиком, Гилберт достал ноутбук, вставил флешку и повернул его (ноутбук) к Энн, предлагая прочитать то, что у него получилось. Девушка одобрила его поправки, и ей очень понравилась концовка, которую сочинил Блайт. К слову, Ширли-Катберт думала, что конец будет более трагичным, но Гилберту удалось сделать его более оптимистичным. Но, всё-таки, девушка решила немного изменить какие-то части текста, в чём ей помог Блайт. Они с парнем сидели так до четырёх часов дня, после чего вышли. Они спокойно прогуливались по городу, как вдруг послышался грохот. Небо довольно быстро затянулось тучами, начиналась гроза. Мелкий дождь стал накрапливать, а рядом с ребятами, как назло, не было никакого укрытия, где можно было бы спрятаться. Они быстро побежали по улицам, а так как дом Гилберта был ближе, они поспешили туда. Буквально взлетев по ступенькам и открыв дверь, парень с девушкой ввалились в прихожую. Дома никого не было, потому что мистер Блайт поехал в пансионат, чтобы пройти там курс лечения. Но Энн об этом ещё не знала. — А твой отец не будет против, если я зайду? — запоздало поинтересовалась она. — Во-первых, ты и так уже тут. Во-вторых, его нет дома, он уехал на некоторое время. Да и вообще, он был бы даже рад с тобой познакомиться, — усмехнулся парень. — Ну ладно, спасибо. Девушка сняла туфли, поставила их у двери и пошла в ванную, путь в которую ей показал Гилберт. Она умылась и попыталась отжать одежду, успевшую изрядно намокнуть. Тут в дверь постучал Блайт. Ширли-Катберт открыла и увидела парня с вещами в руках. — Если надо, то вот. Не думаю, что тебе удастся высушить свою одежду так быстро. — Взяв вещи, девушка поняла, что это были просторная рубашка и штаны. Всё мужское. — И чьё это? — прищурилась она. — Моё. Если ты стесняешься, можешь не брать, я не настаиваю. Но ты можешь заболеть, чего я не хочу. Ладно, если что, я на кухне. Она сразу справа от тебя будет, когда выйдешь. — Энн кивнула и закрыла дверь. Она решила переодеться, потому что действительно не хотела простудиться. Рубашка была ей велика. Велика настолько, что доходила девушке чуть ли не до колен. А штаны были удобными и спокойно держались на худом теле Ширли-Катберт. Она вышла из ванной и прошла на кухню. Там Гилберт, уже в домашних штанах и футболке, что-то резал на столе, а рядом с ним на плите грелся чайник. Взглянув на девушку, парень сказал: — И ты всё ещё прекрасно выглядишь, — и улыбнулся. — Садись, — он пододвинул стул. — Хочешь салат? — Не откажусь, — отозвалась Энн и стала наблюдать за Блайтом. Он не спеша нарезал фрукты, а потом разложил их по двум тарелкам. Одну из них он поставил перед Ширли-Катберт, а другую — перед собой. — Приятного аппетита, — сказал он. Вскоре они доели салат, после чего Гилберт налил чай (чайник успел согреться) и достал с полки печенье с шоколадом. За окном всё ещё вовсю лил дождь, так что о возвращении Энн домой не могло быть и речи. Девушка задумчиво жевала печенье, когда Блайт резко встал. — Ты чего? — недоуменно спросила она. — Я сейчас, — быстро сказал парень и ушёл в комнату. Через пару минут он вернулся со стопкой книг, которую поставил прямо на стол. — Можем почитать. — Да я не особо рвусь… — тихо сказала Ширли-Катберт. — Ну, а чем нам ещё заняться? У меня других идей нет. — Можем просто поговорить. — Ладно. О чём будем говорить? — Давай задавать друг другу по одному вопросу? — Давай. Ты первая. — Сколько тебе лет? — 24. Я думал, ты знаешь. — Нет, мне никто не говорил. — Тогда встречный вопрос. А тебе? — 23. Ты увлекаешься чем-то, кроме медицины и книг? Ну, фильмы, игры. — Нет. Не особо. Разве что документальные или научные фильмы. Как ты попала к Катбертам? Если личное, можешь не отвечать. — Да нет. Я попала к ним по ошибке. Они хотели взять мальчика, но в приюте что-то перепутали и Марилле с Мэттью досталась я. Они хотели меня вернуть, но потом передумали и оставили. Вот и вся история. Теперь мой вопрос. Сколько девушек у тебя было? — Ого, неожиданно, — усмехнулся Гилберт. — Три. Их было три. Но со всеми мы расстались довольно быстро, потому что нам не было интересно вместе. А у тебя сколько было парней? — Ни одного, — пожала плечами Энн. — Серьёзно? — изумился парень. — Да. Как-то не получилось, — она сделала глоток чая. — Не хочешь, чтобы у тебя он появился? — Ширли-Катберт поперхнулась. — Что? — Я имею в виду, ты станешь моей девушкой? — глаза Энн округлились. — Ты серьёзно? — Блайт кивнул. Ширли-Катберт поставила чашку на стол, чтобы ненароком не уронить её. — С чего вдруг? — Ты мне нравишься. С тобой не скучно, всегда есть общие темы для разговора. — Девушка растерялась и заметно покраснела. — Ну… Ээ… Я не знаю… А Руби? Она может на меня обидеться… — Энн пыталась сменить тему, но у неё это плохо получалось. — Мы можем просто попробовать. Никому не говоря. А если у нас сложится, то Руби поймёт. Я надеюсь. Ну и как? Ты согласна? — Ширли-Катберт смутилась ещё сильнее, после чего тихо сказала: — Да. — И тут — как вовремя — выглянуло солнце и дождь кончился. Энн увидела это, вскочила и быстро пошла в ванную, чтобы проверить свои вещи. Блайт спокойно проследовал за ней и, опёршись на дверной косяк, поинтересовался: — Ты хочешь переодеться? — Ну, конечно. Я же должна тебе вернуть вещи. — Оставь себе, если хочешь. У меня всё равно есть ещё куча другой одежды. Тебе дать пакет? — он мотнул головой в сторону юбки и футболки. — Чтобы донести. — Да я могу их надеть… — запротестовала Энн. — Я не позволю своей девушке носить мокрую одежду. Ты можешь заболеть. — Если я заболею, то ты меня вылечишь. Ты же по образованию врач, — усмехнулась Ширли-Катберт. — Я принесу пакет, — сказал Блайт и скрылся на кухне. Через пару секунд он вернулся и положил вещи в пакет. Гилберт решил проводить Энн до дома, и по дороге они обсуждали текст, будто ничего не произошло. Но уже у входа в здание, когда девушка собиралась зайти, парень окликнул её и, когда она повернулась, поцеловал её. Поцелуй длился недолго, но этого хватило Блайту, чтобы передать все свои чувства. Отодвинувшись, он посмотрел в глаза Ширли-Катберт и улыбнулся. — Я рад, что ты моя девушка. Надеюсь, ты будешь ей недолго. — она непонимающе взглянула на него. — Потому что потом я сделаю тебе предложение, — ещё шире улыбнулся Гилберт и попрощался с Ширли-Катберт, которая осталась стоять как вкопанная, и только минут через десять она очнулась и поспешно зашла домой. Её лицо в этот момент напоминало спелую клубнику.