The only

Потом он бесследно растворился в толпе, впрочем, догонять его я не собиралась, мне нужно бежать к нашему с Никой столику, сейчас её очередь показать себя в деле. Все начали подтягиваться к съёмочной площадке, и девушки надели только что сшитые платья. Через десять минут начнётся тур для второй половины девушек. — Волнуешься? — она стояла уже переодетая и о чём-то задумалась. — Немного, но верю в свои силы, — хорошо сказано, наверное уже продумывала эскиз образа. Ей достался образ Жасмин, мне было очень интересно, как она его воплотит на мне. Одежда была очень приближённая к костюму из мультика: небесного цвета комбинезон с объёмными штанами, топом и коротким рукавом с открытыми плечами. Она сразу принялась за него, добавлять особо было нечего мне он показался достаточно законченным, но я бы добавила разных деталей. Именно это Ника и сделала. Она потратила достаточно много времени, возможно, больше чем остальные, но когда я увидела уже готовый результат, я была неслабо потрясена. Она сделала небольшие нашивки, будто вот только об что-то зацепилась, пока бежала с Аладдином по базару от стражи. Добавила блёсток, но они очень благородно сияли и прекрасно дополняли наряд. Мне кажется, ей даже повезло. У единиц попались брюки или брючные костюмы, хотя лично мне больше нравится работать с платьями и создавать образ милой принцессы. — Остался макияж, остался макияж… — ходила с кистями вокруг меня Ника, бубнила себе под нос и озвучивала свои действия. Меня это немного забавляло, но точно не напрягало. Осталось двадцать минут, я была почти готова, чёрные широкие стрелки, глубокого цвета тени, играющие с цветом комбинезона. Хайлайер. Его она не пожалела, мне кажется, репортёры ослепнут. На голове высокий конский хвост с небольшим начёсом впереди. — Ты будешь блистать! — мой выход через пять девушек, по Нике было видно, что она волнуется, но мне хотелось её как-то подбодрить. Я её обняла, она, видимо, не ожидала, но потом ответила мне тем же. — Обязательно! А теперь иди в зал и наблюдай, — уверяла я мою новую близкую знакомую и развернула её в сторону зала. — Элиза Своун и работа Никки Паркер! — я прошлась блистательно, в прямом и переносном смысле, в конце подиума подмигнула и сразу же пошла обратно, также грациозно неся себя по подиуму. На выходе меня ждал Пэйтон, мне уже начали нравиться наши спонтанные встречи. — Сегодня в 18:00 у твоего номера, — и сразу двинулся в сторону кучки девушек. Когда он начал к ним приближаться, там я заметила Крисс. Все остальные как-то быстро разошлись, они были наедине, а я лишь продолжала наблюдать за этой картиной. Сердце плакало, душа ревела. Я ничего не могу сделать, а тут передо мной моя новая подруга уже нежится в его объятиях. Я отдавала себе отчёт, что примерно всё так и будет, но не была готова, что так быстро. Мне удалось увидеть только их объятия, что было дальше мне не особо хотелось знать. Я собрала все оставшиеся в себе силы, развернулась и пошла собираться в номер и на обед, не проронив ни слезинки, хотя они накатывались на моих глазах. Когда я уходила, моя спина чувствовала его взгляд, а Крисс меня даже не заметила. Я Элиза Своун, я выше всего этого. Никто не стоит моей слезинки. У столика меня ждала Ника, мне показалось, что она уже ушла к себе. — Я осталась помочь тебе. Я не знаю, что у тебя между тем парнем, но правда жаль, — вопрос за вопросом строился в моей голове, а всё, что я смогла сделать, – снова кинуться в её объятия. В миг они стали самыми родными. Крисс я совершенно не виню, у меня не было в планах её просвещать в наши с Пэйтоном отношения. Какая чушь! Нет никаких отношений! — Извини, давай побыстрее всё сделаем и пойдём в номера, — быстро отстранилась я, будто сделала ошибку. Так и есть: я не сдержала поток эмоций. Это ошибка. — Не за что извиняться, давай я тебе помогу, — столько искренности я давно не видела в людях, сейчас повсюду чёрствость и двуличие. Мы довольно быстро всё делали, но сами того и не заметили, как студия уже была полупустой, последние костюмеры собирали одежду в чехлы. Я давно ни с кем не говорила так душевно, будто мы знакомы так давно. Но нет, меньше суток. Ника ни разу за наш разговор не упомянула эту ситуацию, за это я ей ещё больше благодарна. Я привыкла справляться с проблемами сама, в одиночестве всё перебирая. И нет, это не из-за недостатка компании или собеседника, просто мне так легче, так меньше людей знают твои проблемы, твои секреты. Бесспорно, я тоже любила поплакаться подруге в плечо, но сейчас всё по другому. В номере я отдохнула, расслабилась, позволила себе отвлечься. Мэри весь день была в зале, а потом, как я поняла из её сообщения, на совещании. Засидевшись в телефоне, я поняла, что на обед я опоздаю. Я переоделась в обычную одежду, совершенно не ожидав кого-то встретить, но по выходу из номера я сразу поменяла своё мнение, но пыталась продолжить свой путь в ресторан. Толпа репортёров, задающих вечные вопросы: — Как вы оцениваете своих конкуренток? — глупый вопрос, ответ очевиден. — Все по-своему хороши и сильны. Никого нельзя недооценивать, — с натянутой улыбкой сказала я. — Скрываете ли вы отношения? — что вцепились в меня. Какие отношения? — Сейчас не нахожусь ни с кем в отношениях. — Наши фотографы говорят обратное! Как вы можете это прокомментировать? — столько злости, интересно, чего они хотели этим добиться? Я ничего не сделала, лишь проводила улыбкой всех и вежливо попросила меня отпустить в ресторан. Сразу же я позвонила Мэри, это нельзя откладывать: — Срочно, всю последнюю прессу мне в номер. Я в ресторане, позже ещё позвоню, — и сбросила, она знала, что в такой ситуации меня лучше не трогать лишними вопросами. В ресторане все сидели компаниями, мне не хотелось ни к кому лезть, так что я села за отдельный стол на две персоны. Сразу столько взглядов, и прям чувствуется, как тебя обсуждают. Мне это даже иногда нравилось, но не сейчас. Я осмотрела зал, пока ждала своего заказа, Пэйтона не было в зале. Может, это и к лучшему?