Грехи, грехи, грехи

             — Мизури, ты так рано встала,— потягиваясь, зашёл на кухню уже собранный Джин.       — Я и не ложилась.       Мизури в ту ночь и правда не смогла заснуть. «Что у вас с Чонгуком?» Именно этот вопрос она все никак не могла понять или выпустить из головы. Поэтому и пошла готовить всем завтрак, но даже не смогла отвлечься. «Твой выбор сделан» Эту фразу Чонгука она объездила у себя в голове вдоль и поперек и уже сделала вывод: он дал ей шанс признаться. Но в чём? Во влечении? Или ей только кажется, что чувства не такие масштабные?       — Много мыслей?— продолжил Джин.       — Очень.       — Тогда тебе поможет мой фирменный кофе.       — А может поможет оставить меня дома?— состроив глазки, мило спросила Мизури, на что сразу получила отказ.       — Ну уж нет. Из-за ваших с Чоном выкидонов, учителя с нас глаз не спускают, а нам не нужно столько внимания. Так что если даже кто-то заболеет— я сам его в школу дотащу.       Мизури цокнула и хмуро буркнула:       — Давай свой кофе.       За завтраком все вели себя, как обычно, и только Мизи почти глаз не сводила с Чонгука. Он за всё утро ни разу не посмотрел в её сторону, будто воздвиг невидимую стену.       — Спасибо за завтрак, Джин,— начали говорить по привычке парни перед тем, как выйти.       — Сегодня завтрак готовила Мизури.       — Вау, правда? Ты молодец! Спасибо,— с улыбочкой поклонился удивленный Хосок и первый с Юнги выбрался из столпотворения.       Остальные парни последовали его примеру и уже почти все вышли из дома. И только Чонгук хотел молча ретироваться за пределы дома.       — Чонгук, не хочешь ничего сказать?— спросил остановивший его Джин.       — Нет.       — Какая муха тебя укусила?       Кажется, началась бы перепалка, но Мизури, которая всё это время, грустно ухмыльнувшись, наблюдала в стороне, вдруг резко вставила:       — Не нужно, Джин. У всех бывают тяжёлые дни.       И обогнув их обоих, она вышла раньше.

      Идя в школу, Мизури шла в конце, хотя раньше постоянно была впереди. Чонгук же, идущий постоянно сзади, ушёл подальше вперёд. Они будто поменялись ролями. Она поняла, что вела себя так же, как и Чонгук сейчас, игнорируя проблему и не разбираясь в ней. А проблема есть. «Что между нами?» «Ты сделала выбор» Воспоминания того разговора, как ком в горле, резко застряли в голове, и гнев это почувствовал. Он резко остановился и обернулся, смотря Мизури прямо в глаза. «Нам нужно поговорить» Четко думала про себя девушка, пытаясь донести это до него. Он услышал. И пошёл дальше.       «Как ребёнок», хмуро подумала Мизури.       «Как ты», ответил ей мысленно Тэхён, ухмыльнувшись.       Та в свою очередь закатила глаза.       — Глаза не закатывай,— серьёзно ответил он. — Ты хоть и не замечала, но вела себя так же.       — Он говорил тебе что-нибудь по этому поводу?       — Говорил, но я не скажу тебе.       — Мужская солидарность?       — Не сование носа не в свои дела.       — Пожалуйста, Тэхён, что мне делать?— остановившись, спросила девушка.       — Я не знаю, Мизури,— искренне и как-то по грустному ответил он. — Но вам нужно разобраться с этим. Ваши мешки под глазами, постоянное молчание и размышления заметили все. Вы почти ничего не едите и не спите. Вы должны понимать, что страдаете вы вместе, вне зависимости от настроения кого-то одного из вас.       Идя в столовую, Чонгук всё же старался делать вид заботливого парня. Ему не было неприятно. Просто мысль, что на самом деле они вовсе не пара и сейчас они даже не общаются, не давала ему нормально действовать.       — И всё же я хочу посмотреть ужасы,— настаивала Сона.       — Сон-Сон, ужасы из нас всех, впечатлят только тебя,— мягко отказывал Чимин.       — Ну пожалуйста,— всё не отказывалась та.       Все, сидящие за столом, с нежностью наблюдали за милой перепалкой "друзей".       — Хреново выглядишь, Мизури.       — У тебя забыла спросить, Дакхёк.       Этот, вернувшийся из-за границы избалованный подросток, до отъезда был парнем Со́мры и по совместительству помощником по издевательству над "ущербными".       — Я смотрю, ты так и не научилась контролировать свой острый язык,— ухмыльнулся тот.       — Слушай, парень. Крути-ка ты педали подобру-поздарову,— начал спокойно говорить Чон.       — А ты кто такой, чтобы так говорить?       — Её парень,— с вызовом посмотрел Чонгук, всё ещё оставаясь на своем месте.       — А мог бы стать моим парнем,— ухмыльнувшись, вклинилась Со́мра, появившись будто из ниоткуда, чувствуя назревающую, уже в который раз, перепалку.       — Не дождешься,— резко ответила Мизи, напугав рядом сидевшего Хосока.       Её резко появившуюся агрессию почувствовал не только гнев, но и все остальные. А всё потому, что Мизури понимала в глубине души, что на самом деле они не в отношениях и его ничего не остановит, если он захочет закрутить шашни с одной из школьниц.       На её ответ Со́мра только ухмыльнулась, увидев резкую реакцию. Она захотела подразнить противницу и всё же добиться хоть какой-то реакции от Чона. Убить двух зайцев сразу.       Она подошла к Чонгуку и остановилась сзади.       — Может, дашь ему сделать выбор?— игриво спросила та, собираясь положить руку на плечо Гука.       — Убери,— встала Мизури, шумно отодвигая стул.       — Ну ты чего? Я в сто раз круче. Уж точно смогу его заменить,— собирался подходить к ней сзади Дакхёк.       — Убери руки, тварь,— одновременно сказала "парочка", метая молнии в противников.       — Думаю, вы получили убедительный отказ,— встал из-за стола Джин, показывая нежелание продолжать этот разговор.       И Со́мра, и Дакхёк обиженно переглянулись и всё же ушли, показательно хмыкнув.       — Нам надо поговорить,— одновременно со звонком сказала Мизури, глядя прямо в глаза Чонгуку.

***

      — Застегнись,— мягко сказал Чонгук, который сам сидел в пиджаке и не собирался как-то заботиться о себе.       Он смотрел прямо перед собой, в то время как Мизури рассматривала его красивый профиль. От ветра, на открытой площадке крыши, его волосы попадали ему в глаза, от которых он чуть щурил глаза. Мизури мягко улыбалась, когда смотрела на его руку, обвивающую второе запястье и теребящую браслет.       «Красивый»       Он сразу направил свой взгляд на неё. Нахмуренные брови сразу давали понять, что он не верил в то, что услышал.       — Ты мне нравишься,— выпалила она, сразу же поджимая губы.       «Я боюсь ответить тебе тем же»       «Почему?»       Чонгук начал вставать. Когда Мизи попыталась остановить его, взяв за руку, то обожглась и сразу, зашипев, одёрнула её.       — Чонгук?       — Боюсь, ты делаешь ошибку,— последнее, что она услышала прежде, чем захлопнулась дверь на крышу.

***

ты то, чем я не должен болеть. то, чем не должен дышать. и, имея тузы в рукаве, в тебя их нужно кидать. и почему ты мне снишься всю ночь? почему ты мелькаешь в толпе? отвяжись от меня наконец. дай мне грудью полной дышать.