Гарри Поттер и новый виток истории

Новый день заставил Гарри изрядно встряхнуться. Парню уже нужно было идти на занятия, а дочка слишком вяло выглядела. Поттер подозревал, что эта торопыга могла вчера и в воду залезть, хотя мало верил, что профессор Снейп бы позволил подобное. — И как ты умудрилась? Невольно сокрушался омега, снова нежно касаясь пока ещё слегка тёплого лба ребёнка. Анни лишь одарила его слабой улыбкой, снова уткнувшись в тарелку. Рон и Гермиона, которые за этим наблюдали тоже выглядели нервными. — Гарри, может, стоит отвезти ее к мадам Помфри? Одарив подругу кивком, парень зачесал отросшую челку дочери за ушки. — Передайте профессору Трелони, что я немного опоздаю. Попросил он, получая согласные кивки. — Эй, малышка, как поправишься, пойдёшь смотреть на нашу тренировку? Рон был таким ярким, точно его волосы, что даже смог вызвать смех у истощенного ребёнка. — Конечно, ведь ма… братик великолепно играет. Гордо изрекла Анни, уже немного с большим энтузиазмом ковыряясь в каше. А вот сам омега не мог подавить нервозность: он слишком сильно был привязан к ребёнку, а потому любой недочёт, вызывающий боль или слёзы девочки, в десятки раз сильнее бил по нему самому. Он говорил с Дамблдором на эту тему, старец даже потратил несколько дней на перелопачивание библиотеки, но точной формулировки описания казуса так и не нашёл. Как только по полу загрохотали шаги учащихся, омега тоже вышагнул из-за скамьи, дожидаясь, пока дочка дожуёт. — Скорее поправляйся. Ласково проговорила Гермиона, ткнув Анни в курносый носик. Малышка не смогла сдержать улыбки. — Идём? Тихо спрашивает Гарри, протягивая руки. Его дочь пару секунд обдумывает что-то, а потом сконфуженно выдаёт: «Я хочу на ручки». И, конечно, он ей позволяет это. Гарри поднимает ее, усаживая уже краснеющей от жара мордашкой к себе. — Не волнуйся, совсем скоро будешь как огурчик. Пусть он говорит это для Анни, хотя на самом деле успокаивает подобным себя. — Угу. Малышка сонно бормочет, положив горячую голову на плечо своему родителю. Она сильно, до невозможности сильно полюбила этого человека. Гарри стал ей светом, которого раньше категорически не доставало, а его забота и искренность не позволяли мальчика не любить. Поэтому Анни решила при любом исходе приложить все силы, дабы ее родитель был счастлив. Когда омега открыл двери больничного крыла его дочь уже дрожала, а значит температура неплохо так подпрыгнула. — Мадам Помфри! В отчаянии крикнул Гарри, крепче обнимая самого дорогого для него человека. — Мистер Поттер? Послышалось из-за одной из ширм, а затем раздались и шаги. — Неужели вы травмировались уже с утра пораньше? Но когда женщина вышла и смогла разглядеть посетителей, то моментально стала серьёзной. — Что с ней? Мадам Помфри быстро окинула девочку взглядом, после тут же велев уложить ее на кушетку. Пока медиведьма быстро опутывала Анни разными диагностическими чарами, Гарри весь извелся, беспрерывно сжимая кулаки в противном бессилии. Пусть они с дочкой вместе уже давно, однако меньше он переживать не стал, наоборот, пока его ребёнок болел он изводил себя сильнее обычного. — Гарри, я дала Анни бодроперцовое. Уже к вечеру будет как огурчик! Бодро вскинула руку медсестра, явно подмечая затюканный вид мальчишки. — Не переживай так сильно. Ты хорошо справляешься. Гарри опустил голову, он так хотел услышать эти слова, потому что с того момента, как он стал родителем, парня тяготила мысль, что он сделал лишь хуже. — Спасибо. Прошуршал парень, неловко поднимаясь с неудобного стула. Юноша ещё ненадолго остановился уже совсем рядом с кроватью спящей дочурки и опустился на колени, ласково огладив бледное личико с ещё не сошедшим нездоровым румянцем. — Умоляю, поправляйся быстрее. Еле слышно выдохнул Поттер, на секунду устраивая голову рядом с ладошкой своего ребёнка. Уже поднимаясь, дабы уйти, юноша сжал горячие пальчики дочери, после чего поблагодарил медиведьму и выбежал из больничного крыла. Мадам Помфри лишь головой покачала, но сердце женщины радовалось за этого одинокого ребёнка, который вот так создал свою семью. — У тебя прекрасная мама. Тихо прошептала Поппи, одарив спящую пациентку ласковой улыбкой. ~~~ Северус не знал, что с ним. Он невольно дергался весь день, ему хотелось куда-то пойти, однако мужчина не понимал, с чего его посещают столь абсурдные ощущения. Вчерашний день был прекрасен и пусть он еле как успевал вытаскивать юркую непоседу из виднеющейся на горизонте лужи или, упаси Мерлин, из чёрного озёра, но прогулка с Анни крайне обрадовала вечно угрюмого Северуса Снейпа. Зельевар не понимал, почему брат этого яркого солнышка не может быть таким же. Профессору было несколько невдомек, что характер Гарри Поттера далёк от надуманного им самим. А потому, когда он наткнулся на парня на выходе из большого зала, после ужина, Снейп невольно замер, подмечая красные глаза и впалые щеки. Этот эгоистичный подросток — по мнению самого Северуса — мог переживать лишь по одной причине. Лицо профессора тут же исказилось, он успел ухватить студента за плечо, резко тормозя. — Недоследили, да, Поттер? В голосе мужчины было столько яда, что и без того обескураженный парень совсем потерялся, являя «недругу» свою истинную сторону, которая была диаметрально противоположной мнению профессора. — Кажется, я упоминал, что один неверный шаг и я приложу все усилия, дабы ребёнок попал к тому, кто способен о нем позаботиться. Гарри так сильно напугали эти слова, явная угроза, что он застыл соляным столбом, лишь найдя в себе силы поднять испуганные глаза. — Нет, — почти беззвучно выдохнул юноша, ухватываясь пальцами за удерживающую его руку. — Пожалуйста, не надо! Северус аж дрогнул, когда его окатило настолько сильное отчаяние. Омега перед ним был категорически испуган, этого уже не могла ему позволить собственная сущность. Поборовшись с собой и проиграв, зельевар сжал трясущиеся чужие ладони. — Тогда идите к сестре, а я подойду и проверю состояние ребёнка. Северус не хотел выглядеть так, будто он успокаивает этого пацана, но по-другому отчего-то не мог. Гарри одарил его неверящим, но безгранично благодарным взглядом, после чего ледяные пальцы омеги выскользнули из чужой ладони, заставив альфу почувствовать иррациональное недовольство. Гарри исчез быстрее, чем Снейп успел моргнуть, он же хмыкнул и спокойным шагом направился в медкрыло, не забыв попросить эльфа принести ему кусочек чизкейка. Всё-таки дети любят сладкое, а Анни очень любит — это альфа уже успел заметить за своей юной подопечной. Когда высокий мужчина достиг дверей врачебной вотчины, то тихо вошёл во внутрь, неся в руках тарелочку с вкуснятиной для малышки. Беззвучно приблизившись, Северус получил возможность наблюдать отношения между братом и сестрой. Гарри почти невесомо касался пухлых щёчек малышки, оббегая ее глазами, на что сама Анни радостно хихикала, обхватывая бледные ладошки парня и крепко обнимая. — Прости меня! Выдавил надрывное Поттер, опуская голову и лишь крепче стискивая пальчики девочки. — Мама, все отлично, не нервничай так. Анни бережно коснулась лица омеги, с грустью осматривая покрасневшие глаза. — Не плачь, мамочка, я сильная. Гарри не вытерпел, обхватывая своё чудо и прижимая к себе, он позволил себе надрывный всхлип и замолк. Главное, что его семья в порядке. Северус был ошарашен, но умело не подавал вида. Открывшиеся факты заставили мужчину нахмуриться. «Мама? Это во сколько он ее родил?» Прикинув возраст Поттера на данный момент, Снейп с ужасом осознал, что мальчишка разродился в восемь. Но это был полный бред, а значит Анни — приемный ребёнок. Гениальный мозг Снейпа прикидывал разные варианты развития событий, но пока ничего ясного не получалось. Он также беззвучно отошёл к дверям и громко их открыл и закрыл, дабы парочка не узнала, что он стал обладателем столь щепетильной информации. Хотя стоит признать, когда он отодвинул ширму и застал вытянувшегося по струнке Поттера, с опущенными руками, дрожащими губами, то невольно захотел откусить себе язык. Зато теперь стало понятно, отчего пацан так сильно привязан к девочке. — Привет, егоза. Тепло поздоровался профессор, специально игнорируя мальчишку. Он подошёл, передавая сладость в ручки ребёнка. — Услышал, что ты захворала и принёс вкусняшку, дабы ты быстрее оклемалась. Отдавая все внимание ребёнку, Снейп даже не замечал состояния своего студента. Гарри не знал куда себя деть, он не находил в себе сил вернуться на стул рядом с кроватью дочери. Лишь кидал робкие взгляды на профессора. Северус Снейп выглядел счастливым, общаясь с Анни, и Гарри невольно допустил мысль, а может… а может, профессор прав? Вероятно, он недостоин… не может быть родителем? Да и куда ему, сироте, который даже никогда не видел истинно счастливой цельной семьи. Возможно, Северус Снейп станет Анни лучшим родителем. Эти мысли делали и без того перенервничавшего и усталого омегу совершенно безвольным. Он головой осознавал, что, должно быть, это верные мысли, но также и понимал, что не сможет отпустить малышку, он плюнет на любые унижения, хоть на колени встанет, главное, чтобы его солнце не отобрали. — …тер! Гарри не сразу заметил, что его зовут, оттого сильно дрогнул. — Поттер, придите в себя. Немедленно сядьте, вы сейчас упадёте. Рыкнул Северус, стоило лишь увидеть краем глаза, как опасно пошатывается омега. Поттер почти безвольно выполнил указ, падая на скрипящий стул, так как ноги его больше не держали. Его немного отрезвили совершенно напуганные глаза дочки. — Анни, прости, если заставил волноваться, сегодня на прорицаниях профессор запалила какие-то травы, вот от них голова и кружится. Ребёнок, кажется, поверил, но все равно сжал ладонь мальчишки, дабы чувствовать его рядом. Северус хмыкнул: немудрено, что она так сильно переживает, ведь он даже не брат, а мать. Как это абсурдно и забавно звучит. Глупый юнец, которого нужно за ручку вести к цели вдруг оказывается человеком куда более ответственным, нежели он сам. Северус прекрасно осознавал, что хочет свою семью, однако так и не смог решиться ее создать, а джеймсовский отпрыск смог. Снейп аж скрипнул зубами.