Гарри Поттер и новый виток истории

Малышка невольно повесила нос, когда профессор зелий ушёл, на прощание пригладив шоколадные кудряшки девочки. Гарри не смог скрыть умиления, лицезрея столь чистые чувства. Сам юноша заскрипел пером: никто для него домашнюю работу не отменял, даже если придётся ломать спину на неудобном стуле, омега не собирался оставлять дочку одну ночевать в больничном крыле. Анни прекрасно осознавала, что ее маме нелегко, даже довольно изнуряюще, от ответственности не только за себя, но и за неё. Поэтому девочка редко творила казусы или сильно требовала внимания, но, к ее удивлению, Гарри сам крайне бдительно следил за их времяпровождением. Юноша не посмел бы сказать дочери, что устал или хочет спать. Анни — его ребёнок, который успел понять, что значит быть ненужным, из-за этого парень хотел загладить все неприятные воспоминания — он согласен делать все, лишь бы его малышка не почувствовала того, что успел вытерпеть сам он. Мадам Помфри невольно вздрогнула, когда подошла ночью, дабы проверить температуру своей юной пациентки. Женщина почувствовала, как сердце дрогнуло, стоило только заметить сгорбленного парня, который странным образом извернулся на стуле, уложив голову на скрещённые руки на матрасе. Гарри в любой момент мог упасть, однако упрямо не уходил, крепко сжимая одеяло, накрывающее малышку. Темные брови были сведены, на лбу залегла складка, губы искусаны. Парнишка выглядел скверно, и как медик, Помфри не могла проигнорировать излишнюю худобу, бледность, но парень не навещал ее вотчину, дабы женщина могла его подлечить. Этот молодой омега все силы тратил на собственного ребёнка. Медиведьма лишь накрыла его пледом, взволнованно коснувшись узкого плеча. Анни проснулась раньше своего родителя, наконец радуясь собственному отличному самочувствию. Однако девочка тут же дернулась, только заметив Гарри, тихо спавшего в ужасно неудобном положении. Малышка понимала: он ей никогда не скажет, что плохо себя чувствует или страдает болями в спине после такой ночи, однако видеть самого близкого человека разбитым и смертельно уставшим было больно. Гарри, видно, почувствовал ворочения дочери, оттого открыл глаза; он ещё был рассеянным, немного обескураженным, но быстро приходил в себя. — Как ты? Вечно ледяные пальцы юноши невесомо легли на лоб девочки. Анни крайне не понравился сиплый и каркающий голос родителя. — Все хорошо, мам, а ты не заболел случаем? Поттер лишь махнул рукой, с громким хрустом позвонков разгибаясь. На самом деле Гарри чувствовал себя устало и измотанно, словно по нему стадо слонов танцевало. Голова у парня нещадно болела (чертова Трелони с ее едкими парами хереса). — Анни, давай зайдём сначала в комнату, а после спустимся на завтрак. Гарри вяло промаргивался, плеская в лицо холодной водой из-под крана, нашедшего своё место в конце медкрыла. Малышка последовала примеру родителя, а потому тоже пошла умываться. Поттер с щемящей нежностью вытирал личико дочери махровым полотенцем, Анни ворчала и пыталась все сделать сама, аргументируя это своим уже достаточно «взрослым» возрастом. Гарри позволял себе смешки, пока старался удержать свою егозу. — Мама! Ну, мама, ха-ха, хватит! Анни уже смеялась, когда омега ухватил ее за курносый носик, дабы взъерошить полотенцем отросшую челку. Вырвавшись из цепких рук ловца, девочка гордо задрала подбородок, сверкая красными от трения пухлыми щечками, чем развеселила и своего родителя, и показавшуюся пару мгновений назад медиведьму. — Гарри, вот возьми. Мадам Помфри протянула омеге две скляночки с зельями. — Красное — для Анни, дабы закрепить эффект бодроперцового, дашь ей его за ужином, после приёма пищи. Серое — для тебя. Оно снимет усталость и боль в спине. Выпей за завтраком. Парень внимательно все выслушал, а потом благодарно кивнул, быстро поклонившись женщине. — Спасибо, мадам Помфри! Одарив омегу ласковой улыбкой, женщина проводила посетителей и вернулась к своим прямым обязанностям: ее еще ждали несколько первокурсников, проигнорировавших запрет на дуэли в коридорах. Анни тут же крепко схватила пальцы родителя и не отпускала до самого Большого зала, хотя и там девочка упрямо удерживала парня рядом. Рон и Гермиона встретили их улыбками, они заняли парочке места. — Ну, принцесса, ты как? Рон продемонстрировал крепкие зубы, настолько широкой была улыбка. — Мы вчера заходили вечером, но вы уже заснули. Немного грустно заметила Гермиона, пододвигая поближе к другу тарелку с молочным супом, который малышка уже с большим энтузиазмом трескала. Поттер одарил друзей благодарным взглядом и быстро опрокинул в себя серое зелье. Молочный суп выдался у домовиков не в пример хорошим или, может, Гарри стал лучше себя чувствовать. — Гарри, я надеюсь, ты успел выучить зелья? Голос Гермионы был печальным: парень помнил, что подруга не любит ходить на этот предмет, так как ее старания профессор Снейп не оценивает. Ответ Гарри потонул в грохоте подбежавших к ним приятелям. — Эй, Гарри! Видел, Сириус Блэк был замечен в Хогсмиде! Звонкий вопль Симуса заставил спину Гриффиндорца покрыться мурашками. — Это совсем рядом! Заметили прямо над ухом Поттера. Близнецы Уизли, наверное, питали самую яркую любовь к Анни после самого Гарри. Они уже подобрались к девчушке, и теперь малышка сидела на плечах Фреда, пока Джордж склонился к газете. Поттер поймал испуганные взгляды друзей и невольно сжал в замок дрожащие ладони. Снова! Он помнил, как в том году отправился спасать Джинни, как убийственно больно дрожала их связь с дочерью, когда яд змея потек по организму омеги, как после Фоукса к нему прорвался Рон — он смог разгрести завал, — как плакала рядом Джинни, умоляя не умирать. Тогда все обошлось, но выбрались они, лишь потому, что Рон — альфа и смог удержать Гарри одной рукой, пока второй сжимал хвостовые перья Феникса. Сам омега почти потерял сознание, да и в кабинете директора он стоял лишь благодаря лучшему другу, однако стоило прийти в кабинет плачущей Анни, как парень забыл про всю усталость, падая на колени и прижимая дочь к себе. Бедная, она ведь так переживала за него. Поэтому новая опасность, нависшая над ним, страшно нервировала. Гарри не знал, как выдержит новое натяжение связи, если окажется далеко от дочери. Только прибыв в Хогвартс, малышка была введена в курс дела, касательно своего родителя. Альбус Дамблдор очень кропотливо работал над речью для ребёнка, но смог донести все в полной мере. Поэтому Анни так цеплялась за свою маму всегда: она боялась снова испытать тот ужас, как на втором курсе. — И не говори… а что профессора? Задал он вполне логичный вопрос, пока Анни старалась выдернуть Фреду клок волос побольше. Джордж почесал щеку, нахмурив брови, и лишь пожал плечами, не обращая внимания на происходящее за спиной безумство. Малышка изгалялась над рыжим близнецом, в то время как последний старался спасти собственную шевелюру, сияя яркой улыбкой. От столь масштабной непосредственности Гарри невольно чуть расслабился, дёрнув уголками губ вверх. — Какой у вас сейчас предмет? Поттер продолжил разговор с Фредом, который по-тихому таскал из близ стоящей тарелки нарезанные фрукты. — Трансфигурация. Маккошка в последнее время словно с цепи сорвалась! А вы? Гарри наблюдал, как фрукты растворяются со скоростью света. А после позволил себе горестный вздох. — Зельеварение. Парень уронил голову на грудь, устало дёрнув собственную лохматую челку. Он всем существом понимал, что Снейп его сегодня закопает, он и так зол из-за болезни Анни, а теперь ещё в огонь недовольства добавится незнание Поттера новой темы. Вернее, он ее читал и даже вяло повторял, но потом просто уснул, уронив голову на скрещённые руки. Гарри, конечно, был героем всея магической Британии, но при спуске в подземелья ему хотелось малодушно сбежать, стоило лишь вспомнить суженные чёрные глаза профессора. Демон! Честное слово. Но Анни, скачущая рядом, сияла энтузиазмом, а портить настроение ребёнку Гарри не собирался. Возле не очень приметной двери собрался весь поток и, конечно же, один больно аристократичный крендель не упустил своего шанса. — Эй, Потти! Неужели ты в кои-то веке готов к зельям? Драко Малфой выступил вперёд, гордо задирая подбородок. Гарри тяжело выдохнул, молча закатывая глаза. Этот альфа портил ему жизнь с первого курса. — Эй, снежок, хватит цепляться к ма… ему братику! Анни вышла вперёд, наставив на Слизеринца указательный палец. Драко вызов принял и присел перед ней на корточки. — Неужели твой безродный братец так слаб, что его вынуждены защищать маленькие принцессы? А вот к малышке Малфой не питал ни единой плохой эмоции, скорее эта парочка друг друга уважала и благодаря оппоненту оттачивала свой сарказм. — Не тебе, снежок, говорить про слабину. Слизерин уже проиграл матч, а значит, ты продул моему брату. Довольно фыркнула девочка, сверкая карими глазами. Драко сморщил нос, но вынужден был признать поражение. — Три: четыре, принцесса! Но я все равно впереди твоего брата, ведь я альфа! Выберешь меня в будущем? Что не говори, а внешность слизеринца была очень привлекательной, а когда он включал ловеласа, так тем более. Паркинсон за спиной Малфоя беззвучно подавилась воздухом, в то время как Анни задрала голову на манер Драко и насмешливо закончила. — Я подумаю, при условии, что ты перестанешь трогать братика! Гарри бессильно уронил гудящую голову на ладонь, его до невозможности утомляли вечные склоки его любимой ведьмочки со слизеринцами. Драко задумчиво пожевал губу, но после махнул головой. — К сожалению, принцесса, мне придётся повторить своё предложение, когда вы станете более разумной. И получив от малышки удар по загребущим рукам, Малфой выпрямился, сверкнул глазами в сторону молчавшего Гарри и отвернулся. — Как я вижу, свара окончена, и вы способны вспомнить своё месторасположение. От этого морозящего голоса вздрогнули все. Гарри чуть дернулся, уже предвкушая своё скорое падение под гнетом насмешек преподавателя. — А для золотого мальчика и его друзей, видно, нужно отдельное приглашение? Рон сощурился и открыл рот, но Гермиона перебила его, хватая друзей под локти. — Конечно, нет, сэр! Гарри и Рон просто задумались! Выпалила Грейнджер, ужом просачиваясь мимо замершего Снейпа. Сам урок проходил просто в гробовой тишине, лишь изредка раздавались слова Снейпа, адресованные Анни, которая усердно скрипела пером, как понял Гарри, решая примеры из задачек по арифметике. — При сложении двух чисел, состоящих из нескольких десятков, совершается переход. Тихо говорил Снейп, длинным пальцем указывая на что-то в пергаменте. — Сложи вначале единицы, в данном случае шесть и восемь. Сколько выйдет? Анни пару секунд шевелила губами, а потом уверенно произнесла: — Четырнадцать! К шоку Гарри на лице преподавателя показалась улыбка. — Запомни это число. А теперь сложи десятки. Пятьдесят плюс семьдесят, а для простоты понимания просто складывай пять и семь, приставляя к ним нули. Девочка немного заторможенно кивнула и снова начала безмолвно шевелить губами, в то время как мужчина терпеливо ждал. — Пять и семь дадут двенадцать и ещё ноль, значит, сто двадцать? Северус удовлетворенно кивнул. — А теперь вспомни про число, которые ты запоминала, и прибавь его к ста двадцати. Бровки малышки сошлись на переносице, она усердно что-то соображала, Гарри не смог сдержаться и еле слышно фыркнул, прикрыв рот ладонью. — Сто тридцать четыре? Северус Снейп одарил девочку ласковым взглядом, мягко взъерошив шоколадные пряди волос. — Мистер Поттер, если вы не хотите покалечить свою горячо любимую сестру, по вашим словам, то перечитайте внимательно четвёртую строчку рецепта на доске. Гарри дернулся, поймав ледяной взгляд учителя, ему на секунду показалось, что его органы застыли. — Прошу прощения. Он перевёл взгляд на доску, внимательно вглядываясь в каждую букву, к собственному стыду замечая промах. — Ну что? Вы способны к внимательному чтению? От голоса альфы прямо рядом с собой Гарри стушевался: ему всегда было жутковато, когда Снейп коршуном нависал над студентами неудачниками. — Да, сэр. Я пропустил один ингредиент. Слизеринцы на первых партах уже во всю корчили ему рожицы, демонстрируя его скорую погибель. — Какая работа мысли. И какой же, позвольте узнать, ингредиент вы пропустили? Голос мужчины сочился ядом и кислым снисхождением. — Сок чемерицы, сэр. Почти беззвучно выдохнул парень, ему было безумно стыдно перед дочерью. — Верно, хоть в чём-то вы похожи на сестру, Поттер. Если бы ещё и мозги имели столь же рабочие, как у этого ребёнка, то цены бы вам не было. Закончил альфа, резко отступая и взмахом руки очищая котёл Гарри. — Посмеете приготовить такое же убожество на экзамене, и я вам со всей честностью поставлю с трудом заработанный тролль. И увещевания Альбуса Дамблдора истинную планку вашего интеллекта не поднимут. После этих слов мужчина вернулся за стол, успев очистить котёл Невелла. Гарри прикусил губу, так как испытывал просто жгучий стыд. — До конца пары осталось полчаса, за десять минут до колокола сдайте ваши зелья, не забыв прикрепить наклейку с именем и фамилией. Поттер и Лонгботтом проявили на уроке все свои умения, а потому всю оставшуюся неделю будут помогать нашему трудолюбивому завхозу. Гарри заметил, что Анни хочет что-то сказать, глядя прямо на Снейпа, а потому сделал глупость. — Ан…! Он не договорил, отхватив полный ярости взгляд от профессора. — Неужели героям столь мерзко держать тряпку? Подобная работа не для ваших изнеженных рук, Поттер? Тогда я позабочусь, дабы вы чистили туалеты. Слизеринцы уже дрожали от сдерживаемого хохота, в то время как Гарри не знал, что сказать: он просто застыл соляным столбом.