Глава пятнадцатая
15 апреля 2020 г., 13:06
В первые мгновения поцелуя Чуя просто замер, не зная, что делать. Потом наконец расслабился. Закрыл глаза, приподнимаясь на цыпочки и обнимая Дазая за шею, и осторожно ответил. Широкие ладони бинтованного мягко легли: одна на талию, другая на спину — и притянули Чую ближе, хотя казалось бы — куда уж ближе.
Губы Дазая не были похожи на лепестки роз, нет. Они были суховатыми, все в мелких ранках. А ещё темноволосый, похоже, отдал Чуе свой первый поцелуй — он был уверенным, но немного неумелым. Впрочем — у кого ему было учиться, если он три года был заперт в ином мире?
Но рыжеволосого это совершенно не волновало. Губы были тёплыми и живыми. Прижимаясь к чужой груди, он чувствовал, как стучит живое сердце. Дазай — живой и настоящий — сжимал его в своих объятиях и целовал, целовал, целовал. И Чуя не мог не признать, что это лучший поцелуй в его жизни.
Когда они всё же смогли оторваться друг от друга, Дазай улыбался. Чуя никогда раньше не видел такой его улыбки. Там, в ином мире, темноволосый много улыбался: сладко и натянуто — в присутствии других родителей, насмешливо — наедине с Чуей, зло и с вызовом — во время их побега. Однако эта улыбка была полна невыносимой нежности.
— Спасибо, — тихо шепнул парень.
— За что? — спросил рыжеволосый так же тихо.
— Спасибо, что спас меня, Чуя, — он ласково заправил чужую непослушную прядь за ухо.
Чуя вспыхнул и уткнулся в чужое плечо, что-то смущенно бормоча.
Он чувствовал себя невероятно счастливым.
Их прервало тихое поскрёбывание, а за ним — знакомое скрипучее «Мяу». Парни дружно повернули головы. За окном сидел чёрный кот. Чуя тут же подошёл и открыл окно.
— Привет, — поздоровался он привычно.
Кот весь нахохлился и глядел хмуро.
— Чего это он? — не понял Чуя.
— Ну, ты же всё-таки швырнул им в колдунью, — напомнил Дазай, — неудивительно, что он злится.
— Ой, — спохватился парень, — Прости меня, пожалуйста. Но эта ведьма так меня взбесила.
Кот, кажется, улыбнулся этому заявлению. Извинения он благосклонно принял и даже позволил погладить себя по спине. Потом спрыгнул на пол комнаты, пробежал мимо Дазая, потёршись о его ноги, и уселся рядом с брошенной сумкой.
— Точно, — понял Чуя, — призраки.
Они уселись на пол, и парень выложил перед собой заветные предметы.
— И что же с ними делать?
— Без понятия, — Дазай бесцеремонно повертел в руке мяч.
Поразмышляв немного, парни, чувствуя себя немного глупо, взяли все три предмета в ладони.
— Эй, — тихо позвал Чуя, — вы здесь?
Ничего не произошло. Парень позвал ещё раз. Безрезультатно.
— Может, нам следует чуть больше сосредоточиться? — и Дазай показательно сделал серьёзное лицо и зажмурился.
— Боже, — вздохнул рыжеволосый, — никогда бы не подумал, что буду однажды заниматься спиритическими сеансами.
Но глаза всё же закрыл.
Мир под веками цвёл чудесными красками. Чуя потерялся в ощущениях. С одной стороны, он помнил, что всё ещё сидит на полу в своей комнате, закрыв глаза и сжимая в руках заветные предметы. Но одновременно с этим он стоял на бескрайнем поле с изумрудно-зелёной травой и изумлённо оглядывался по сторонам. Он точно был в своей комнате, под скучным серо-белым потолком. Но под веками над его головой по тёмно-синему бархату небес рассыпались звёзды. Дазай, закрыв глаза, сидел в комнате вместе с Чуей — и одновременно стоял рядом на зелёном поле, так же изумлённо оглядываясь.
А потом появились они. Шагнули из пустоты на траву прямо перед удивлёнными парнями. Три призрака. Хотя, нет. Теперь их уже нельзя было назвать призраками. Теперь они стали почти как живые — с настоящими глазами. А ещё они больше не были бледными и туманными — все трое обрели краски. У маленькой девочки были тёмные волосы и голубые глаза, красное кимоно и белый игрушечный заяц. Волосы мальчика с неровной чёлкой были белыми, а глаза чудно переливались жёлтым и фиолетовым. Даже вечно хмурый старший с поседевшими кончиками тёмных волос и и глазами простого серого цвета выглядел живым и удовлетворённым.
— Мы не знаем слов, которыми можно было бы выразить нашу благодарность, — немного чопорно начал он, — вы спасли нас всех…
— Теперь я смогу увидится с родителями… — улыбнулась девочка.
— А я с отцом… — младший парнишка радостно закружился вокруг.
— И я смогу попросить прощения у сестры, — старший призрак чинно поклонился, — Спасибо вам огромное…
Чуя смущённо кивнул в ответ.
— Не стоит благодарности. Я рад, что смог освободить вас.
Мальчик в вычурной рубашке повернулся к Дазаю и поклонился уже ему.
— Здорово вновь видеть вас живым, Дазай-сан…
— Я никогда ещё так не радовался тому, что жив, — хохотнул тот, — как хорошо, что весь этот кошмар наконец закончился.
Тут призраки как-то тревожно переглянулись.
— Всё правда закончилось, но… — робко сказала девочка, — закончилось для нас…
— Что? — возмутился Чуя, — А как же мы?
— Вы в огромной опасности! — мальчишка с неровной чёлкой снова закружился туда-сюда.
— Но с какой стати? — воскликнул рыжеволосый, — Мы же заперли дверь!
— Дело в ключе, — объяснил старший, — он всего один. И колдунья всеми силами хочет заполучить его…
Плечи Чуи как-то мигом поникли. Он-то надеялся, что всё наконец закончилось. Почему чёртова ведьма никак не оставит их?
Тут он почувствовал, как Дазай положил руку ему на плечо, а призраки сгрудились вокруг в подобии объятий.
— Но это ведь не беда? — улыбнулась девочка, — Вы справитесь, мы знаем…
— Вы ведь живы…
— Вы всё ещё живы…
Чуя резко распахнул глаза, тяжело дыша. Дазай выглядел чуть более спокойным, но всё же ошарашенным. Слишком уж резким было их возвращение из мира бескрайних полей обратно в полутёмную комнату.
Парни разжали руки, в которых держали глаза призраков. Нет — теперь просто пустые сосуды. Стоило разжать пальцы, и они тут же рассыпались в пыль.
Чуя быстро подошёл к сумке и вынул из нее старинный чёрный ключ с головкой в виде пуговицы. Использовав остатки ниток, повесил ключ на шею.
— Надо этот ключ спрятать туда, где она никогда… — начал он и тут же смолк.
Они с Дазаем настороженно переглянулись. После всего, что произошло, рыжеволосый подозревал, что даже у стен есть уши. Он ведь до сих пор не знал, как колдунья узнавала обо всех его желаниях. Нужно быть осторожнее.
— Прогуляемся? — спросил он бинтованного.
— Почему бы и нет? — усмехнулся тот.
Вдвоём они спустились вниз. Кот улизнул через окно.
— Уже уходишь, Дазай? — высунулась с кухни мама Чуи.
— Да, Коё-сан, — парень вежливо поклонился, — большое спасибо за гостеприимство.
— Не за что, — женщина перевела взгляд на Чую, — а ты куда собрался?
— Я его провожу, — легко нашёлся рыжеволосый, — всё-таки уже темно.
Коё пристально посмотрела на него, но ничего не сказала.
— У тебя хорошие родители, — обронил Дазай, когда они вышли на крыльцо.
— Да, — теперь Чуя не сомневался в этом, — хорошие.
Они взялись за руки и пошли вперёд. Через запущенный сад, сквозь скрипучие ворота. По дорожке мимо дерева и пустого безжизненного пруда. Вверх по холму, мимо чахлой растительности и серых валунов. Потом вниз, в яблоневую рощу. Наконец они вышли на поляну с заброшенным колодцем.
Вдвоём парни легко сдвинули тяжёлую деревянную крышку. Колодец жутко зиял чёрной бездонной пастью.
Чуя вынул нитку с ключом из-под ворота футболки.
Следующие несколько секунд были для него, словно в замедленной съёмке.
Сначала он увидел побледневшее больше обычного лицо Дазая, который расширившимися глазами смотрел куда-то ему за спину.
Чуя обернулся и увидел её.
Она ползла прямо к нему, по-крабьи переваливаясь на слишком большом для неё количестве стучащих и подёргивающихся ножек.
Чуя знал, чем это было раньше. В последние несколько дней он слишком часто видел эту штуку — тянущуюся, хватающую, сжимающую, барабанящую ногтями по поверхности стола. Он сжимал её в своей руке, соглашаясь на смертельно опасную игру. Она рассекла ему щёку во время побега, и она упала на пол коридора, когда им с Дазаем наконец удалось закрыть дверь. Теперь Чуе стало ясно, что именно они тогда защемили.
Костяного цвета, пятиногая, с чёрными когтями — правая рука ненастоящей матери. И ей нужен был ключ.
А потом время перестало тянуться, словно жвачка, и рвануло вперёд на второй космической скорости.
Вместе с ним стремительно кинулась вперёд рука. Словно на пружинах, она взлетела вверх и вцепилась в шнур на шее Чуи. Сила у руки была чудовищная — такая не всегда есть у целого человека, чего уж говорить про отрубленную кисть. Чую опрокинуло на землю, натянувшийся шнур больно сдавил горло, душа его.
К нему на помощь кинулся Дазай. Он попытался пнуть чёртову тварь ногой, но та ловко обернулась. Выпустила шнур, оставив Чую глотать воздух ртом, словно выброшенная на берег рыба, и кинулась на бинтованного. Под силой удара тот сделал шаг назад. Прямиком в открытый колодец.
Вскрикнув, Дазай сорвался прямиком в черноту, в последнее мгновение хватаясь руками за край. Злобная рука вскарабкалась по нему наверх и выбралась на поверхность. Развернулась к чужим пальцам, отчаянно цепляющимся за край колодца и нацелилась на них своими чёрными когтями.
Пришедший в себя Чуя набросился на неё, накрывая своей толстовкой, и откатился подальше. Однако это не сильно помогло. Острые, как бритва, когти легко вспороли ткань толстовки, и рука быстро выбиралась из ловушки. Чуя отпрянул, лихорадочно шаря по земле в поисках чего-нибудь тяжёлого.
Что-то тяжёлое само нашло его.
Большой серый камень рухнул на руку сверху. Рука в одно мгновение превратилась в лепёшку, предварительно брызнув парню в лицо мерзкой чёрной жижей.
Чуя вскинул голову, смотря с изумлением на неожиданного спасителя.
— Мори-сан?
Мужчина, не обращая на него внимания, быстро кинулся к колодцу и вытянул на поверхность чудом удержавшегося Дазая. Тот упёрся ладонями в землю и тяжело загнанно дышал.
— Дазай, — голос Мори дрогнул, — ты в порядке?
Бинтованный поднял голову, неверяще глядя на него.
— Дядя? — потрясённо спросил он.
В следующую секунду мужчина порывисто обнял его. Дазай пискнул от неожиданности, но покорно уткнулся носом в чужой белый халат.
Чуя решил не мешать им. Он обмотал испорченной толстовкой булыжник и остатки руки и завязал импровизированный мешок шнурком с заветным ключом. Потом с выражением крайнего облегчения спихнул всё это в чернеющую пустоту колодца. Через долгие десятки секунд, показавшихся ему вечностью, внизу послышался далёкий всплеск. Тогда Чуя поспешил вернуть на место тяжёлую деревянную крышку и проследил, чтобы она прилегала плотно.
— Как ты нашёл нас? — спросил Дазай, когда Мори наконец выпустил его из объятий.
Тот устало вздохнул.
— Часа полтора назад началась какая-то чертовщина. Сначала мне вдруг стали звонить коллеги. С поздравлениями. Мол, как хорошо, что ваш племянник наконец-то выписался из больницы после комы.
Парни уставились на него выпучив глаза.
— У меня было такое же лицо, — усмехнулся Мори, — я сначала решил, что кто-то зло шутит надо мной. Даже в полицию позвонил. Но там мне сказали, что никакого заявления о пропаже Дазая Осаму им никогда не поступало и что это имя встречается только в связи с автомобильной катастрофой трёхлетней давности. Я уже, честно говоря, думал позвонить знакомому психиатру, но тут прибежал он.
Мужчина кивнул в сторону. Парни дружно повернули головы и увидели чёрного кота. Его зелёные глаза довольно сверкали в темноте.
— Он-то и привёл меня сюда. И, как я вижу, весьма вовремя.
Мори перевёл взгляд и пытливо уставился на Дазая и Чую.
— Вы не хотите мне ничего рассказать?
Парни переглянулись.
— Боюсь, вы нам не поверите, — честно сказал Чуя.
— Не поверю? — мужчина вскинул брови, — Мне кажется, или я только что расплющил кисть чьей-то руки, которая вполне осознанно и самостоятельно передвигалась вопреки всему, чему меня учили в меде?
Дазай и Чуя дружно заулыбались. Обстановка разрядилась.
— На самом деле, дядя, — сказал бинтованный, — эта история не только невероятная, но ещё и длинная. А ещё мы с Чуей предпочли бы немного отдохнуть, прежде чем снова вспоминать это…это…
— Явление пушистого северного зверя, — закончил рыжеволосый.
— Понял, — Мори поднял руки в знак капитуляции, — утро вечера мудренее, да? Что же, вы и правда выглядите весьма потрёпанными, ребята.
Они наконец поднялись с земли, на которой сидели всё это время.
— Пошли, паршивец, — мужчина ласково потрепал племянника по волосам, — тебе повезло, что я оставил для тебя комнату в новом доме.
— Ты ждал меня все эти три года? Это так ми-и-ило, — голос Дазая был насмешливым, но по его лицу Чуя видел, что парень действительно тронут.
Попрощавшись, они двинулись каждый в свою сторону.
Чуя шёл медленно, дыша свежим ночным воздухом, когда позади послышались чьи-то быстрые шаги. Забинтованная рука схватила его за плечо и развернула. Теплые губы быстро и нежно коснулись щеки.
— До завтра, Чуя, — шепнул Дазай.
Подмигнул со смешком и, как ни в чём не бывало, понёсся обратно к ожидавшему его Мори.
— Дурак, — буркнул рыжеволосый ему вслед.
Развернулся и, окрылённый, поспешил домой.
— Где твоя толстовка? — первым делом спросила мама.
— Одолжил Дазаю, — не моргнув глазом, соврал Чуя, — на улице холодно, а он только после больницы.
— Неожиданно мило с твоей стороны, — подняла брови Коё, — он ведь племянник Мори-сана, верно? До меня уже дошли некоторые слухи…
— Да-да, — отмахнулся парень, не желая в очередной раз перемывать чужую биографию, — это всё ужасно интересно, но я устал и хочу спать.
Он уже шагнул, на первую ступеньку лестницы, но мать остановила его.
— Вот, — она протянула ему простую картонную коробку, — мы с папой уже упомянули, что поездка в офис выдалась очень успешной. И я подумала, что надо бы сделать тебе подарок. Чтобы не было так скучно ходить в мышиной форме. Заодно поможет произвести впечатление. На того же Дазая, например.
Женщина как-то смущённо улыбнулась поражённому сыну и подтолкнула его в спину — мол, иди уже.
Поднявшись в комнату, Чуя сел на кровать и открыл коробку. В коробке оказалась шляпа — та самая, которая так понравилась ему в магазине. Улыбаясь во весь рот, парень поставил коробку на тумбочку у кровати, предварительно смахнув в мусорку фотографию бывших друзей.
Чуя наконец переоделся в пижаму и забрался в кровать, тут же засыпая. Этой ночью он спал крепко и без сновидений.
