Гриффиндор

      После принятых укрепляющих от Мадам Помфри Гарри возвращался к себе обратно в спальню. Казалось от происшествия с дементорами и спасения своего крестного прошла целая неделя, но по его ощущениям, ему казалось что у него прошел лишь один, незатяжной день. Медведьма вливает в него столько укрепляющих что поневоле он начинает думать, что из него хотят сделать полноценного стального человека; хоть Помфри этому будет только рада — столь частый посетитель в его лице её уже изрядно утомил. Теперь, спустя пару попаданий в больничную койку, на каждый приход в медкорпус Помфри задает один и тот же вопрос — Все как обычно? И поневоле Гарри кивает, ведь это чистая правда. Чего с ним только не происходило: то его пытался убить одержимый Волан-Де-Мортом профессор, то приходилось идти в самое пекло, на ручного зверька Слизерина, параллельно ведя задушевные беседы с самим Темным лордом. В этом году у него в соперниках оказались дементоры. Слава Мерлину, что от них есть хоть патронус. Правда с его фантастической ленью он додумался разузнать хоть что-то о мерах защиты от них только после того, как он чуть не превратился в лепешку, грохнувшись со своей метлы на квидичное поле; тогда его спасло наверное то самое пресловутое везение следующее за ним по пятам с самого его рождения; и то что Дамблдор был как всегда рядом. Вот таковы будни героя. А сейчас ему уже пора складывать вещи, и отправляться на летние каникулы к его горячо любимым родственникам. Надеюсь ему не припомнят раздутую до состояния гелиевого шарика тетушку Мардж. Хотя, Гарри в этом очень сомневается. Ну ничего, он готов отсидется в Дырявом котле.

***

— Так, вроде всё взял — Гарри посмотрел по сторонам внимательнее. Самые важные вещи были уже у него в сумке. — Пора прощаться Хогвартс, увидимся через три месяца, — он схватил клетку с Буклей и кинул свою чересчур неудобную сумку через плечо, чуть не завалившись набок. Кряхтя и тяжело дыша, он медленно передвигался по направлению к выходу при этом жалея, что он так и не купил более комфортную сумку. Уже в гостиной он внезапно заметил чью-то оставленную книжку. В этой книге он без труда узнал свою любимую «Историю Квиддича». — Чуть не забыл тебя, моя любимая, — он опустил вниз свою сумку вместе с клеткой, на что Букля недовольно ухнула. — Ну прости меня, я быстро. Заберу книгу и мы отправимся дальше, — вот только Букля не поверила столь наглой лжи. Она, как и все остальные люди знающие Гарри Поттера поближе знает: стоит только Поттеру взять в руки зачитаную до дыр книжку про квиддич, и от чтения его уже не остановит и второе пришествие Темного лорда. Букля недовольно ухнув в последний раз, закрыла глаза, погружаясь в сладкий мир дрём. А Поттер? А что он? Гарри уже присел на диван с книжкой в руке, полностью погрузившись в неё. Он настолько пропал с внешнего мира что не замечал как его пристально разглядывает фигура, до этого тут почти никогда не бывавшая. Она пристально щурилась, поглаживая рукоятку меча, пока наконец не заговорила: — Какой-то ты слишком тощий для героя, — Гарри вздрогнул, услышав чей-то низкий грудной голос, но не придал этому значения, списав это на явную игру разума после принятых укрепляющих. — Да и какой-то скучный. Вот твой папашка это да, истинный гриффиндорец. А ты даже не попробовал завалить никого в койку. Позор моему факультету, позор — кто-то продолжил говорить, издав печальный вздох. Гарри Поттер от удивления выронил книгу и повернулся в сторону, откуда доносился голос. Гарри потерял дар речи. Прямо на портрете был широкоплечий рыжеволосый мужчина, что по ширине плеч сравнится с Хагридом, а его подтянутая мощная фигура вкупе со строгим боевым выражением лица, вопреки играющей на ней кривой усмешке не оставляла сомнений кто же это такой. — Вот я в твои года… Эх. О моих приключениях знала вся Англия. Правда все приключения тогда происходили в барах и в комнатах прекрасных девиц, но даже так, я прославился великим дуэлянтом и не менее великим охотником за женские сердца и бочкой эля, — наконец он выпал со своих воспоминаний и посмотрел уже на Гарри. — В общем, к чему это я веду? Хочешь стать моим учеником? — глаза мужчины за портретом озорно блеснули, а Гарри лишь продолжал смотреть на него, совершенно ничего не понимая. — Вы Годрик Гриффиндор, и хотите взять меня в ученики? — неверие в словах Гарри можно было прощупать даже портрету, висящему за рамкой гостиной Гриффиндора. — Да, тупая голова, а кого же ещё? Я все эти восемьсот лет просто так что-ли пустовал за портретом? Можешь быть благодарен Салазару. Он приходил ко мне жаловаться. Говорил, мол ты убил его любимого зверька Лулу. Просил проучить тебя, — Гарри внутренне сжался, приготовившись к худшему. — Но я что, похож на предателя? — на этих словах все напряжение Гарри спало— своих змеенышам не отдаём; тем более он этими словами разрушил наш давний спор. Так что, — он улыбнулся во все свои белоснежные тридцать два. — Если ты хочешь быть моим учеником, то будь готов что тебя будет ждать самое лучшее время в жизни. Ты готов? — Гарри думал не особо долго. В конце-концов перед ним сам Годрик Гриффиндор, ещё и предлагающий такую уникальную возможность совершенно безвозмездно. Вот только как он будет его учить? Он задал этот вопрос мужчине с портрета, на что он довольно улыбнулся, показав на свой портрет. — Не у одного Салазара есть своя Тайная Комната, — лукаво улыбнувшись, он пропал с портрета. — Сэр? — на его слова уже никто не ответил, но надобности в этом уже не было. Стена с портретом начала отодвигаться, открывая небольшой тайник. А внутри, на небольшом постаменте лежал… женский корсет? Гарри впал в прострацию, смотря расширенными от удивления глазами на это. Это уж точно не то что он ожидал увидеть. С небольшой пустующей рамки раздался смех, в коей временем позже вместилось лицо одного из Основателей. — Вот это у тебя рожа. Ой не могу, — еле выдавил слова сквозь безудержный смех Годрик. — Да у вас сейчас она не намного лучше, — не удержался от шпильки Поттер. Чего он не ожидал так это ещё большего смеха со стороны Гриффиндора. — Как ты думаешь почему он лежит на постаменте? — он хитро прищурился, смотря на Гарри. — То что я хожу на Прорицание вовсе не означает того что я имею к этому дар. — Ладно-ладно так уж и быть. Это корсет самой Кандиды Когтевран, — лицо Одного из Основателей началось трястись в бешеном припадке. Гарри смотрел с плохо сображающим лицом на все это, пока в его голове что-то наконец не щёлкнуло. — И вы сделали эту комнату ради того чтобы спустя восемьсот лет притащить ученика посмотреть на нижнее белье Основательницы? У вас однако, довольно… специфичный юмор. — Я не знаю можно ли умереть портрету от смеха, но я думаю это вскоре случится, — он пристально смотрел на Гарри. — Это портал, ведущий в мою комнату. Именно там будет все необходимое для твоего обучения, — из его выражения пропала вся веселость, уступив место серьёзному, просчитывающему лицу. — Ты так и не ответил мне на мой вопрос, — Гарри вздрогнул, оторвавшись от корсета. Он остановил свой взгляд на основателе факультета. — Ты готов стать моим учеником?

***

Обратно домой Гарри возвращался в задумчивом состоянии, ни на что не обращая внимания. Его друзья пытались расспросить его о столь резкой причине изменения настроения, на что в ответ уперлись словно на непробиваемую скалу. — Да не парься ты так. С Сириусом все будет в порядке, можешь не переживать, — потрепал его по плечу рыжеволосый друг, но Гарри только отмахнулся. Разговор с его учителем внёс слишком много шороха в мысли. Вся его жизнь подверглась переосмыслению. Начиная с того, что его подбросили в семью Дурслей, тех, кто ненавидит любое упоминание о магии. Годрик рассказал ему о подобных случаях, и тогда он задался своим первым вопросом: — Из него хотели сделать обскура? — вспоминая выражения Дамблдора о магии крови, ему пришел в голову второй «ответный» вопрос, но на который он смог легко переответить. — Или же защитить пресловутой магией крови? Только вот, от кого? От горстки оставшихся на свободе пожирателей, которые совершенно наплевали на Лорда, стоило тому только пропасть? — Гарри лишь усмехнулся, продолжая разводить свою грусть. Он перевел взгляд на Рона и ушедшую в себя Гермиону. — Почему никто не озаботился его здоровьем? — Гарри вспомнил себя три года назад, прибывшего впервые в древний замок: болезненно бледный, маленький и тощий мальчишка, с синевой под глазами. С таким то видом он должен был вызвать тревогу со стороны Учительского персонала. Но, учителям оказалось наплевать, за исключением пожалуй Минервы — Гермиона отклала в сторону свою книгу, водя пальцами по вискам. Гарри вспомнил свои «тихие и незаметные» вылазки, которые правда стали называться таковыми им, только после очередного нагоняя от старшего волшебника. Почему допускали все его вылазки? Не успевали следить за ним? — он старался сдержать свой смешок. Гермиона в удивлении смотрела на раскрывающего рот в полуулыбке Гарри, по всей видимости переживая за его психическое состояние. — Гарри, что с тобой? — она не сдержалась спросить, прикусывая губу в своих думах. — Нет, Гермиона, ничего... Я спать! — он быстро, чуть ли не запнувшись проговорил, ложась на одну сторону лавочки купе. Его мысли продолжились вновь, когда глубоко вздохнувшая Гермиона вновь взяла в руки книгу: — Опытные маги, да не углядеть за сопливым, хилым учеником? Поверить в нечто подобное не может сейчас даже он — согнутый в три погибели, он перевернулся на другую сторону, тяжело крякнув — А ещё его серьёзно озаботил разговор с его учителем насчёт его шрама. — Кстати, насчёт твоего лба — Годрик был напряжен как никогда раньше. — С ним что-то не так. Никакой шрам не должен быть столь воспаленным. А ещё от него ужасно фонтанирует чёрной магией, при чем по настоящему мерзкой, и отвратной — в голосе Гриффиндора появилась сталь  — Ты обязан мне рассказать все о нём, причём абсолютно всё. Если это то, о чем я думаю Гарри, то дело боюсь, принимает плохой оборот… Гарри рассказал абсолютно всё что было связано со шрамом. В ответ Основатель покачал головой, сказав, что у него в голове крестраж самого Темного Лорда. Вот и живи теперь, с этим знанием. Да, учитель сказал что-нибудь придумает, тем более что в нем находится лишь мизерный огрызок расколовшейся души. — Как же все сложно, — усиленно потирая виски пробормотал Гарри. На него уставилось вопросительно две пары глаз. — Не важно, просто мысли вслух. Так что Рон ты там говорил про Чемпионат мира по квиддичу?

***

Вот он уже дома у Дурслей. А у них все как обычно. Дом чистый до блеска, как и всегда, Вернон все такой же: идеальная прическа с ровным пробором, те же моржовые усы, и та же плотная фигура. Единственный кто здесь изменился это Дадли, при чем явно не в лучшую сторону. Помимо того, что он идёт в рост, так и в этом году он заметно пож…возрос в ширине. Петунья в связи с этим посадила его на диету, так что теперь, Дадли Дурсль официально на вегетарианской игле. Возможно он бы его даже пожалел, не будь он конечно Дадли Дурсль. Ну, а так наблюдать за его мучениями в кои-то веке даже приятно. Его своеобразный «бунт» в виде выбрасывания своей игровой приставки увенчался ничем, так что теперь он лишился вдобавок и возможности поиграть в свою любимую игрушку. А что он сам? О, а он решил последовать совету Годрика; полностью обновить свой гардероб. Именно поэтому сегодня его ждала утренняя вылазка в Косой Переулок. Спокойно переждав утра он тихо вышел с дома Дурслей, чтобы уже на улице взмахнуть своей палочкой. Взмах, и ярко-фиолетовый трехэтажный автобус возник перед ними из воздуха. Теперь осталось лишь перетерпеть сумасшедшую поездку, что его будет ожидать на этом громадном автобусе. Двери автобуса раскрылись, и Гарри Поттер прошёл в автобус. Неуёмный кондуктор сразу опознал в нём Гарри, и накинулся с расспросами. — О Гарри, давно не виделись. Как жизнь? Куда путь держишь? — потерев голову, Гарри ответил: — Лондон, рядом с Дырявым Котлом. — Будет сделано, с тебя одиннадцать сиклей, — Гарри передал сумму, а довольный Стэнли продолжил. — А теперь Гарри, приготовься к нашей фирменной поездке. Эрни, газуй, — Гарри принялся молиться всем ему известным богам. А вот и Косой Переулок. Ему стоило огромных усилий пробраться именно туда. Бармен Том в Дырявом Котле даже ранним утром не дремал, пристально вглядываясь в каждого проходящего. Поэтому пришлось импровизировать прямо на ходу. Очки он снял, и прикрыл шрам слегка отросшими волосами, пытаясь изменить походку. Дело это у него получалось явно плохо, так что его походка напоминала собой слегка под выпитого маггла, вдобавок еще и слепого. Бармен пристально щурился всматриваясь в него, но пока не говорил ничего. А план Гарри по всей видимости прошел успешно, дойдя до кирпичной стенки он выдохнул. — Мистер Поттер, я бы настоятельно рекомендовал для вашей же безопасности надеть очки, — от неожиданности он слегка подпрыгнул, обернувшись на Тома. — Можете не волноваться, я умею хранить секреты, — у Гарри отлегло от сердца. Он спокойно выдохнул. — Спасибо, сэр. Удачного дня, — Гарри привычными ударами палочки раскрыл проход, проходя на Косой переулок. Том лишь вздохнул, покачав головой. — Ох уж эти детишки.

***

— Итак, моя первоочередная задача: снять деньги со своего сейфа. Потом, отправиться за покупкой мантии, и прочих мелких принадлежностей, — проговорил свой план действий вслух юноша, приступая к выполнению. Поход в Гринготтс ничем особо не отличался. Только вот пришлось восстанавливать доступ к его сейфу. Ключ он то забыл, поэтому ему пришлось проводить процедуру перерегистрации. Зато теперь, после длительной процедуры подтверждения его личности, а затем и создания еще одного ключа, теперь у него появился свой собственный ключ от сейфа, который он положил в купленный в банке кошелек с магглоотталкивающими чарами, и чарами расширения пространства. Туда же он положил пару сотен галлеонов, на всякий случай, вместе с тысячей фунтов. Следом же шла покупка мантий, за которыми он отправился в Твилфитт и Таттинг. Мантии там оказались действительно иного качества, да еще вдобавок с различного рода чарами, включая чары подгонки и согрева. За такое добро ему пришлось заплатить целых девяносто галлеонов. Настоящая морока началась, когда он пошел покупать новую сумку… Колокольчики за дверью подали сигнал стоило Гарри раскрыть дверь магазина. Он зашел, принявшись рассматривать товары. Повсюду лежали рюкзаки, сумки, сундуки — все разных размеров, и цены. Его взгляд зацепился за небольшого размера рюкзак, причем по довольно «средней» цене. — Чего-то желаете? — спросил приятный молодой женский голос сзади. Он повернулся для того чтобы задать вопрос об приглянувшемся ему рюкзаки и застыл. В мини юбке едва достающей до середины бедра, в короткий футболке, через которую выпирала грудь, с милым личиком стояла продавщица держа во рту чупа-чупс старательно его употребляя, при этом улыбаясь…эротической улыбкой, да-да именно так. Гарри сам того не замечая принялся скользить по ее телу, отмечая ее стройные изящные ножки, и просвечивающиеся через футболку соски. Кровь казалось, прильнула совершенно не туда, а джинсы стали чересчур узкими. Она перехватила его взгляд улыбнувшись ему, отчего Гарри залился пунцом, пока она медленной походкой дошла до интересующего его предмета, наклонившись вниз, чтобы рассмотреть цену на пробирке, при этом выгнув свою спину максимально возможным способом, выставив на обозрение ее нижние девяносто. Гарри от смущения хотелось провалиться под землю, и одновременно с этим на него накатывало доселе неизвестное чувство, такое непонятное и пьянящее, что сопротивляться ему становилось все тяжелее. — Хм, рюкзак с чарами расширения пространства и чарами невесомости, сделанный из драконьей кожи, цена сто пятьдесят галлеонов, — вынув чупа-чупс со рта, она придирчиво осмотрела его, одетого в старые вещи Дадли. — А у тебя точно есть на него деньги? Может посмотришь варианты попроще? — Да, у меня есть деньги, можете не, волноваться, — с трудом выговорил Гарри, стараясь смотреть на лицо девушки, все еще выгнутой в той же позе. — Сейчас вытащу, — он взял с кармана кошелек, намереваясь вытащить необходимую сумму, пока та тщательно его рассматривала. Он отчетливо ощутил, как ее исследующий взгляд зацепился к его шраму, и это полностью отрезвило его, сняв накативший его прилив возбуждения. Шок и удивление девушки отразилось у нее на лице. — Гарри? Неужели? Помнишь меня, Лесли Смит, я была на пятом курсе в Когтевране? Ты еще тогда был на первом курсе, — теперь уже она принялась тщательно рассматривать его, со взглядом истинной хищницы, заметившей свою жертву. Гарри теперь захотелось как можно скорее уйти отсюда. Он рассчитался с ней, вынув необходимую сумму, и уже намеревался взять купленную вещь. Вот только девушка действовала наперерез; взяв купленный им рюкзак себе в руки она отнесла рюкзак к нему, при этом приближаясь к его лицу на максимально близкую дистанцию. — Спасибо за покупку, Гарри, приходи в любое время. С нетерпением буду тебя ждать, — она проговорила это тихим соблазнительным шепотом ему в ухо, отчего у него забегали мурашки по всему телу, а недавно затихшее возбуждение загорелось с новой силой. Она отстранилась от него, засовывая руку под футболку, при этом оголяя краешек своей груди, доставая оттуда небольшую карточку которую она потом приподнесла к губам, медленно поцеловав, передала Гарри — Если что, это мой адрес. Можешь взять его, — Гарри находясь в затуманенном состоянии взял карточку в руки, и вышел с магазина, не разбирая слов что произносила девушка позади него…

***

— И вот так вот я обзавелся новыми вещами. Потом я сходил в больницу Святого Мунго, где мне сказали, что зрение восстановить не получиться, взамен прописав мне новые очки, ну и прописали зелья для избавления от последствий недоедания в раннем детстве. Потом же я прикупил маггловской одежды, и как видите; вот он я, новый измененный Гарри Поттер, — договорил бледный, истекающий потом подросток портрету рыжеволосого мужчины. Тот в ответ задумчиво потер подбородок. — Мне интересны лишь две вещи. Первое: почему ты так себя повел с девушкой, и почему ты забыл про свою мантию невидимку? — Эээ, и вправду. Я и забыл про нее.В смысле про них. — растерянно пробормотал Гарри. Мужчина лишь печально вздохнул, заканчивая разговор. — Ладно, Гарри, время отдыха уже истекло. Пора продолжать тренировки — А может не надо? — взмолился Гарри. На мольбу юного героя Гриффиндор иронично усмехнулся. — Ты еле прошел первый круг из трех, при чем начального уровня сложности и уже сдаешься? Да, я сильно переоценил тебя, — слова подействовали должным образом. Так же как срабатывает спусковой крючок: теперь Гарри разом видоизменился. В нем появилась решимость пройти все до малейшего конца. — И да, потом тебя ждет чтение книг, не забывай, — один не в меру несдержанный подросток скрипнул зубами. — Все ради того чтобы одолеть Волан-Де-Морта — пробормотал про себя Поттер фразу, ставшую за все это время его мантрой.

***

Дурслям было плевать — вот что уяснил Гарри после каждой своей пропажи. Хоть его и нет, хоть и есть, разницы не имеет. Только Вернон спрашивает «где ты был». Но нет, в нем не взыграла внезапно появившаяся забота к племяннику жены, он спрашивал просто с целью уточнить не занимается ли этот «ненормальный» какими-нибудь своими «ненормальными» делами. В ответ Гарри незамысловато врал, говоря что-то по типу «Помогал Мисс Фигг присматривать за кошками», и от него сразу отставали. С Дурслями у него установился хрупкий нейтралитет. Видя, что Гарри перестал походить на некоего оборванца от него сразу же отстали. Да, чего таить, Гарри за эти два месяца изменился в лучшую сторону; исчезла его прежняя болезненная худоба вместе с темными синяками под глазами, взамен дав ему стальные сильные руки и поджарое телосложение. Сильно помогли в этом зелья, так, что его прежний тип телосложения стал меняться в сторону атлетического. Возможно через некоторое время он и вовсе станет таким же, как и его учитель, но о таком пока рано думать. Не обошли его изменения и в росте; будучи чрезвычайно маленьким мальчишкой, за эти два месяца он вырос аномально — на целых десять сантиметров. Волосы у него наконец отрасли до нужных ему размеров, и он по совету Годрика стал их завязывать. Гарри покормил Буклю, и присел у себя на кровати, принявшись ожидать прибытия письма Сириуса. Он сидел недолго, уже вскоре, через открытое окошко к нему влетела экзотическая птица; вроде тукан, судя по его длинному клюву, принесшая ему письмо. Прочитав его письмо, он принялся писать на пергаменте:

Дорогой Сириус! Спасибо за последнее письмо. Эта птица была такой большой, что с трудом пролезла в мое окно. У меня все в порядке — в основном из-за того, что Дурсли страшно боятся, что ты можешь вдруг нагрянуть и по моей просьбе превратить их всех в летучих мышей. Ну и конечно благодаря тому как сильно я изменился за эти два месяца. Меня даже ненормальным перестали называть. Мне бы хотелось поговорить с тобой о чем-то более важном. Рассказать все удивительные вещи что произошли со мной за эти два с половиной месяца. У меня будет все свободное время, за которое я попытаюсь найти Питера. Я не думаю, что ты бы одобрил это, сказал бы жить своей жизнью. Но я не могу смотреть как мой крестный скитается в бегах из-за того, чего он не совершал. Я передам это письмо через Буклю. Передай от меня привет Клюву.

Гарри свернул пергамент и передал Букле. Та, ухнув, устремилась в полет. Он прилег на постель, при этом смотря на женский корсет. При каждом прикосновение к этому нижнему белью Кандиды Когтевран он чувствовал себя натуральным извращенцем. Но, делать нечего, такой уж портал в обитель его учителя. Отточенным до автоматизма движением он схватил корсет, и произнеся «Портус», мигом оказался втянут в закручивающийся водоворот, уносящий его далеко-далеко, за пределы суетливой маггловской жизни. Гарри уже привычно спокойно удержался на месте. Да, первое время случались эксцессы; то его выкинет так что он прошвырнется по земле, то банально поплохеет так, что его согнет пополам от подступающей рвоты. Но все это дела уже давно минувших дней, ему бы следовало сосредоточиться на сегодняшней тренировки. Он шел по привычному маршруту, через тренировочное поле, в коем расположились магические големы что при виде него отсалютовали палочкой, на что Гарри ответил таким же образом, продолжая идти по направлению к дому Годрика, задумываясь о произошедшем сегодня. Ему снился странный сон, даже чересчур. Он даже не уверен, что это был именно сон, столь непривычный он был. Пожалуй, занятия окклюменцией под присмотром Годрика не прошли даром. Гарри был словно змеей, ползущей внизу. Он явственно слышал разговор Волан-Де-Морта с Петтигрю, а также маггла, которого вскоре убили Авадой эти ублюдки, стоило тому закричать от страха при виде гомункула Лорда. Да, это была действительно страшная картина даже для волшебника, что говорить про обычного маггла. Вскоре, дойдя до места он потянул ручку двери дома и приоткрыл дверь со скрипом, проходя внутрь. Сотни, нет, тысячи книг раскинулись прямо перед его глазами; туда же входили даже наитемнейшие, чернейшие книги которые только существуют: основы некромагии, а также и более продвинутые вариации, фолианты по демонологии. Затесались тут и ознакомительные книжки по малефицистики и даже по химерологии. Чего таить, маги прошлых эпох не были такими светлыми как сейчас. Но, даже у магов прошлых эпох были свои пределы, перейдя за которые ты становился настоящим отродьем, то есть черным магом во всей плоти. Да, Годрик считался светлым магом в свое время, но если бы он оказался в нашем времени он бы зашел за второго Темного Лорда. Сам Гарри узнав об его прошлом сразу же хотел скрыться отсюда насколько можно дальше. К счастью Годрик поставил ему мозги на место, высказав многочасовую лекцию с наглядными примерами в виде воспоминаний с Омута Памяти, да и личный лев Гриффиндора что недвусмысленно намекал своей раскрытой пастью что с ним будет если он попытается сбежать, заставил стоять на месте. Кстати о нем. Оказалось, что эта самая многометровая ходячая машина смерти, что в первые встречи с ним чуть не довела его до преждевременного инсульта была искусственно выведенным существом. Как выяснилось, его учитель на некоторое время увлекся химерологией, так что он загорелся целью вывести себе уникального фамильяра. Конечно, у храброго, могучего и сильнейшего волшебника всех времен было свое тотемное животное, под стать ему самому — лев. Тогда же он бился над разрешением проблемы с этим самым животным. В отличии от Основателя серпентария, что воспользовался технологиями Герпия Злостного, он пошел иным путем. Прекрасно зная, что львы живут не больше двадцати лет, да и с волшебством эта цифра особо не увеличивается он искал возможность как разрешить проблему краткой жизни столь благородного зверя, пока не вспомнил о возможностях феникса воскресать бесконечное количество раз, сжигая себя в огне, чтобы затем начать жизнь заново. И сейчас, смотря на лежащего в углу золотистого массивного льва можно быть уверенным — это у него получилось, причем превосходно. Да, лев не получил других возможностей феникса, но Основателю факультета храбрецов это было не нужно: главное у него появился вечно живущий фамильяр, в честь которого было сделано знамя факультета Гриффиндор. Да и в целом, вопреки своему внешнему виду, Арти, то есть Артуриус — а именно так и назвал учитель своего зверька; в честь бармена любимого питейного заведения, оказался милейшим существом, правда ради своей же безопасности при виде Арти в поле зрения стоит все-таки поставить Протего. Вот и сейчас, Лев, спящий на подстилке, стоило ему только услышать скрип двери, радостно накинулся на пришедшего, проламывая Протего, наваливаясь на него и принимаясь вылизывать тому лицо. — Да, да, Арти и мне приятно тебя видеть, — он пытался выйти с мертвой хватки льва, но все его потуги оказались безуспешны, оставалось только надеяться на учителя. — Уж прости, сегодня у меня нет с собой еды. Дурсли и так обеспокоены причиной неожиданной пропажи нескольких десятков килограмм мяса за день, — льва это не расстроило, он все продолжал вылизывать лицо мальчишке. — Артуриус — послышался властный голос с портрета, на который лев покорно пошел к себе обратно на место перед этим кивнув мордой подростку. Облегченно вздохнув Гарри наложив на себя чистящие чары, поднялся, проходя к портрету, висящему неподалеку от меча на подставке. Рыжеволосый мужчина за портретом изучал пейзаж. — Здравствуйте Учитель, — он склонился в небольшом поклоне, на что мужчина за портретом озорно улыбнулся. — К чему эти поклоны? Просто поздоровался и все, на этом достаточно. Хотя не скрою, мне даже немного приятно. Лучше расскажи, испробовал ли ты мои уроки массажа на практике? — Гарри заалел, но ответил. — Не было на ком. — Не ожидая пока его учитель придумает новую тему разговора, он с тревогой заговорил: — Шрам. Он стал подавать признаки активности. И мне кажется, Темный лорд вскоре собирается воскреснуть — глаза мужчины за портретом вспыхнули золотом. Вернулся он поздним вечером. Весь побледневший от длительных занятий, и с книжкой в руке «Легиллименция для начинающих. Артур Дойл» он прилег ненадолго в постель стараясь унять головную боль. Мысли шли ходуном от сильной ментальной нагрузки. Годрик налег на его обучение с двойным усердием. Запихнув корсет в сумку, он поставил учебник на тумбочку, спускаясь вниз в кухню где должна лежать его порция еды. А там же его поджидал небольшая остановочка, в лице самого Дяди Вернона смотрящего на него как бык, при виде красной тряпки. Нет, Гарри конечно знает, что быки на самом деле практически не различают цветов; просто подобрать иное выражение при виде побагровевшего дядиного лица он попросту не может. — Ты, — Гарри отправивший в рот четверть грейпфрута недоуменно уставился на него. — К нам днем заходил почтальон с письмом от твоих ненормальных Уизлей., — он замолчал, продолжая краснеть от едва сдерживаемого гнева — И? Не тяни быка за рога моржо…- с равнодушным голосом начал говорить юноша, пока вдруг не осекся на слове, замерев. Лицо у дяди невообразимо посинело. — Дрянной мальчишка. Да что ты себе позволяешь? Мы сами содержали тебя за свой счет. Мы дали тебе одежду, еду, и обучили тебя в школе. Неблагодарный., — Гарри удалось заткнуть Дурсля старшего уже второй раз за день, только приподняв свою руку. Очевидно, Дурсль был полностью сбит с толку его поведением. — И я вам благодарен. И в правду, так и есть. Вы взяли на воспитание подкидыша, то есть меня и взрастили вполне себе неплохо; да конечно, одежду вы давали мне так себе, да и с едой тоже не все идеально, но вы не отказались от меня, даже несмотря на то что вы до жути все боитесь проявления чего-то необычного, что выходит за рамки вашего понимания. — Я как уже говорил, благодарю вас. Но теперь, позвольте заявить: я больше не буду досаждать вам, это мое последнее лето с вами, — впервые в жизни Дурсль заткнулся, ничего не ответив. Возможно его охватила величайшая радость при этих словах; вон он как просветлел, будто загорелось второе солнце, или же он находится в глубоком шоке от ранее не слышанных слов своего племяничка? Да кто его знает. — Они сказали, что приедут забрать тебя через неделю на Чемпионат мира по какому-то квид…чучу…хучу, или как-то так, — вот и все что выдал Дяди, силясь справиться с нахлынувшими на него эмоциями. — О, премного благодарен, дядя. Спокойной ночи, — искренне улыбнувшись дяде он поднялся наверх в свою комнату, при этом предчувствуя что-то неладное. Только приоткрыв дверь в нее разом что-то влетело принимаясь драть ее когтями. — Exorcizamus te, omnis immundus spiritus., — начал второпях бормотать Гарри, пока до него не донеслось злое уханье чужой совы. Он вздохнул с облегчением. Сегодняшнее, пусть пока и теоретическое, но знакомство с реальными демонами от Годрика его изрядно поднапугало, так что он выучил текст изгнания наизусть за пару минут, будто у него нежданно открылись способности к эйдетизму. Он приоткрыл дверцу, где сейчас сидела недовольная сова с листом пергамента на лапке. Видимо ждала его целый день; до Гриффиндора ведь письма не доходят. — Ты только не нападай хорошо? Я только взять письмо., — маленькая сова словно ждала, когда же Гарри протянет свою руку. В следующий момент она налетела на него со всей возможной скоростью, принимаясь рвать и метать на Гарри. Ночь была тихая, но она была прервана неожиданными выкриками с дома Дурслей. — Ай… отпусти живо. Прошу не надо… Только не волосы!… Ну все, ты доигралась! Держись. Экспульсо!, — по всей улице прогремел небольшой взрыв. — Поттер! Несносный мальчишка! — два синхронных крика донеслись с комнаты Дурслей — Это не я. Там Дадли выбросил свою новую приставку, — выкрикнул в ответ Герой всея Британия, добавив уже потише: — Теперь меня точно ожидает полнейшая задница…