Не шутите с венгерскими хвосторогами

Северус отправил патронуса Дамблдору с сообщением о случившемся и просьбой немедленно связаться. Наложив на дневник анализирующее заклинание, которое проверяло наличие множества групп заклинаний из разряда темной магии, он ходил из стороны в сторону по кабинету, ожидая как результатов чар, так и ответа Дамблдора. Гарри топтался в проходе, не зная, куда ему деваться. — Профессор, вы знаете, кто такой Том Реддл? — тихо спросил мальчик. Снейп замер на месте спиной к Поттеру, мысленно выбирая, какую информацию можно рассказать. Гарри даже перестал расковыривать носком кроссовка порог, ожидая ответа. — В любом случае вы однажды узнали бы это, мистер Поттер. Том Реддл — никто иной, как Темный Лорд, с которым вам уже приходилось однажды встречаться. — Волдеморт?! — воскликнул Гарри. Снейп резко развернулся на месте: — Не произносите его имя, — жестко отрезал он. — То есть это значит, что Джинни и я общались с ним лично? — Скорее с осколком его души, заключённым в этом самом дневнике. Сядьте, — мужчина указал на стул за лабораторным столом. — Почему тогда Вол… ой… почему он не упоминал события прошлого года? Ну про философский камень, профессора Квирелла и все такое. — Потому что он создал этот артефакт задолго до этих событий. Вероятно, ещё до вашего рождения. Через несколько минут внизу кто-то постучал во входную дверь. — Сидеть на месте и ничего не трогать, — приказал Снейп и вылетел из комнаты. Гарри прислушался. — Доброе утро, мальчик мой, — кажется, это был Дамблдор. — Как Гарри? — Здравствуйте, директор, — тон профессора был холоден. — Живой, во всяком случае пока. — Могу я взглянуть на артефакт и поговорить с мальчиком? — Дамблдор будто и не слышал недовольства Снейпа. — В моем кабинете, прошу. Послышался скрип лестницы и в коридоре появился старик собственной персоной. — Здравствуй, Гарри. Как ты? — Здравствуйте, сэр, — подросток подскочил на месте, вытирая вспотевшие ладони о штанины брюк. — Все хорошо, спасибо. — Профессор Снейп ещё не замучил тебя? — директор лукаво улыбнулся, Снейп же с недовольной миной стоял прямо позади него. Гарри смущенно помотал головой. Дамблдор лишь игриво подмигнул ему. Взяв в руки дневник Реддла, директор полистал его, не обращая внимания на сферу анализирующего заклинания, наложенного Снейпом. — Присядь, Гарри, — старик параллельно трансфигурировал для себя резное кресло из собственного носового платка. — Северус? — но Снейп лишь отрицательно тряхнул головой, уперевшись плечом в дверной косяк. Дамблдор вновь с любопытством принялся рассматривать дневник. — Изумительно, — проговорил он негромко. — Да, Реддл был одним из самых одаренных учеников Хогвартса. — Как же… как же он стал Вол… Сами-знаете-кем? — Очень немногим известно, что лорда Волдеморта когда-то звали Том Реддл, — ответил Дамблдор. — Я учил его в Хогвартсе пятьдесят лет назад. Окончив школу, он исчез, скитался в дальних краях, якшаясь с самыми опасными колдунами и магами. И все глубже погружался в тайны черной магии. Он подверг себя такому количеству чудовищных превращений, что, когда вновь появился — уже под именем Волдеморта, — был совершенно неузнаваем. Не было ничего общего между зловещим Темным Лордом и умным славным мальчуганом, который был когда-то старостой школы. — А как же тайная комната? Неужели Хагрид мог быть наследником Слизерина? Такого не может быть! — Гарри подскочил на месте, пытаясь совладать с переполняющими его вопросами. — Любопытство не грех, Гарри, но надо быть немного терпеливее, — улыбнулся Дамблдор и кивком головы предложил мальчику сесть на место. — Значит, ты общался с Томом Реддлом. Будь добр, расскажи, что тебе удалось выяснить. Гарри сбивчиво пересказал все, что узнал с помощью дневника. Он несколько раз перепрыгивал с места на место, пытаясь верно воспроизвести последовательность событий, но никто не мешал ему рассказывать. — Занимательно, — Дамблдор задумчиво теребил бороду. — Профессор Дамблдор, я не понимаю, — не выдержал Гарри, — почему Том Реддл рассказал мне все это? Зачем? — Полагаю, что ты заинтересовал его больше остальных… — Мне порой казалось, будто я общаюсь со старым знакомым или вроде того. Кажется, это называется дежавю, — мальчик нахмурился, закусил губу и принялся дергать заусенец на большом пальце. — Ты говоришь на языке змей, Гарри, — ответил Дамблдор спокойно, — потому что на нем говорит Волдеморт. Если не ошибаюсь, он нечаянно вложил в тебя толику своих сил — в ту ночь, когда наградил этим шрамом. Уверен, сам он этого не хотел. — Волдеморт в меня вложил… частицу самого себя? — прошептал Гарри как громом пораженный.  — Судя по всему. — Значит, мое место в Слизерине. — Гарри с отчаянием посмотрел в лицо Дамблдора. — Волшебная шляпа почуяла во мне эту частицу, и… — Определила в Гриффиндор, — успокаивающе договорил Дамблдор. — Видишь ли, Гарри, так вышло, что в тебе много качеств, которые столь высоко ценил Салазар Слизерин у своих любимых учеников, — находчивость, решительность, чего греха таить, пренебрежение к школьным правилам. — Тут усы директора вновь задрожали. — И, наконец, редчайший дар — змеиный язык. Однако же Распределяющая шляпа направила тебя в Гриффиндор. Знаешь почему? Подумай! — Только потому, что я просил не посылать меня в Слизерин… — сокрушенно произнес Гарри. — Верно. — Дамблдор опять улыбнулся. — Именно в этом твоё отличие от Тома Реддла. Ведь человек — это не свойство характера, а сделанный им выбор. Гарри неподвижно сидел на стуле, оглушенный услышанным. — Но кто же тогда открыл комнату на этот раз? Это ведь не мог быть Хагрид? — наконец спросил он. — Не мог, но нам еще предстоит выяснить, кто бы это мог быть. Тем не менее, ты очень помог нам, Гарри, я ценю это. Директор поднялся и направился к выходу из комнаты. — Профессор, простите, ещё один вопрос, — второкурсник подскочил с места и бросился к директору, — если Волдеморт вложил в меня часть себя, то мог я из-за этого слышать какой-то голос в Хогвартсе? Дамблдор замер на пороге, внимательно вглядевшись в лицо мальчика. — Какой голос? — Когда что-то случалось в школе я слышал шёпот, он говорил об убийствах и… и голоде. И ещё звал хозяина, — Гарри уже успел пожалеть о том, что заговорил об этом. — Любопытно, — пробормотал директор и вышел из кабинета. — Ждите меня тут, Поттер, — хмуро бросил Снейп и направился за директором. Гарри не слышал больше ничего, о чем разговаривали профессора, до того как хлопнула входная дверь. Подойдя к окну, мальчик смотрел, как директор покидает дом и аппарирует. Дневник Тома Реддла он забрал с собой. — Что теперь будет? — спросил Гарри, как только Снейп вернулся. — Профессор Дамблдор отправился к семье Уизли, чтобы поговорить с Джинни, — сухо ответил мужчина. — У неё не будет проблем из-за всего этого? — Волшебники гораздо старше ее бывали обмануты Темным Лордом. Что же касается вас, мистер Поттер, будь мы в школе, я бы требовал вашего исключения, — прошипел Снейп. — Вы в очередной раз поставили свою жизнь под угрозу. Нагло лгали. Скрывали важную информацию, которая могла кому-то стоить жизни. — Но… но я не знал, — пролепетал мальчик, в глазах защипало, а горло сдавило. — Прежде чем что-то делать, нужно сперва думать своей головой. Вам мало ваших прошлых приключений на свою пятую точку, когда вы тоже «не знали»? Каков был результат? Вы не раз рисковали как своей жизнью, так и жизнями своих приятелей. Вы считаете ваше незнание веским оправданием? — Нет, — Гарри прочистил горло, — нет, сэр. — Ко второму курсу вы уже должны были достаточно узнать об артефактах и опасностях, которые в них таятся. Но нет, вы решили разобраться в этом деле сами. Допускаю, что вы не стали бы откровенничать со мной, но вы могли написать директору или вашему декану. В конце концов, пока вы были в школе, вы не рассказали никому из преподавателей о голосе, который слышали. Что если бы кто-то из ваших друзей оказался на месте Колина Криви? Гарри не выдержал. По щекам потекли слезы. Он никогда не задумывался о том, что Рон и Гермиона могли пострадать. И даже после того, как Рон едва не разбился в шахматной партии в прошлом году, он так и не осознал этого, пока Снейп не высказался. — Мне очень жаль, сэр, — выдавил он. Снейп замер на месте, не зная, что теперь делать с ревущим Поттером. За свою многолетнюю практику, конечно, ему не раз удавалось доводить до слез своих учеников, но в основном дело касалось студенток и их оценок. Мальчишка лишь все сильнее всхлипывал, съёжившись и опустив голову. Северус медленно подошёл к Гарри, чтобы ненароком не напугать, и протянул носовой платок. Мальчик все же вздрогнул и вскинул руки в защитном жесте. — Это просто платок, Поттер, — спокойно прокомментировал Снейп. — П… простите, сэр, — Гарри начал вытирать лицо, — спасибо. Простите ещё раз. — Поттер, вы невыносимы, — вздохнул профессор и неуклюже притянул мальчика к себе, приобняв за плечи. Гарри сперва напрягся всем телом и опешил от произошедшего, но затем постепенно расслабился и начал успокаиваться. Снейп лишь с бесшумным вздохом закатил глаза, мысленно вопрошая, за что ему все это.