Не шутите с венгерскими хвосторогами

С момента обнаружения дневника прошло несколько дней. После уроков Гарри по обыкновению связался с Роном и Гермионой. Рон не так много знал о том, что было в беседе между Дамблдором и родителями. Они долго проговорили в гостиной, наложив заглушающие чары, а затем директор поговорил с Джинни наедине. Братья, конечно, заметили, что девочка плакала, но родители не разрешили им допытываться. Миссис и мистер Уизли определенно были взволнованы произошедшим, но не ругали Джинни, вероятно, отчасти это заслуга Альбуса. А вот Рону прилетело, за его выходку. Зато теперь Джинни стала больше проводить времени с мамой, как это было до начала обучения в Хогвартсе. Постепенно она приходила в себя: было заметно, что у неё упал груз с души. — Вы все ещё не поговорили с Джинни о дневнике? — спросила Гермиона. — Я имею ввиду то, как он попал к Гарри. Рон нахмурился и покачал головой: — Думаю, она и так знает, что это я виноват. Вряд ли в ближайшее время она захочет со мной говорить. — Вы не разговариваете? — удивился Гарри. — Да нет, не то чтобы мы намеренно это делаем. Просто так получается, что мы никогда не остаёмся наедине, а при ком-то я не хочу начинать разговор. — Рон, ты не виноват. Это же я тебя уговорил, — начал было Гарри. — Мама была в бешенстве, когда узнала, что я никому кроме вас не рассказал обо всем этом, да ещё и тебя опасности подверг. Если бы Сам-знаешь-кто завладел тобой, даже не знаю, что бы случилось… — Мы все виноваты, — включилась Гермиона, — так что не стоит себя корить, Рон. — Я попробую написать Джинни. Правда, я даже не знаю, что сказать ей… — Гарри, ты же понимаешь, что Джинни сейчас легко расстроить? Пожалуйста, не ляпни ничего лишнего. Она может уйти в себя снова. Наверняка, она так же как и Рон винит себя. — Да понимаю я, Гермиона, не полный дурак. — Хорошо. Давайте отвлечемся и переключимся на другую тему, — мягко улыбнулась девочка. — Мне кажется, я что-то нащупала про чудовище из тайной комнаты. Сегодня утром я вспомнила про миф о Медузе Горгоне, это существо с женским лицом и змеями вместо волос, которое взглядом обращало людей в камень. Ещё после нападения на Колина я вспомнила о ней, но позабыла о змеях. Гарри, ты же слышал голос, который не слышали мы. — Ты думаешь, что эта Горгона существует? — удивился мальчик. — Не знаю. В маггловских книгах довольно много упоминаний реальных магических существ, те же единороги, драконы, фениксы. Быть может, Горгона это лишь выдумка, но в мире волшебников вполне может оказаться что-то похожее, — Гермиона тараторила очень быстро. — Утром я заказала несколько книг о древних магических животных. Попробую отталкиваться от змей и способности обездвиживать. Рон хмыкнул. — Про эту вашу Гор… Ган…эм… — он запнулся. — Про медузу вашу впервые слышу, — скептично закончил он. — Рон, я не утверждаю, что это именно она. Но это может быть зацепкой. Или у тебя есть другие предложения? — Я просто сказал, что не слышал ничего о ней, а ты опять нападаешь, — вспыхнул тот. — Твой тон, Рональд… — Эй-эй, полегче, не надо ссориться вот так на ровном месте, — вмешался Гарри. — Гермиона, ты молодец. Если выяснишь что-то, что покажется важным, — сразу сообщи. На этом ребята решили остановиться и попрощаться. Отложив волшебную палочку, Гарри с тоской бросил взгляд на дверь. Сейчас у Снейпа должно быть ещё одно занятие, после чего мальчику придётся идти к нему на отработку. За то, что Поттер влез в историю с дневником, профессор увеличил число отработок с трёх до семи. На первой Гарри получил обещанные грязные котлы, на второй перебирал флоббер-червей, отделяя хороших от протухших. Какую мерзость Снейп выдумает на этот раз — оставалось загадкой.

***

На последнем занятии Снейп проводил опрос среди третьекурсников Когтеврана и Пуффендуя. Выходные не прошли зря — пуффендуйцы, по натуре своей весьма трудолюбивые ребята, в основном подтянулись и нагнали когтевранцев. Особо увлечённые предметом третьекурсники наконец-то начали задавать толковые вопросы, а значит, выбранный профессором формат всё-таки работал. Конечно, часть студентов все так же пинали балду, думая, что получится вывести за счёт однокурсников, вот только в дистанционном формате никто не мог им оперативно кинуть шпаргалку или подсказать. — Мистер Дейвидсон, почему моносоставные зелья в основном относятся к классам слабого или среднего действия? В отличие от учеников, профессора получили каменные доски с несколькими десятками вырезанных маленьких ячеек, в каждой из которых отдельно горел огонёк с изображением каждого ученика. Так преподаватели одновременно могли видеть лицо всякого, кто соизволил посетить занятие. Дейвидсон начал мямлить что-то, отдаленно напоминающее определения. Глаза мальчишки лихорадочно бегали, по всей видимости, он пытался найти ответ в конспекте или учебнике. — Вы мне сейчас пытаетесь пересказать учебник, что я могу сделать самостоятельно и, к вашему сведению, не столь отвратительным образом. Минус пять очков Пуффендую за вашу систематическую неподготовку к занятиям. Ко следующему занятию жду от вас развёрнутого ответа на этот вопрос в письменной форме. Мисс Галбрейт, помогите мистеру Дейвидсону ответить на вопрос. Девочка, судя по округлённым глазам, ожидала, что спросят кого-то из когтевранцев, но быстро собралась и дала вполне внятный ответ. Под конец занятия когтевранец Элмерз задал вопрос, после которого завязалась целая дискуссия. К обсуждению также подключились и несколько других студентов. Снейпу определенно это понравилось, он уже давно заприметил способных учеников, но в новом формате, при упоре на теоретические аспекты, начали лучше проявлять себя и некоторые другие студенты, не столь сильные в практике. В целом, рабочий день Северуса закончился неплохо. Утренние пары с первокурсниками дались тяжело, но группы студентов постарше определённо порадовали. Встав и размяв затёкшие мышцы спины и ног, Северус приоткрыл окно, чтобы проветрить кабинет, и направился на кухню выпить кофе. Немного передохнув, он попросил домовика передать Поттеру, чтобы тот спустился. — Вы меня звали, сэр? — Гарри замер на пороге. — Да, — кивнул Снейп и бросил взгляд на наручные часы, — ваша отработка сегодня заключается в том, чтобы расчистить крыльцо и дорожку перед домом от снега. Лопату найдёте в кладовке под лестницей. — Вы собираетесь в город? — спросил мальчик. — Нет. Ещё вопросы? — Но тогда зачем чистить снег? Все равно дальше крыльца никто никуда не ходит? — Поттер, насколько я помню, вы получили отработки за серьёзные проступки, так что лопату в руки и вперёд на исправительные работы. — Да, сэр, — вздохнул Гарри. На улице было непривычно холодно, но сугробы снега компенсировали этот минус. Как же Гарри сейчас хотелось порезвиться с друзьями, поиграть в снежки, попробовать слепить снеговика. Натянув шапку на уши, он попытался спуститься с крыльца, вот только снег сразу же забился в кроссовки и под штанины брюк. Отряхнувшись, мальчик решительно взялся за работу — раньше начнёт, раньше закончит. Снег успел слегка утрамбоваться, так что убирать оказалось сложнее, чем он ожидал. С крыльцом он расправился довольно быстро, откинув снег на предполагаемый газон. Остановившись, чтобы передохнуть и погреть руки, Гарри присел на ступеньки. Сидеть долго было глупо, так он начал замерзать, так что мальчик растер ладони и продолжил дело. Северус наблюдал за второкурсником из окна гостиной. Мальчишка хорошо работал руками и оказался даже несколько сильнее, чем он ожидал, исходя из его низкого роста и худощавости. Видно, он не зря занимался квиддичем и регулярно тренировался. Если в будущем ему предстоит столкнуться с настоящими пожирателями смерти, жаждущими отомстить за лорда, а вероятно так и будет, это сослужит ему неплохую службу. Северус все больше начал замечать в мальчике черты Лили, скрытые за внешней схожестью с Джеймсом. Старший Поттер наверняка бы всячески увиливал от отработок, но Гарри честно отбывал наказания. Да, он порой начинал упрямиться, но было бы страннее, если бы он принимал все безропотно. Гарри негодовал, когда несправедливо страдали слабые. Рвался на помощь всем, попавшим в беду. Дорожил друзьями и приятелями. Увлекался новым и старался разобраться в принципе работы. С каким азартом он трансфигурировал игрушки из подручных материалов или даже его успехи в зельеварении — Северус при всем желании не мог не замечать этого. Лили была действительно талантливой волшебницей, возможно, что и Поттер унаследовал что-то из ее способностей. Чего добивался Дамблдор, отправив его жить к маглам? И почему мальчишка предоставлен самому себе, разведывая тайны волшебного мира? Неужели старик таким образом решил готовить его к будущим событиям? Если и так, то для начала Гарри Поттер должен не погибнуть при нелепых обстоятельствах. Дамблдор спускает ему с рук все выходки. Мало того, что не наказывает и не пытается провести воспитательную беседу, так ещё и поощряет. Северус поклялся защищать сына Лили, вот только сам Дамблдор подталкивает мальчишку к очередным неприятностям. Золотая троица и сама лезет в гущу событий. Для Грейнджер важно узнать что-то новое любой ценой, разгадать очередную загадку. Поттер явно страдает комплексом героя. А Уизли пытается выйти из тени старших братьев и показать, что он тоже чего-то стоит. И ни один из них не доверяет окружающим взрослым. Грейнджер из магловской семьи, ее родители мало знают о магии, а волшебный мир для неё пока чужд. Уизли вероятно не уделяют достаточно внимания в такой большой семье. А Поттер — как его воспитывали маглы не до конца ясно, но доверять им он явно не станет, а с миром магии он пока знаком не дольше, чем его подруга. Снейп не понимал, что ему делать: довериться плану Дамблдора или попытаться вмешаться в ситуацию. Он уже совершил немало ошибок, не приведёт ли его действие или же бездействие вновь к фатальным последствиям. Идти против директора он не собирался, это было ни к чему, но он мог бы помочь мальчику — обучить его, попробовать хоть как-то воспитать.

***

К моменту, когда Гарри закончил убирать снег, его руки совсем окоченели. Подхватив лопату, он радостно бросился в дом, задание было выполнено. — Я закончил, профессор! — влетев в гостиную, улыбаясь воскликнул он. Снейп выглянул в окно и удовлетворенно кивнул. — Приводите себя в порядок и спускайтесь ужинать. Переоденьтесь в сухую и тёплую одежду, не хватало ещё простудиться. Взмахом палочки Северус убрал следы полурастаявшего снега с пола. Гарри кивнул, все ещё смотря на небольшое облачко пара, поднимавшееся вверх. — Идите, Поттер, — вздохнул профессор. За ужином мальчик был необычно возбуждён. Он болтал ногами под столом, постоянно глядел по сторонам и торопливо жевал. — Вас отработка так развеселила? — спросил профессор ровным тоном. — А? — Гарри вылупился на Снейпа. — Отработка? Нет-нет, просто, я придумал кое-что и хочу попробовать после ужина. — Вы опять лезете, куда не следует? — Что? Нет, вы неправильно меня поняли, просто игра. Ну, с фигурками, которые я трансфигурировал. Мне ведь можно самостоятельно пробовать заклинания, которые я уже отработал с вами? — Смотря какие и как, — Снейп сделал вид, что ему детские выдумки совершенно безразличны. — Составьте список заклинаний, которые хотите использовать, и после решим. — Спасибо, — улыбнулся Гарри и уставился в свою тарелку. — А можно задать вопрос? — Вы уже задали. — Ой, ну вы ведь меня поняли… — Задавайте, Поттер. — Вы слышали что-нибудь про Медузу Горгону? — Читал когда-то. — Это выдумка или она может существовать на самом деле? Снейп окинул мальчика хмурым взглядом: — Есть теория, что в Древней Греции тоже были волшебники. И одна ведьма, имя которой неизвестно, не раз использовала «Остолбеней» на своих противниках. Это была лишь самозащита, но маглы боялись всего, что связано с магией, и пытались объяснить все через божественное вмешательство. Вероятно, так и появился миф. — Ого, — выдохнул Гарри. — Но от кого она могла защищаться? Кто и почему на неё нападал? — Люди боятся всех, кто сильнее их, и зачастую бросают все силы на их уничтожение. — Но она разве давала повод, чтобы с ней так поступали? — Это мне неизвестно. Мальчик опустил взгляд и, задумавшись, нахмурился. — Вы сделали домашнее задание на завтра? — Ещё нет. — Тогда доедайте и займитесь делом. Если управитесь за пару часов, то вечером сможем посмотреть, что вы там придумали со своими фигурками. — Правда? — Я могу и передумать, — хмыкнул Снейп.