Жаль, что ты всего лишь смертный

      Несмотря на свое внешнее неуважение и даже пренебрежение Таносом, Гарри его опасался.        Не боялся, нет, — я вас умоляю, он Повелитель Смерти — именно здраво опасался… бы, лет так триста-четыреста назад. Сейчас же…        Он предвкушал. Разум стал вдруг кристально ясным, как горный ручей, и мысли бежали точно так же быстро и спокойно. Это полузабытое ощущение перед предстоящим боем… такое родное и одновременно чужое, забытое за годы мирной жизни.              От фигуры, скрытой в поднявшемся резко облаке пыли, веяло смутно что-то напоминающей магией, лишь ее отголосками, но и это заставило Гарри Поттера напрячься.        Магия. Сильная, оглушающая, сырая и мощная магия подкосила всех присутствующих, не дав им даже шанса остаться на ногах. Лишь Гарри остался стоять, а в глазах его медленно начало разгораться пламя.               О, как же он по этому скучал!..        Скучал по этой горящей в венах крови. По покалыванию убийственной маны на кончиках пальцев, по азарту, охватившему ускоренно бьющееся сердце. Скучал по этому ощущению жизни, теплящемуся в груди.        Просто безумно скучал.        Гарри выставил вперед ладонь, и молниеносно переместившийся к нему Танос ухмыльнулся, врезавшись на полной скорости в голубоватый щит.         — Гарри Поттер… наслышан, — чародей усмехнулся, когда в его щит влетел объятый чем-то черным кулак монстра и тот, слегка покачнувшись, с трудом выдержал удар. В глазах безумного титана забегал не менее безумный огонек, впрочем, не успевший разгореться в пламя — его снесло с места на несколько метров огромным шаром чего-то темно-фиолетового, и тот, сдавленно хрипнув, улетел назад. Послышался хруст ломающихся стен, падающих камней…        Гарри перевел тяжелый взгляд на Мстителей, наконец-то сумевших подняться.         — Уведи его с Земли, Поттер, — коротко приказал Фьюри. Гарри хмыкнул, переводя взгляд на облако еще не осевшей пыли.         — Один он никуда не пойдет, — заявил Тони, и Мстители, переглянувшись, молчаливо кивнули.         — Куда-то собрались? Могу подбросить, — Поттер вскинул бровь, глядя на неизвестно как здесь появившегося парня в плаще. Тот ему отсалютовал рукой: — Звездный Лорд, Питер Кв…        Гарри успел в последнее мгновение выставить все тот же щит перед странным парнем, прежде чем в него влетел сгусток энергии.        — …вилл, — ошарашенно закончил парень, круглыми глазами глядя на медленно разъедаемый какой-то кислотой щит.         — Хватит уже разговоров, — рыкнул раздраженный Танос, смотря на Гарри, — Ты силен, маг. Присоединя…        Нервный смешок сорвался с губ Наташи, когда в лоб говорившему титану прилетел молот Тора. Тот на мгновение замер, будто не понимая, что только что сделали, а потом яростно взревел.        Гарри увернулся от луча какого-то заклинания, тут же посылая в ответ несколько Авад. Послышался безумный хохот, и Гарри понял, что земля пошла трещинами.        Все вокруг трещало, подчиняясь влиянию камня Реальности, распадалось на части, и Гарри сделал единственно верное решение. Питер же сказал что-то о звездах и лордах?         — Квилл, нам нужен твой корабль.

***

        — Если он сломает мой корабль, Поттер, я тебя воскрешу, надругаюсь над твоей могилой и убью!..        Поттер, больше сейчас занятый ловлей летящих в кораблик лучей и сгустков магии, не оборачиваясь бросил:         — Порядок не перепутал?        — Нет!        Гарри уже в который раз пожалел о том, что решил увести титана с Земли.       Началось все с того, что пока он вяло отстреливался магией от хохочущего Таноса, все Мстители попали на корабль Питера. А потом они вышли в космос.       Таноса не очень смущало то, что противник находится в неудобном месте. Он, мгновенно последовавший за ними, сейчас азартно стрелял по кораблю какими-то то лучами и не всегда из пушек, а стоящий рядом с Поттером смачно матерящийся енот (?!) с не меньшим азартом стрелял по транспорту монстра в ответ.        Гарри начинало казаться, что он сейчас в дурдоме. Нет, серьезно? Говорящий енот?        Локи, стоящий позади, выставил щит, ловя в него один из залпов, летящий в голову Гарри. Тот лишь бросил на него короткий благодарный взгляд, ибо других таких же залпов сейчас было слишком дохрена даже для него… нет, не так. Слишком дохрена для такого маленького пространства, ибо работать они могли лишь глядя в крохотные окошечки в углу. Это было не просто неудобно. Это было пиздец как неудобно.        Тут же в корабль все же влетел один из лучей, и всех в нем сильно тряхнуло. Вещи с полочек посыпались, как карточный домик, и пошатнулся в этот раз даже Тор.         — Все! С меня хватит! — психанул наконец Питер, не выдержав уничтожения его любимого транспорта, и решительно дернул на себя два рычажка, которыми управлял своим «Милано».        В это же мгновение произошло две вещи: корабль резко начал снижаться, спускаясь в сторону какого-то астероида, и Танос наконец попал сгустком энергии в одно из крыльев.        Под истошный мат говорящего енота, громкие нецензурные ругательства Квилла, сдавленное шипение Тора, крики Мстителей, до сих пор не возникающих и молча пялящихся на пролетающие мимо звезды и дергающийся глаз Локи они на мгновение зависли в пространстве, а затем резко сорвались вниз.         — ТВОЮ МАТЬ!!!

***

       В ушах нещадно звенело. Первым, что увидел Гарри, открыв глаза, было лицо Питера Квилла. Окровавленное лицо бессознательного Питера Квилла, чье тело было разрублено пополам обломком корабля.        Рядом с парнем сидел и молча смотрел на него говорящий енот. Кажется, его звали Пушка… Бомба… а, точно, Ракета.  — Не паникуй… рано еще ему помирать, — хрипло пробормотал Гарри, отстраненно замечая, что на его собственном виске уже начала запекаться кровь.        Енот перевел на него полный злости взгляд.         — Рано?! О да, если бы ты, гребаный мальчишка, не появился, он бы был жив еще долго! Не паниковать?! Если ты не заметил, он разрублен на две не очень красивенькие половинки! Он тебе не Герродольский червь, он не разделится на двух маленьких Питеров!..        Гарри, игнорируя кричащего енота, выпустил немного магии, сканируя местность. Уже меньше, чем через десять секунд, он узнал о том, что на расстоянии в ближайшие пару километров все чисто. Ни одной живой души, только голый камень и звездное небо.        Тихо выдохнув, он отодвинул подавившегося от его наглости гневной тирадой енота, и обломок, игнорируя силу притяжения, мягко взлетел вверх, отлетая в сторону.        Енот… Ракета отвернулся. Будь он человеком, он бы точно побледнел.       Гарри же, привычный к виду трупов и крови (Повелитель Смерти обязательно должен быть некромантом, а стать некромантом без расчленёнки довольно… невозможно), лишь привычными движениями провел пальцами по воздуху.        За пальцами осталась тонкая белая полоса, расширившаяся при приближении руки чародея, и тот под ошарашенным взглядом енота-мутанта сунул руку в пространство.        Со стороны это наверное выглядело как минимум странно. Волшебник провел пальцами по воздуху непонятно зачем, а затем протянул руку в сторону. Рука, соответственно, просто исчезла в воздухе, причем спереди казалось, будто она просто исчезла полностью, вовсе не показывая кровь и кости. Будто… будто он сунул руку в сумочку. Невидимую немного, но кого это волнует?        Из пространственного кармана он вытащил Старшую Палочку и, взмахнув ею, ощутил давным-давно забытое чувство радости и тепла в пальцах.       Две половины тела мгновенно срослись, повинуясь воле мага, и даже кровь, легко очистившись от грязи, вернулась обратно в тело.        — Dominus Peverell riteway Anima super Ore. Dominus Mortis iussit Hel dimittere Anima eius Regnum. Erit Dominus Mortem… — тихо шептал он, прекрасно понимая, что сейчас раскрывает свою истинную сущность как минимум этому еноту. О том, что где-то неподалеку валяются Мстители и Боги вместе с какой-то зеленой девушкой (Карома? Нет… точно, Гамора), возможно, не менее мертвые, чем Квилл, искалеченные или прямо сейчас с ужасом смотрящие на его работу он старался не думать. Некроманты в действии воистину страшные существа.        К его счастью все, кроме них троих, или осматривали окрестности (Локи и Клинт) или лежали без сознания (все остальные), так что его сейчас видел лишь Ракета.        А посмотреть было на что.        Неизвестно откуда взявшейся ледяной ветер грубо трепал угольно-черные волосы с белой прядью на виске. Запах крови, смерти, кладбища и страха бил в ноздри, могильный холод и туман медленно начали захватывать ноги.        Обычно темные, реже светлые изумрудные глаза сейчас сияли изнутри, будто два светодиода. Яркий потусторонний свет и пламя самой Грани отражалось в этом сиянии. Все вокруг потемнело, и лишь эти глаза ярко сияли, будто светясь в темноте.        Губы сами по себе шептали полузабытые слова, строки, целые предложения на мертвой латыни, превращаясь из слов в шелест кровавого ветра, из строк в треск горящего тела, из предложений в шипение змеи. Тонкие пальцы, обхватив палочку, отточенными скупыми движениями выводили неизвестные символы в воздухе, периодически ярко вспыхивающие серебристо-белым.        Ракета никогда не видел подобного. И он совершенно точно был уверен, что не хотел бы больше никогда ощущать этой мощи, этого холода, этого давления, этого кладбищенского запаха. Не хотел бы больше видеть этот гребаный туман и услышать этот шепот-шелест. Не хотел когда-либо ощущать этого холодка по подшерстку, этот дикий прорыв энергии, что по какому-то ужасному недоразумению была заточена в этом хрупком и слабом с виду тельце. Никогда.        Однако что бы этот… этот монстр ни делал, это работало. Стоило его змеиному шелесту стихнуть, как Питер Квилл резко и рвано вдохнул, распахивая глаза.        Гарри молча убрал в подпространственный карман палочку, смотря в упор на замершего перед ним в нерешительности енота.        — Скажешь об этом хоть слово — и разрублен напополам будешь уже ты, — тепло улыбнулся маг, ласково потрепав тяжело сглотнувшего енота по макушке.        Кажется, Ракета только что приобрел первые седые волоски и понял, что его очко сжалось от страха до микроскопических размеров. Настолько, что он больше не был уверен, что сможет теперь пользоваться им по назначению.        Гарри же молча бросил в растерянного Квилла Конфундус, и тот глуповато улыбнулся, смотря пустым взглядом на Поттера.         — Ты потерял сознание, очнулся и увидел разговаривающих о Таносе нас с Ракетой, — взгляд парня прояснился, и он резко посерьезнел.         — Ну и где этот ублюдок?        Словно в ответ на его вопрос Гарри ощутил, как неподалеку мягко приземляется знакомый корабль титана.        Пара взмахов рукой — и все его спутники очнулись, оглядывая расфокусированными взглядами пространство вокруг. Впрочем, увидев знакомую фигуру, они быстро пришли в себя, вставая и хватая оружие.         — Отойди, Гарри, — бросила коротко Наташа, поудобнее перехватывая пистолет и оглядываясь. — Это слишком опасно, ты еще ребенок.        Брови чародея мгновенно взлетели вверх, и он окинул удивленным взглядом Мстителей.        К его изумлению все они, даже Тор и Локи, молчаливо поддержали Романофф, и Гарри опасно прищурился.         — Поверь, малышка, ребенок здесь для меня лишь ты, — Гарри ухмыльнулся, когда Танос, увидев их, торжествующе оскалился. — Не лезьте и, может, останетесь живы.        Стив нахмурился, но промолчал. Тор же был куда более прямолинеен, чем мидгардцы, а потому угрожающе сдвинул брови к переносице.         — Чародей, это не твой бой. Ты сделал самое важное, увёл его от гражданских. Теперь предоставь этого противника нам. Вместо ответа Поттер лишь заключил их в сферу, чем-то напоминающую ту, в которую когда-то угодил Халк.         — Не лезь туда, мидгардский маг, — одними губами произнес Локи. Гарри также одними губами прошептал «Нет». Лицо Бога приняло совершенно нечитамое выражение. — Гарри…        Однако Гарри уже отвернулся к терпеливо ожидающему его Титану, а потому просто не услышал этой немой… просьбы?         — От великого Гарри Поттера я ожидал куда большего!.. — разочарованно покачал головой Танос, оглядывая порванную и запылившуюся одежду, струйку крови на виске и больные глаза с полопавшимися капиллярами. — Ведь Он так тебя нахваливал…        Гарри отлетел в сторону метров на десять от неожиданного удара титана, двигающегося с невероятной скоростью.        Послышался вскрик Наташи, сдавленный мат Тони и шипение Тора, безуспешно пытавшегося пробить щит, когда позвоночник мага хрустнул, пробив тело дикой болью.        Однако вопреки всем ожиданиям чародей лишь хрипло расхохотался, медленно поднимаясь с земли. Руки повисли безвольным плетями вдоль тела, ноги едва держали, но…        Но он жил. Он чувствовал струящийся по венам азарт и адреналин, он ощущал жар от сломанных костей, он ощущал привкус крови на языке.

Он жил.

              И это было прекрасно, и это было великолепно, это было волшебное, чем все, что он творил в жизни.        — Давай! Ну же! Развлеки меня, мальчишка! — безумно хохоча прокричал Гарри, в одно мгновение оказываясь рядом с Титаном.        Тот, не ожидая такой подставы, отшатнулся назад, смотря с зарождающимся страхом в горящие безумным азартом глаза.       Все должно было быть не так.        Это мальчишка был должен ощущать страх, а не он. Это он был должен развлекаться. Это он был должен хохотать.       Все должно было быть совсем не так.        Титан с трудом уклонился от изумрудного луча Авады и даже успел увернуться от чернильно-синего крохотного шарика, прежде чем наконец вспомнить о том, что вообще-то именно он сейчас владеет Камнями Бесконечности.         — Да! Давай же! Давай! Жажди меня прикончить, давай, смотри так, будто я должен сдохнуть! Давай же! — весело расхохотался маг, отпрыгивая назад от взмаха Перчаткой и уклоняясь от луча золотого заклинания. — Так неинтересно, — надулся он совершенно по-детски, ловя в руку один из сгустков, отчего Танос тупо моргнул. То есть этот ублюдок с ним лишь играет?! — Повесели меня, эй! Жить вечно — это ведь та-а-ак скучно!..        Танос взмахнул рукой в перчатке, и хохочущего чародея вбило в землю по шею. Однако мелкий поганец ловко переместился за спину Титана, игриво бросая в него легкое жалящее, и Танос взревел от ярости.        В чародея полетели одновременно десятки, сотни заклинаний, вокруг него исчез воздух, а в его ментальные щиты бешено бились атаки одна за другой, а он… смеялся, легко уворачиваясь от всего посланного в него Таносом, будто это была надоедливая мошкара.        На деле же это было невероятно сложно, но… Дьяволы, как же это было весело!         — Мне надоело играть, Таносёночек, давай серьезнее!.. — надул губы маг, легонько толкая титана к земле и прижимая его за шею к камню. Легонько, почти игриво, но и этого хватило.        Танос тихо, полузадушенно зарычал, и все Камни ярко засияли. Только сейчас стало заметно, что несмотря на отсутствие Камня Пространства все выемки в Перчатке были заняты.         — Ты… проиграл, — торжествующе оскалился Титан, и это были его последние слова.        Тело Таноса медленно начало распадаться на миллиарды золотистых искр, и вскоре от него осталась лишь перчатка Бесконечности, зависшая в воздухе на мгновение.        Раздался громкий треск, и Гарри ошалело уставился на соткавшуюся в воздухе фигуру. Все безумное веселье и азарт как рукой сняло, и на кончиках пальцев сами собой появились легкие огненные всполохи. Синие огненные всполохи.       Перед Гарри Джеймсом Поттером стоял тот, кого он не хотел бы видеть никогда.