Жаль, что ты всего лишь смертный

Кипящее в крови неудовлетворение и раздражение заставили мага сначала спуститься в подсознание, к Бéллуму и Тенебрису, даже не догадывающихся, что они сидят рядом. Бéллум насмешливо улыбнулся, заметив Гарри. В отличие от Пустоты Война содержался вполне неплохо, всего лишь не имел возможности покинуть разум чародея, и это сейчас было магу на руку.  — Соскучился, милый? — протянул мужчина, не вставая с пола, на котором и сидел, и волшебник ухмыльнулся, подходя к нему.  — Очень. Не прошло и часа, но все мои мысли были заняты лишь тобой… — Бéллум тихо рассмеялся, закрыв глаза, и маг усмехнулся в ответ. — Ты же понимаешь, что тебя сейчас вообще существовать не должно? Война криво ухмыльнулся, смотря на чародея с оттенком какого-то мазохистского интереса, словно думая, что его сейчас будут пытать. Странно, но злости или ненависти в его взгляде не было от слова совсем, и маг безбоязненно уселся на его колени, положив кисти рук на чужие плечи.  — Я и так понял, что обречен вечность сидеть в твоих мозгах, солнце. Не стоит мне об этом напоминать. Гарри приподнял бровь, будто не понимая о чем идет речь, и на губах его играла обманчивая, снисходительно-теплая улыбка.  — Кто сказал, что я буду счастлив носить тебя в голове вечность? — маг улыбнулся шире, увидев искру понимания в глазах напротив, почти ласково прищурившись.  — И что ты со мной сделаешь? — с интересом склонил голову вбок Бéллум, и чародей поерзал на его коленях, будто о чем то задумавшись.  — М… Я тебя переработаю. — брови Войны взлетели вверх, а сам он не удержался от смешка. Маг надулся. — А что не так? Я менталист, забыл? Покопаюсь в твоих мозгах, добавлю пару закладок и будешь ты пахать на благо великого меня. Мужчина рассмеялся, с восхищением глядя на мальчика с легкой улыбкой.  — Почту за честь трудиться для тебя, мой король, хоть вечность. Гарри удовлетворенно улыбнулся, придвинувшись ближе к лицу Войны, почти тепло сощурившись.  — Я знаю. И я верю тебе, но… сам знаешь, мы не настолько близки. Бéллум насмешливо сощурился, легко улыбаясь, кивая.  — О доверии и речи не шло. Ставь свои закладки…

***

—…ри! Поттер, блять, отзовись!!! — Гарри медленно открыл глаза, нащупывая надрывающийся наушник рядом. Интересно, сколько он в отключке с Войной болтал? Когда человек уходит в подсознание, тело, соответственно, сознание теряет.  — Я тут, Тони. — хрипло пробормотал маг, потирая переносицу, в наушнике послышался взрыв и маты Старка. — Что-то не так? Вы же вроде на что-то простое собирались, нет?  — Собирались на простое, но тут какие-то уродцы со склерами вокруг глаз бегают, Стрэндж как назло куда то съебался, а они — гребаные волшебники, не в обиду тебе! Маг тяжело вздохнул. На фоне голоса Старка послышался еще один взрыв, стук падающих камней, крики.  — Ладно, где вы? — мужчина сдавленно выругался, послышались возня, звук падающего тела и скрежет металла, на фоне которых послышался адрес, указанный, очевидно, каким-то ИИ. — Уже иду.  — А почему ты не телепортируешься, как всегда?  — Маячок с тебя снял, а поставить обратно забыл. — хмыкнул Поттер, проводя пальцем по воздуху и не глядя вытаскивая из появившейся в пространстве белоснежной полосы родную Молнию-9.8, которой не касался уже… а сколько? Кажется, лет с трехсот… Раздался еще один взрыв, и сигнал пропал. Чародей выругался сквозь зубы, перехватывая поудобнее метлу. Оглядел голубое безоблачной небо над Башней Старка. Сделал шаг, еще, еще — к самому краю, к самой кромке крыши, оглядывая расположившийся далеко внизу город. Улыбнулся. И прыгнул. Метла знакомо холодила ладонь, ветер стремился сорвать с него кожу, больно били по шее волосы. Земля приближалась стремительно, ледяной ветер вызывал мурашки, сердце на мгновение замерло, запаниковавшие внизу люди разом остановились. И маг резко взлетел, не долетев до земли всего пары сантиметров. Люди вокруг кричали, расступались, глазели. И маг резко дернул древко метлы на себя, мгновенно взлетая точно вверх, словно по прямой. Как давно он не летал! Чародей даже не замечал, что его губы давным давно растянуты в улыбке, что его глаза блестят ярче, чем обычно, что в них светится тот старый, давно забытый детский восторг, что неизменно пробуждался в нем во время полета. Без метлы полет не тот. Без нее нет той уверенности. Без нее кровь в венах не кипит. Чародей ухмыльнулся, сощурившись от ветра, и направил древко метлы в ту сторону, где раздавались один за другим взрывы. Тони будет ему должен. Опять.