Однажды в Плезантвью. Часть 1

Прошло две недели после событий произошедших в полицейском участке. Даррен зашёл в банк по своим делам. Когда он выходил из помещения, то увидел приближающегося к нему навстречу Мортимера. — Добрый день, мистер Гот. — А, Даррен, здравствуй, сынок. Как твои дела? — У меня все в порядке. А как вы? Есть ли новости из полицейского участка? — Ах, я должен тебе много чего рассказать. У тебя будет сейчас время? — Да, конечно. Мужчины присели на скамейку. Мортимер начал: — Наконец-то поймали человека, который незаконно занимался продажами запрещенных веществ. На него было заведено уголовное дело. — Это очень хорошо, что его поймали. А что насчёт Нины? — Она сейчас находится в психиатрической клинике. — Вот как? — изумился Даррен. — Помнишь, я говорил тебе, что Нина была беременна от Дона и сделала аборт? Так вот, после этого она теперь не может иметь детей. На этой почве она потеряла рассудок, ее признали невменяемой и отправили на принудительное лечение. Знаешь, я не удивлен этому нисколько. Есть одно мудрое высказывание: «Если Бог желает наказать человека, то отнимает у него разум». Сейчас Нина по полной расплачивается за все, что натворила. А что касается Дона и Дины, то их тоже рано или поздно настигнет час расплаты, я в этом не сомневаюсь. — А про них вам ничего не известно? — Говорят, что они уехали из города, а куда именно, никто не знает. Ну, и пусть катятся на все четыре стороны, лишь бы нас более не трогали. — Мистер Гот, я спрашивал про вас, вы так и не ответили. — Что касается меня, то в последнее время у меня часто стало прихватывать сердце. — Видимо последние события сильно отразились на вашем здоровье, да и вы уже не молоды, все одно к одному сводится. Мистер Гот, не стоит себя изводить понапрасну. Ведь все плохое уже позади, к тому же, как вы и сказали, каждый получит по своим заслугам. — Ты думаешь, я за себе переживаю? Меня беспокоит моя дочь. Кассандра... Ах, моя милая дочка... Как она страдает сейчас. Она совсем впала отчаяние, замкнулась, редко выходит из своей комнаты, никого к себе не подпускает. — Она пережила огромное потрясение, ей нужно время, чтобы прийти в себя. — Я не знаю, что мне делать. Поэтому, Даррен, я умоляю тебя, помоги мне. При этих словах Мортимер сжал Даррену руку и умоляюще смотрел ему в глаза. — Я? — удивлённо спросил Дример. — Но чем же я могу помочь? — Вы с Кассандрой довольно долго дружите и тебе не составит труда найти к ней подход. Прошу, поговори с ней, к тебе она точно прислушается. — Ах, если бы Кассандра действительно ко мне прислушивалась, то всей этой истории не было бы. — горько усмехнулся Даррен. — Не думаю, что она захочет меня видеть. — Я прекрасно понимаю твои чувства, тебе больно, обидно. Но, прошу тебя, не вини мою дочь. Просто она очень доверчива, вот и попался ей этот негодяй. Это Дон заморочил голову Кассандре. — Я виню лишь только себя. — сухо произнес Дример. — Я дурак, я изначально не должен был ни на что рассчитывать. — А может, ещё не поздно? Кассандра увидит твое к ней отношение и поймет, что не с тем человеком решила связать свою жизнь. — Прошу, не начинайте. — нервно бросил Даррен. — Ну, хорошо, как скажешь. Но все же, исполни мою просьбу. Пожалуйста, ради меня. — Не думаю, что она захочет слушать меня. — Моя дочь чахнет у меня на глазах. Ты моя единственная надежда. Прошу, помоги! — Раз вы так настаиваете, то ладно, я поговорю с Кассандрой. — Ох, Даррен, спасибо тебе! — улыбнулся Мортимер. — Когда мне прийти? — Ты завтра свободен? Можешь приходить в любое время дня. — Договорились, завтра я буду у вас. На следующий день Даррен, как и обещал, явился в особняк Готов. Он подошёл к двери, ведущей в комнату к Кассандры и замер на несколько секунд. Собравшись с мыслями, он повернул дверную ручку и вошёл в спальню. Кассандра сидела к нему спиной за письменным столиком и что-то усердно строчила у себя в тетради. — Отец, я же просила оставить меня одну. — раздраженно произнесла она. — Здравствуй, Кассандра. Услышав знакомый голос, Кассандра соскочила со стула и, повернувшись, удивлено взглянула на Дримера. — Даррен? Не ожидала тебя увидеть здесь. — Надеюсь, ты меня не прогонишь? — слабо улыбнулся он. — Что же, раз пришел, то присаживайся. — Кассандра указала рукой на кровать, оба присели. — Помнится, ты сказал, что не желаешь более видеть меня. — продолжала она, вперив мертвенный взгляд в стену. — А сейчас ты являешься ко мне, как ни в чем не бывало. — Чего только не скажешь в сердцах. — пожал плечами Даррен. — Я хочу с тобой поговорить. — Если ты пришел отчитывать или упрекать меня, то оставь. — отрезала Кассандра, все еще не глядя на Даррена. — Я знаю, что я полная идиотка, раз доверилась этому мерзавцу. — Я не собираюсь тебя отчитывать или упрекать, я пришел тебя поддержать. Понимаю, это очень тяжело переживать предательство от человека, которому так безоговорочно доверял. Наконец Кассандра подняла на Даррена бледное изможденное лицо и отчаянно произнесла: — Ах, Даррен, я ведь любила Дона. Любила! А он что сделал? Попользовался мной и бросил как ненужную вещь. А ведь раньше он так красиво за мной ухаживал, много говорил мне о любви. Оказывается, все это время он притворялся. Ты, отец и другие предупреждали меня о нем, а я никого не желала слушать. Какая же я дура! Она закрыла лицо ладонями, но более плакать не могла, лишь тяжелое чувство сдавливало ей грудь при воспоминании о Доне. — Не вини себя ни в чем. Ты всего лишь хотела увидеть в нем лучшее, но не сразу смогла разглядеть его гнилую натуру. Как я слышал, Лотарио уехал из города. Не беспокойся, он больше не потревожит тебя. — Даррен, я не знаю, как мне быть дальше. Как мне пережить эту боль? Все мои мечты о счастливой семье разлетелись в прах. Кому я теперь буду нужна? Я никому больше не смогу доверять. — Кассандра, я прекрасно понимаю тебя. — глубоко вздохнул Даррен. — Я и сам всегда мечтал о счастливой семье. Она была у меня, пока смерть не забрала мою супругу. Я тоже, как и ты не понимал, как мне быть. Да и жить мне тогда совсем не хотелось, во мне все умерло. Но у меня оставался сын, лишь ради него я держался. Дример поднялся с места и продолжил свою горячую речь, разводя руками: — Кассандра, ты не одна на этом свете, у тебя есть отец и младший брат, ради них ты должна быть стойкой. Сейчас ты думаешь только о себе, но, прошу тебя, подумай и о своих близких. Зачем ты закрылась и не подпускаешь к себе никого? Твой отец не находит себе места, видя, в каком ты сейчас состоянии. Скажи, разве этот негодяй Лотарио стоит того, чтобы ты так из-за него убивалась? Кассандра, сейчас тебе нелегко, но, поверь мне, жизнь на этом не заканчивается. У тебя обязательно все наладится, у тебя все обязательно будет хорошо. Затаив дыхание, Кассандра внимала каждому слову исходящему из уст Даррена. Эти слова достигли самых глубин ее сердца и, словно искры, зажгли огонь надежды. Воспрянув духом, Кассандра поднялась с места и подошла вплотную к Дримеру. Даррен заметил перемену в лице собеседницы: ее глаза искрились, а щеки пылали; от уныния осталось ни следа. — Ты прав, тысячу раз прав! — воскликнула Кассандра. — Боже мой, какая я эгоистка! Мое несчастье совсем ничто по сравнению с тем, что ты пережил ранее, ведь мои близкие живы и здоровы. Ты верно все говоришь, ради них я и буду держаться. Даррен, как хорошо, что ты пришел, спасибо тебе. — Если это хоть немного помогло тебе, то я рад. — улыбнулся Дример. — Я зашёл ненадолго, мне нужно идти. Даррен собрался уже уходить и повернулся спиной к двери, Кассандра судорожно сжала его руку, от этого прикосновения кровь прихлынула к лицу мужчины, а его сердце учащенно забилось. Он повернулся к Кассандре, которая так странно и задумчиво вглядывалась ему в лицо. — Прости меня, Даррен, я чуть было не лишилась рассудка из-за своего горя. Я ведь совсем забыла поблагодарить тебя. — О чем же ты хотела меня благодарить? — Ну, как о чем? В тот день, на дне рождении моего отца ты спас мою жизнь. Даррен, я не знаю какие слова нужно подобрать, чтобы выразить тебе всю мою признательность. Я теперь перед тобой в неоплатном долгу, я обязана тебе своей жизнью. С этими словами Кассандра положила ему голову на плечо и нежно его обняла. Даррен всеми силами старался скрыть дрожь, которая пробирала все его тело. — Не нужно произносить столь громкие слова, Кассандра. Друзья должны друг друга выручать. — произнося эти слова, Даррен сделал над собой усилие и аккуратно высвободился из объятий Кассандры, для которой этот жест показался весьма странным и она почти с испугом взглянула на него. — Даррен, позволь задать тебе только один вопрос, и я не стану более удерживать тебя. — Спрашивай. — Мы ведь с тобой по прежнему друзья? — Разумеется. Почему бы нам не оставаться друзьями? — Спасибо тебе, Даррен, спасибо за все. — Кассандра одарила Дримера ласковой улыбкой и трепетно пожала ему руку. — Если хочешь, я провожу тебя. — Не стоит, сейчас тебе нужно больше отдыхать. Прощай, Кассандра. — Прощай? — произнесла она с беспокойством в голосе. — Ты так говоришь, будто покидаешь меня навеки. — Кто знает, может мы еще и свидимся. В любом случае, всего тебе доброго. Даррен поспешно выскользнул из комнаты, оставив наедине с собой Кассандру, которая так и не смогла до конца понять смысл его странных слов.