Из Тьмы

Двигаясь по одному из путей, проложенных через столичные подземелья, я с любопытством рассматривала округу, активно используя духовное восприятие. На первый взгляд, конечно, мало что изменилось: подземные тоннели ведь не наша собственность, а вносить масштабные изменения в их архитектуру — привлекать внимание. Кто знает, как далеко могут добраться слухи и кого в итоге заинтересовать? Да и помимо случайных гостей под землёй появляется немало народа, привлечённого сюда по долгу службы: ради надзора и ремонта. Да, древние строили на века, но даже почти вечное иногда ломается. Там усадка, тут вода размыла почву; в результате к нагрузке на сжатие, которую камень держит отменно, добавилась нагрузка на изгиб — и вот вам первые трещины, рассекающие монолит, сулящие при невмешательстве и попустительстве отложенную катастрофу. А кому надо, чтобы в Столице под землю начали проваливаться целые особняки? Вот именно: никому! Вплоть до владельцев тех самых особняков включительно. Да, в последнее время — века полтора как — общая деградация властных структур заразила некоторым небрежением и Тёмный Надзор. Небрежение, недофинансирование, попустительство, воровство... но род Регенширм, словно оправдывая своё имя, отказывался снижать стандарты. Не хватает средств на частые регулярные обходы? Что ж, обходы станут реже, а потом ещё реже — но обходчики будут всё так же внимательны, дотошны и экипированы всеми положенными измерительными инструментами! С одной стороны, это создавало неудобства для, хех, нелицензированных пользователей подземелий. С другой стороны, истинно немецкий орднунг помогал нам избегать огласки. (Регенширм, кстати, не то что не секретили — чуть ли не рекламировали планы своих обходов; этакое молчаливое соглашение: мол, мы заботимся, чтобы своды тоннелей не рухнули вам на головы — а вы не доставляйте нам проблем, не посягайте на целостность подземной сети, не ковыряйте укреплённые стены и не копайте новых ходов как попало, и тогда всё будет хорошо). Коль скоро служащие Тёмного Надзора ходят по заранее известным маршрутам в заранее известные сроки, убирать с их пути всё слишком подозрительное не особо сложно. Например, скрывающихся в контрольных точках «подземно-канализационных монстров». Которые за последнее время явно изменились. Раньше среди охранных химер Пауля — которых он расселил вокруг, чтобы отпугивать незваных гостей и жрать чрезмерно настойчивых, коих не отпугнули первые — подавляющим большинством являлись слабенькие монстрики, которых даже решительно настроенный вооружённый нормал способен прикончить. Ну, если один на один, что вряд ли случилось бы, ибо монстрики чаще действовали по алгоритмам стайных хищников. Слабую и оттого вынужденно многочисленную массовку разбавляли редкие твари уровня Ученика и совсем уж единичные условно элитные химеры ранга Адепта. Многочисленные химеры требовали регулярного питания, отчего мало кому из них хватало крыс, насекомых и обычных мелких монстров. Так что моему западнику приходилось изворачиваться, подчас создавая целые экосистемы, высаживая быстрорастущий мох и грибы, которые выступали источником пищи для мелкой живности, что в свою очередь или сразу становилась пропитанием химер, или более крупных существ, на которых химеры охотились. Сложное и муторное дело, требующее постоянного внимания со стороны помощников Пауля или даже его самого. Теперь же «якобы подземных монстров» стало заметно меньше, но их совокупная угроза заметно возросла. Химеры ранга Неофита в большинстве остались только во внешней зоне — для отпугивания местных бандитов, бродяг и диггеров. (Любители лазать по подземельям и искать там приключения на свои пятые точки имелись в Империи тоже, хоть и в меньших количествах, чем в моём прошлом мире: всё же, пусть у нас тут более чем хватает влекущих диггеров подземных ходов, заброшенных выработок и забытых бункеров, но в этом мире хобби подземного исследователя-любителя куда как опаснее). Те же участки, где посторонних быть не должно, охранялись уже куда более солидными силами. Пусть химер уровня Воина я и не засекла, но в тенях, норах и нишах таились, ожидая сигнала от других химер (или находились в экономящем ресурсы анабиозе), многочисленные твари D, D+ и C-класса, которые, навалившись все вместе, имели хорошие шансы этого одиночного Воина растерзать. Да и не одиночного, если так прикинуть… Прорываться к цели в ограниченном пространстве, когда мелкая и крупная пакость норовит напасть сверху, снизу и из-за любого угла, а зачищая её, можно ненароком вызвать детонацию одного из заложенных зарядов… Или его подорвут удалённо, услышав шум на точке… да уж, подземные штурмы — совершенно отдельный сорт извращённого удовольствия. Без подготовки и острой нужды таким лучше не заниматься. В сознании замелькали образы штурма со стороны нападающих. Настолько «привлекательные», что аж заставили мысленно поморщиться, угу. Нет, своих ребят я бы в такую задницу посылать не стала. Прорваться, конечно, можно — но скорее всего не без потерь. И без пользы. Ибо пока к базе Пауля пробьются, он успеет забрать самое важное, уничтожить то, что забрать нельзя, и уйти, не прощаясь. Разве что у сработавшейся группы Мастеров есть шансы проскочить достаточно быстро. И то лишь при знании точного маршрута и условии, что их не сумеют засечь на подходе и обрушить тоннели в направлении угрозы. Хорошо мы укрепились! Но надеюсь, что напрасно. Когда я добралась до подземной лаборатории (коя, пока меня не было, успела ещё немного расшириться, постепенно вгрызаясь в окружающую породу), там уже встречали прибывшее начальство. — Привет, Пауль, — махнула я алхимику, который вышел мне навстречу в сопровождении одной из своих человеческих химер. К слову, при виде начальства миньона терзали довольно противоречивые эмоции. Он явно был рад, что я появилась для нормальной беседы, но в то же время испытывал обиду за то, что это произошло столь нескоро. — И вам здравствовать, госпожа Куроме, — напоказ глубоко поклонился тот; таки решил повредничать, выказывая обиду. — Я очень рад, что вы смогли найти время, чтобы снизойти до своего незначительного слуги более чем на минутку. М-да, всё же западник слишком горел желанием похвастаться достигнутыми успехами, а я в прошлый раз заглянула буквально на несколько минут, скинув грузы, передав мыслеобраз с приказами и даже не став дожидаться, когда миньон сформирует инфопакет с общим отчётом: лишь убедилась, что ничего не горит и, пообещав заскочить позже, снова убежала. Вот и задела гордость подчинённого, коему показалось, будто им пренебрегли. — Не начинай, — вскинула я руки, будто бы защищаясь от завуалированных претензий излишне чувствительного алхимика, который уже привык со мной работать, перестал бояться и начал позволять себе закидоны (мелкие и простительные). — Знаешь же, что, будь моя воля, я бы тут у вас поселилась. Но кто ж мне даст? — вздох. — Порой кажется, что из всех имеющих силу и власть я одна озабочена судьбой страны, а не тем, как бы урвать кусок пожирнее на её развалинах, — новый вздох. — Ладно, демоны с ними! — взмах рукой. — Тем более что пока всё идёт неплохо. Зато я сегодня, перед визитом к тебе, заскочила к Стайлишу. Есть высокие шансы набиться к нему в ученицы и добыть множество тайной и ценной информации по передовым разработкам. В эмоциях западника проснулся интерес. Но, заранее настроившись на скандальчик, сразу отбросить образ обиженки он всё же не смог: — Да, конечно! Стайлиш! Эта звезда имперской алхимии! — негромко, но экспрессивно пробурчал себе под нос западник. — Куда уж до него обычному недоучке из уничтоженной Школы? — Ну-ну, не прибедняйся. «Недоучку» ты давно перерос, — иронично хмыкаю. — Но дальше успокаивать и поглаживать твоё чувство собственной важности не стану: я твоя начальница, а не мама. Так что заканчиваем лирическое отступление и начинаем обсуждать дела. Я же вижу, что тебя распирает от желания похвастаться, о, новоиспечённый господин Мастер-алхимик. Тем более, судя по тому, что удалось заметить по пути, это желание отнюдь не безосновательно. Так что давай, начинай! — подбадриваю его с улыбкой. — Вне всякого сомнения, госпожа, — подавив мимолётное смущение, алхимик тоже улыбнулся и гордо надулся. — И увиденное вами — лишь малая часть! Всё-таки процесс сонастройки базового организма с внесёнными изменениями слишком сложен, долог и дорог, чтобы полноценно проводить через него расходных тварей. Поэтому мы с Даном, которого я привлёк как знатока ваших имперских технологий, создали большой зал, где усреднённую обработку по заложенным шаблонам проходят сразу целые поколения особей. Часть залов с чанами и биореакторами мы с ним тоже перестроили, отчего показатели ещё немного выросли. Но это всё ширпотреб, далёкий от тех вершин, которых можно достигнуть, используя индивидуальные структуры! — пренебрежительно махнул рукой алхимик, который внезапно понял, что слишком хвалит «конкурента». — А ведь я создал и истинные шедевры! Вот, например, обратите внимание на мою прекрасную спутницу, — Пауль указал на мускулистую «гренадёршу», стоящую рядом с ним. Учитывая, что химера, одетая в тёмное платье с глубокими вырезами в подоле юбки, выглядела, как брюнетка с кошачьими ушами и чёрным пушистым хвостом — миньон явно использовал для создания очередной «коровки» изменённую. Должна заметить, последние его творения отличались куда большей гармоничностью, нежели те уродливые «бодибилдерши-синтольщицы», которых он клепал в самом начале сольной карьеры. Ту же Зи или эту вот чёрную котейку даже можно назвать красивыми особами — просто на любителя. И дело не только в экстерьере. Новая девица, к примеру, ощущается заметно посильнее Зефирки. Пожалуй, на уровне не самого слабого Воина. Ну или, учитывая отсутствие навыков боя и умения использовать техники — Адепт+ с отличной перспективой на скорое повышение ранга. Развить энергосистему, как правило, сложнее, чем обучиться хорошо драться; большинство воителей застревают в развитии именно из-за слабости духа и тела, а вот при хороших природных данных успехи на стезе бойца не заставляют себя ждать. Да, удивил Пауль. Приятно удивил. Сначала более опасные охранники подземелий, а теперь и настолько могущественная человеческая химера. Мой главный алхимик явно не терял времени даром! Будет очень интересно изучить его достижения подробнее. А ещё, в отличие от наивной беловолосой подружки Прапора, брюнетка с кошачьими ушками явно имела полноценную сформированную личность. Это даже по эмоциям чувствовалось: слишком сложные и многогранные они для той, кто только начала свою новую жизнь. Да и дальнейшее общение, к моему неудовольствию, подтвердило данные выводы. — Меня зовут Блейк, — чуть дёрнув хвостом и поклонившись, произнесла нека, не переставая сверлить меня любопытным взглядом отнюдь не кошачьих глаз с голубой радужкой без видимой склеры и с узким вертикальным зрачком, навевающим мысли скорее о рептилиях. — Не чаяла я, что её милость тёмная госпожа малой девчонкой будет, — закончила она под какой-то захлёбывающийся звук от не знающего, куда деться, испугавшегося и оконфузившегося Пауля. — Замолчи, глупая кошка! — вскричал он, беспокоясь, к его чести, не только за себя, но и за свою спутницу. — Не смей меня позорить перед госпожой Куроме! Ты и пальца её не стоишь! — и уже ко мне. — Простите своего недостойного слугу! — Пауль поклонился. — Я был недостаточно усерден в обучении этой самой бестолковой из моих химер. Ну да, ну да: в родных-то пенатах Пауля за такое неуважение от всего лишь химеры к кому-то более сильному и высокопоставленному её создателя, не удосужившегося вбить в своё творение нормы поведения, по головке не погладили бы. А химеру и вовсе пустили бы в разбор. Или же — если бы не пожелали впустую тратить перспективный, хех, материал — самое малое, жестоко наказали. Да и я, как Пауль знает, не очень люблю, когда мне указывают на мою маленькость. Смотрю, наш алхимик, как и раньше, в возбуждённом состоянии всё так же склонен забывать, что здесь ему не там. Ну, или социально-неловкий западник перепутал недовольство госпожи тем, что у нас без спроса нарисовалась посторонняя — и непроверенная, блин! — разумная, с негативной реакцией на, хех, «страшное оскорбление». Пожимаю плечами. — Меня трудно уязвить словами, сам же знаешь. Иначе не пытался бы выказывать претензии и демонстрировать обиды. Но после того, как введёшь меня в курс дел и всё покажешь — с тебя чай. С печеньками! — Безусловно, — ещё раз поклонился Пауль. — А ты, Блейк… — перевожу внимание на прижавшую уши и даже как-то испуганно сжавшуюся (перед недовольным Паулем, не мной) неку с нервно подёргивающимся хвостом, — …ты скоро убедишься, что далеко не все вещи и люди являются тем, чем выглядят, — на этих словах немного нажимаю на брюнетку духовным давлением. Блейк хоть и не поняла, что произошло, однако моментально перестала смотреть на «малую» свысока. — Я поняла, простите, — теперь из зажатой позы посмотрели уже на меня (что, учитывая рост и внушительную мускулатуру «безвинно напуганной неки», выглядело даже забавно). — Вижу, ты сохранила память, но в новых обстоятельствах старый опыт порой мешает, — кивнула я, показывая, что не злюсь на неё. И вновь к Паулю, уже с куда более важными вопросами: — Ты уверен, что новая, сохранившая память «коровка» не оторвёт тебе голову за то, что вы с ней тут сделали? Ещё и преступница, наверное, раз сюда попала. Или нет? За что твоя новая подопечная вообще угодила в химеры, а не отправилась в подопечные к Наталу? Судя по эмоциональному фону, новенькая не похожа на неисправимую бандитку, маньячку или ещё кого-то из списка допустимых целей для набора материала. Теперь втянул голову в плечи уже Пауль. Зато его новое творение решило выступить вперёд и защитить… благодетеля? — Это я виноватая! — сбившись на более просторечный (но не косноязычный, как у некоторых жителей глубинки) говор, вступилась за алхимика нека; что характерно, желание ощущалось искренним, а не наигранным. — Я молила господина вылечить тело моё перекошённое… или хоть бы и закончить всё. И службу свою верную сулила во всём, если не помру да память сохраню. — Да, госпожа, — подал голос воспрявший от поддержки алхимик. — Блейк стала жертвой жалкой бездарности, которая проводила над ней эксперименты. Такой материал чуть не загубил, бесполезный слизняк! Если бы его не убили ваши полицейские (или кто там прирезал эту свинью и разнёс тот свинарник, который она считала своей лабораторией?), то я бы сам, лично пустил его на материал для самых тупых и мерзких охранных тварей! — в своём стиле выказал симпатию к неке мой миньон. «Ишь, какой вояка!» — весело хмыкнул внутренний голос. — Гхм, — под моим насмешливым взглядом «грозный вояка» (с повадками ранимого ребёнка, ага) сбавил экспрессию. — И раз Блейк не сопротивлялась и помогала, то это многое упростило. А благодаря вашей схеме синхронизации тела и духа мне удалось вывести её на уровень Воина! И без сопутствующих проблем, прошу заметить! Даже без повторных процедур она будет сохранять функциональность годами. А уж если довести работу до конца, помогая телу и духу полностью принять произошедшие изменения, то, то… То она не будет ничем отличаться от урождённых гибридов! И даже, возможно, сможет дать плодовитое потомство! — увлёкшийся алхимик похлопал внутренне смутившуюся девушку по заднице. — И других химер тоже можно пропустить через синхронизацию! Конечно, результат воздействия на готовые экземпляры хуже, а затраты времени и ресурсов не выдерживают никакой критики. Но всё это поддаётся оптимизации, особенно теперь, когда вы здесь. Я проводил сопоставление регулируемых параметров, и достоверно установил, что… — Пауль продолжил вещать, кажется, даже не думая о том, чтобы остановиться или хотя бы пройти в более подходящее место. Блейк, стоящая рядом с разглагольствующим алхимиком, кстати, вполне спокойно реагировала на все его эскапады, поглядывая на того с благодарностью, капелькой восхищения и какой-то почти даже материнской заботой. Даже его ладонь на своей заднице она восприняла с редкой флегматичностью. Ни отвращения, ни вожделения, ни такого уж сильного смущения я от неё не почувствовала; последнее присутствовало, да, но превалировала именно тихая радость с желанием быть полезной. Немного странно для жертвы изувера, которая должна была заработать психологическую травму в результате череды болезненных процедур. Или вот это вот, что я наблюдаю — как раз и есть последствие сломанной психики? Учитывая, что Пауль проехался ей по мозгам своими методами — не мог не проехаться, потому как это грубейшее нарушение базовой ТБ, которую Пауль, к слову, и так нарушил, создав помнящую старую жизнь разумную химеру — одно могло наложиться на другое. Правда, на тех, у кого есть разум (или, тем более, сохранена личность), методика действует куда слабее, так что тут как минимум наполовину виновата основа разума. Которую ещё нужно изучить: не взбрыкнёт ли, не попытается ли нас вольно или невольно сдать? Хотя какое мне дело до особенностей работы психики сохранившей память особы? Химеризация произошла с полного согласия сторон, девушка относится к Паулю хорошо и не собирается отрывать ему голову и драпать, если подвернётся возможность. Наоборот: смотрит на него с благодарностью, заботой и восхищением. Ноток агрессии и непредсказуемого безумия я от неё тоже не ощущаю. На первый взгляд безопасна — немедленного устранения не требуется. Пожалуй, даже полезна. Потенциально. Сильна и перспективна. Хорошо! Стоит порадоваться, что появился кто-то, способный присмотреть за несколько рассеянным и порой увлекающимся алхимиком. Тем более и сам Пауль неравнодушен к своему творению, несмотря на то, что она куда как умнее, чем те безмозглые бабищи, которые, как я считала, ему нравятся. Надо будет поскорее проверить, на что котейка способна в бою. Сохранившаяся память с личностью — так-то не всегда плюс для бойца. Особенно если та личность — сугубо гражданская девица, чурающаяся насилия и боящаяся боли. Да и вообще стоит основательно поговорить с ней, чтобы убедиться в своих предварительных выводах. Пассивное чтение эмоций, конечно, штука хорошая, но существо с потенциалом Воина нельзя проверять спустя рукава. — Рада, что ты сумел самостоятельно запустить и обкатать новую технологию. Ещё и помог девушке вернуть здоровье с её помощью, — сказала я, направляясь вперёд, тем самым намекая хозяину лаборатории на то, что гостью не следует держать на пороге, а неплохо бы проводить в комнату и угостить чаем с обещанными сладостями. — Но что насчёт других направлений? Например, восстановления энергоканалов? Или улучшенной версии нашего эликсира здоровья? Ты, конечно, во время моего прошлого короткого визита сбросил сжатый ментальный отчёт о том, что всё хорошо, особых проблем нет, направления развиваются. Но там совсем уж выжимка без подробностей. — Прошу прощения, госпожа, — заторопился вперёд алхимик, до которого дошло моё молчаливое послание. — Идёмте-идёмте! Я сейчас всё вам расскажу и покажу! С преогромным удовольствием! Пауль повёл нас с некой вперёд. — В прошлый раз я слишком увлёкся поставленными вами уникальными реагентами, ещё и Блейк проходила процедуры, где требовалось строго выдерживать тайминги, — периодически оглядываясь, начал повествовать мужчина. — Конечно, я поручил это своим помощникам. Но разве можно на них полностью полагаться в таком ответственном деле?! Никак нельзя! Там ведь сплошные олухи и бездари! Ленивые и нерасторопные! Мои же ментальные навыки далеко не так хороши, как у вас, поэтому быстро делать сразу несколько вещей я не могу. — Зачем нужны помощники, если не для того, чтобы переложить на них часть задач? — риторически спросила я. — Да и не такие уж они у тебя бестолковые. Учатся постепенно, прогрессируют. Но давай ближе к делу. — Конечно! — кивнул Пауль. — С имплантацией искусственных энергоканалов всё хорошо. Счетовод периодически поставляет новых пациентов, — без особенного интереса отчитался алхимик; ну да, ведь получает должников не он, а Счетовод или Генсэй-Юрэй, знакомый с многими военными инвалидами, а технику он уже давно отработал, отчего она ему не особо интересна. — Те, кто выполняет рекомендации, быстро идут на поправку и восстанавливают былые возможности. Некоторым из самых первых я уже удалил золотые нити, оставив лишь наросшие поверх них родные каналы. Вашей подруге, хочу заметить, тоже пора провести эту процедуру. — Обязательно её приведу, — кивнула я. Нити из духовного золота, конечно, не мешали организму, но, судя по опытам Пауля, если сильно не повезёт, в случае травмы и повреждения существовал шанс того, что со временем появятся негативные последствия с энергоканалами, которые наросли поверх имплантатов. Да и сами нити — ценная штука, которую можно использовать повторно. Этакий катализатор развития для воителей. — Да-да, приводите, — покивал алхимик и с хитринкой глянул на меня. — Тем более что тут её ждёт почти уже готовый сюрприз. — Что ещё за сюрприз? И с чего бы тебе его вообще готовить? — покосившись на шагающую рядом с нами мускулистую кошкодевочку, которая, судя по всему, испытывала к очередному творению своего господина, кое тот имел в виду, упоминая «сюрприз», довольно сложные эмоции. Надеюсь, это из-за отталкивающего внешнего вида, а не сомнительной сути. А то Пауль, увлекающаяся натура, способен на... разное. — О-о, поверьте, госпожа, сюрприз великолепен! Клянусь, он не оставит вас равнодушной! — довольный прикованным к себе вниманием, заявил вновь надувшийся от чувства собственной важности западник. — И как я, ваш преданный слуга, мог не постараться для вашей подруги, за которую вы так волновались?! Вот ведь… преданный слуга! Жук сущехитрый, любитель тянуть и нагнетать интригу — вот кто он есть! И главное — в переданном в прошлый раз обзорном информационном пакете даже краем не упомянул никаких подарков, заставляя меня сейчас испытывать предвкушение напополам с опаской: а ну как увлекающийся миньон, сам того не понимая, «насюрпризил» очередную проблему? — Давай уже, рассказывай, — поторопила я Пауля. — Нет-нет, вам лучше увидеть всё собственными глазами! — замотал он головой. — После еды, — своим спокойным, грудным голосом добавила Блейк. — Да? — заинтересовалась я. — Почему? — Вид зело гадкий, — ответила нека. — Ты и там уже побывала?! — удивился Пауль. — Вы дозволили, чтоб я бродила везде, где не закрытая зона и где не попорчу ничего, — отозвалась изменённая, которая, несмотря на видимое спокойствие и кажущуюся индифферентность, явно имела не только кошачьи уши с хвостом, но и соответствующее любопытство. Разом женское и кошачье. Гремучая смесь! — Не думаю, что любое из творений Пауля сможет отбить мне аппетит. Но перекусить — это в любом случае хорошая идея. Так что последую твоему совету, Блейк. За время оставшегося пути, а потом и распития чая с вкусняшками, ничего особенно важного мы больше не обсуждали. Я похвалилась тем, что тоже кое-где продвинулась, но подробностей излагать не стала. А вот нечего меня своими сюрпризами мучить! Тем более что там и Дан прибудет, и Счетовод должен подъехать в течение часа: сброшу информацию сразу всем и на месте устроим обсуждение. О чём тогда говорили? Блейк, которую я попросила остаться с нами (и которую незаметно обработала деэмпатией, сделав куда более расслабленной, разговорчивой и склонной мне доверять), поведала о том, как она дошла до становления химерой. Оказывается, её благодарность конкретно Паулю и нам вообще объяснялась ещё и тем, что отчасти именно из-за нас накрыли лабораторию похитившего и искалечившего её тёмного алхимика. Конкурентам активно не нравилось, что на рынке пранонасыщенных эликсиров появился новый, активно демпингующий игрок. Вот мастера выдавливания жизни из младенцев через свои связи и заставили шевелиться силовиков, которым дали указания: кого отыскать и «потрогать» нужно, а кого нельзя. Отчего они и рыли землю носом, формально борясь со злокозненными тёмными алхимиками, на деле же выполняя заказ и пытаясь найти и уничтожить источник поступающего на рынок центрального региона дешёвого «контрафакта». В реальности полицейские всё же и в самом деле активнее прежнего боролись с мелкими тёмными алхимиками (и теми, кто просто работает без лицензии). Забавно, но не удивительно: лабораторию Пауля ещё попробуй найди, особенно когда у нас полно агентуры среди силовиков, а добиться результатов и получить заслуги — очень хочется. Вот и вскрывали логова всех, кто имел неосторожность прятаться слишком плохо и близко к Столице. Далее Блейк, освобождённая благодаря нашему косвенному влиянию, пыталась выжить на просторах большого города. Что непросто: сердце Империи беспощадно к беззащитным. И была бы она простой девушкой, к тому же сильно изуродованной и постепенно умирающей от чего-то вроде рака, вызванного неаккуратным вмешательством, повлёкшим за собой духовные нарушения и сбой деления клеток — быстро погибла бы. Но Блейк оставалась изменённой, ещё и прошедшей через кривую-косую, но успешную процедуру усиления, которая вывела её на ступень очень слабого, но Адепта. А умирающая калека-Адепт — это уже не просто умирающая калека: её «весело играющие» мальчишки ногами не забьют и голодные звери не растерзают. А ещё изменённая с детства любила слушать и рассказывать различные истории, так что сумела замаскироваться под старуху-сказительницу и кое-как зарабатывать себе на хлеб. Понятно теперь, почему нека, хоть и обладает специфичным говором, но отнюдь не косноязычна и даже, пожалуй, довольно умна. Скитания продлились до тех пор, пока с бродяжкой не попытались сделать «кое-чего интересного» залётные шакалята, которым таки захотелось «поиграть» — подробности Блейк уточнять не пожелала, но судя по злости и смущению, что промелькнули у неё в эмоциях, подростки планировали нечто крайне болезненное и унизительное — и коих «старуха» размазала по подворотне, внося свою лепту в чистоту генофонда Империи. Этим она, в свою очередь, заинтересовала проходивший мимо патруль одной из банд, подчиняющихся моему Синдикату. Ну а дальше просто: выяснение, что она не старуха (и деталей произошедшего, ведь наши бандиты отчасти выполняют и роль полиции), приглашение погостить и более подробно поведать о тёмном алхимике, доклад наверх, интерес начальства, а в конце — предложение, от которого девушка не стала отказываться. — Потрепало тебя, — забросив в рот конфету, покачала я головой. — Даже удивительно, что ты ко всему этому так спокойно относишься. — Господин помог облегчить кошмары, — отозвалась успевшая многое претерпеть молодая девушка (действительно молодая: из дома изменённую, — вызывающую опаску деревенских и оттого не имеющую никаких шансов выйти замуж — попросили в шестнадцать, что произошло лишь с пару лет назад). — Я всё помню, но сердце больше не болит. — Значит, ты не была раньше такой спокойной? — Была. Раньше. Но после того, как в лапы колдуну злостному попала, стали грызть меня кошмары, — хвост изменённой нервно задёргался, выдавая, что травмирующие воспоминания её всё ещё беспокоят, пусть и значительно слабее. — А ещё бывало, как вдруг схватит лихо за нутро! И страх жуткий! Будто меня сейчас отыщут и возвратят в то… плохое место. Оттого, значит, и убила тех хулиганов. Оне начали пугать и куражиться, я разозлилась и испугалась, и почудилось мне, что это не дрянные мальчишки, а его люди. — Плевать на уродцев: Империя замечательно обойдётся и без очередной стайки мелких злобных бабуинов. Что касается тебя… Ныне ты химера, но разумная, а ещё узнавшая слишком много секретов, — Пауль напрягся, готовясь защищать свою подопечную. — Поэтому отпустить я тебя не могу. Как не могу и позволить остаться без правового статуса внутри нашей организации. Поэтому теперь ты будешь считаться одной из нас, входящей в группу Пауля. Так что, Блейк, добро пожаловать в тайную добрую организацию любителей вкусняшек, духовно-магических наук и порядка на улице. Надеюсь, ты присмотришь за Паулем. За этим увлекающимся типом, как я вижу, нужен глаз да глаз! — съев очередную конфету, закончила я под округлившимся взглядом неки. Да и Пауль мало отставал от «анимешной зверодевочки». Хех, думал, что создал себе послушную коровку, но шиш ему! Нечего тут разумных рабов разводить! Разумные химеры (чью лояльность я не проверила лично и которые не имеют надёжных средств для предотвращения предательства) вообще теперь будут создаваться лишь после моего разрешения. Тем более что Блейк, которую я внимательно прощупывала во время разговора, выдавала подавленные, но заметные для разогнанной эмпатии сигналы беспокойства и неприятия от своего неопределённого, но явно невысокого статуса, который теоретически может оказаться пересмотрен в сторону понижения до «материала». Не то чтобы на это имелись намёки, но девушке всё же довелось погостить у стереотипного тёмного алхимика, так что некоторое страхи не могли не сохраниться, несмотря на отстранённое отношение к кошмарам прошлого, сформировавшееся после дополнительной обработки алхимией. — Благодарствую нижайше, великая госпожа! — поднявшись из-за стола, глубоко поклонилась изменённая, плюхнувшись назад лишь после того, как я, под шипение Пауля «не устраивать цирк», махнула ей садиться. — И, э-э, это… — всё-таки сбилась она на косноязычие. — Вы же, значица, сильные, богатые, ещё и со связями на самом верху, да? — недоумённо спросила изменённая. Киваю. — А я теперича — раз целая помощница господина, а он сразу за вашей милостью, которая тут самая главная — нынче, получается, не совсем пустое место? — косноязычно от волнения поинтересовалась кошкодевочка. — Не пустое. Особенно, если реализуешь свой потенциал и преуспеешь в боевых искусствах. Воин — это везде элита… почти везде, — поправилась я, вспомнив, как с нами до относительно недавних пор обращались в Отряде. — Тебе что-то нужно? — Да. Можно мне, в счёт будущего заработка, послать немного серебра семье? Всё ж не уморили в детстве, да выкормили уродку. Не послушали жреца нашего и старосту. — Можно. Напишешь или скажешь Паулю название деревни и приметные ориентиры, а он передаст, чтобы отправили человека. Хотя общение со старыми знакомыми придётся серьёзно ограничить, — тяжёлый взгляд глаза в глаза. — Секретность нарушать нельзя, — брюнетка, которая отлично прочувствовала «холод прижатого к горлу лезвия», переданный эмпатией через сформированный зрительным контактом мост, активно закивала, прижимая уши. — Пока можешь погулять: мы с твоим начальником и другими будем обсуждать те дела, которые тебе неинтересны. А потом я хочу посмотреть, что ты собой представляешь в бою, — закончила я разговор, который при кажущейся малозначительности всё равно был важен. Всё-таки — как заметила сама нека, обладающая некой толикой мозгов, определённой боевитостью, внутренним стержнем, а также редким для людей качеством помнить добро — ей предстоит стать не самой последней фигурой при весьма важном для нашей организации человеке. Пауль — не Дан, которому в целом плевать на окружение; западнику требуется, чтобы его успехами восхищались. И чтобы его закидоны мягко контролировали, а деятельность направляли. Кошка под эти требования вроде бы подходит. Не прямо сейчас, конечно, но после инструктажа и обучения — вполне. От дальнейших проверок это её не избавит, даже наоборот. Но судя по всему, мой миньон создал если не ту девушку, о которой он мечтал, то уж точно ту, в которой нуждался.