Из Тьмы

Оставшись вдвоём, мы со Счетоводом тоже не бездельничали, принявшись обсуждать дела. Впрочем, для начала я таки потрафила любопытству и спросила о заказанном им пистолете-пулемёте. — Зачем тебе эта трещотка, Сай? — поинтересовалась я, усевшись на пустой бочке из-под, судя по маркировке, прекурсора для праноудерживающего состава. — Неужели ты открыл в себе талант ганфайтера? — Нет, особенными талантами в духовных искусствах я так и не обзавёлся, — покачал головой последовавший моему примеру миньон, благо бочек у стены хватало. — Но небольшой пистолет-пулемёт можно носить скрытно. И огневой мощи такого духовного оружия с соответствующими боеприпасами, по моему мнению, будет достаточно, чтобы разобраться с посильными угрозами, не демонстрируя максимума моих новых способностей. Это даст дополнительный шанс, если меня опять попытаются убить или (что хуже) захватить те, кто сможет обойти Прапора и его напарницу. — Логично, — изображаю кивок. — Но для того, чтобы надёжно избежать возможности захвата, тебе просто нужно имплантировать систему самоуничтожения тела. Будет захватчикам сюрприз, а тебе — свобода... после некоторого ожидания у меня в гостях. Хотя новое сильное вместилище придётся поискать, да. Если Пауль, конечно, не научится выращивать их «под ключ», — задумчиво добавила я. — Но ещё и проект полноценного клонирования мы сейчас не потянем. Я вообще слабо представляю, сколько разных задач придётся решить, чтобы ускоренно выращивать не младенцев, даже не детей, а сразу взрослые, пусть и бездушные, тела. С развитыми хотя бы до уровня Адепта духовными способностями. Сочетание бездушности с духовными способностями — это вообще тот ещё оксюморон... Кстати: что, неужели тебя пытались убить? Опять?! — Регулярно пытаются, — повёл плечом и пренебрежительно дёрнул кистью мужчина, который с некоторых пор начал относиться к подобному как к рутине. — Но большинство пытавшихся не приблизились к успеху и на милю. Тут всё идёт так же, как среди наших официальных и теневых структур: они продолжают притираться, что вызывает регулярные эксцессы, которые имеют последствия в виде жертв и экономических потерь. Но сколь бы то ни было значимой угрозы Синдикату как целому или лично мне это не несёт. При условии внимательного контроля, а также грамотной и своевременной реакции, разумеется, — закончил немёртвый, дополнив свои слова ментальным посланием с короткой сводкой более-менее важных событий. — Это хорошо, что всё под контролем, — одобрительно заявила я, ненадолго призвав Эйпмана и позаимствовав из носимого им стратегического запаса вкусняшек новый мешочек с печеньем. — Раз считаешь, что трещотка станет полезным инструментом для того, чтобы решать проблемы и не показывать слишком высокий уровень силы для всего лишь бандита — значит, тебе виднее. Возможно, и сам по себе путь стрелка окажется ближе твоей натуре; тут пока лично не попробуешь — не узнаешь. И да: если что, я могу попросить Дою скомпилировать более глубокую информационную базу со знаниями техник ганфайтеров и алгоритмами использования их навыков, а потом передать тебе. Она сейчас, к слову, в Сингстриме. Я посчитала правильным направить эту, гм, решительную особу урегулировать тамошние проблемы. Судя по твоим описаниям, как раз такой человек сможет, хе-хе, взбодрить местных и навести там порядок. — Это действительно так, — согласился со мной подчинённый. — Подконтрольные нам бандиты и хозяева развлекательных заведений почему-то сочли, будто им позволено безнаказанно устраивать междоусобные конфликты. Им не помешает отрезвляющая оплеуха. Я подумывал отправить к ним полноценную боевую группу, но отрывать специалистов от более важных и срочных задач ради успокоения нескольких самоуверенных глупцов… Проинструктированная вами северная убийца, полагаю, справится с задачей ничуть не хуже. Как вы там говорили, «добрым словом и пистолетом»? — У Дои это будет, скорее: «добрым пинком и пистолетом в…», — короче, им не понравится, — хмыкнула я. — А ты, смотрю, судя по речевым оборотам, прибыл сюда прямиком с какого-то совещания? — Да, — кивнул Счетовод. — Вступление части наших предприятий в Госконцерн, пусть и принесло немало пользы, особенно учитывая достаточно привилегированное положение в созданной Онестом структуре, но количество хлопот не уменьшило. Они лишь изменили направленность. Вид того, как перед кушающей печенье мелкой девчонкой в костюме, похожем на школьную форму, отчитывается серьёзный, солидный мужчина, обладающий некой демонической красотой (духовные способности явно повлияли на внешность миньона) и одетый в костюм, который вместе с аксессуарами стоил, наверное, как неплохой дом в Столице — был довольно… экзотичен. Особенно если добавить ко всему этому то место, где мы решили устроить одно из по-настоящему важных совещаний, и окружающие нас «биопанковские» виды. Но Сая, который, не заботясь о чистоте дорогостоящего костюма, с комфортом устроился на бочке, это, кажется, забавляло ничуть не меньше, чем меня. То, что он не тыкает всем и каждому своим чувством юмора, как Кей Ли, не означает, будто он его лишён. А уж по части самоиронии Сай первого шутника Отряда Убийц точно превзойдёт: Кей слишком эгоцентрик и социопат, чтобы уметь посмеяться над собой. — А что у нас с наступающим новым этапом противостояния фракций власти? — поинтересовалась я, одновременно краем сознания разбирая отправленный миньоном ментальный пакет с сопроводительной информацией по легальным предприятиям. Судя по тому, что удалось понять, меньше хлопот у наших подчинённых поистине не стало, но все они обыденные. То есть для решения регулярно возникающих проблем нет необходимости не то что запрашивать моей помощи, но даже сколько-либо напрягаться моему, хм, теневому канцлеру. Однако при этом различных предприятий и их объединений в нашем ведении много, поток затруднений и вопросов тоже стабильно велик, и часть их требует внимания высшего начальства. Счетовод имеет под началом не так уж много тех людей, которым он действительно доверяет (после успешного покушения он периодически проверяет и их, перестраховываясь; одобряю всецело!), так что делегирует свои полномочия далеко не всегда — и даже тогда он предпочитает «держать руку на пульсе». На его месте обычный человек без навыков структуризации памяти и разгона разума, а также неутомимости немёртвого, который без вреда для себя может спать по полчаса раз в несколько дней — выгорел бы и слёг в первый же месяц. А Сай даже не думает о том, чтобы ускорить проверки новых кандидатов в доверенные лица. Да и вообще ему, кажется, нравится постоянно пребывать в центре событий, внушая подчинённым суеверный ужас своей неустанной активностью. Интересно, что бы они сказали, узнав, что наблюдаемая «невозможная трудоспособность» — это лишь половина от того, что Сай делает в действительности? Ведь он ведёт и легальный бизнес, и нелегальный, и потихоньку работает над подготовкой к будущему захвату власти над Империей нашей тайной зловещей доброй организацией. Успешно работает, что характерно! Как говорится, вот что бывает, когда человек находит своё место в мире. Повезло мне повстречать такого талантливого и увлечённого миньона! И ему повезло, что встретил меня. Иначе до сих пор прозябал бы в помощниках главаря третьеразрядной банды... если бы не помер в мелких бессмысленных криминальных разборках. — Что касается нашей подготовки к происходящему, то она достаточна, — начал отвечать Счетовод. — Повышенная активность полиции и тайных служб нами ожидалась, поэтому всё по-настоящему важное надёжно защищено. Усиление брожений среди рабочих и бедноты тоже пока не затронуло контролируемые нами области. Работники большинства наших предприятий ощущают себя в привилегированном положении по отношению к тем, кто трудится в иных местах, с меньшей социальной защитой, отчего любые попытки агитации или провокаций воспринимают в штыки. Это же относится к кварталам, где они живут. Проблемы с доносами конкурентов о нашей связи с революционерами уже решены, а показатели растут. Некоторые магнаты и директора даже пытаются перенимать наш опыт, что делает нас не такими выделяющимися, как раньше. — Неужели кто-то строит бесплатные школы, общежития и больницы с квалифицированным персоналом и доступными лекарствами? — нешуточно удивилась я. — Что-то я не узнаю наших жадных воротил, — иронично усмехаюсь. — Не настолько всё радикально, — ответно усмехнулся Счетовод. — Но кто-то снижает число и объёмы надуманных штрафов, кто-то запрещает телесные наказания без серьёзных причин, кто-то приказывает мастерам использовать меньше оскорблений, а кто-то делает всё это разом. В таком духе перенимают, — пренебрежительно добавил мужчина. — И, разумеется, все много и часто обещают рабочим перемены к лучшему, прося войти в положение и подождать: не бастовать и не бежать устраиваться в места, где лучше условия, а также строят и дают (или уже построили и предоставили) перечисленные вами вещи. — Вот теперь верю, — хрустнув печенюшкой, покивала я. — Не дать, а просто отбирать чуть меньше того, что и так положено, выставить это великим благодеянием и пообещать настоящие улучшения «совсем скоро», отчего доверчивые простофили остерегутся уходить к конкурентам — что может быть лучше? А потом, кто бы ни победил в намечающемся внутреннем конфликте, можно забыть об обещаниях и снова закрутить гайки под предлогом «тяжёлых времён». — Очевидный шаг, — согласился Сай. — Я сам на их месте поступил бы схожим образом. Но эта попытка показать больше, чем сделано, одновременно принижая достижения конкурентов, скорее играет нам на руку: меньше возникнет вопросов. Со стороны может показаться, что магнаты, директора и политики, громко говорящие о правах и нуждах рабочих, делают даже больше, чем это втихую, без помпы происходит у нас. После же, когда мы победим, станет проще проводить преобразования. Достаточно будет припомнить нынешние обещания и, находясь в позиции «доброго государства», воспользоваться поддержкой масс против мешающих нам «злых дельцов». — Да, было бы неплохо, — не могла я не согласиться. — Но сначала нужно победить. Что там у нас с подготовкой и вообще с раскладами? — Если вы о создании комфортной среды для будущих малых и крупных конфликтов, то все стороны активно над этим работают и добиваются больших успехов даже без нашей помощи. Пусть совершённое вами убийство генерала Ноукена пока и является самым громким «актом личного терроризма революционеров» в этом месяце, за ним готовятся и иные. Ознаменованный информационной атакой на вас конфликт правящей партии и её противников продолжает развиваться. Ночному Рейду поступил заказ на устранение одной из ключевых фигур в банковской сети, через которую проходят не афишируемые транши сторонников премьер-министра за пределами Столицы. Учитывая предыдущие перестановки, с высокой вероятностью планируется перехват контроля над данной сетью с целью затруднения действий Онеста в регионах. — Хм, — поглаживаю подбородок. — Не наш ли «верный друг и союзник» Сайкю пытается чужими руками избавиться от щупалец конкурентов? — Пока неизвестно, — дёрнул кистью мужчина. — Но вероятность этого существенна. Судя по поступающим данным, группы противников партии власти, не являющиеся прямыми союзниками, действуют синхронно и едва ли не совместно, или, в худшем случае, не мешают друг другу. Это косвенно указывает на влияние из тени, хотя также может оказаться волей случая. Для более уверенных выводов надо понаблюдать за ситуацией подольше. В любом случае вряд ли такое необычное единство продлится сколько-нибудь долго: скоро кто-то не выдержит и поддастся соблазну подставить ногу или вонзить кинжал в спину временному попутчику. Всегда так было и будет, — подвёл он итог под этой темой. Пытаться что-то прояснить я не стала: сама нисколько не сомневалась, что (временно замирившиеся) пауки перегрызутся. Да и раскрывающие словесные тезисы короткие инфопакеты с ощущением-пониманием взаимосвязей привносили достаточную ясность. Счетовод не так хорош в этом, как Пауль, но и он успел поднатореть в ментальном общении. — От премьер-министра прогнозируется удар по кому-то из старых лордов или их рупоров в Палате Лордов, — продолжил немёртвый. — Вероятно, попытаются привлечь Отряд Убийц или вас лично. Я кивнула. Тоже ожидала чего-то подобного. — Будет забавно, если Онест захочет убрать того же лорда, что мне заказал Сайкю, — произношу с усмешкой. — Да, — отзеркалив кривую улыбку, согласился миньон. — Поистине. Касаемо остальных фигурантов предоставленного вами списка, то они уже пошли в разработку. Некоторые из второстепенных целей за эти дни успели аккуратно устранить: одна умерла от передозировки наркотиков, другая упала с борта теплохода и попала под винт, а третья — застрелилась. — Оперативненько! — похвалила я. — Надеюсь, и с главными целями не возникнет затруднений. Но вернёмся к основной теме. Что там ещё интересного творится? Ты, конечно, в прошлый мой визит уже сообщил, что ничего особенного, но вдруг что-то изменилось? — На Севере, говорят, не всё ладно, — секунду подумав, ответил Счетовод. — Имперская армия продолжает своё победоносное шествие. Но западники и премьер-министр королевства затеяли что-то странное. Точной информации пока нет, но будто бы они решились дать Эсдес и её войскам последнее решительное сражение в их столице. В остальном всё так же. Северо-восток спокоен, вернее, показывает обычный уровень мелких усобиц; а вот на востоке продолжают набирать силу сектанты из Пути Мира. Есть подозрения, что в их рядах состоит кто-то из местных властей. Про обстановку на юге и юго-востоке вы сами знаете лучше меня. На западе граница пока спокойна, власти борются с последствиями неурожая, также там действует Дикая Охота. На юго-западе такое же затишье, как на северо-востоке. — Ясно, — пробормотала я, задумчиво поглядывая на уродливое «мясное древо» и размышляя о том, чего такого мерзкого опять затеяли западники. Не то чтобы в душе зародились какие-то переживания о судьбе Эсдес — тут скорее за окружающий её мир стоит переживать — но странно это. Я, если честно, полагала, что после смерти Нума Сейка его приближённые разбегутся, словно тараканы на свету, а оставшаяся без руководства армия окажется парализована. А на деле ничего подобного не происходит. Ещё и премьер-министр вместо того, чтобы договариваться об условиях капитуляции, продолжает вести боевые действия. Он мне не показался ни идиотом, ни особенным смельчаком. Тогда что? Непонятно. Неужели это какая-то скрытая реакция на мои вмешательства? Слетать бы туда и посмотреть своими глазами, но... меня пока что не отпускает Столица. — Что касается сил политических группировок, — продолжил повествовать Счетовод. — Учитывая, что большинство из входящих в них сколь бы то ни было важных членов, не связанных с какой-либо из сил накрепко, предпочитают блюсти личные интересы — я не вижу смысла перечислять то, у кого с кем улучшились отношения, у кого ухудшились, а кто заявил о неких намерениях. Центральные ядра же остались практически неизменными. Лишь «воскрешение» министра Сайкю и его превращение в самостоятельного игрока ставит под вопрос верность некоторых преданных Онесту людей. Да, если раньше с правящей партией всё было определенно и условно предсказуемо, то сейчас — уже не совсем. В ней наметился раскол. Ведь что имелось раньше? Под рукой Онеста находилась настоящая неколебимая глыба, этакий, если смотреть извне, неприступный монолит. Мощная экономическая база, опирающаяся на Госконцерн и контроль над министерством финансов. Внушительный силовой ресурс, построенный на контроле разведки, части армии с виднейшей фигурой в лице Эсдес, полиции (в первую очередь столичной, подчиняющейся Огру; а вот полицейский министр Сейги — оппозиционер, склоняющийся к старой аристократии), а также поддержке Храма Коукен и недавно созданной Дикой Охоты во главе с сыном Онеста. Ну, и чисто административный ресурс, опирающийся на авторитет Императора и главы правительства. Это то, как всё выглядело, до "смерти" и "воскрешения" Сайкю. Теперь же мощь разведки значительно упала, а часть её агентуры и вовсе исчезла из всех документов, перейдя в руки Сайкю. Верность Стайлиша тоже непонятно кому принадлежит. Весьма вероятно, Сайкю держит его за мягкое куда крепче, чем премьер. А Стайлиш, между прочим, имеет некоторое влияние на Сюру, с которым они ранее сотрудничали. Министр финансов Досэн казнён, новый министр — который весельчак Ливси — не совсем человек Онеста, скорее центрист; да и не утвердился он ещё толком на своём посту. Про министра разведки, только-только пришедшего на смену «исполняющего обязанности» тупого и жадного идиота Ясуо, и состояние самого нашего ведомства даже вспоминать не хочу — и так всё понятно. Бардак! Причём полыхающий вовсю. И это лишь самое очевидное. Но даже так те люди, которые состоят в условном ядре фракции Онеста, вряд ли куда-то переметнутся... по крайней мере, без вмешательства обстоятельств непреодолимой силы. Тот же Храм Коукен не без оснований надеется на поддержку в амбициозном замысле превращения из просто Храма Боя, пусть и крупнейшего, в ядро всеимперской корпорации воителей, в которую войдут (желательно на правах вассалов, а то и клиентелы — но на первых порах их даже картель устроит) меньшие организации. Жаждут монополии, да — хотя бы в масштабах богатейшего центрального региона Империи. Многим эта затея не нравится, продавать право первородства за чечевичную похлёбку (то есть политическую самостоятельность за доступ к пирогу государственного бюджета) меньшие Храмы с разного рода союзами воителей не торопятся; так что если исчезнет поддержка Онеста и Императора, Храм Коукен ждут сложные времена. Вот и держатся они за «партию власти». Сходные соображения касаются ключевых магнатов Столицы, которые при поддержке премьер-министра подавили всех конкурентов и отобрали у них самые «вкусные» направления. Даже представителей старой аристократии потеснили! Вот вспомнить хотя бы сложности Энерготеха, принадлежащего роду Будо, а также то, кто оными сложностями воспользовался. Что случится, если кто-то из «сплочённых рядов» вдруг окажется наедине с этим жестоким и безразличным миром? О-о! Думаю, жестокость последующей показательной расправы не уступит тем миссиям устрашения, которые иногда исполнял Отряд — или частенько проводили убийцы из приведённого мной нового пополнения! То же применимо и ко всем остальным хищным жабам с ядовитыми гадюками, обжившими наше кипящее политическое болото. Вот куда податься богатейшим лордам, семьи которых копили богатство, власть (и обиды) столетиями? Их постепенно оттесняет от рычагов управления и потоков золота Онест и стоящие за ним голодные до денег и власти младоаристократы; их ненавидят отчаянно завидующие нищие — ну, на фоне старой аристократии — лорды окраин, которым столичная знать поколениями оттаптывала мозоли и перекрывала воздух, оттягивая ресурсы на себя. Кто бы из этих двух фракций ни победил, но слишком богатые (и растерявшие былые силы) старые рода покажутся победителям привлекательной добычей. В конечном счёте, будут лишены денег, власти и, возможно, жизни даже те рода, которые поддерживали партию победителей. Ибо страх перед ответным ударом и жадность заставят превентивно устранить угрозу. В победу же старой аристократии я не верила. Они уже победили четыре века назад, во время так называемого «мятежа Чёрного Принца», но это же стало причиной упадка; с тех пор они, самодовольные, лишь деградировали, в конечном итоге придя к «отличному решению» позволить прийти к власти новым людям, которые решат накопленные ими проблемы. Всякая элита в любом мире, в любую историческую эпоху становится собственным могильщиком — это правило соблюдается неукоснительно! Старые аристо продержались даже дольше, чем можно было ожидать... не в последнюю очередь из-за такой мощной во всех смыслах фигуры, как Будо. Но генералиссимус не молодеет, да и как политик он откровенно слаб, чему примером хотя бы уже помянутая история с Энерготехом. Нет, если бы старые рода отвергли разногласия и выступили единым фронтом — смели бы любое сопротивление! Но куда там. Они именно из-за отсутствия единства скатились до конгломерата грызущихся подфракций, теряющих влияние, как казнимый тысячей порезов теряет кровь. Лордам окраин и поддерживающим их представителям регионального бизнеса тоже некуда деваться: если победит старая аристократия или Онест, то их окончательно задушат. — Радует, что начинающийся шторм нас не покачнул. Но вот что касается Сайкю… должна заметить, что пусть пока мы с ним союзники, пусть нашей организации выгодно то, что он усилит нажим на Онеста, однако бывший министр разведки — из тех «друзей», местоположение и уязвимости которых полезно найти заранее, дабы иметь возможность устранить опасный фактор раньше, чем он сам попытается выкинуть нечто неприятное. Ты и сам прекрасно это понимаешь, но не проговорить такие вещи вслух я не могу. Мало ли? — Конечно, — согласился Счетовод. — Будем работать. Надеюсь, и вы найдёте время, чтобы помочь в проверках некоторых из новых контактов и агентов. — Само собой, — киваю. — Кстати, ты же видел новую химеру Пауля. Что о ней думаешь? — Видел. Я рекомендовал ему пока что придержать подобранную им кошку в лаборатории. Эта изменённая, в отличие от Зефир — простой и понятной, как три медяка — обладает памятью о прошлом и уже сложившейся личностью. Как бы чего не выкинула. Я счёл, что пусть она лучше пока осваивается с новыми способностями под наблюдением. Но ваше прибытие, конечно, меняет дело. Вы её уже проверили? — Отчасти. Я как раз хотела посмотреть, что Блейк представляет собой в бою и немного расшатать её эмоции для более точного анализа реакций. Но раз появился ты, почему бы нам не совместить это и с оценкой твоих способностей? — Я не боец, госпожа. Боюсь, вы будете разочарованы, — несколько напрягся совершенно не испытывающий энтузиазма подчинённый. — Слишком много работы, чтобы уделять время ещё и оттачиванию навыков воителя. К тому же мне бы не хотелось портить свой только недавно пошитый костюм. Качаю головой в молчаливом послании о том, что отвертеться от нежеланной проверки не получится. — Плохо, что всё ещё «не боец». Сам же должен понимать, что в нашем деле сила важна и для руководителя. Даже Онест так-то обладает тейгу, подавляющим другие артефакты, а сверх того — алхимически улучшенным телом и навыками, которые позволят как забить тейгуюзера, дезориентированного разрывом синхронизации, так и успешно противостоять среднему Воину. И это премьер-министр! Публичный политик! Как бы кто ни относился к нему лично, но не признать выдающуюся хитрость, интеллект и способности этого человека будет глупо. — Вы правы, — со вздохом признал Счетовод. — Как всегда. Мне кажется несколько унизительным участвовать в драке с простой химерой, тем более учитывая мои посредственные умения. Но я понимаю, что это лишь предрассудки: никто из моих подчинённых всё равно ничего не увидит. — Рада, что ты и сам всё осознаёшь. А найти одноразовые тряпки для спарринга — не проблема. Тем более, я тебя не прямо сейчас гоню на поединок, а после того, как сама попытаюсь продвинуться ещё немного. — И каким же станет ваш очередной шаг? — заинтересовался собеседник. — Усиление связи с доменом, — ответила я. — Вернее, пока ещё просто пространственным карманом. Но если всё пойдёт хорошо сейчас и далее, то… Дальше наш разговор от обсуждения дел сместился к обычной болтовне. Не всегда пустой, но, как правило, или достаточно отдалённой от текущих задач, или затрагивающей всякие далёкие планы, или, наоборот, мелочи — вроде живо заинтересовавшей меня сети ресторанов, кафе и кондитерских, которые начали развиваться под эгидой Синдиката. В любом случае долго наше общение не продлилось, прерванное появлением Пауля, объявившего, что он всё подготовил. Впрочем, говоря, что подготовил именно всё, мой западник несколько преувеличивал: ведь мне пришлось кое-что доделывать и подгонять. Да и разрисовать тело глифами, которые немного, но упростят работу, параллельно капельку снизив риски — это тоже полезно. Слишком много времени сие не отняло, так что спустя четверть часа одна добрая волшебница, произведшая все необходимые действия с кругом стабилизации-синхронизации и разрисованная Паулем, аккуратно разместилась в центре структуры. Кожу тела и босые ступни приятно остужал подземный холод (на самом деле нормальному человеку тут стало бы зябко и в недостаточно тёплой одежде, не то что в нижнем белье; но, будучи сильной одарённой, я уже начала забывать, что не глубоко отрицательная температура может доставлять неудобство). Сверхчувственное восприятие тоже наслаждалось спокойным течением природной силы. Почти медитативное спокойствие усиливалось приглушённым светом в помещении. Лишь присутствие двух моих миньонов, которые с интересом наблюдали за происходящим, нарушало холодное спокойствие, воцарившееся внутри и снаружи. Прогонять Пауля со Счетоводом я не собиралась. Конечно, вряд ли внешний наблюдатель — даже алхимик, не говоря уж о том, чьи компетенции лежат в совершенно иной плоскости — сможет оценить то, что я приготовилась сделать. Но раз им любопытно, то пусть смотрят, не жалко. Да и небольшую вероятность того, что случится нечто непредвиденное и мне потребуется оперативная помощь — тоже полностью исключать не стоило. В последний раз оглядевшись, я молча прикрыла глаза, направляя своё внимание на связь с тейгу. Ну, поехали!