Обжигающая сталь

Саундтрек: Grozey – Триллер – Блядь, какого хуя вы тут вытворяете? – громко вздыхает Старк, врываясь в комнату и застав Баки и Брока обнаженными и лежащими на огромной кровати, мирно сопя. – Тебя что-то не устраивает, Старк, – Брок открывает глаза, садится на кровати, одной рукой сжимает задницу Барнса, который тихо стонет, а другой опираясь о кровать. На его губах играет хищная усмешка, а карие глаза опасно сверкают. – Десять минут, Рамлоу. Если вас не будет на первом этаже, в гостиной, я пошлю за вашими задницами злого Роджерса, который сегодня уже успел сломать пару костей Мстителям. – кидает прежде чем выходит из комнаты. Его член тем временем стоит по стойке смирно, натягивая джинсы до предела. – Сука, – выругавшись, Тони входит в свою комнату и едва закрыв дверь, запускает руку в штаны. *** – Стиви, – выдыхает Баки, садясь рядом с Броком. Его сонные глаза полны непонимания, а брови сведены к переносице. Он помнит Стива наивного, теплого и романтичного. Помнит парня из Бруклина, который вставал на защиту слабых, не имея суперсил и сыворотки. Но сейчас он другой, его наивный Стиви изменился, стал жестче и грубее, также как и он сам. – Не распускай сопли, Солдат. Война и жизнь изменили многих и Кэп не стал исключением. – заметив, как изменилось лицо Зимнего, говорит грубо и твердо Брок, вставая с кровати и подходя к стулу со одеждой. Его упругие ягодицы покачиваются при ходьбе и Баки не сдержавшись, оставляет на них поцелуй, касаясь губами чувствительной кожи, когда Брок наклоняется, чтобы натянуть белье. – Бляяяядь, – стонет Рамлоу и лишь Баки знает, насколько тот чувствителен к прикосновениям, а особенно в районе шеи, ягодиц, внутренней стороне бедра и животе. – Отставить, Солдат, иначе Роджерс ворвётся в эту дверь и оторвёт к чертям мой член за то, что я обесчестил любовь всей жизни. – на тонких припухших губах Рамлоу играет ухмылка. Баки недовольно стонет, но отпускает задницу наемника, оставив темно-фиолетовую отметину, которой показывает, что Брок принадлежит лишь ему. Рамлоу натягивает черные брюки, не удосужившись надеть белье и надевает сверху чёрную футболку. Нож прячет в тайном кармане брюк и садится на кресло, положив руки на колени. – Детка, у тебя пять минут, чтобы вылезти из кровати и одеться, – предупреждает, но Барнс утыкается носом в подушку, не желая вставать. – Так сильно жаждешь увидеть своего Стиви в спальне? – его голос тверд и уверен, но Баки различает нотки ревности, не сдерживая довольную улыбку чеширского кота на пухлых губах. – Хочу, – Баки переходит на шепот. Он встаёт с кровати, обходит её медленно и грациозно, подходит к Броку, не пытаясь скрыть обнаженное тело, потому что скрывать нечего, они обнажены друг перед другом не только телом, но и душой. Звучит сопливо и глупо, но это так. Два сломанных человека нашли самих себя в друг друге, обрели то, что искали всю жизнь. – Скажи это Роджерсу, детка. Он при слове "секс" краснеет. Сам сделай выводы, как он отреагирует на твоё предложение. *** – Я выделяю вам один этаж башни и даю ровно неделю, чтобы разобраться в своих недомолвках и прочей хрени, – Старк явно наслаждается, говоря эти слова. Брок видит в его глазах огонь, который не предвещает ничего хорошего для него и Зимнего. Глаза Роджерса расширяются донельзя. Он сводит брови к переносице, думая над словами Старка, но в итоге, не предлагает больше ничего, видимо так и не придумав чего-то получше. – И будьте любезны не разнести мне его. Мне, конечно, не жалко, но проблем, блядь, итак дохуя. Объяснять всем причину разрушенной башни и пояснять что вы делаете в обвалах, я откажусь, уж извиняйте, но перспектива так себе. Старк поправляет свои очки и красный галстук, желает удачи, произносит фирменное "Аривидерчи" и уходит, заставляя Пятницу запереть этаж и заблокировать все входы и выходы. Баки пристально смотрит на Стива, но тот каждый раз отводит глаза, не желая встречаться с ним взглядами. – Может, блядь, уже поговорим? – не выдерживает Брок, выпаливая, опираясь спиной о стену и складывая руки на груди.