«Я с тобой»
9 июля 2024 г., 20:32
Дернул же черт! При таких раскладах от башки скоро останется одна дырявая скорлупа. Или уже: вон, как мерзкая слезливая дрянь поперла. Чисто стиль приторных степфордских педиков. Чтоб у них вовек не вставало!
А все хитрый пайеточный червь, тайно проникший внутрь черепной коробки и густо нагадивший меж извилин кукурузной патокой. Или что они там жрут в своем гребаном Хейзелхерсте.
Теперь хуй мне, а не четкость мышления — один глупый треп о вечной любви на уме.
Пора, пора легализировать Аниту. Пусть бросает тихуанскую ванну, мутит коллаборацию с каким-нибудь «пфайзером» и быстренько варганит химические «презики» для мозгов — нутром чую небывалую востребованность. А будущий жирный гонорар толкает прямо сейчас приступить к разработке рекламной концепции.
Ну ладно, не сейчас.
Сейчас я пиздец, как занят, упорно приближая отход Тэйлора ко сну. Работы — секунд на десять. Дольше не продержусь. Еще через десять он должен свалиться и засопеть.
Но задание вдруг оказывается со звездочкой.
Со звездой, блядь!
Лежит, раскинувшись, сволочь ненаглядная. Сияет. Дьявольски бессовестной синевой.
Пунцовыми щеками.
Алюминием жетона, перламутром плеч.
Одним только видом вновь напрягшегося члена вгоняет в жар.
Об… остальном и говорить нечего — то сожмет бархатно, что сердце зайдется, то ослабит, впуская по самый корень. И так при этом стонет… Доводит, гад, почти до пика, но кончить не дает.
В мире жалких теоретиков встретить столь четко отработанную технику — удача небывалая. Плевать, где он этому научился. Главное, мастер-классы не поощрять.
— Хочу, чтоб ты был во мне вечно… — Простодушно озвучивает желание, обрывая глупые мысли в моей «скорлупе».
И я уже открываю рот, чтоб сознаться в идентичности стремлений: да, мол, навечно. И еще чуть-чуть.
Но вовремя спохватываюсь:
— Нас… в самолет не пустят… — выдаю, едва удерживая невозмутимость на лице.
— Жаль. Могли бы заработать на шоу…
— «Оргазм на высоте в 32 000 футов»? Зашибись идейка, Перси.
— «Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию», — расплывается в наглой улыбке, ни на миг не прекращая медленную пытку.
