Букет анемонов

Дик поднялся, оттряхнул вуаль и замер. Справа внизу журчала вода. Он шагнул к краю и задохнулся от восторга. Едва ли не на расстоянии вытянутой руки простиралась рябившая водная гладь. Река достаточно широка, и противоположный берег лишь мелькал вдали серым силуэтом. Дикон задрал голову вверх, в долю секунды растеряв только что скопившуюся радость. Вместо неба над ним нависал каменный свод. Юноша отошёл от края, столкнувшись с кем-то достаточно высоким. Он развернулся, с опаской и немалым восхищением встретив великолепную даму с венцом из острых и длинных игл. — Прошу прощения, — Окделл поклонился незнакомке, исподлобья кидая глаза то на ярко-зелёный, то на синий рукава, переходившие в тонкое платье и ниспадавшие на чёрную юбку. — Я не слышал, как вы подошли! Женщина медленно обогнула Ричард, не опуская с него зелёных глаз. Вдруг она остановилась и положила руку на висок Дикона. Парень замер, боясь лишний раз даже моргнуть. — Забавная у тебя история, столько лиц и со столькими можно поиграть, — на лице больше виделась скорбь, чем ехидство, но в голосе всё же слышалась власть и усмешка. — И как же ты здесь оказался? Отбился? — Что?.. — нахмурился юноша. — Простите, но я ниоткуда не отбивался, а как я очутился именно тут, для меня и самого загадка. И да, если позволите, мне надо спешить, я должен найти сестру! — Не эту? — женщина, засветившись зловещим багровым светом, отошла от Ричарда, и из-за её спины вышла Айрис. С другой стороны выплыла Катари, а образ самой незнакомки размылся и приобрел все черты Реджинальда. Окделл глаза закрыл, ужаснувшись от увиденного, а когда открыл, то перед ним снова стояла, видимо, ведьма. — Кто вы? — прошептал парень. — А в мире смертных уже про меня и не вспоминают? — женщина вскинула подбородок и фыркнула. — Я ключница, я провожу души мёртвых с земли сюда. — Как вы… Ну, узнали… — герцог потерялся, ему становилось с каждой минутой не по себе. Все сказки, которыми его в детстве кормили, сейчас становятся явью. И при этом, не самой доброжелательной явью! — Твои воспоминания, ты же помнишь свою жизнь… Хотя там и помнить больно нечего, — край губ ключницы искривился в насмешке. Но тут ей и возразить нечем было, Ричард действительно прожил не так много. — Но и этот груз тянет тебя на дно! — она распростёрла руки, одну положила на плечо Ричарду и провела его к краю берега, указав на воду. — Избавься от них, и тогда станешь свободным и готовым к дальнейшему пути. — Я не могу от них избавиться, — Окделл посмотрел на своё отражение, затем аккуратно перевёл взгляд на ключницу. — Это мне наказание от прародителей! — Против вод этой реки ни человек, ни божество не способны устоять, один глоток и все тяжбы улетучатся, — продолжала настаивать на своём женщина. Её слова ежесекундно приобретали весомый смысл. Дикон, сам того не замечая, присел на край и зачерпнул в ладони кристально-прозрачной и холодной воды. Отражение смотрело на него испуганными глазами, и только на миг в глазах мелькнул образ взлетевшего Повелителя ветра, за которого, между прочим, Окделл в ответе. Он же его при остальных выбрал себе в спутники! Нет, не время забвения, только не сейчас. Сейчас надо попасть в Лабиринт и помочь освободиться Анэму. Дик разжал ладони, и вода вылилась в реку. — Я не могу! — юноша едва слышал свой голос. — У меня осталось пару незаконченных дел!.. Мне нужно в Лабиринт, — последнее Ричард почти крикнул. Его голос взлетел под испещренный каменными отростками свод. Мимо него проплыла ключница. Под её ногой мигом вырос камень, затем другой. Она остановилась и повернулась к Окделлу лицом, на плечо упала пушистая иссиня-чёрная прядь, на лице заиграла странная улыбка. Её смысла понять невозможно, герцог не смог и предположить, зачем его одарили именно таким выражением: — Увы, в Лабиринт ты не попадёшь, даже и не мечтай!.. Придётся, дитя, выбирать тебе из двух зол: испить из реки и всё забыть или, — она обвела тощей рукой округу. — Слоняться по-над рекой до скончания веков! — блики воды отразились в её короне зловещим светом. — Вы же ключница! — не отступал Дик. — У вас, возможно, есть нужные ключи… Вопрос только в цене? — он кивнул на толстую связку на серебряном поясе. Вот уж ни за что бы Окделл не поверил, что какая-то тварь открыла проход сюда мановением руки, а такая вроде властная женщина да с таким звучным званием бессильна в данном вопросе. Нашли дурака! Дама рассмеялась, подбоченившись. Затем плавно опустилась на камень, другой камешек, пустовавший, опустился в речку, отрезая ключницу от берега. — Скажи, я красивая? — обворожительно улыбнулась женщина. — Вы божественны, — ни толику не лукавя, ответил Дик, не смея оторвать взгляда. — Ещё бы, — в скромности у дамы явно был недостаток. — Я же ведь богиня. Моими предками были титаны; сначала я занимала достойное место на небесах, а теперь… Делю Царство теней с Аидом. А здесь ни капельки солнечного света, на землю выхожу в ночь глухую, от того и бледная… Как мертвец, — Ричард хотел было заметить, что бледность никоим образом не мешает ей быть прекрасной, но решил промолчать. Ему-то откуда знать, какие идеалы красоты на небесах. — Что вы предлагаете? — нетерпеливо спросил Окделл. — Я дам тебе возможность попасть в Лабиринт, но только туда… Обратно уже своими силами, если появится желание. Взамен хочу, чтобы ты сходил на землю и принёс мне луч солнца. У тебя двадцать часов! Согласен? — Согласен, — твёрдо проговорил Ричард, ни на минуту не задумавшись о смысле просьбы ключницы. — Тогда ступай! — она махнула рукой, вода забурлила, над неспокойной гладью возник сначала алый огонь, через мгновенье увеличившийся в диаметре в длину с человеческий рост. Ричард отступил на несколько шагов назад, разбежался и прыгнул в кровавый светящийся лаз. *** Ричарда выкинуло в свободный полёт. Прямо в воздухе он с кем-то столкнулся и полетел вниз. Под спиной жалостно заскрипели ветки, а затем в лопатки впились прутки. Где-то внизу что-то зашелестело. Внезапно Дик почувствовал, что в лопатки грубо упёрлась рука. Юноша сам зашевелился и предпринял несколько попыток вылезти из кустов. Как только он встал на ноги, то столкнулся взглядом с невысоким и растрёпанным мужчиной в старинной одежде, весьма распространенной во времена Золотой Анаксии. Внизу всё ещё продолжалось отчаянное шелестение. Дик краем глаза мотнул в сторону звука, и не смог поверить в увиденное: на сандалиях незнакомца остервенело рвались в стороны небольшие крылья, с позолочёнными по краям белоснежными перьями. — Надо же, смертный! — усмехнулся обладатель необычной обуви, обойдя кругом Дикона за время замешательства его. — Чего смотришь так, точно не понимаешь ничего? — возмутился он, тряхнув светло-русой головой, обтянутой обручем из червонного золота. — Простите, но я не понимаю в самом деле ничего, — Ричард несколько растерялся. — Не понимаешь значит… — скрестил руки незнакомец. — Ну и ладно, я не обязан всяким тут пояснять… Прощай, — он топнул ногами, крылья на сандалиях махнули и осели на землю. Ошеломлённый мужчина топнул ещё раз. Крылья снова вспорхнули и упали. Он бросил недовольный взгляд в сторону Окделла, облизнул палец и поднял руку кверху. — Ветра нет! — Причём здесь ветер? — аккуратно уточнил Дик, уже собравшийся бежать подальше от безумца. — Я летать без ветра не могу!.. — он подпрыгнул, тяжело приземлившись. Крылышки на сей раз даже не отреагировали. — Эх, Эол, Эол, как же ты не вовремя… Ладно, подожду, пока у Повелителя ветров появится совесть… И раз уж так, смертный, поведай мне, как ты в небе оказался? — он развернулся к Окделлу и задрал голову. — Эм, это трудно представить… — сразу отговорился Дик, осознавая, на какую глупость он недавно согласился. Луч солнца принести! А как его вообще достать, он же прозрачный! — Глупая авантюра… — Если авантюра, то это про меня… — обрадовался незнакомец. — Я ведь покровитель авантюристов… — Вы повелитель? — уточнил Ричард, с сомнениями рассматривая собеседника. — Скорее бог… Гермес, — он протянул руку парню. Дикон помедлил, не зная, правильно ли с такой вроде высокородной сущностью жать руки. Возможно, надо, хотя бы из вежливости. Дик ответил на жест, но имени своего не успел произнести. Гермес его предупредил. — Постой, можешь мне не говорить своего имени. Вот если прославишься, тогда я узнаю из песен о тебе, а сейчас… Только воздух сотрясать! — ладно, высокомерие здесь у всех в крови, но что поделаешь. Главное, чтобы это божество обычным сумасшедшим не оказалось. Было бы обидно! — Так что там за авантюра? — Мне богине одной надо принести лучик солнца, в обмен на ключ в Лабиринт! — коротко пояснил Дик. — Но я право и не знаю, как это провести… — Да, ещё бы не сгореть! — согласился Гермес. — Хотя без ветра ты далеко не полетишь! У тебя есть крылья? — Я же человек, откуда у меня крылья? — усмехнулся Окделл, принимая вопрос за «остроумную» шутку. — Знавал я одного мастера, ох, а его и в живых и нет. Сделал он крылья себе и сыну своему. Склеил перья воском. Сын его близко к солнцу подлетел и… Думаю, конец здесь очевиден! — Упал? — закончил парень с долей неуверенности. — Да! — кивнул покровитель авантюристов. — А ты… Что у тебя? — Пока только обещание, — не стал скрывать Окделл, зацепившись за историю о мастере и его погибшем сыне. Ненадолго, но мысль, даже ассоциация, с собственной жизнью у него появилась. — Не богато!.. — тут по лицу Гермеса скользнула странная тень, будто он задумал что-то эдакое. Он подпрыгнул к парню и закинул руку тому на плечо. — Слушай, а может мы поможем друг другу?.. Скажем так, я с радостью слетаю к солнцу и вырву для тебя моток луча, а ты… Ты сходишь к Эолу и поговоришь с ним… Скажем о том, что безветрие не есть хорошо! Особенно для очень спешащих на свидание богов! — последнее он промурлыкал. — Я, так уж получается, без приглашения не могу к нему попасть, а вот ты, как смертный, можешь! — Ваше предложение мне по душе… Где мне искать Эола? — Ричард взывал ко всем высшим силам, чтобы Эол никоим образом не был связан с Анэмом, иначе задание превратится в порочный круг! — Вообще, он живет на своём летающем острове, — «обрадовал» Гермес. Перспектива научиться летать не радовала, хотя с каждой минутой представлялась всё в более реальном свете. — Ты можешь долго идти вверх? — Могу! — о, хоть что-то близкое к умениям Дикона. — Значит попадём! Спустя шесть часов они подошли к подножию нужной скалы. Живописный лес ещё с час назад сменился панорамами обнаженных камней и валунов. Здесь даже мох для порядка не рос. Кругом царила невыносимая жара и тяжёлый, спёртый воздух. С каждым пройденным поворотом Ричард всё больше склонялся к тому, что Повелитель ветра, которого знает он и к которому они сейчас идут, одно и тоже лицо. Перед взором Окделла выросла огромная тощая башня, улетавшая прямо в облака. Подъём по винтовой лестнице забрал, казалось, половину от уговоренного с ключницей времени. Становилось страшно с каждым упущенным часом. Только когда Дикон оказался на самом верху, Гермес снизошёл до ненужных объяснений. — Нам повезло, эта башенка появляется здесь не так часто и нередко зашедший вовнутрь, оказывается далеко не наверху, а совершенно в других местах. — Закатная башня? — с большим недоверием прошептал Ричард, аккуратно огладив камни парапета. — Я её называю странствующей. В её существование даже боги не верят. А ты и впрямь кем-то храним, раз тебя, человека, она не проглотила, — об опасности этот негодяй сообщил лишь тогда, когда… Этого момента в принципе могло и не наступить! Дик посмотрел вниз. Под ними плыли розовые и бледно-фиолетовые облака. Они полностью закрывали землю, зато взору предстал плывущий остров с высоким дворцом в центре. Серые шпили переливались в вечернем солнце и казались стеклянными. Окружал дворец пожухлый, отцветший сад. На шпилях не висело ни одного знамени, хотя, Ричард был готов поклясться, он их видел. Небольшие неровности тёмного цвета не могли быть чем-то иным. В тоже время, этот клочок земли казался необычайно далёким, будто мираж. — На острове Повелителя ветра нет ветра! — заметил Гермес, схвативший Дикона за руку. — Приготовься к прыжку. Этот портал плывет с невероятной скоростью. И он наш единственный шанс попасть на Эолов остров. Парень кивнул. Божество в последний момент отпустило Окделла и нелестно пихнуло того в спину. Ричард только за воздух и успел схватиться, как руки сжали что-то похожее на оборванный плющ. Ладони мигом порвались об шипы. — Интересно, а до солнца лететь долго? — спросил сам себя Ричард, стоя на твёрдой земле и переводя дыхание. Когда башня растворилась в голубоватом тумане, Дик двинулся в сад. Только теперь тревоги его переросли в панику, а паника набирала силу едва ли не с каждым шагом. Кругом стоял мёртвый лес, воздух был ещё тяжелее и невыносимее, чем в окрестностях Закатной башни. Юноша прошёл по тропинкам, усеянным красными и коричневыми листьями, чисто на упрямстве, пока его взору не открылась поляна, а через оную — протянутая тонкая цепь. Дик сразу узнал её, это ведь те самые путы, что удерживали закатную тварь в облике эра Августа. Между двумя цепями обнаружился закованный старик, больше напоминавший скелет, обтянутый кожей. Седая борода его прикрывала выглядывавшие ключицы, а серая тряпка, бывшая вроде одеждой, слегка дотрагивалась земли. Ричард собирался пройти мимо, похоже, мертвеца, как тот, вот уж точно назло всему, что-то прокряхтел. Этот мешок с костями был живым!!! — Хто сдес-ся? — беззубым ртом заговорил старик. Он поднял голову с невероятно ясными глазами. — О, челофек! Дафненько сюда не саносило смертных! — Да, только я больше на это не поведусь! — отчеканил Окделл и уже собрался идти прочь. — Да походи, нет там царя! Там сло ф чистом виде! — Я к Повелителю ветра Эолу, — зачем-то выдал причину своего здесь присутствия Дик, хотя прекрасно знал, на что способен тот, кого удерживали и, вот уж точно, удерживают цепи Лабиринта. — Так далеко и ходить не надо, это я! — старик рассмеялся, тряхнув цепями. Те грозно грохнули, сотрясая остров. Ричард даже на колени упал, в третий раз попрощавшись с жизнью. — Чем докажете? — уже не так отважно вякнул Дик, скептически осматривая старика. — А фот чем. Прячься в тех кустах, — узник выпрямил крючковатый серый палец и указал в сторону пока ещё зелёных, но точно несвежих кустов. Над головой раздался нечеловеческий рёв. Ричарда дважды уговаривать не пришлось, юноша скользнул, куда указали, украдкой выглянув. Над полем закружили фигуры, напоминавшие и людей, и летучих мышей одновременно. Но стоило заметить, что лапы скорее совиные у этих чудовищ. Проведя разведку, они удалились. Старик, следивший за ними, вдруг поманил Ричарда. Юноша не стал сопротивляться и, опасливо посматривая в небо, подошёл к узнику. — Кто это? — не своим голосом просипел Дик. — Слуги сла. Неделю насад ко мне в дфери постучался путник. Попросил ночлег, а среди ночи наслал на меня эти проклятые цепи! На них титанов в тартаре держат, а тут меня, полубога на сотню уселкоф! Неделю назад! Это сколько Ричард путлял по тому Лабиринта, и когда он встретился в таком случае с ключницей?.. Неужели прошло столько времени в мире живых?! — Ваше величество, — Эол упомянул, что он царь. Значит с обращением более-менее понятно. — Где у вас здесь ближайший водоём! Я вас сейчас освобожу, — Окделл вытянул кинжал из сапога для защиты. — Мне вода не поможет, мне бы мои фетра фернуть! — Эол закатил глаза. Ричард испугался, что они вывалятся сейчас у старика. — Ладно, что с ветрами не так? — что-то юноше уже становилось не по себе от происходящего бреда. Именно бреда: летающие чудовища, живые цепи, странствующие башни, многоликие богини… Все сказки старой няньки сейчас ожили, и Дик сходил с ума! — Над моим троном фисела шкура телёнка. Чтобы ловить фетра, я частенько использовал её… Мой гость об этом снает, рас снает, как со мной управиться. Её надо найти и расресать!.. И бежать! — Почему? — Снесут с ног, расорвут на четыре части… Думаю, понятно… Ричард покивал, с ужасом поднимая глаза на дворец. Сколько ему искать эту шкуру?.. Да тут и жизни не хватит, а у Окделла от силы часов восемь наскребётся. Ладно, есть пару вариантов: тронный зал и, возможно, личные покои. Но тут к Ричардк пришла совершенно безумная идея. — Давайте я вас освобожу, — при взгляде на тонкий, совершенно невесомый кинжал, мысль расковырять пару колец на цепях появились из воздуха. — Не получится… Эти цепи должны кого-то держать, иначе он станут искать… Ричард просунул остриё в кольцо у самого наруча. Сталь с легкостью перерезалась. Старик и сам поразился, но промолчал. Окделл постарался себя уговорить ничему не удивляться. И вот, одна часть закатных пут перестала удерживать Эола. И пока цепь не упала, парень словил её и обратился к царю: — Вам какое дерево не жалко? Повелитель ветра хитро усмехнулся и указал на невысокое толстое дерево. — Дафно хотел его срубить! Коряга благо оказалась в шаговой доступности, цепь живо замоталась кругом неё. Только Дик избавился от железки, как в голове что-то тренькнуло, и совершенно неясно откуда пришло ощущение, что восемь часов превратились в шесть. Окделл кинул взгляд на царя и прикинул, могут ли цепи вытягивать жизнь из своих пленных. Возможно! Пока он возился с одной их частью, двух часов подаренной жизни лишился. Хорошо, что Эол, видимо, поняв беспокойство Ричарда, словил вторую цепь и сам уже накинул её на дерево. — Что ж, герой, держи меч наготове! — скомандовал Эол, зашагав в сторону дворца кривыми тощими ногами. Дик уже думал, что он и ходить не может, а тут… Неунывающий старичок! Окделл поплёлся за ним, нервно осматриваясь по сторонам. Радовало, что царь знал тихие дороги, раз ни разу не встретилось ни одного чудовища. Впрочем, стоило Ричарду закончить свою мысль, как над головой раздался протяжный стон. Юноша задрал голову и едва не грохнулся без чувств. Давешняя тварь, которую он полосонул по ноге, стремительно спускалась по стене, подобно пауку, только с крыльями. Оными она размахивала, вселяя в своих жертв страх. — Ох! — Эол отпрыгнул назад. — Челофек, са мной ф лес… Он нас там не поймает! — дважды повторять не пришлось, мысль вполне здравая, Дикон кинулся за Повелителем ветра в чащу. Чудовище спрыгнуло на землю, но в дебри не полезло. Старик побежал по кривым, заросшим амброзией тропинками, Окделл за ним. Эол добежал до векового дуба и скомандовал: — Полесай! — Зачем? — Ричард посмотрел наверх. Он уже сто лет как не лазал по деревьям. — Сачем, сачем! — разозлился вдруг Эол. — А что, мне лесть… Старому и больному полубогу?! — ясно, лучше послушаться, а то и впрямь полезет, рассыплется, потом Гермес не попадёт на свидание, не достанет луч солнца, и Ричарду придётся испить из реки забвения, а Анэм останется закованным, как Эол, только в Лабиринте. Нет, от этого дедка многое зависело, Ричарду надо с него пылинки сдувать. — Спрыгнешь внис, окажешься в глафном помещении, шкура только там и хранится, ф других комнатах опасно! Всё не так и страшно, оказывается! И очередное восхождение, и прыжок: мягко говоря, ветка с Диком согнулась, опустив юношу прямо сквозь ажурную крышу в зал. Чудеса, да и только! Над широким, отделанным мрамором и серебром троном висела та самая шкура того многострадального телёнка. Ричард несколько не мог сообразить, как в такой затёртый кусок кожи вообще что-то можно заключить. Впрочем, сразу же сказал он себе, не его ума дело: приказали порезать шкуру, значит Дик её порежет и побежит в укромное место! Вдруг неведомая сила вылетела из неоткуда и сбила Ричарда с ног. Парень, перевернувшись в воздухе, мельком разглядел закатную тварь, притворявшуюся некогда Штанцлером. Чудовище, приземлиашись в другом конце зала, стремительно перешла в наступление, Ричард в скором темпе от неё отползал, шкрябая кинжалом о мозаичный пол. Внезапно… Зал закончился, Окделлу отступать некуда, значит пора придумывать план наступления! Юноша покрепче перехватил рукоять кинжала, подождал, пока тварь подступит. В глазах размером с яблоко отчётливо читалось ярое желание разделать парня одним ударом длинного кривого клюва. Ричард оттолкнулся от стены и, скользнув под чудовище, всадил в его сердце своё оружие. Жуткая птица мигом взвилась под сводами, скатываясь в чёрный комок и обугливаясь на глазах. На пол упало лишь несколько пылинок сажи, всё что осталось от страшного монстра. Что ж, первенство неубиваемого пока осталось за бывшим монсеньором Дикона, потому что все человеческие и закатные твари после эра Рокэ сноровки проявляли куда меньше. Хотя утром картина была совершенно иная! Окделл подошёл к трону, стянул шкуру со стены и раскроил её вдоль и поперёк. Под руками, как и под ногами заиграл холод. Под сводом зала мгновенно заревел ветер. Ричард отпрыгнул от вырвавшегося чёрного рукава. Четыре ветра взвились под ажурной крышей, кроша мраморные колонны. Дикон, стоявший позади одной из них, чувствовал, что его припечатало, а скоро и впечатает в стену. Мгновенно вихри безжалостно проломили ажурное плетение потолка и вылетели на свободу. Окделл упал на пол и откинул голову на стену. В голове мелькнуло: четыре часа. Да, не судьба ему исполнить хотя бы одно обещание! А ведь всё было так близко, всё казалось таким доступным, вот, рукой потянись, и оно твоё! Рядом с ним остановился высокий мужчина в зеленой длинной рубахе и тёмно-рыжими кучерявыми волосами. Голубые глаза весело смотрели на уставшего и упавшего духом юношу. — Скажу сразу, перед царём надо на колени становиться, но сейчас, думаю, традицию можно и нарушить, — он подал руку с крючковатыми пальцами. Дик принял её и поднялся. — Ты же меня почти что спас, смертный!.. Хотя чую, время твоё на исходе, — Эол забрал свою руку, на которой пальцы выровнялись, приняв вполне респектабельны вид. — Простите, а вы же были… Эм, несколько старше, — опешил юноша, не сразу даже обретя дар речи. Эол тем временем оценивал фронт работ, с негодованием рассматривая крышу. — Все божества, связанные со стихией, начинают угасать, когда этой стихии нет. Не было моих ветров, и мне конец приходил, да ещё эти цепи! Откуда они только взялись?! Тут через разбитую крышу влетел Гермес. Он, приземлившись, поклонился царю и тут же кинул Ричарду светящийся тёплый клубок. Окделл словил его, с восхищением округлив глаза: полупрозрачные нити переливались, будто жидкое золото. — Ваше величество, — хитро мурлыкнул Гермес. — Может, отправим нашего спасителя к многоликой богине, она его уже заждалась?! — Не вопрос! — Эол махнул рукой, вокруг Ричарда образовалось розоватое облачко, мгновенно переросшее в вихрь. Юноша очутился на берегу реки забвения настолько быстро, что и моргнуть не успел. Ключница сидела всё на том же самом камне, расчёсывая длинные пушистые пряди. Завидев Ричарда, она протянула руку. Парень вложил в неё клубок. Богиня не спеша вернулась на берег, развела руками, как в ритуальном танце, над каменной стеной. Та, недовольно трескаясь, разъехалась в стороны, открывая ход в Лабиринт. Ричард нырнул в него, не помня ни себя, ни что-либо ещё. Как безумец! Зато он наконец-то сделает что-то стоящее во вновь подаренной жизни!