Глава 34. Красоты Колорадо
12 декабря 2025 г., 21:32
Как и планировали — выдвинулись на рассвете. Небо ещё дремало в бледных тонах, но первые золотые лучи уже разрезали серую дымку. За окнами проплывали поля, редкие силуэты деревьев. Путь предстоял дальний.
Леонардо вёл машину и не позволял себе ни на миг расслабиться. Его взгляд был устремлён вперёд, но Венера заметила, как он крепко сжимал руль. Их глаза на мгновение встретились в отражении бокового стекла, но Венера быстро отвела взгляд, хотя сердце всё равно пропустило удар.
Ларота дремала у неё на плече. Последние ночи девушка не могла спокойно сомкнуть глаз — всё надеялась услышать рёв мотоцикла под окнами, потому вымотанная засыпала лишь под утро. Отправиться на такое важное для их будущего задание было бы и для Рафаэля приоритетом, но он и не догадывался о нём. Связаться с ниндзя не получилось ни у кого из семейства — будто след простыл. Ларота прижалась к сестре крепче — представила, что он здесь, он рядом, сможет защитить её в случае опасности и успокоить. И только сейчас осознала как для неё важен этот импульсивный, непостоянный и своенравный ворчун.
Она улыбалась.
Талена попивала заваренный кофе в термосе, иногда бросала косые взгляды в сторону Донателло — он всё не отвлекался от ноутбука, постоянно проверял коды и стабильность подключения. Она аккуратно опустила верхнюю крышку устройства. А когда умник с долей лёгкого возмущения посмотрел на неё, ласково всунула ему в руки термос, молча предлагая отдохнуть. Донателло не стал отказываться, ведь даже в таком простом жесте увидел, что Талена волнуется за него. Послушался — сделал несколько глотков ароматного напитка и закусил предложенными с переднего сиденья пирожными.
Микеланджело, окончательно проснувшись лишь когда солнце было в зените, теперь старался накормить сидящих сзади. И если Донателло не противился угоститься даже сладким, то Ларота решительно отказалась и от хрустящих гренок с ароматной намазкой.
Чуть позже младший сменил Леонардо за рулём, не забывая при этом настроить музыку на свой лад — ему хотелось смягчить напряжение хоть таким способом. И у него это получилось. Сёстры не смогли сдержать искренний смех, когда Микеланджело запел, не попадая ни в одну ноту.
Уже ближе к ночи следующего дня с периодическими остановками они прибыли к точке, откуда собирались держать путь пешком. Ночь в Колорадо наступала стремительно, солнце скрылось за зубчатыми хребтами, погружая в темноту всю красоту природы.
Измотанные долгой, пусть и не опасной дорогой, ребята устроились у костра, сухие ветки гармонично потрескивали в нём, а языки пламени освещали напряжённые лица. Донателло вновь рассматривал схемы в планшете, но на этот раз вместе с Таленой, которая теперь выглядела куда более собранной и взволнованной от осознания возложенной на них задачи. Они негромко переговаривались между собой, в который раз обсуждая предстоящую последовательность действий.
– Перестань ломаться, — Микеланджело стремительно пытался накормить укутанную в плед Лароту тёплой едой.
– Меня тошнит от твоего жирного лосося! — та отворачивала голову от настойчивого ниндзя.
– Жирного?! Это самый нежный и вкусный лосось, что я пробовал за свою короткую жизнь!
– Микеланджело прав, Ларота, — вмешалась Талена. — Ты практически ничего не ешь с момента выезда. Мы все переживаем за благополучный исход завтрашней операции, но и себя нужно пожалеть. Докозагексаеновая кислота, витамины и минералы как раз необходимы для здоровья нервной системы.
Несогласие не могло длиться долго — в конце концов Лароте пришлось сдаться под превосходящим количеством аргументов, которые сыпались из уст Талены и подключившегося к разговору Донателло. Несколько кусков рыбы девушка всё-же закинула в рот, запивая горячим чаем, и спустя недолгое время уснула, представляя себя в мужских объятиях одного эмоционального ниндзя.
Негромкие разговоры у огня продолжались ещё около получаса, пока Микеланджело с Донателло не отправились в свои палатки, а Талена не присоединилась к погрузившейся в сон Лароте.
Венера всё время сидела в своих размышлениях. Информация, которую ей дала Караи, не давала покоя: насколько нужно быть безумной, чтоб не только поверить, но ещё и воспользоваться её указаниями, не боясь попасть в западню. Девушка мотнула головой, прогоняя прочь навязчивые мысли. Раз уж заключила договор — доверяй... И пользуйся.
Когда все разошлись отдохнуть, Венера подошла ближе к краю обрыва, где ветер был сильнее и открывался прекрасный вид на долину, словно покрытую вуалью серебристого света. Ветер растрепал её тёмные волосы, а от его порыва девушка вздогнула — и на светлой коже пробежали мурашки. Венера обняла себя в попытке согреться и в последний раз за сегодня прикоснуться к нежной человеческой коже. Через несколько минут они вновь станут черепахоподобными существами.
Сзади послышались тихие приближающиеся шаги. Венера даже не обернулась, ведь уже знала, кто это. И тут тёплая, шереховотая ткань коснулась её плеч.
— Замёрзнешь, — негромко сказал Леонардо, устраивая на ней плед.
— Спасибо, — тихо ответила Венера, чуть прижимая край ткани к себе.
Он остался стоять рядом, не торопясь уходить. Некоторое время оба просто смотрели в долину.
— Не спится? — наконец спросил Леонардо.
— Мысли, — коротко ответила она, не отводя взгляда. — Слишком много...
— Поделишься?
Девушка усмехнулась.
— Не думаю, что тебе понравится то, что услышишь.
Леонардо чуть склонил голову, стараясь уловить в её голосе хоть намёк на эмоцию, но Венера не поворачивалась. Луна освещала её сосредоточенный, холодный профиль и такой... завораживающий? Лидер поймал себя на том, что просто смотрит на неё, не в силах отвести взгляд. Он хотел ещё что-то добавить, но передумал. Вместо слов просто подтянул плед чуть выше. Его пальцы ненавязчиво прошлись по её тонкой шее, когда нужно было уже давно отойти. И тогда их глаза наконец встретились.
– Если ты захочешь... Я всё смогу понять, Венера.
Она смотрела на него так долго, уже собираясь всё рассказать, но сдержалась. Отвела взгляд, сделала шаг назад, чтоб избежать соблазна подойти ближе и утонуть в его объятиях...
– Но не меня.
И она ушла, быстро, не оборачиваясь и не догадываясь какими глазами он провожал её.
***
Ночь отступила неохотно. Воздух был ещё холодным, влажным, приятно пахло соснами и пылью. Одним словом — свежо. Они двинулись в путь, оставив позади место ночлега. Тропа уходила вниз, к долине, где туман стлался плотным слоем над землёй. С каждым шагом становилось холоднее, а шум ветра глушил любые звуки. Только редкие и чёткие команды Леонардо нарушали тишину, будто он боялся, что даже слова могут привлечь ненужное внимание. Когда солнце окончательно показалось из-за гор, на горизонте обозначился слабый ореол света. Это был защитный периметр, за которым начиналась закрытая зона. Донателло остановился, развернул планшет. – С этого места — всё. Камеры начинаются через километр. Микеланджело крепко обнял брата. План поменялся: умения и ловкость рук младшего понадобятся в эпицентре событий, тогда как Донателло и Талена в состоянии защитить себя в случае непредвиденной, но минимальной опасности. Талена крепко сжала пальчики Лароты и Венеры, легонько погладила ладони в подбадривающем жесте. – Ну всё. Хватит сентиментов, — Ларота отпустила руки и отошла к Леонардо, похлопывая того по плечу. — Мы туда и назад, Тали. Не успеешь соскучиться. Отвернулась, в уголках глаз отчего-то появились слёзы. Леонардо заметил: как она ни старалась скрыть переживания — утаить накопившиеся эмоции не сможет. Лидер аккуратно привлёк взволнованную, но гордую девушку к себе, а когда Ларота попыталась убрать его руку со своих плеч, прошептал: – Я не жалею тебя, не переживай, — улыбка появилась на его напряжённом лице, делая взгляд мягче. — Умеешь давать волю чувствам. Ты живая. Оказывается. – Иди ты, — Ларота захихикала и шутливо оттолкнула Леонардо подальше от себя, смахивая оставшиеся слёзы. И сама себе удивлялась — откуда в ней столько чувствительности в последнее время?.. Донателло и Талена остались в кустах с ноутбуками и антеннами: в наушниках — их голос, на планшетах — петля камер и диагностические окна. Новообразованная команда шла в плотном молчаливом строю. Леонардо шёл впереди, Венера и Ларота сразу за ним, Микеланджело замыкал. В наушнике Донателло тихо отчитал: «Петля на наружные камеры держится. Окно — полтора цикла. Будьте в зоне скрытия через сорок пять секунд». Первым препятствием была внешняя колючая сетка и ряд наземных датчиков. Кожей и всеми костяшками чувствовалось напряжение: любой скрип приведёт к тому, что тысячи глаз в сети смогут заметить движение. Ларота подошла к ограждению, бросила быстрый взгляд на отметки Донателло и затем аккуратно высвободила маленький тонкий карбоновый трос. Работала девушка тихо: срезала один виток, пропустила трос, закрепила узел. Тогда Леонардо прополз первым, затем Венера и Микеланджело, но в последний момент он неудачно задел ботинком сухую ветку. Раздался хруст. — Тише, — прошептал лидер, дав знак замереть. Но Донателло успел мгновенно переключить петлю: камера показала пустую землю, а звук остался незамеченным. Они добрались до второго периметра, где ограждение заканчивалось, уступая место бетонному коридору с вмурованными в стены инфракрасными сенсорами. На планшете Донателло мелькали красные линии — плотная сетка, почти без проходов. — Тут не пролезть, — прошептала Ларота, пригибаясь и вглядываясь в пространство между датчиками. — Эти лучи реагируют даже на перепад температуры, — отозвался в их наушниках Донателло. — Если хоть один из вас их пересечёт — нам крышка. Леонардо нахмурился. Дальше было не пройти — даже низкий коридор, где по плану можно было бы проскользнуть, оказался перекрыт: дополнительный контур охраны, которого не было на старых схемах. Он повернулся к остальным, обдумывая как поступить дальше. Микеланджело уже достал из рюкзака небольшой аэрозоль, чтобы визуализировать лучи. И тогда воздух заиграл тонкими красными линиями, словно паутина. Венера стояла позади, глядя, как линии ритмично мерцают. Что-то в этом ритме показалось ей знакомым. — Подожди, — тихо сказала она и подошла ближе, не дотрагиваясь до границы. — Они моргают, при чём неравномерно. Видите? Один из сенсоров даёт сбой. Леонардо прищурился, следуя её взгляду. И правда, в левом секторе один луч будто пропадал на долю секунды. — Донни, — прошептал он, — у тебя виден скачок сигнала на.. третьем сенсоре? — Проверяю... — на несколько секунд, которые показались вечностью, умник замолчал. — Есть. Это старая модель... У неё есть фаза в пять десятых секунды, пока процессор перезагружается. Но, ребята, это самоубийство! Нужно пройти синхронно с её провалом. — Не впервые, — бросил Леонардо сухо. — Координация по моему счёту. Венера уже прижалась к стене и решительно произнесла: — Я первая. — Даже не думай, — мгновенно ответил Леонардо. — Думаю, — твёрдо перебила Венера. — Я легче, быстрее и если что — отскочу. Он хотел возразить, но замолчал — в её глазах играла непреклонная готовность. Ларота кивнула: — Доверься ей, Лео. Леонардо медленно закрыл глаза, как бы соглашаясь. Венера глубоко вдохнула, сосчитала ритм вспышек и... шагнула. В момент, когда один из лучей погас, она проскользнула сквозь два соседних сектора, пригнувшись и повернувшись боком, будто скользнула по невидимой грани. Лучи вспыхнули вновь, но уже позади. Сердце билось будто в горле, но она не остановилась: легким движением достала из рюкзака зеркальную пластину и аккуратно подставила её под второй луч. — Готово, — прошептала она. — У вас есть тридцать секунд, пока отражение держится. Леонардо молча кивнул, пошёл вторым, точно повторяя её шаги. Ларота прошла следом — грациозно, не издавая ни звука. Микеланджело был последним, не таким грациозным и лёгким, но тоже достаточно эффектным. Когда они оказались по ту сторону, лучи вновь вспыхнули — как ни в чём не бывало. Леонардо выдохнул и обернулся. Их взгляды с Венерой встретились. Она улыбнулась — определённо осталась довольна собой. И он тоже. Они двинулись прочь от открытого коридора, вглубь старой технической зоны — там, где карты показывали сервисные люки и вентиляционные ходы. Коридор стал уже, потолок опустился, а воздух наполнился холодной сыростью. По бокам тянулись металлические панели и ржавые коробки коммуникаций, кое-где торчали обломки старых труб — всё было по уши в пыли и следах давних бурений. Наконец в небольшом расплющенном проходе на углу перед ними вырисовывался маленький металлический шкаф с облупленной эмалью и заводскими пломбами, тот самый ящик управления. По плану, в этот шкаф им нужно было вставить интерфейсную «плашку» — устройство, которое Талена запрограммировала заранее. Это была тонкая еталлическая пластина, облеплённая электроникой, с аккуратно выпиленными шлицами и зелёным индикатором. Леонардо подошёл первым и осветил панель; на ней виднелись блоки питания, толстые кабели и пара замков. Болты у одного из фланцев прикипели к корпусу, чеканя в темноте сухой, визжащий звук. Микеланджело подал лом, Ларота поддержала крышку, пока лидер работал отверткой, а Венера, присев на корточки, держала свет и протянула держатель для платы. Когда последний крепёж сдался, из разрыва вырвался едва слышный искровой отблеск. Теперь изнутри на них смотрели толстые кабели и блоки питания, помеченные заводскими бирками. Они действовали быстро: Донателло зачитал краткую инструкцию, Венера подсвечивала и смотрела, как Леонардо вставляет в порт полупрозрачную плашку. Сердце бешено колотилось, Венера не могла унять дрожь. Что-то не так. И в этот момент действительно что-то подвело: одна из лампочек на блоке мигнула оранжевым. Все затаили дыхание. Леонардо взглянул на Венеру, но её глаза не выдали внутренней тревоги, они будто решительно сказали ему: «Доводи до конца». И лидер повернул отвёртку. Соединение замкнулось — плашка встала, приняла сеть. В наушнике вырвалось облегчённое от Донателло: «Есть!». Талена в этот момент улыбнулась, занялась подчисткой потоков данных, подменяя отчёты о датчиках и делая всё внутри «тихо и чисто», как будто и не было никаких посторонних тел. Вновь раздался голос Донателло: «У вас семь минут до следующего обхода патруля». – Семь минут — это уже роскошь, — хмыкнула Ларота. Микеланджело открыл тяжёлую техническую дверь. За ней начинался коридор обслуживания — низкий, тесный, освещённый тусклыми лампами, которые нестабильно потрескивали, где-то выше работали огромные вентиляторы. Воздух был пропитан металлической пылью и чем-то приторно-химическим. Они двинулись вглубь. На стенах висели трубы, толстые и покрытые конденсатом. Коридор всё сильнее уходил вниз под углом, и Венера чувствовала как воздух становится теплее, плотнее, словно насыщен энергией. Они всё ближе к кристаллам, ближе к своему спасению. Но её сердце было не на месте — не от страха, а от странного предчувствия. Узкий коридор всё уходил в темноту, тусклые лампы теперь едва освещали помещение. Воздух становился всё плотнее. Узкий коридор вывел их к развилке. И тут Леонардо остановился, ведь на пути оказались три туннеля. Каждый из которых абсолютно одинаково серый, покрытый налётом времени и паутинками влаги, без опознавательных меток. На планшете карта мигала, выдавая некорректные данные, а спустя секунду и вовсе погасла. – Какого чёрта? — прошипела Ларота, постучав по экрану. — Донни? Тали? Из наушника послышался обрывистый голос и шум, искажённый помехами: — ...интерференция... отражение от мета... стен... попыт… И связь оборвалась.
