Проклятье ночи, или Общая беда объединяет

      – Чудесно! — проворчал Микеланджело. — Без сигнала, без навигации, в подземке, где прёт тухлыми яйцами или дохлыми крысами — уже не пойму.       – Майки! — шикнула на него Ларота. До такого красноречивого описания девушка ещё сдерживала себя, но теперь прикрыла нос рукой, пытаясь сконцентрироваться на задаче.       Все замерли, переглядываясь друг с другом. В этой тишине было слышно лишь как где-то вдали капала вода, будто отсчитывая время до провала. В голове у каждого тот час зарождались разные мысли и идеи, но ни одна не была озвучена.       – Хорошо. Будем действовать по памяти, — размеренным голосом произнёс Леонардо, первым взяв себя в руки.       – И логике, — продолжила его мысль Венера.       Она опустилась на колени. Вытянула ладонь, пытаясь уловить движение воздуха в каждом из проходов.       – Здесь едва чувствуется движение, а тут… — она подняла взгляд, указывая на левый тоннель. — Тянет прохладой и влагой. Значит, за ним может быть спуск. Возможно, дренаж..?       – Или вентиляция, — неуверенно предложила Ларота.       Леонардо подошёл ближе, вглядываясь в темноту тоннеля.       – Венера права. Воздух идёт снизу вверх. Дренажные коммуникации как раз должны быть ниже уровня основного коридора.       – Рискнём? — Микеланджело уже шагнул вперёд.       – Ничего не остается, — с решительной улыбкой произнесла Ларота, следуя за ним.       Леонардо в какой раз, подобно отцу, попросил быть осторожнее и бдительнее. Пропустил Венеру вперёд, замыкая строй.       Тоннель уходил всё глубже, постепенно превращаясь в узкий проход, по которому приходилось идти пригнувшись. Влага струилась по стенам, а под ногами хлюпала холодная, мутная вода. А чем дальше они продвигались, тем явственнее чувствовался запах ржавчины и сырости, смешанный с чем-то неестественным и новым.       Микеланджело первым спустился по короткой лестнице вниз, в основной канал. Луч его фонаря скользнул по стенам, отразился в тёмной воде, что заполняла половину прохода.       — Да, это дренаж, — тихо сказал он, стараясь не поднимать лишнего шума. — Только вот свежих следов тут нет… Никого нет.       — И всё же кто-то поддерживает систему, — заметила Венера, касаясь пальцами трубы у стены. Та была тёплой и вибрировала. — Вода циркулирует. Значит, источник где-то недалеко.       Они двигались вдоль трубы, где местами тянулись старые кабели. И в этот момент будто послышался треск — где-то впереди щёлкнул металл, и на потолке вспыхнула голубоватая искра. Тут же сверху сорвался кабель, хлестнув по стене. Всё случилось за секунду.       — Твою мать, это же фаза! — Микеланджело едва не задел искрящий провод.       — Назад! — резко крикнула Ларота, хватая его за руку.       Леонардо одним движением выдернул из-за пояса нож и, осторожно, почти не дыша, подцепил провод, отбрасывая его к стене, где было сухо.       Они стояли, затаив дыхание. Осмотрели друг друга — убедились, что все целы. Искры медленно погасли, но запах горелой изоляции ещё стоял, дым тянулся к потолку.       — Вот тебе и «никого нет», — глухо произнёс Леонардо.       — Похоже, система всё ещё на питании, — сказала Венера, разглядывая место, где оплавилась изоляция. — Либо кто-то недавно запускал насосы.       Леонардо скомандовал двигаться дальше. И чем больше они шли, тем ниже становился потолок, на стенах уже не было следов ржавчины, металл был гладкий, новее. Вид поменялся — словно их шаги привели к обновлённому участку комплекса.       Впереди послышались глухие, но приближающиеся шаги. Сначала один, потом второй. В полумраке за углом мелькнул слабый свет фонаря — искажённый шлем, отблеск металла.       Леонардо понял — это охрана.                   Микеланджело хватило одного взгляда брата, чтоб взять за руку Лароту и юркнуть с ней за выступ трубы у стены, к которой они находились ближе, чем остальные.       Тяжёлые шаги раздались всё ближе.       Леонардо не раздумывал — тут же схватил Венеру за талию, потянув за собой и вжимая в узкую нишу между трубами, где едва мог вместиться один человек. Металл захолодил девушке в спине, а из лёгких будто выбили весь воздух, когда сильное мужское тело прижало её с другой стороны, только теперь обдавая жаром.       Его шёпот раздался у самого уха:       – Тише. Тише...       От этого низкого, сдавленного голоса у Венеры по телу пробежала дрожь. Сейчас ей не было страшно, что их заметят. Вся тревога тут же улетучилась, стоило горячему дыханию Леонардо оказаться на её коже у виска.       – Проверь датчики, — раздался где-то рядом мужской голос. — После утечки поступил новый приказ.       Луч фонаря полоснул совсем рядом, по стене напротив, где затаились Микеланджело и Ларота, но, к счастью, их временное укрытие оказалось более чем безопасным.       Теперь свет прошёлся по другой стене и едва полоснул по лицам Леонардо и Венеры, но, к удивлению, не задержался. Леонардо прижался ещё ближе, крепче. Она чувствовала, как его сердце колотится под ладонью, прижатой к груди.       Шаги замерли прямо за углом, а секунды для Венеры растянулись. Она подняла глаза — и встретилась взглядом с ним. Леонардо смотрел пристально, сосредоточенно, но вместе с тем опасно, почти хищно. Или, может, это просто отражение их общего напряжения? Неважно.       В опасном сантиметре друг от друга замерли их губы, чуть приоткрытые от стресса и дыхания, сбившегося в один ритм. Венера уловила, как в какой-то момент синие глаза Леонардо дрогнули, задерживаясь на её устах.       Свет погас. Спустя миг шаги охранников стихли, растворяясь в глубине коридора.       Леонардо не отстранился сразу, напротив — словно попав в туман, медленно склонил голову ниже… ближе. Венера застыла, перестала дышать, пальцы сами собой вцепились в ткань его куртки.       – Отмена, Лео. Они ушли, — негромко произнёс Микеланджело, уже стоя посреди коридора и отряхивая грязь с одежды. — Фух... давно я так не накладывал в штаны.       – Так это были не дохлые крысы, Майки, а ты? — съязвила Ларота, снимая напряжение до конца.       Леонардо будто сбросил с себя наваждение. И, словно удар током, резко отстранился и опустил взгляд, но его пальцы всё ещё помнили тепло женского тела. Чёрт... что я творю?       Он быстро взял себя в руки и коротко скомандовал:       – Пойдём.       Дальше они двигались почти без слов, а если и говорили, то лишь едва различимым шёпотом. Достаточно было того, что каждый их шаг будто отдавался громким эхом в ушах. Где-то вдалеке гудел насос или турбина, а наверху, сквозь узкие решётки вентиляции, мелькали блики прожекторов. Совсем рядом была патрулированная охрана.       – Нам на северо-западный сектор, — прошептала Венера, оглядываясь. Её движения были быстрыми, слишком чёткими.       – Почему именно туда? — первой озвучила интересующий всех остальных вопрос Ларота.       – Там впереди должно быть ответвление — старая платформа технического обслуживания. Нам туда, — ответ прозвучал без колебаний.       Микеланджело, как и Леонардо с Ларотой, нахмурился:       – Откуда такие познания?       Венера обернулась, но говорить не хотела. Сейчас уж точно не хотела. В её взгляде мелькнула тень усталости и решимости одновременно. Но что-то в нём было ещё... Замалчивание. И уж слишком явное.       – Доверьтесь.       Леонардо смотрел на неё чуть дольше остальных, будто пытаясь понять почему и что она недоговаривает. Но на деле сказал лишь, соглашаясь:       – Хорошо.       И Венера была благодарна ему за это. Вдруг сверху послышалось гулкое эхо шагов. Ларота оглянулась — прямо над ними, через решётку двигалась группа охранников с фонарями. Луч света на миг скользнул по стене рядом с Микеланджело. Тот инстиктивно пригнулся, прижимаясь к холодной стене. Леонардо мгновенно жестом приказал всем замереть — никаких лишних шагов, движений и даже вдохов.       Шаги становились всё громче. Луч фонаря вновь быстро скользнул по решётке, пополз вниз по стене... прямо к их укрытию. У Венеры сжалось всё внутри.       – Проверьте насосную, — вдруг раздался голос одного из охранников.       – И вентиляцию тоже. Если под перекрытиями движуха — сразу доклад.       Слова нашли отголосок внутри Венеры — она помнила слова Караи. Под перекрытиями. Северо-западный сектор. Кристаллы. Сыворотка... Спасение... Её пальцы чуть дрогнули, дыхание сбилось, но девушка успела взять себя в руки.       Охранники задержались ещё на пару секунд, пытаясь что-то высмотреть и выслушать. Ничего. Затем, наконец, их шаги начали удаляться.       Напряжение отпустило, и Венера поняла, что больше не может молчать. Нужно действовать сейчас, иначе потом будет поздно. Она обвела всех внимательным взглядом, останавливая его на Леонардо, и обрывками произнесла:       – Третий уровень вниз. Шахта L-2. Там кристаллы. Пошли. Сейчас же.       Долго переваривать услышанное не пришлось. Леонардо молча поджал губы, опустил глаза в пол, и Венера уловила в его взгляде то, к чему уже привыкла, — разочарование: она вновь не договаривала, вновь умолчала. Вновь.       Микеланджело переглянулся с Ларотой, та играть в изучающие гляделки, разумеется, не стала:       – Слишком много конкретики, Вен. Поговорим сейчас или опять оставим твои секретные познания на потом?       – Согласен, — поддержал Микеланджело. — Мы ведь не идём туда вслепую? Ты обладаешь дополнительной инфой? Кто тебе её предоставил?       Венера предпочла бы отмолчаться, утаить то, что знает, и то, от кого получила эти сведения, и уж тем более — какой ценой.       Но из неудобного момента её вытянул именно отчуждённый голос Леонардо:       – Венера прекрасно осознаёт последствия своих поступков, — он говорил медленно, выверяя каждое слово и не глядя на девушку. — Если она решила, что лучше скрыть от нас часть информации, которой она владеет... что ж, это её полноценное право.       Его слова звучали как демонстративная защита, но Венера для себя разобрала в этом ровном, холодном тоне укол. Это было хуже злости и требования объясниться. Его сдержанность всегда резала сильнее и больнее.       – Идём.       Леонардо сделал шаг вперёд, даже не дожидаясь последуют ли остальные за ним. Спустя миг его силуэт уже скользил в сторону северо-западного сектора. Аккуратно, тихо. Они двинулись за ним и спустя время поровнялись. Венера пыталась уловить хоть краем глаза его взгляд, переглянуться. Но он ни разу не посмотрел в её сторону. Молчал.       Через несколько шагов Венера всё-таки тихо заговорила:       – Лео...       Леонардо не ответил. Венера про себя хмыкнула — она бы удивилась обратному.       Однако его шаг стал медленнее, он не отдалялся от неё, будто хотел послушать что она скажет.       Они двигались всё ниже и ниже. Эта старая платформа технического обслуживания казалась бесконечной.       Венера замедлилась у старой, наполовину проржавевшей лестницы, ведущей ещё глубже. Третий уровень.       Сердце забилось быстрее. Они спустились по лестнице молча. Никто ничего не говорил, разве что Микеланджело иногда перекидывался бессмысленными фразами с Ларотой и Венерой, чтоб попытаться разрядить гнетущее молчание. Однако не получалось. К тому же, нервы у всех были уже на пределе.       Едва они начали продвигаться по нижнему уровню, коридор стал узким, низким и наполненным звуками работающих механизмов. Потолок вибрировал, а трубы над головами то и дело вздрагивали, будто по ним проходили рывками большие нагрузки.       Леонардо вдруг остановился, поднял руку — и все, как по щелчку, замерли. Теперь услышали и остальные, как впереди раздался знакомый металлический звон. Чужой. И тяжёлые шаги.       Прямо за поворотом появился отблеск фонаря и тут же — ещё один.       – Патруль. В укрытие! — коротко и чётко скомандовал Леонардо. Его командный шёпот звучал солиднее криков.       Они ринулись к ряду грузовых контейнеров. Шаги гулко отдавались в металлическом пространстве. В конце коридора вспыхнули яркие лучи.       – Там кто-то двигался. Проверь правый сектор, — прозвучал голос одного из патрульных.       Трое охранников, вооружённых автоматами, разошлись веером.       Леонардо жестом приказал всем опуститься на колени. Сам он стоял чуть впереди, контролируя ситуацию. Охранники осмотрительно шли прямо на них. Один из них спустя время поднял радио:       – Третий сектор чист. Продолжаем обход.       Но тут, стоило им развернуться и двинуться в противоположную сторону, сверху, в вентиляционном коробе, что-то резко звякнуло. Микеланджело едва не четырехнулся — чёртов сорвавшийся болт или старая облезшая деталь, что бы это ни было. Это что-то наделало очень много шума.       – Эй! – выкрикнул один из охранников. – Слышали?       Они развернулись обратно и свет фонаря ударил прямо в сторону ниндзя.       Леонардо не стал ждать пока их укрытие обнаружат, а вместе с ним — и их. Он ухватил Лароту за руку и потянул за собой одним точным движением.       – Вперёд!       Они рванули в узкий технический проход, шаги гулко отдавались по металлу.       Охранники закричали что-то непонятное и тут же бросились следом.       – Как же без этого! – пробубнел Микеланджело, проскальзывая под низкой балкой.       Венера в прыжке перелетела через упавшую трубу.       Свет охранных фонарей полоснул по стене позади — они были уже слишком близко.       – Налево! — выкрикнула она.       Ларота проскочила следом, почти скользя по металлу. Микеланджело задел плечом выступающий кабель, тот сорвался, загрохотал об пол. Леонардо прикрывал отход, но не отставал, а затем рывком подтолкнул Микеланджело вперёд, когда тот чуть не споткнулся. Дальше шёл резкий и узкий поворот. Охранники кричали что-то угрожающее, громкое, звук их шагов сливался в единый хаотичный стук.       Коридор становился ниже и Венере пришлось пригнуться, чтоб проскользнуть под свисающей арматурой. Её собранные в тугой хвост волосы зацепились за ржавый металл. Стало больно, но у девушки не было времени даже выругаться. Она лишь зашипела и предупредила бегущих за ней:       – Впереди ступеньки!       Однако Микеланджело не услышал или просто не успел среагировать — прежде набрал слишком молниеносную скорость, потому налетел на первую ступень и неуклюже покатился вниз.       – Майки! — Венера тут же бросилась за ним, помогла подняться, когда оказалась с ним на одном уровне.       За ними подоспели Леонардо и запыхавшаяся Ларота, убедились, что с младшим всё в порядке и бросились дальше. Хоть и немного оторвались, но звук погони всё ещё отдалённо стоял в помещении.       Они неслись вперёд, почти не разбирая дороги. Пол под ногами всё чаще вибрировал — насосы работали где-то очень глубоко. Воздух становился всё тяжелее и теплее.       Позади раздалось грозное:       – Вижу движение!       Не нужно было лишних команд от Леонардо, чтоб вновь двинуться вперёд из последних сил.       Силуэт платформы наконец мелькнул где-то вдали.       Они почти врезались в старую аварийную решётку, спрыгнули на площадку. Металл под ногами задрожал.       – Майки! — позвал Леонардо.       Братья сорвались к тяжёлой заслонке. Вдвоём, хрипя от напряжения, перекрыли проход. Рычаг заклинило, но Микеланджело ударил по нему кулаком, и механизм хрипло защёлкнулся, поддаваясь. Спустя пару мгновений с другой стороны заслонки послышались громкие, яростные удары, что означало, что преследователи были уже в дверей. Металл дрожал, однако затвор оказался надёжным и прочным. Открыть его можно было только изнутри… и сейчас «экскурсанты» были по ту сторону.       Венера, всё ещё тяжело дыша, обернулась... Остальные тоже повернули головы.       Сквозь сеть перекрытий, за массивом металла и пыли, пространство было залито ровным, неземным сиянием.       Леонардо шагнул ближе, внимательно рассматривая пространство: голубые лучи, как сотни тонких жил, расходились по стенам, стекали вниз, собираясь в одном направлении — туда, где находилась шахта L-2.       Кристаллы не были видны полностью, но они чувствовались каждым миллиметром кожи, даже Микеланджело покрылся мурашками. Их свечение то сжималось, то расширялось, плавая в воздухе, как холодное дыхание.       Ларота аккуратно взяла Венеру за плечо, её пальцы дрожали. Старшая шагнула к свету первой, чувствуя, как пульсации этой неземной энергии отзываются в груди. С каждым шагом свечение становилось всё отчётливее, оно будто раскрывалось и играло разными красками, приятными глазу. Леонардо последовал за ней, остальные — следом. На пути девушке тут же повстречалась металлическая табличка с потускневшим, старым окрашиванием, но, несмотря на это, буквы на ней чётко читались, ведь освещались голубым свечением из глубины шахты. Венера остановилась, вчитываясь.       – Что там? – напряжённо спросил Леонардо.       После короткой паузы Венера произнесла вслух:       – Церулионит.