you always heal my wounds like that

юта вздрагивает из-за резкого вскрика, пожалуй, даже до того, как разлепить глаза, и, взяв ещё не успевший выключиться телефон (опять заснул за просмотром какого-то странного артхауса), наводит горящий экран на соседнюю кровать. - тэен? все хорошо? ли, щурясь от света, слегка дрожит и тяжело дышит, но отвечает: - да-да, извини, что разбудил. все нормально, просто плохой сон приснился. после того, как это повторяется назавтра, а потом ещё через день, юта начинает волноваться. с утра после очередного "просто страшного сна" он подходит к тэену, у которого уже начинают появляться синяки под глазами, и говорит: - ён, все правда хорошо? я как бы волнуюсь за тебя, да и спать хочется, и вообще... - да, честно, просто какие-то дни неудачные, вот и снится какой-то бред. это пройдет, я уверен. - ладно, но если это снова будет повторяться, ты сходишь ко врачу, окей? - конечно, мама. - ли с ухмылкой выделяет последнее слово. - тэ! я серьезно! - накамото чуть ли не ножкой топает. - да спокойно ты, договорились. - вот так-то лучше. - с гордостью поправив криво лежащие волосы тэена, он идёт к двери из комнаты. юта уже даже не удивляется, слыша испуганный возглас тэена в половину третьего ночи. нет, точнее удивляется, но только когда, посмотрев на часы, понимает, что всё это время играл в симулятор айдола. он привычно осведомляется у тэена о его состоянии, но получает в ответ: - мне страшно, юта. мне очень страшно, правда. накамото слегка теряется, потому что его, очевидно, жизнь к такому не готовила. в его голове мелькает безумная (безумно неловкая) мысль пригласить его к себе под бок, но он сразу отметает ее. ему не нужно, чтобы тэен ещё и об его чувствах, не дай бог, узнал или что-то заподозрил. но следующие слова ли буквально выбивают из него весь воздух: - м-можно, я лягу к тебе? - он будто читает его мысли. - я... извини, это, наверное, очень плохо звучало, но я не могу спать последние несколько дней из-за кошмаров, и... - успокойся. можно конечно. - накамото пытается хоть как-то остановить самообвинительную тираду тэена и одновременно побороть застрявший в горле ком. - правда? спасибо большое. - уже куда более адекватным голосом благодарит тот и, взяв подушку и одеяло, встает и бредёт к кровати соседа. юта все ещё находится в некотором шоке, но слегка пододвигается к стене. и в который раз подмечает про себя, что сонный тэен безумно мил, а то, что он в серой пижаме и с серыми волосами, делает его похожим на маленькую тучку сонливости, готовую провалиться в царство морфея в любую секунду. тэен подходит к кровати юты и садится на краешек, как настоящая туча зацепляется за выступ горы. от него так и веет чувством неловкости и почему-то страха. он ложится с самого-самого края, очевидно стремясь занять как можно меньше места и рискуя при первом же неосторожном движении упасть. юта это конечно замечает и говорит: - ён, все нормально, ты можешь занять чуть большую площадь, чем два квадратных сантиметра. но, получив в ответ: - да все хорошо, мне удобно, - просто заграбастывает друга за талию и придвигает ближе к себе с криками "и никуда ты не денешься". со стороны наверняка выглядит очень странно, но без разницы, и они лежат вот так, странно обнявшись. а сон тэену все не идёт и не идёт, а он очень уставший и очень хочет наконец уже просто отключиться и не видеть кошмаров. юта же о том, чтобы спать, даже думать не может, просто напряженно лежит и держит руку на боку ли, который вроде и не против. накамото слышит тэенов оклик, произнесенный прерывающимся зевками шепотом: - ютаа... - чего тебе ещё, лунатик? - ты можешь спеть мне что-нибудь? пожалуйста? "что, прости?",- хочется сказать ему (а ещё лучше - просто сбежать), но это "пожалуйста" такое измученно-сонное, что отказаться просто невозможно. - о-окей, так уж и быть, но что именно? - спой что-нибудь на японском. люблю, когда ты говоришь по-японски. - тэен ластится к руке накамото, как кот, и юта не знает, какой вариант хуже - если он делает это из-за жуткой усталости или нарочно. ✧ あれこれ口うるさい しゃべりだすと止まらない キミがなんだか控えめじゃない? I can give you a big hug always この胸に飛び込んで だって キミだっていつだってそうやって 傷口ふさいでくれる もともと器用だってわけじゃない もともと意地っぱり強がり 似たもの同士 you are my best partner キミを泣かすのは 誰だってんだ うちらが手を繋いでいれば どんな壁もぶっ壊せる ________ Nagging about this and that. Once I start talking, I don't stop Aren't you somewhat quiet? I can give you a big hug always Jump into my chest, 'cause you always heal my wounds like that We're not clever by nature We're stubborn and pretending to be tough by nature We're two of a kind; you are my best partner Who's making you cry!? Once we join hands, we can break any wall ✧ юте великолепно радостно и грустно одновременно, ведь он поет песню о любви человеку, которому никогда не признается в своих чувствах, пока тот засыпает спокойным сном в его кровати и чуть ли не на нём самом. накамото перебирает его пепельного цвета волосы и старается не дышать, боясь, что может спугнуть, растворить в воздухе присутствие тэена. а тот лежит в объятьях и думает только о том, что не против провести так остаток своей жизни. а когда он засыпает, накамото наклоняется к нему, легко шепчет на ухо: "спокойной ночи", - и целует в лоб, любуясь его умиротворённым, спокойным лицом, а после и сам проваливается в сон. зашедший в комнату юты и тэена после десяти безрезультатных стуков доен приходит в лёгкий шок от увиденной картины - тэен мало того, что лежит на кровати юты, которая как бы неприкосновенна, так ещё и лежит раскинувшись, а хозяин кровати опасно свивает над полом половиной тела. но ким, как истинный дипломат, решает, что, если нужно, парни сами всё расскажут и объяснят, а потому закрывает дверь и говорит всем уже собравшимся на кухне для завтрака, что ли и накамото, похоже, еду пропустят. мемберы, конечно, слегка грустят из-за того, что не видать им сегодня фирменной тэеновой яичницы, но вопросов не задают, только хэчан выдает какую-то сальную шутку, за которую получает в бок от марка, да и она сразу же забывается. юту будто за загривок выдергивают за ворота морфеева царства, и он просыпается в своей комнате, на своей кровати (правда, на самом краю, но ничего), рядом с парнем, в которого влюблен. он чувствует себя как с похмелья, но только потому, что очень медленно вспоминает, как около него оказался тэен. через пять минут, когда до накамото доходит все, что происходило ночью, перед ним становится непростой выбор - остаться тут, невзирая на голод, или как можно аккуратнее попытаться вылезти с постели, по возможности не разбудив эту тучку, и пойти набить желудок двухъяичным омлетом и полулитровой кружкой кофе. серьёзно взвесив все за и против и обдумав проблему со всех сторон, он приходит к решению: подождать пробуждения тэена, а пока аккуратно подвинуть его, потому что сейчас юта занимает те самые два квадратных сантиметра, и не то что бы его это устраивает. примерно через двадцать две минуты, если верить сбрендившим часам, висящим на стене и идущим задом наперед, тэен открывает глаза и резко садится, из-за чего задевает головой подбородок юты, который просто от скуки пытался заплести малюсенькие косички из тэеновых волос, и тут же начинает извиняться: - о, юта-кун, прос... - он запинается и начинает оглядываться, явно не понимая, как он тут оказался. - стой. юта смеётся ("солнце", - подмечает тэен, несмотря на ситуацию) и говорит: - вот уж не думал, что наше первое утро вместе начнется вот так, тэён-а, - ему правда очень весело наблюдать за тем, как меняется выражение лица ли, но в то же время в его голосе проскальзывает не то что бы даже заметная грусть из-за того, что это просто шутка, и... ай, ладно, надо жить моментом, потому что вот этот ему нравится. тэен быстро вспоминает произошедшее вчера и несильно толкает юту в плечо, улыбаясь. - ладно, пошли есть, соня, а то я настолько голодный, что боялся разбудить тебя своим бурчащим животом. - пошли. днём они приходят к невербальному обоюдному согласию не обсуждать произошедшее. ~ они возвращаются в общагу и сразу же заваливаются на кровати - такое чувство, что сейчас откажут ноги и руки, а вместе с ними и голова. через несколько минут втыкания в потолок от юты доносится: - кто первый в душ? тэен слишком устал, чтобы что-то сказать, поэтому просто машет рукой, что накамото расценивает "не я" и с трудом заставляет себя подняться и пойти в ванную. помывшись так быстро, как можно, он вылезает из ванной чуть более живым, чем до этого и наблюдает великолепную картину: ли тэен, свернувшись, спит на его кровати. юта закатывает глаза и, немного поколебавшись, все же идёт к своей кровати, потому что снова просыпаться в три часа ночи от испуганных криков тэена не хочется. он как можно аккуратнее залезает ближе к стене. от ли слегка несёт потом, а ещё он в почти что уличной одежде, но накамото решает закрыть на это глаза и пожалеть лидера, но обещает самому себе завтра поговорить об этом, и засыпает, только уронив голову на подушку. тэен, не открывая глаз, потягивается, тут же слышит возмущенное "эй!" и оборачивается (а ещё замечает, что чужая рука быстро убирается с его бока). юта трет щеку, хотя и не выглядит особенно раненным, но тэен, конечно, извиняется и получает в ответ: "да все ок". накамото садится, уже даже не держась за лицо, а за ним и ли, который все же не может удержаться и с трепетным ощущением где-то в районе сердца спрашивает: - можно, я тебя поцелую? юте кажется, что тэен готовил этот вопрос не один день. юте не хочется ошибаться. юта смотрит тэену в глаза и говорит "да", проведя мысленно неуместную аналогию с заключением брака, а потому слегка улыбается, когда ли целует его, неуверенно подавшись вперед, как в этих нелепых комедийных фильмах и обхватив его лицо руками. а тэена его улыбка сводит с ума.