Ангелы с грязными душами

— Ты? – Удивлению Ким не было предела. Девушка даже не подозревала, что её соседом является никто иной, как сам Мин Юнги. Она думала, что он живет в более богатом районе, а оказалось... — Надо же, какие люди, да ещё и в таком виде. Неужели соблазнить меня решила, а, мелкая? – Голос парня был слишком слащаво-уверенным. Как же быстро Дженни вспомнила, что именно это её в нём и бесит больше всего. Но сейчас явно не до этого.... — Какого черта ты тут делаешь? – Наплевав на услышанные слова, задала вопрос девушка, вот только в отличие от парня, её голос был грубым. Ни этого человека она ожидала увидеть за дверью, ой как не этого.... — Ух! От тебя так и прет сукой. – Продолжил насмехаться Юнги. Он не стесняясь разглядывал её тело, не имея даже капли стыда, он останавливал взгляд на уровне груди, а точнее просто смотрел внутрь выреза, рассматривая выпирающие ложбинки груди. Потом его взгляд переместился ниже, и вот, в поле его зрения попадают стройные ножки Ким, вот тут-то он и понял, что хочет её. Такое желание возникало в нём очень часто, но сейчас во всем виновата Дженни, а ни его шальная фантазия. Ну а что, нашла в чем приходить, могла бы уже голая прийти, разница то. Блин... ещё эти волосы.... Сука. — Ну к твоему сведению, я тут живу. – Закончил парень, поднимая свой взгляд вверх, встречаясь с недовольным, со стороны гостьи. — Не пялься. – Грубо сказала Ким и ткнула в него листы с домашним заданием. Нужно сваливать, иначе... — Ох какие мы грозные. – Начал передразнивать Мин, и пафосно избавился от ненужных бумаг - выкинул их куда-то за спину. — Что с тобой? – Перед уходом девушка случайно наткнулась взглядом на торс парня и увидела кровавое пятно на белоснежной футболке. — Черт! Опять. – Обреченно вздохнул Юнги и снял футболку, чтобы самому рассмотреть образовавшуюся проблему. Бинты, которыми было перевязано тело, окрасились в красный цвет. Крови много, что означает, что рана серьезная. — Тебе в больничку надо. – На этот раз всю совесть растеряла девушка, потому рассматривала парня безо всякого стеснения. — Мелкая, какая больничка, само пройдет. – Ухмыльнулся парень. Для него Ким похожа на наивного ребенка, даже при том, что он знает, что сейчас эта девочка права. — Надо же, такой взрослый мальчик, а в больницу идти боится. Не ожидала. – Усмехнулась Дженни, ведь поняла, что если он не идет получать первую помощь и так далее, то это значит, что рана получена совсем не случайным образом. — Смело. – Ухмылка так и не сошла с мужского лица, что даже понравилось девушке. Ёй действительно сейчас нравится, а ведь до этого только бесила. — А то! – Хмыкнула Ким, и без приглашения вошла в квартиру этого оболтуса, чем удивляет парня. Ну а что, Юнги вообще всё равно, потому он просто закрывает за девушкой дверь и проходит вслед за одноклассницей. — Где у тебя аптечка? – Моя руки поинтересовалась Ким, стоя спиной к парню. — А не боишься? – Неожиданно, над самым ухом раздаются слова Шуги, а после, девичья талия оказывается в плену крепких рук. — И чего же мне бояться? – После того, как Юнги развернул её лицом к себе, поинтересовалась девушка. Страшно всё же было, но это секрет. — А ты подумай немного. – Усмехнулся Юнги и принялся ожидать реакцию подруги. Она выглядит чертовски сексуально, даже не подумаешь, что девка, которая постоянно ходит в балахонах, может надеть что-то подобное. — Ты вылечись для начала, а уже потом угрожай. – Посмеялась гостья и убрала чужие ручонки со своего тела, после чего прошла в гостиную. – Ну так, что там с аптечкой? — В правом нижнем углу в шкафу. – Коротко ответил хозяин квартиры и присел на диван. Юнги понял зачем мелкой нужна аптечка, потому останавливать её он точно не станет. Незачем. Не убьет же она его, а так пускай лечит. — Чего застыл, распаковывайся. – Сказала Ким, намекая на бинты, которые всё ещё находятся на мужском теле. Дженни стоит и смотрит на то, как парень обнажает свое тело. Он действительно Аполлон какой-то : накаченный пресс, широкие плечи, классные бедра, а завершает образ самое классное в его теле - ключицы. Это вообще отвал всего. Девушка и ранее засматривалась на его тело, именно на ключицы, ведь их постоянно было видно, когда тот ходил в рубашке, а сейчас Юнги полуобнажен. Ну почему он такой сексуальный? Парень же в свою очередь медленно освобождался от бинтов и наслаждался тем, как на него смотрят. В этом взгляде столько животного желания и восхищения, оказывается не только он может так смотреть, и это не может не радовать. На самом деле сохранять улыбку, ухмылку, не важно, довольно сложно, ведь у него очень сильно болит раненое место. — Это блять вообще что такое? Какой рукожоп зашивал тебе рану? – Дженни прям распирает от злобы. На кой хер браться, если человек не умеет накладывать швы? В районе живота у Мина просто кровавое месиво и неровные швы. Да блин... Это даже швами назвать нельзя, каракули нарисованные. — Эм... Ну я зашивал. – А вот сейчас было неловко, только не девушке, а именно парню. Пипец! Теперь какая-то заносчивая девчонка будет принижать его достоинство, обалдеть можно. — Откуда у тебя только руки растут. – Задав риторический вопрос, Дженни обреченно вздохнула и обратила всё своё внимание на блондинчика. — Укладывайся на диван. – Скомандовала девушка, после чего хозяин квартиры без лишних возражений последовал приказу. – Тебе бы в больницу, вид не важный. — Все настолько плохо ? – Улыбаясь, задал вопрос Юнги. Ему так хорошо сейчас, что про режущую боль он и думать забыл. Вид, открывающий его положение просто бесподобен : при каждом наклоне, плоский животик и немаленькая грудь гостьи уж очень хорошо появляются в его поле зрения, а при наклоне к аптечке, которая между прочем находилась позади неё, взгляду парня была представлена упругая попка, и пусть на ней есть шорты, в данный момент толку от них совсем мало, его вообще нет. И это, скажу я вам, круто, тем более для его пошлой фантазии. — Не буду вдаваться в подробности и расспрашивать тебя о том, к чему не имею никакого отношения, но у тебя в ране маленький осколок стекла. Понимаю, дело не моё, однако почему ты его не убрал перед тем, как шить ? – Ким было абсолютно плевать на свой внешний вид, получая некий азарт от всего этого, в ней проснулся сильный интерес, и теперь, она вся целиком отдалась делу. Обезболивающие было введено заранее, потому сейчас она спокойно копошиться в ране, предварительно обработав все нужные инструменты и сняв кривое подобие швов. — Я его не заметил, так что...– Усмехнулся Мин, и в следующую секунду его лицо скривилось от боли. Дженни начала извлекать стекло из тела парня. Слава богу, что жизненно важные органы не задеты, и стекло не зацепило ни единой артерии, чистой воды везение. Больше разговаривать Юнги был не в состоянии, потому молчал, и лишь изредка в его эмоциях проскакивали нотки боли. Видимо лекарство, введенное ранее, перестало действовать в полную силу, и болевые ощущения обострились, из-за чего каждое действие соседки отдается невыносимой болью, но Мин, как настоящий мужчина, и слишком самоуверенный парень старается держаться и не показывать настоящих эмоции, которые распирают его изнутри. Однако, Ким настолько профессионально всё проделывает, что боль, которую он чувствовал была не столь сильной, как до этого, когда парень сам решил заштопать свое тельце, что показывало на явный навык и мастерство юной девушки. Спустя некоторое количество времени всё было готово, и теперь оставалось только последнее - перевязать место швов, как когда-то сделал Юнги. — Вставай, я тебя забинтую. Только давай без резких движений, а то ещё швы разойдутся, придется всё с самого начала делать. – Наконец подала голос милая девушка, помогая Шуге подняться с дивана и принять положение сидя, чтобы в дальнейшем продолжить начатую работу. — Волнуешься ? – Решил посмеяться парень. Его в действительности всё это забавляет, особенно суета этой девки. — Расслабься, просто лень снова зашивать твою тушу. – Ехидно ответила гостья и направилась в ванную комнату, чтобы вымыть руки и наконец забинтовать блондинчика. Не дожидаясь какого-либо ответа, она просто ушла, оставляя хозяина одного. Дженни глубоко дышит, стараясь привести себя в порядок. Ладно, если бы это было от того, что девушка проводила операцию, но нет же, это от слишком соблазнительного тела этого несносного парня. У него такое шикарное тело, что аж дух захватывает, всё слишком хорошо. Ким прекрасно осознает, что очень хочет прикоснуться к его телу, но при этом девушка не испытывает ничего, кроме простой похоти и желания. Чувств любви и всей прочей чепухи у неё нет. Хоть Ким с самого начала на это и не рассчитывала, однако и понять причину внезапного интереса к его телу она тоже не может. Странно всё это. Ну да ладно, сейчас главное поскорей свалить с этой квартиры, к тому же, скорее всего уже и Лалиса на подходе; фильмы не ждут. Отмыв руки, Дженни вернулась к парню, и, взяв в руки бинты, принялась за работу. — А всё-таки, где ты так повеселился ? – Ну что ж, любопытство превыше всего. Этот вопрос на самом деле не так уж и волновал одноклассницу, однако почему бы и не спросить, верно ? Во и она тоже так считает. — Всё тебе скажи, – усмехнулся Мин, и продолжил наблюдать за тем, как девичье тельце изредка прикасается к его оголенному во время обмотки бинтами. Из-за не совсем удобного положения, Дженни приходится крутить бинты по всей талии парня, от чего, в то время, как она прокручивает бинты за его спиной, сильно прижимается спереди, ведь иначе девушка просто не передаст бинты с одной руки, в другую. Вот такая вот сложность. — Не хочешь, можешь и не говорить. Однако в больницу всё же сходи, пусть осмотрят. – Наконец закончив со всеми делами, Ким посмотрела на свое творение и только собиралась отходить, чтобы убрать остатки бинтов в аптечку, как вдруг её руку перехватывает ладонь парня, и Юнги усаживает юное тельце себе на колени, приобнимая за талию. — Можешь не переживать, ничего со мной не будет. – Слащаво ухмыльнулся Мин, обращаясь к удивленной и ошарашенной девушки. Он прекрасно понимал, что той, мягко говоря, все равно на него, но упустить такой момент он просто не имеет права. — Как знаешь.– Спокойно ответила гостья, хотя на самом деле маленькое сердце стучит с огромной скоростью... Опасность! – А теперь убери руки и позволь мне уйти к себе. — Нет. – Эм... Дженни ожидала много : ухмылку, подколов, насмешек, да чего угодно, но только не этого. Он так просто сказал «Нет» — Юнги, прекрати сейчас же! – Ким начала выходить из себя, когда руки этого наглеца легли на её ягодицы и начали их сжимать. Напоминаю! Одежда совсем не подходящая для такого, ведь в подобном положении все задирается настолько сильно, что нижняя часть попы остается открытой. — Мелкая, ты кое что позабыла. – Усмехнувшись, Мин резким движением прижимает девушку в плотную к себе, так, что их губи практически касаются друг друга. — Ты о чем? – Дженни действительно не понимает чего она могла забыть. А вот блондинчик явно помнит, помнит и издевается. Так... начинаем думать : если Юнги сопровождает свои слова с такой ухмылкой и самоуверенностью, значит дела плохи. Но что не так? В чем подвох? Что вообще происходит? — Ты моя собственность. Неужели забыла? – Блять. Блять. Бляяяяять. Внутренний крик Дженни невозможно описать словами. Как она могла забыть. — Даже тот факт, что я неделю являюсь твоей собственностью, не дает тебе право так поступать с мной. Ты обещал что не станешь меня домогаться. А что происходит сейчас? – Ким понимает, что сейчас сопротивляться бесполезно, ведь желание она приняла сама, никто волоком соглашаться её не тащил. Что означает полное подчинение. — Ух как мы сразу заговорили, вот только я обещал немного другое. Не так ли? – Юнги помнил каждое свое слово, особенно что касается желания. Тогда в машине, когда это стервозная дива никак не хотела слушаться и садиться в машину, а они между прочим опаздывали на контрольную работу. Так вот, именно там, во время поездки, Дженни попросила парня только об одном условии её недельного подчинения, он не будет насиловать её. Естественно, все это было для него предсказуемо, потому он ответил следующее : «Я тебя не буду насиловать. Ну а трахну только в том случае, если ты сама этого захочешь. » — Это разве не одно и тоже? – Мимолетно в блеске женских глаз мелькает страх. Она боится того, что Юнги всё же возьмет её силой, ведь даже его травма не будет помехой. Ну и наконец, Ким полностью уверена, что сил оттолкнуть короля у неё не хватит. Но как бы страшно ей ни было, нужно оставаться уверенной в себе. — Нет, маленькая моя. Я сказал что не буду тебя насиловать, значит в остальном у меня полная свобода действий.– Слишком сексуально улыбнулся Мин, и уже через секунду девушка оказывается под ним. — Юнги, не нужно. У тебя могут разойтись швы. – Начнем с этого. Возможно, личное здоровье просветит его затуманенный разум. — Солнышко, ты пришла ко мне в таком виде, соблазняешь меня, а теперь пытаешься съехать? Ты сейчас серьезно? – А парню просто смешно. Мелкая как маленькая девочка ломается. Парень видит страх в её глазах, и он его завлекает. — Юнги, прекрати. Ты же обещал. А раз я не хочу твоих прикосновений, то это можно рассчитывать как домогание. – Начала выкручиваться Дженни, пытаясь оттолкнуть парня и встать с дивана, а после уже убежать нахер. — Как ты всё развернула. – Посмеялся Шуга, однако всё же отпустил её. – Я придумал тебе первую обязанность, как моей собственности. – Так вот настоящая причина того, почему Ким освободили от рук парня. А она уже понадеялась, что этой отговоркой сможет постоянно удерживать его на расстоянии, но видимо не судьба. — Какое? – С опаской, и совсем тихим голосом, поинтересовалась «пленница» его желаний, наконец поднимаясь с дивана. — При каждой нашей встрече, неважно где мы встретились, при каких обстоятельствах и какой раз на дню, ты обязана меня целовать. Не слащавым поцелуем, а нормальным, таким же страстным, как той ночью... Да, такие точно подойдут. И самое главное - я не должен тебе об этом напоминать. Хоть один раз забудешь, или не захочешь, тебя ждет наказание. Я могу сделать с тобой все что угодно. Конечно кроме изнасилования. – Весь монолог Ким стояла с открытым ртом. Это что получается, она теперь постоянно его целовать что-ли будет ? Блять, они же учатся вместе. — Это твоя первая обязанность. Не забывай про постоянное, и главное БЕСПРЕКОСЛОВНОЕ подчинение. Мелкая, для тебя эти четыре дня покажутся адом. – Последние слова, сказанные Юнги, были проговорены прямо на ушко девушки. Мин не церемонясь подошел к ней, обхватил за талию, прижал к себе и поцеловал, страстно и грубо - все как он любит. Но самое обидное здесь то, что не подчиниться она не может, потому и вынуждена ответить. — Хорошая девочка. – Оторвавшись от губ спустя некоторое время, проговорил парень, опаляя горячим дыханием ушко Ким. Та сразу же оттолкнула парня и услышала сдавленный стон. Упс, кажется она попала прямо в рану. Чертов рост и неуклюжесть. — Прости. – Мгновенно извинилась Дженни, подходя к парню и усаживая того на диван, чтобы рассмотреть рану, а то мало ли что. — Какая же ты неуклюжая. – Прорычал Мин, и ударил, теперь уже, свою собственность по ягодицам. Удар был очень сильным, потому та вскрикнула и немного подпрыгнула на месте. — Ты совсем уже охерел. Тебе руки вырвать? Или может лучше засунуть в то место, куда ты меня только что ударил? – В порыве злости выдала Ким. Ей было больно, даже слишком, потому та не стесняясь начала на него орать. Ну а Юнги... Он добился желаемого. — Маленькая моя, ещё раз ты повысишь на меня голос, твоя задница будет гореть адским пламенем, ты меня поняла? – А вот сейчас реально страшно. Голос Юнги очень груб и зол. Он серьезен, и сразу видно, что шутить не намерен. Тем более если учесть тот факт, что ты находишься на его коленях, прижавшись спиной к его груди, а его рука сильно сжимает правую грудь. Страшно. — Руку убери. – Чуть тише сказала Ким, однако голос так и остался полон раздражения. — Ты меня плохо слышала? – Еще грубее, еще властнее, еще круче.... Ой, куда-то я не туда. Юнги упивался от наслаждения. На самом-то деле ему глубоко плевать на то, с каким тоном она разговаривает, но заставлять её подчиняться - высшая степень наслаждения. Дженни слишком свободолюбивая, потому, подчинение для неё является высшим наказанием. — Прости. – С каким трудом и страхом было проговорено это слово. Всего одно слово, а столько усилий. Как же девушке не хотелось признавать его превосходство, но к сожалению так оно и есть. Она в его власти. Но только на эти чертовы четыре дня. Ни минуты больше. — Умница. – На этот раз всё было даже с огромной долей нежности, что заставило Дженни немного замереть и опешить от удивления и неожиданности. Ну а Юнги тем временем выпустил её из своей хватки, позволяя встать на ноги. Сколько раз уже он так делал? — Мелкая, у меня к тебе есть небольшая просьба. – Вот это что-то новенькое, однако девушка не ухмылялась, а лишь принялась внимательно слушать парня. — Можешь парней осмотреть. Как я уже понял, с медициной, хоть и подпольно, ты владеешь. Вдруг и у них что-нибудь обнаружишь. – Как он угадал про подполье? Ну а в остальном... Почему бы и нет? — Вы что все троя пострадали что-ли? – Нотка удивления проскользнула в эмоциях Ким. Что же такое произошло, что пострадали все? Ответа ждать не пришлось, думаю ухмылки с его стороны было более чем достаточно. — Звони, пусть приезжают. Дальше все прошло намного быстрее, чем они думали. Звонок друзьям заставил тех поехать к другу, при этом бросив все свои дела. Тем временем Дженни и Юнги решили попить чаек, чтобы скоротать время. Ким помнит о том, что вот-вот должна прийти Лиса, что, с одной стороны плюс, а с другой огромнейший минус. Сюда звать её нельзя, однако вдруг... В общем, всякое может случиться, потому не следует гадать, лучше просто подготовиться к худшему. А что касается Чонгука... Дженни понимает, что может не сдержаться и не просто ударит его, а именно изобьет - что является не лучшей развязкой. Однако, в тот момент, когда Чон просил помощи, его взгляд был другим, он сам был другим... ~~~

— Дженни, у меня к тебе просьба. – Наконец Чонгук решился попросить помощи у подруги. — Слушаю — Это по поводу Лалисы. – Осторожно проговорил парень, а Ким передернуло и она почувствовала наступающую злость. — Так всё... тема закрыта. – Проговорила девушка и уже хотела уйти, как вдруг. — Подожди, мне нужно перед ней извиниться, но я не знаю как. – Начал Чонгук, однако всю мысль он так и не озвучил. — Ничем не могу помочь. – Грубо сказала девушка и начала отходить подальше от парней. — Да подожди ты, – Чонгук начал выходить из себя, потому грубо схватил девушку за локоть. — Слушай меня внимательно. Тот факт, что я не врезала тебе раньше, не означает что этого вообще не произойдет. Однажды молчание Лисы перестанет на меня действовать и тогда уж поверь, одними переломами ребер ты не обойдешься, понял !? – Лучше бы Чонгук держал руки при себе, ведь после его действий Дженни окончательно вышла из себя. Как только Чон развернул Ким к себе, девушка не теряя времени прижала его к стене, коленом уперлась в его пах, а рукой сжала горло. — Мелкая, успокойся, он действительно хочет все исправить. – Юнги был серьезен и его голос был груб. Дженни отошла от парня и переключила свое внимание на Шугу. — В следующий раз будет думать головой, а ней яйцами. Тогда и исправлять ничего не придется. – Проговаривая слова, она бросала гневные взгляды в сторону Чона. — И ещё додумался же просить помощи у меня... Неужели настолько идиот ? – Как-то странно посмеялась девушка и направилась на выход. — Дженни, мне правда жаль.– Обреченно проговаривает Гук. Он виноват и он это понимает. — Это твои проблемы. – Грубо ответила девушка, и уже походя к выходу выругалась. – Ааааа. Сука. – Выдохнула и направилась обратно к парню. Ну не может она быть стервой до такой степени. — Слушай, накосячил ты, и кроме тебя это не исправит никто. Понимаешь? Не нужно перекладывать все на других, прося помощи. Ты должен все сделать сам. Так что, мой тебе совет, пошевели извилинами. – Спокойно проговорила Дженни, смотря прямо в глаза парня. Такому резкому изменению поведения удивились все, но только Юнги мягко улыбнулся. — Спасибо. – Прокричал Чон, когда девушка уже почти скрылась из виду. — Ага. – Кинула в ответ Дженни и покинула компанию парней.

~~~

Тогда.... Ким не понимает что сподвигло её тогда сказать эти слова, но ничего уже не изменить, особенно сказанных слов. К тому же был ещё один момент. Момент, в котором Дженни прониклась к Гуку, хоть и ненадолго, но прониклась, прочувствовала его боль. Тот разговор, который врезался в память, заставляя помнить каждое слово, каждую эмоцию... ~~~

— Лисенок, открой. – Начал проговаривать парень, переставая стучать в дверь. – Не молчи, я знаю что ты меня слышишь. — Уходи. – Еле слышно сказала плачущая девушка. Чон не мог услышать голос Манобан, а сама девушка будто забыла как разговаривать. — Малышка, прости меня. Нам нужно поговорить. Я правда не хотел. Я... – Чонгук не знал какие слова сейчас смогут оправдать его поступок, хотя сам понимает что тут никакие слова не помогут. Он виноват и виноват по полной. — Нам не о чем с тобой разговаривать, – хоть сейчас Лалиса была подавлена, злость бушевала в ней, перемешиваясь с обидой. Именно эти чувства сейчас помогли девушке собраться с духом и прокричать ответ парню. — Дай мне всё объяснить, – Чонгук был зол, об этом свидетельствовал его грубый голос и тяжелое дыхание. Вот только бедная девушка не знала, что бушующая в нем ярость адресована только ему самому. — Нееет, – закричала Лалиса. Она не хотела.... Просто не могла с ним сейчас разговаривать... Не готова. – Уходи. Оставь меня. – Слезы потекли с новой силой, а голос скрывался на крик все сильнее. — Малыш... – Более спокойно проговорил Гук и прислонился всем корпусом к двери. — Чонгук, уходи...– Так же приглушенно проговорила девушка и сползла по двери вниз. – Оставь меня. Прошу тебя уйди. – После этих слов девушка не стесняясь зарыдала в голос и услышала лишь как тяжелый кулак со всего размаху соприкасается с бетонной стеной. Ну а дальше лишь отдаляющиеся шаги.

~~~

— Он сожалеет. – Голос Юнги заметно ослаб, а всего пару слов прозвучали так, словно парень ничего и не говорил, настолько всё было тихо, что сомнения появляются сами собой. Откуда он... Неужели телепатия ? — Что ? – Мда... притворяемся дурой. Уху!!!! Ну да, что же ещё делать. — Ты бормотала, – легкая улыбка показалась на его личике. Вот черт! Ну надо же было так подставиться. – Уже понятно, что ты в курсе сложившихся дел, но Чонгук не хотел заходить настолько далеко. Он действительно сожалеет о том, что натворил. – В его голосе столько боли, будто сам виновник сейчас сидит перед ней и рассказывает о своих чувствах. Немного жутко, однако, это заставляет Ким немного утихомирить свой пыл. — Думаешь мне есть дело до его сожалений? – Успокоиться это одно, а вот унять злость так и не получилось, для этого нужно время, много времени. — Думаю, что нет. Как подруга, ты имеешь право злиться, сам бы так поступил. Но Гук действительно страдает. Он пылкий, у него нет терпенья и он слишком вспыльчив. О последствиях вообще не думает, пока они не придут. Однако, при все этом, у него есть чувства и причины. – Дженни слушает внимательно, сжимая кулаки под столом, что не скрылось от глаз парня. Всё могло быть более менее нормально, но последние слова Юнги, вновь заставили злость полыхать в девичьем теле. — Что? Причины? Ты сам себя сейчас слышишь? Какие причины могут быть, чтобы так издеваться над человеком? Ты хоть понимаешь чем всё могло закончиться? К чему могли привести его игры? Так что не смей мне тут говорить о причинах, ясно. Такой причины просто не существует! – Крики Дженни прервались сразу как только Мин её перебил, заставив вторую просто замолчать, и в тоже время вновь засеять яростью. — Он влюблен в Лису...

~ Что он только что сказал? Влюблен? Но... ~

— Хочешь сказать, все его действия, каждое издевательство, насилие, боль - все это называется любовью ? – Криков больше не было. В комнате вновь повис человеческий разговор, сопровождающийся обычным умеренным тоном. — Я не знаю. – Юнги сказал правду, он действительно не может ответить на этот вопрос . Никто не может, даже сам Чон Чонгук. — Раньше Гук был совершенно другим человеком. Он был добрым, веселым, всегда помогал людям. Полная противоположность нынешнему Чонгуку. Это было давно, однако, для всех нас словно вчера. – Опущенная, во время разговора, голова короля, дает строгое понимание того, что это больная и нежелательная тема, однако, он всё же продолжает говорить. — Было это несколько лет тому назад. Я тогда и не подозревал, что наступит тот день, когда Чонгук скажет что полюбил. Все начиналось как в слащавых романах : они гуляли, целовались, Гук даже романтиком стал. Тогда мы думали что нашей дружбе пришел конец, но мы так сильно ошибались... В один из дней мне позвонила его мать, вся в слезах и криках, она просила приехать как можно быстрей. Я тогда понятия не имел в чем была причина её слов, но чувства тревоги меня не покидало очень долго. На тот момент наше общение с Чонгуком почти что оказалось на нуле, он стал всё боль времени проводить со своей девушкой, а мы с Чимином ушли на второй план. А тот звонок, в особенности его последствия, изменили нас всех. Когда я и Чимин были в нужном месте, госпожа Чон рассказала о том, что Чонгук попал в аварию, и находится в больнице в критическом состоянии, а врачи борются за его жизнь. Мы тогда сами не поняли как оказались на полу, да и что было дальше смутно помним, но лицо его матери... Столько боли я не видел никогда, и надеялся что и не увижу вовсе. Как же я тогда ошибался... Слава богу всё закончилось хорошо и его жизнь была в безопасности, однако за самого Чонгука врачи были не уверены. – Дальше была длинная пауза, Мин замолчал. Голова по прежнему была опущена вниз, а голос дрожал. Руки крепко сжаты в кулаки, что кажется, будто сейчас сломаются кости. Сама же Дженни позабыла обо всём : о злости, о ненависти, о чувствах. Обо всем... — Через пару дней он пришел в себя, еще через день начал есть, а через неделю наконец заговорил. Самое страшное было видеть его таким, опустошенным и безжизненным, а самое больное - глаза его матери. Столько боли ей пришлось пережить. Всего в один момент яркое лицо заполнила грусть, а на голове появились седые пряди. Я тогда не думал, что уничтожить человека можно настолько быстро. А отец... Господин Чон не знал что такое сон, он искал лучших врачей, пытался заговорить с сыном, все дела в компании отошли на задний план, ведь главное для него - это жизнь его сына и супруги, которая тем временем заболела. Всё обошлось, однако последствия - проблемы с сердцем. После, когда всё вроде бы устаканилось, и Гука выписали из больницы, мы узнали причину всего этого. Как оказалось проблема была в его девушке... Эта тварь просто использовала его, а потом бросила. Я не думал, что это будет таким ударом для Чона, но ошибся. С того момента прошло два месяца. Наша дружба вновь вернулась в прежнее русло, но Гук так и не улыбнулся за всё время. К тому же, он стал слишком много пить. Всего за два месяца мы вытаскивали его из запоя, трижды он оказывался в вытрезвители, ведь всегда лез на трассу, что в его состоянии было опасно. Прошло ещё совсем немного времени, перед тем, как нам вновь позвонила его мать. На тот момент я и Чимин были на важной встрече, это дела компании так что тут без подробностей. Тогда я ощутил уже знакомое мне чувство, ни я один. Его матери мы сказали что Гук просто спит и она может не волноваться, а сами тем временем направились на квартиру Чонгука. Мы понимали, что солгали, но старались верить в то, что он действительно просто спит. Чимин всю дорогу пытался дозвониться до друга, но ничего.... Забежав в квартиру, а если точней, то мы просто выломали дверь, забегая внутрь, увиденное нами тогда, до сих пор преследует меня во снах. Мой друг залез в петлю, а всё из-за кого? Из-за какой-то шлюхи? Я не помню как мы подбежали к нему, как перерезали веревку, как вызвали скорую, ничего не помню... Лишь крики, яркая надпись "реанимация", снова крики, только уже не мои. Кричала Чимин, а с его глаз градом текли слезы. Я и сам не заметил как упал на холодный пол и начал плакать, схватившись за голову. В тот момент мы подумали, что потеряли его, и если бы ни эта встреча, мы были бы рядом и ничего бы этого не случилось. Когда я смотрел на одну из палат, то в отражении стекла увидел уже знакомый взгляд : убитый, весь безжизненный, сломленный, потерявший какие-либо надежды. Я тогда долго не мог понять чей он, ведь он был таким, словно передо мной вновь стоит его мать, а мы снова вернулись на два месяца назад. Но потом я понял - это были мои глаза... Тогда я понял как чувствовала себя его мать, и именно по этой причине я не стал тогда ей звонить. На этот раз она бы уже не пережила. Вот только от его отца скрыть ничего не получилось. Врачи сразу же ему сообщили, и он прибыл. Только по нашим лицам было понятно, что всё плохо. Всё, что я помню после прихода его отца, так это кучку врачей, направляющихся в помещение, где боролись за жизнь Гука, писки аппаратов, и всё. Последнее, что сохранилось в памяти был длинный звук, говорящий о смерти... Чимин тогда потерял сознание, а я ничего не мог сделать со своим телом, просто застыл на месте. Когда же я пришел в себя, оказалось, что прошло уже больше пяти часов. Я был в сознании, но ничего не помню. Чимин по прежнему находился под препаратами, а Чонгук... Там до сих пор всё было неизвестно. Дальше мне что-то вкололи и я погрузился во тьму. Проснулся я через пару дней, не помню что я чувствовал, но мне казалось ничего. Позже я узнал, что Чонгука чудом удалось спасти, и он уже переведен в обычную палату, и даже пришел в себя. Первым, что я сделал, был удар, нанесенный мелкому. Я тогда собрал всю свою боль и просто начал избивать его. Не знаю зачем, но помню одно - в тот момент я плакал. Не помню как долго всё происходило, но остановил меня уже Чимин. – Было слышно, что каждое слово дается ему с большим трудом, но Юнги продолжал, а Дженни тем временем будто чувствовала всю его боль, потому ей было сложно даже просто дышать. Сколько же всего они пережили? — А потом? – За весь получасовой монолог, девушка впервые заговорила. Голос был хриплым и очень тихим. — А потом.... В больнице всё изменилось, мы все изменились, а Чонгук больше всех. Как только его выписали он дал нам слово, что больше никогда такое не повторит, а мы обещали быть всегда рядом. После выписки он так и не вернулся к прежнему себе, Гук стал холодным, вспыльчивым, грубым и совершенно бесчувственным по отношению к девушкам. Ему стало плевать на людей, а женский пол он вообще стал признать, и просто использовать. Мы тогда поняли одну очень важную вещь... Прежний Гук умер, оставляя нам лишь его тень. Чимин очень долгое время отходил от всего этого, для него случившееся было большим ударом. Спасало его, да и меня тоже, только то, что наши отношения остались прежними. Только через некоторое время мы поняли, что всё это всего лишь маска для окружающих, а для нас он остался всё тем же. Видимо ему просто было нужно время. В школе все позабыли того Чонгука, которого знали всегда, а запомнили уже нынешнего. Я не могу сказать что он полностью прежний, ведь это не так. Однако, его чувства я знаю лучше кого бы то ни было. Вот потому и говорю о том, что Гук сожалеет. Он просто боится её потерять, потому и поступает так. – Мин закончил с рассказом и наконец поднял глаза. Теперь Дженни поняла о каком взгляде он говорил, его глаза... — Знаешь, был один разговор, – дальше парень просто достал телефон и начал что-то искать. Ким сидела за столом, сжимая кружку и не понимая что тот пытается отыскать.

* * * – Вчера я совершил ошибку о которой теперь жалею, и жалею очень сильно, ведь сделал больно. Я понимаю, что мне должно быть все равно, но совесть не дает мне позабыть свой поступок. В том что я сделал виноват лишь я, в который раз не смог сдержать эмоции и позволил гневу выплеснуться наружу. Я выебал её как последнюю шлюху, но ведь она не такая... Для меня она не такая. Я жалею об этом и хочу извиниться, вот только она меня и видеть не хочет. Я всю ночь не спал и как жалкий подросток пытался найти оправдания своему поступку. Хотя, я и есть всего лишь жалкий подросток, который к тому же влюбился в собственную игрушку. Представляешь, мне нужно было столько времени, столько причинить боли, чтобы понять, что Лиса не просто очередная игрушка. Я сделал ей больно и не знаю как исправить, ведь после такого она меня и слушать не станет...

— Чонгук боится полюбить вновь, потому всегда отказывался от этого чувства, но Лалиса... Он признал то, чего боялся больше всего на свете. Если бы это было очередным развлечением, он бы такое не сказал, да и самобичеванием не занялся бы. Я хочу попросить тебя только об одной вещи, не мешай ему. Я понимаю, что ты волнуешься за подругу, но поверь мне, больше он не причинит ей боль... Дженни сидела молча. Те слова, которые сказал Чонгук, если это правда, то его становится жалко. Но как бы то ни было, не важно, правда или ложь, его слова имеют значение. Ким не знает что из этого получится, но она готова сейчас отойти в сторону и дать шанс этому человеку, тем более, Лиса сама влюблена в него. — Пошли, нужно сменить бинты. – Ким встала со стула и направилась в зал, а Юнги лишь последовал за ней, так и не получив ответа. — Я не буду мешать, но если подобное повториться, я уничтожу не только его, но и тебя. Тебе ясно. – Голос грубый, взгляд полон уверенности. Юнги лишь ухмыльнулся и впился в девичьи губы, обхватывая талию руками. Ким вырывается, старается оттолкнуть Юнги как можно дальше, но он даже не двигается. А потом еще и впечатывает её в стенку, прижимаясь всем телом, перемещая свои руки на упругие ягодицы. Дженни начала отталкивать, бить кулаками по его плечам, а он в свою очередь укусил игрушку за губу, от чего она пискнула и приоткрыла рот. Язык парня тут же оказался внутри и начал хозяйничать. Все как обычно. Руки грубо сжимали попу, заставляя гостью от боли подниматься на носочки, а поцелуй тем временем становится более грубым и напористым. — Ты охерел что-ли? – Сильная пощечина и толчок в грудь - этим закончился поцелуй. Она совершила ошибку, когда начала сопротивляться. — Ты забыла что являешься моей собственностью? – Юнги был зол, очень зол. Во время поцелуя он конечно наслаждался её сопротивлением, но своей грубостью он пытался ей напоминать, что у неё нет права сопротивляться. Никто даже не обратил внимания на то, что еще около минуты назад у них был душевный разговор. Видимо это уже в прошлом. — Я... – Девушка не знала что ответить, она понимает что не права, но... Ну не может она так просто привыкнуть к этому ! Юнги резким движением хватает девушку под локоть и с силой швыряет на диван. Мин знал, что та не пострадает, там слишком мягко, чтобы навредить. Дженни ничего не понимает, но его злость её пугает, но в тоже время заставляет злиться саму. Его движения непозволительны, какого черта он творит? Чего пытается добиться? Сам же парень плевать хотел на сопротивления, которые предоставляет мелкая, он слишком зол. Слишком... — Что ты творишь? Пусти меня. – Ким начала выходить из себя. Никому никогда не позволяла такого, и сейчас не позволит. — Я предупреждал тебя, что не стерплю непослушания. Надоело тебе этого говорить, лучше один раз твоя жопа познает ад, может тогда ты наконец научишься себя вести. – Каждое слово сопровождалось ненавистью и азартом одновременно. Сейчас Юнги плевать даже на её внешний вид, он хочет только одного - наказать своего питомца. Пусть как собственность она и действует всего четыре дня, но и этого хватит, чтобы как следует развлечься с ней и научить хорошему поведению. — Ты охренел ? Не смей прикасаться ко мне. А уж тем более говорить что-либо про наказание. Мое поведение не изменится ни сейчас, ни потом. Так что отвали от меня. – Девушка продолжала сопротивляться, однако, всё равно оказалась в плену мужских рук, и к тому же животом вниз. Теперь парню не помешает ничего. — Куколка, не стоит быть настолько самоуверенной. – После этих слов свободная руки Мина потянула за ткань шортиков и начала приспускать их вниз. Дженни напряглась, она испугалась. — Не надо. Перестань. Слышишь? Прекрати. – На секунду девушке показалось что она сдалась. Попытки прекратились, а голос стал слишком жалким. Но почему? Только Юнги собирался до конца избавиться от верхней одежды, и перейти к более интересному занятию, но увы и ах.... Все его планы канули в пучине невозврата. Дверной звонок эхом пронесся по квартире, заставляя хозяина дома бросить начатое дело и открыть дверь. Как только Юнги ушел, Ким в мгновение ока оказалась на ногах и начала поправлять спущенные вниз шорты. В ней просто бушует ненависть, но не к парню, а к себе самой. Какого черта она решила сдаться? Как она могла перестать сопротивляться? Что черт возьми произошло? Девушка начала выходить из себя, она готова разнести все и всех, но так нельзя, нужно держать себя в руках. Она не покажет свою слабость, ведь этого больше никогда не повторится. Шуга шел по направлению к двери и материл того человека, чью душу принесло в его дом. Такой момент прервали. Эту мелкую стерву нужно наказать, обязательно. Если наказывать точно так, как она заслуживает, то её выебать мало. Сколько раз он предупреждал, сколько раз делал замечания, но видимо ей мало. Однако, трахать он её пока не собирается! В качестве наказания он использует другой метод. Зная повадки девчонки, легко догадаться, что она не из тех кто любит подчиняться. На это он и делает ставку. Юнги заставит её подчиниться, заставит наступить на горло и принять его доминирование, заставит засунуть собственную гордость куда подальше и молить его о пощаде. Он заставит Дженни пасть под его напором, ведь она куда слабже, чем хочет казаться. — Чего звал. – На пороге появляется радостный Чимин, и потухший Чон. — Заходите. – Так вот кто стал причиной его гнева. Юнги просто распирало от злости на этих двух, неужели нельзя было появиться немного позже? — *свист* Ну нифига себе. Красотка, ты ли это? – Чимин как всегда многословен. Чон же стоял и лишь ухмылялся. Ну а что, вид то шикарный. — Чим-Чим, как поживаешь? – Дженни снова прежняя : ухмылка, взгляд, интонация, она вернулась, и Юнги больше не увидит тех эмоции, которые она позволила увидеть Мину. Вообще, если так посмотреть, то слабину перед ним она показывает уже не первый раз, что очень плохо. — Как видишь, все хорошо. – Ухмыльнулся парень, потирая разбитую губу. На его теле видно множество гематом, а милое личико превратилось в смесь ушибов и синяков. — Ну да, оно и видно. – Приподнятая девушкой бровь и злорадствующая ухмылка на милом личике, прекрасно описали всю иронию её слов. — Чего звал то? – Чонгук обратился к своему другу, перед этим поприветствовав Дженни кивком головы. — Это не я звал.– Ухмыльнулся Юнги, указывая взглядом на рядом стоящую девку. — Красотка? Да ты не перестаешь меня удивлять. Чего хотела? – Среди всех стоящих людей, только на лице Пака сияет искренняя улыбка. Чего, кстати, нельзя сказать про других. — Спустись с небес на землю, Чимин. Я просто увидела развлечения блондинчика, вот и решила осмотреть и вас. Но, думаю и это не понадобится, ведь по вам и так все видно. Идите раздевайтесь. – Проговорила Дженни и первая направилась в нужную комнату. — Что она здесь делает? Да еще и в таком виде, а Шуга? – Ну не могли парни пройти спокойно, нужно обязательно подколоть. К тому же, это действительно был интересный вопрос. — Заглянула на чай. – Ухмыльнулся Юнги, и парни прошли вслед за девчонкой. — Я так понимаю это последствия той ночи? – Произнесла Ким, осматривая полуобнаженные мужские тела. Все сразу поняли о какой ночи идет речь, ведь тогда, прямо на их глазах, Дженни добила человека, а после выдала того за себя. Нужно признать, девочка то неглупая. — А кто его знает... У нас слишком много врагов. – Ответил Чон. Как только Ким обратила на него взгляд, то сразу же стала серьезной. Шуга начал думать, что причиной тому стала история, которую он ей рассказал, и если честно, парень уже успел пожалеть, ведь предполагает, что Ким может затронуть столь нежеланную тему. — Плечо сильно болит? – Дженни ближе подошла к парню. Так вот в чем причина столь резкой смены настроения. Юнги ошибся, и он это понял, потому ухмыльнулся собственной глупости и продолжил наблюдать за её действиями. — Ну так, нормально. – Чонгук немного соврал, ведь плечо не просто болело, оно мучает его с самого утра, распирая от немыслимой боли. — Будем считать что я тебе поверила. – Сказала девушка и посадила Гука на поверхность стола, так будет удобней. — Так. Сиди тут и старайся не шевелиться. – Наказала девушка, после чего достала свой телефон и набрала подругу, которая должна была уже прийти. — Лисенок, ты уже у меня? – Радостным голосом проговорила мелкая. Ответ был положительным, однако без наезда не обошлось. Ну а что, Манобан между прочим дожидается подругу уже минут тридцать, и жил минимум. — Отлично. Помнишь где у меня лежит та штука для вывихов? Никогда не запоминаю название. Так вот, принеси его в соседнюю квартиру пожалуйста. – Лалиса сразу же поняла чего от неё хочет подруга, ведь эта "штука" не раз применялась и на ней самой. Лежит она всегда в одном месте, так что искать долго не придется. — Блондинчик, встретишь? – Кто-то же должен все-таки открыть Манобан дверь, а кому это делать, как не хозяину. Юнги хоть и не особо хотел, чтобы его друг сейчас встречался с Лисой, однако, увидеть выражение их лиц при встречи он хотел больше. — Ну а пока я жду ту штуку, займусь тобой, Чим-Чим. – Вздохнула девушка и принялась рассматривать множество порезов на его теле. — С каких это пор такая забота? – Удивлению парней не было предела, девушка от которой они постоянно получают, в особенности Чимин, сейчас сама рвется им помочь. — Да, это что за потепление? – Вмешался Чонгук. Ким же не знала даже что сказать, вопрос загнал её в тупик. — Замолкните, отвлекаете. – Чтобы устранить проблему,достаточно просто её заткнуть. Парни замолчали, но поняли, что эта девчонка просто ушла от ответа, что заставило их усмехнуться. Изучая тело Пака на различные ссадины и ушибы, Дженни сделала вывод,что парень пострадал от стекол, ведь все тело, выше бедра, истерзано различными порезами и царапинами. Подобную картину она уже видела, когда возилась с раной Мина. А еще, в подобных местах и у Чонгука есть такие отметины, что лишь подтверждает доводы о том, что они как всегда во всем участвовали вместе. Невольно, девка сравнивает королей с собой и Лалисой, они тоже всегда вместе. Обработав легкие ранки, она перешла к более серьезным, которые были забинтованы, а сами бинты к тому времени уже были окрашены в алый цвет. Началось кровотечение. — Только не говори, что и ты решил заняться медициной, и пробовал сам все зашивать. – С надеждой в голосе задала риторический вопрос мелкая. Парни лишь посмеялись, а Чонгук скрючился от боли, потому что случайно шевельнул больным плечом. — Ну да, ты предпочел сдохнуть, потому даже в больницу не обратился. – С иронией начала возмущаться девушка, противореча ранее сказанным словам. — Такая милашка, когда злишься. – Подметил Чимин, на что получил лишь разгневанный взгляд, после которого, кстати, от "милашки" не осталось и следа. Тем временем Юнги уже дождался нужную гостью и наслаждался её эмоциями. Он был прав - они бесподобны. Удивление, испуг и что-то еще, в одну секунду пронеслись в её глазах. Ха... А девочка то тоже одета в одну пижаму. Конечно, она немного скромней, нежели у Дженни, но тоже выглядит круто. В общем, Юнги нравится. А вот как понравится Чонгуку.... Ууу. Тот слюной изойдется. Манобан просто стоит и не может произнести ни слова. Начнем с того, что...Какого черта здесь находится сам Мин Юнги? Во вторых - какого черта он в таком виде : полуголый и перебинтованный? Ну и самое главное. Какого черта в этой квартире забыла её лучшая подруга, которая к тому же является врагом этого короля? В голове сразу всплывает давний разговор с Джису :

— Да ладно тебе, Лисенок. Это же была шутка. – Сказала Джису. Она не хотела обижать подругу, но поздно поняла, что шутка была неудачной.... даже очень — Пофиг проехали. Ну а вообще как у вас там, тебя не достают ? – Поинтересовалась Лалиса. — Можно сказать нет. – Ответила подруга. – Кстати о королях... В общем, к нам в школу учеников по обмену перевели, и одна девчонка теперь учится вместе с нами. Так вот, она можно сказать, поставила на место Чимина. – Радостно ответила Джису, вспоминая про ту знакомую. — Ого... – Засмеялась девушка. – Теперь ты просто обязана нас познакомить. — Это даже не обсуждается. Но блин... Она так попала, только сама пока ещё об этом не знает, а я говорить не буду. Просто не хочу портить "сюрприз". Но я над этим знатненько орнула. – Сказала Джису, на что подруга лишь посмеялась.

Теперь хотя бы понятно про кого тогда была речь, а главное, в чем заключался "сюрприз". Значит они соседи. Ну что сказать, пипец. — Я смотрю у вас прям дресс код. – Юнги первый прервал затянувшуюся тишину, в открытую оценивая наряд гостьи. — Нет. Просто у нас что-то на подобие пижамной вечеринки, но моя подружка зависает здесь. Ничего объяснить не хочешь? – Лалиса покраснела от столь пристального взгляда, потому немного отвела взгляд, но продолжила разговор. — Проходи, сама всё увидишь. – Пригласил король и та повиновалась. — Ай, черт, красотка, будь нежнее, ты же всё-таки не бездушную тварь зашиваешь, а меня - самого Пак Чимина. – Дженни уже устала слушать его нытье, но признаться честно, ей это даже немного нравилось. Просто он так мило обижается, однако, всё дело в том, что у него повышенная чувствительность, а значит ему действительно больно. Эх, знал бы он как скоро мучиться будет его друг. Эх... — Ну потерпи немного. У тебя тут так много глубоких порезов. Ты прям как будто спецом все это сделал. – Ким не была зла, даже наоборот, она улыбалась. — Держи, – неожиданно прозвучал голос Лисы, который заставил обернуться не только девушку, но и парней. Как только Манобан вошла в нужную ей комнату, то взгляд мгновенно устремился на парня, что сидит на столе в одних штанах, и держится за плечо. Это он - Чон Чонгук. Она сама не заметила, как начала рассматривать его тело, и как закусила губу, тоже не понимает. В один момент всплыли все моменты последних инцидентов, это конечно всё плохо, но Лиса простила его. Ей обидно конечно, что Чон отодрал её как последнюю шалаву, но как бы она не старалась, а злиться не получается. Возможно, всё дело в том, что она наконец смогла признаться самой себе в том, что любит этого грубого, эгоистичного садиста. Однако, чувства не изменишь, о них можно только умолчать. Только привела мысли более менее в порядок, Лиса заметила и остальных посетителей данной комнаты, в этом ей помогли недовольства Чимина. Девушка даже не удивилась, когда увидела что происходит, для того, чтобы впасть в удивление, Манобан слишком хорошо знает свою лучшую подругу. Хотя, если начистоту, то немного поразил вид Дженни, такой откровенный и броский, даже непривычно. Ну с этими потом. Сейчас возникает лишь один вопрос : Что с ними произошло, и почему они в таком плачевном состоянии? — Надеюсь я ничего не перепутала. – Голос уверенным уже не был, ведь Лалиса встретилась со взглядом своего обидчика. Страшно.... — Нет, это именно то, что нужно. – Мельком глянув на предмет в руках подруги, Ким вернулась к телу Чимина. — Ай, блять. Да осторожней ты. – Пак начал злиться, видимо жить с повышенной чувствительностью очень плохо. — Замолкни уже. Потерпишь, не маленький. – Дженни всё тоже уже начинает надоедать, потому она повысила голос. – Сначала доводишь себя до такого состояния, а потом плачешься. Я, конечно, могу вообще ничего не зашивать, пусть сгниет нахер. – Оооо, кого-то начало бомбить. Парень понимает, что она права, но.... Черт. — Ла-ли, чего встала то. Чонгук в твоем распоряжении. – Ким успокоилась и переключила все внимание на подругу. — Не-а. Это ты у нас шаришь в медицине, так что... К тому же, вставить плечо я не смогу. – Манобан немного запаниковала, но продолжала улыбаться. Все она смогла бы, просто ей неловко рядом с Гуком, ну и ей страшно. — Расслабься и вставь, тут ничего такого нет. Главное сделай все правильно, а то в последствии без хирургического вмешательства не обойдемся. – Посмеялась подруга. Она специально припугнула Лису, ведь та знает, что такое в действительности может произойти. — Спасибо за поддержку, блять. – Ухмыльнулась девочка и подошла к Гуку. Она все еще боится. — Расслабься. Просто сделай и все. – Проговорил Чон. От неожиданности Манобан подняла взгляд вверх и встретилась с милым личиком. Он улыбается... Так искренне и нежно? Да! Именно нежно. Не знаю как это повлияло, но это придало девушке уверенности. — Будет больно. – Прикрепив ту штуку к плечу парня, она осторожно его предупредила о процессе процедуры. — Ничего. Я заслужил, так что можешь причинять мне боль сколько хочешь. – Чонгук сожалел, это было видно по его глазам. Она это увидела, от чего сердце сжалось, а после пропустило пару ударов. Ну, пришло время начинать. – Только не отталкивай меня. – Этого уже никто не услышал, но так было даже лучше. Чонгук не мог смотреть на ту боль, которую видел в глазах собственной игрушки. Раньше его это привлекало, а сейчас заставляет грустить самого. Гук до сих пор не может себя простить за поступок, который совершил в порыве гнева. А сейчас, когда это крошечное создание стоит совсем рядом, парень так сдерживается, чтобы не обнять её, ведь боится вновь встретиться с испуганными глазами. Остается лишь тихо ненавидеть и разрушать себя изнутри. Когда она сказала о боли, то внутри Гук усмехнулся, ведь если вспомнить сколько боли он причинил ей за все это время, то.... А эта девушка все равно жалеет его и не хочет причинять боль. Наивная... Скажем так, процедура действительно была не из приятных. Нужно было сделать все четко и быстро, с чем Лиса справилась, но когда увидела с какой силой Чонгук сжимает кулаки, то ей стало так жалко короля. Она знала, что это будет болезненно только потому, что когда-то и ей вставляли плечо таким же способом. Тогда Манобан не плакала, она кричала от дикой боли, а Гук выдержал её не издав и писка. Он молодец. — Вот видишь, а ты боялась. Чонгук, пошевели плечом. – Как раз и Дженни закончила с обработкой. Парень повиновался и попробовал сделать то, о чем его просят. Было больно, однако шевелить он может. Постепенно боль вообще сошла на нет, так что все отлично. – Хорошо. — Сильно больно? – Спросила Лалиса, рассматривая мимику лица Гука, пытаясь уловить в них эмоции боли, однако, ничего кроме легкой, немного виноватой улыбки не было. — Все хорошо. Спасибо тебе. – Продолжая улыбаться ответил Чон, после чего поцеловал её в щечку, в знак благодарности. — Обеззаразь остальные раны пожалуйста. – Видимо забота над этим королем полностью легла на плечи Манобан. А та и не против. Вот только сначала нужно перестать краснеть от детского поцелуя, а потом можно и поработать. — Хорошо. Дженни начала прибирать за собой, убирая все на свои места, и выкидывая иглу в урну. Юнги зависал в телефоне, а Чимин накинул футболку. Потом Чим начал разговор, в котором участвовали все, кроме тех двоих, которые сейчас находятся на расстоянии от друзей. Юнги изредка поглядывает на Ким и пытается словить её взгляд, когда она смотрит на его друга. Он пытается увидеть в её глазах сожаление, или же жалость, но видит лишь презрение. Та история, которую он ей рассказал никак не повлияла на женское мнение о Гуке, что просто не могло не радовать. Дженни же было абсолютно пофиг на присутствие Чонгука, но в одном она была уверена, история, рассказанная блондинчиком была правдива, а сожаление в мужских глазах настоящее. Но это не значит, что она все еще не хочет выбить из него всю душу. Тем временем, Чонгук и Лалиса сидели в полной тишине, не рискуя начать разговор. А о чем им говорить? О том, что он полная мразь? Или может о том, что ей безумно обидно и больно? А может о том, что они оба скрывают от друг друга свои чувства? Вот и они не знают. Однако, когда молчание затянулось, а работа была практически завершена, Чонгук всё же решил заговорить, но произнес лишь одну фразу. — Прости....

* * *

— Ты не справилась. – Странно что глава еще не пришел в бешенство после такого провала. — Прости меня. Я недооценила этих троих. Знаю их довольно давно, но так и не разузнала на что они способны. – Голос девушки дрожал, ее переполняла злость и ярость. Почему они выжили, они должны были сдохнуть. — Еще один промах, и ты отправишься вслед за Сехуном, поняла меня, ангелок? — Д-да. – Только и смогла вымолвить девушка, после чего босс уходит, оставляя её наедине со своей яростью.

— Я уничтожу вас, короли школы «Чунан». Всех до единого.