Темные начала
4 апреля 2020 г., 21:42
***
И снова все о нем. О ком? О Межевом вале. Королевском лесе. Садах Альфины. Каменных джунглях. И Чешуе мира. Именно о нем как об одушевленном предмете. Именно Кто, а не Что. Первый Поход как Свободный искатель… Специальной тропинкой по нейтральной полосе, чтобы ловушки обойти. Несколько минут постояли на следе гирмата на земле, вздохнули, что смысла от серебра в Королевском лесе никакого. А вернутся ли сюда, так это как сам Лес, ну, и Нэй решит. В принципе можно, но они за аккумами в Лес идут или за серебром? Если за вторым, то можно и не идти дальше, а набрать несколько мешков (простые мешки брались в поход всегда, их еще «трупными» называют, но при этом, как примета, обязательно с собой взять нужно, тогда смерть обойдет тебя стороной; ну не всегда, правда, срабатывала, но в большинстве своем или — это просто мысль такая глупая), вот Сэм способен еще столько же, сколько жернова весят, взять на себя и вернуться. Но это же серебро, его цена известна, хоть и драгоценный металл, но богатства даже его множество принести не могло. Поэтому если вернуться после похода на это место, тогда да, можно будет прихватить с собой пару десятков фимт серебра (если, конечно, здесь что останется), а нет, так нет. Как говорится, зачем об этом жалеть? Так что дальше пошли, чуток повздыхали, и вперёд, не оглядываясь. От Стены до границы Межевого вала, как уже говорилось, тысяча ярдов. Нейтральная полоса, или полоса отчуждения. Когда-то в самом начале, думали, что строительство фортов и самой Стены, на самой границе, позволит более плотно наблюдать за тварями. Оказалось, что нет. Точнее, не совсем так. Временные форты, которые возвели в самом начале, подвергались нападению чуть ли не ежедневно. Твари не давали спокойно отдохнуть воинам, мешали строительству Стены и основных Фортов. В общем, из этого ничего не вышло. В конце концов, пришли к выводу, что самое оптимальное расстояние это семьсот — тысяча ярдов. Вот здесь тысячу насчитали. Ну, там, друмеры-изучатели всякие посчитали, а строители построили. Кстати, Четвертый форт — один из первых построенных. И поэтому первоначально его место должно было быть на границе. Вон можно видеть руины недостроенного сооружения. Но Нэй свернул немного в сторону. Ярдов на сто. Рядом с руинами никто в Межевой вал не входил... Ну, вот и Межевой вал. Граница… Явная, видимая глазом и ощущаемая всеми составляющими души. Вот трава, ну что-то зеленое на нейтральной полосе росло, хотя, конечно, тут было больше серого, чем живого, но все равно это пространство чувствовалось своим, обычным, хотя и в необычном месте. А вот уже резко идет серое, каменное пространство. И воздух всегда, когда идешь, входишь, немного тягуч, как будто какое-то препятствие преодолеваешь. Даже не «какое-то там препятствие», а самую настоящую стену, воздушную, но ощутимую. В солнечный день ее особо не видно, но вот в пасмурность серая мгла на границе обретает очертания. Невысокая такая, ярдов десять в высоту, но нервы щекочет. Сегодня было солнце, поэтому серой мглы на границе почти и не видно было. Распределились возле самой границы — Нэй в центре, а справа от него в пяти ярдах Файнс, за ним через те же пять ярдов Сэм. То же и слева — Арфо Кут, а за ним Буг Дарби. Линия. Это самый распространённый вход в Королевский лес. Хотя некоторые муляр-таши предпочитают вход гуськом (вначале карьеры своей Нэй тоже входил в Королевский лес гуськом), когда впереди ведущий — муляр-таш, а за ним, положив руки друг другу на плечи, располагаются все остальные из команды. И входят они, конечно, гуськом, чуть ли не черепашьими шажками, а руки на плече, чтобы не потерять связь, так как при таком входе муляр-таш уже в Лесу, а команда вне его. И тут главное — крепко держаться за плечи друг друга, иначе можно вылететь командой из леса. В этом и минус входа гуськом. Правда, если все хорошо, то команда собирается уже на первых шагах при входе. При едином входе — «линией», как сейчас, главное, не потерять вошедших, то есть должна быть хорошая синхронизация действий между членами команды. Первый шаг в Лес, и уже в нем несколько шагов нужно делать синхронно. Выкинуть из Леса — не выкинет, если не так вошли, это еще одно отличие от «гуськом», но время можно потерять на сбор команды. Поэтому утром перед самым выходом из форта даже потренировались, но оказалось, что все всё понимают и особой нервозности не испытывают. Ну, а главное суметь собрать команду через пару сотен шагов. Впрочем, несмотря на каменные джунгли, казалось бы, на непроходимый Лес, все члены пятерки были видны при перемещении, можно даже переговариваться. Но лучше, конечно, двигаться быстро, без лишних разговоров и промедлений. И да, в отличие от «гуськом», при входе «линией» на этих первых двухстах, иногда трехстах шагах можно было развернуться и выйти из Леса! При этом на муляр-таша не распространялось время блокировки где-то в течение часа. У Нэя, кстати, был один такой случай, когда Леомираис вдруг забыл свою красную книжечку. Вот так шли уже по Лесу, и тут Леон вдруг как заорет: — Забыл! Вернуться нужно! Нэй! Ну, вернулись. И Нэй впервые увидел, как эльфы умеют бегать! Как метеоры! Как стрелы из лука! Как пуля! Леон управился за пятнадцать минут. Кстати, вот тогда Нэй и узнал про эльфийскую красную книжечку. Хм… Правда, это уже другая история. Но сегодня никто не кричал, что надо бы вернуться, потому что заблаговременно все были проверены и уверены, что взято все, что нужно. Нэй всем так и сказал, что возвращение — дурная примета (в Граничном Патруле в эту примету не верили, так как в Королевском Лесу только и делаешь, что возвращаешься), поэтому, что забыли — то забудьте! Все равно возвращаться не будем! Все согласились. Поэтому Нэй, просто двигаясь вперед, посматривал по сторонам, наблюдая за членами команды. Ну, что сказать — все целеустремлены, внимательны и серьезны. Для начала это очень даже хорошо. Кстати, насчет сбора пятерки после прохождения этих «странных», как их еще называют, двухсот шагов. Только при входе «линией». Если все удачно, то пятерка собирается без всяких проблем. Если же синхронизация была нарушена, то есть кто-то из команды не так шагнул (он просто исчезает из поля зрения муляр-таша), то муляр-таш начинает считать шаги и лучше вслух и громко! На двухсотом счет останавливается, и муляр-таш замирает, к нему подтягиваются остальные, не исчезнувшие члены команды, и начинается ожидание «появление» исчезнувшего. При этом муляр-таш старается вообще не двигаться, а по возможности оставаться на одном месте. Нэй сталкивался с такой ситуацией дважды. С Алисией… у нее был дембель на носу, ну и о свадьбе задумалась, поэтому вошла в Лес на шаг позже. Ждали ее командой два часа! И все это время Нэй медитировал — сел в позу «лотос» и просто наслаждался видом себя со стороны. Ну, не истуканом же на месте стоять. И с тем же Леомираисом — эльф тоже задумался, как выяснилось, о своей красной книжечке (в тот день Нэй наконец-то узнал, что это за книжечка такая), и тоже шагнул позже. Ждали его меньше — всего полчаса. Именно эта ситуация и подвигла ученых и изучающих исследовать этот феномен и выяснить, что собраться в Лесу можно и меньшим числом, если у каждого будет осколок, отколотый от единого каменного дерева где-нибудь на просторах Королевского леса. Причем при этом не нужно присутствовать. С тех пор осколки каменных деревьев, кажется, носят с собой все кому не лень, но при этом все равно пятерки-команды на просторах Межевого вала не встречаются, если, конечно, не задаться целью встречи, и если этой встречей кто-то способен управлять. В общем, все вошли хорошо — никто не исчез. Никто ничего не забыл. И главное: Нэй был уверен в себе как никогда… А где Лес-то сам? Да вот, кругом и всюду. Вот елка самая настоящая, только немного иголки толстоваты. Не иголки? Серый снег? Ну, можно сказать, и так: остроконечное серое, каменное изваяние, очень похожее на ель. Или елка, но покрытая серым, пушистым, камень не ощущается, снегом. А рядом с ней самая настоящая сосна, ярдов тридцать в высоту. С прямым, ровным, любой корабел позавидует, стволом и раскидистой кроной в вершине. И все странно-серое и кажется со стороны невесомым. Вот, да, еще одно свойство Королевского леса — все вокруг кажется совершенно не каменным, не тяжелым и невозможным, что ли. Ну, например, этот каменный куст. Дотрагиваешься до него, а он не ломается, и сломать его даже сложнее, чем ореховый прутик, а только пружинит от рук. И такой серый перезвон издает. Именно серый, глуховатый, а не серебряный. Впрочем, если сломать веточку, то через несколько секунд она потеряет всю упругость и превратится в жесткий, самый настоящий камень. Но который сломать будет еще сложнее, поэтому в нормальном мире очень популярны трости из камня серых кустов. Не гнутся, не стираются, не ломаются, и очень дороги, как все из Королевского леса. Да! Вот еще одно каменное растение Леса! Без него пропали бы люди. Это так называемая «туннельная роща». Сотни стволов, поднимающихся вверх ярдов на десять и соединённых в вышине единой кроной, не цельной, а такой развесистой. И солнце видно. И день, и ночь воспринимаются под его сенью, но именно оно помогает людям прятаться от Лесных бурь. Вне рощи бушует непогода, а тут тихо и спокойно. Ученые, научники и изучатели уже давно пришли к выводу, что это и не растения вовсе, и даже не камни, а скорее странные, даже в чем-то загадочные копии обычных, знакомых растительных видов, разве что серой травы тут нет. А камень — это некая субстанция, только кажущаяся людям камнем, но на самом деле таковым не являющаяся. Но как с каменным прутиком превращающаяся в камень, точнее, в следующую субстанцию, еще более твердую и прочную, чем обычный камень. Нэй как-то посетил лекцию одного такого ученого-изучателя-научника из ордена Клепты. Честно говоря, уши в трубочку скрутились, и стало понятно, почему на этой лекции было только два человека. Нэй и сам лектор. Увидев только Нэя, он хотел было уйти, но молодой человек сделал ему денежное предложение, от которого седой лектор не смог отказаться, и рассказал Нэю даже больше, чем хотел. И если бы ни знания Учителя, Нэю пришлось бы совсем туго. А так более-менее понятно. Ну, почти… Двести восемнадцать шагов. Это была единственная привычка, проявляющаяся в Королевском лесу. Входя в него, Нэй даже если думал о чем-то другом, всегда считал шаги. Не вслух и не громко, но всегда. Как это получалось у него, он не совсем понимал. Видимо, его второе «я» вело счет. И при этом он всегда был уверен, что посчитал правильно. И, как всегда, он и его команда вышли на небольшую полянку. Сколько не разговаривал с друзьями и знакомыми муляр-ташами, ни у кого из них не было такой полянки. В основном, чистое ощущение, что вход завершен и команда вот в сборе — соединились и пошли дальше. А у Нэя, как он стал муляр-ташем в Граничном патруле, почти сразу появилась эта полянка. Ну, конечно, не совсем эта, тут в Лесу нет одинаковости, но различия почти не улавливались. Те же сосенки с елочками по краям, и те же семь тропинок на все стороны света. И обязательно скелет какой-нибудь твари в центре полянки. Сегодня, вот, крупный гиркон. Файнс, привыкший к таким сюрпризам в походах с Нэем, только хмыкнул, а Сэм хрюкнул от удовольствия и принялся устанавливать свою мини-мельницу. Ну, пару фимт порошка точно будет. — О, смотрите! — Буг поднял вверх синий аккум. — День начинается не зря! Но Нэй даже не оглянулся на эту радость, потому что его глаза уставились в совершенно другое место. М-да. Дела! Темник! Конечно, ночью, при Луне, или свете Великой Звезды искать их лучше всего. Но и днем в определенной тени увидеть можно. Вот увидел бы его кто-нибудь, кроме Нэя? И как лежит в тени черепа, не бросил бы взгляд (вот что заставило посмотреть?) и даже Нэй бы не увидел. Шаг в сторону и не различить тень. А там череп на помол бы снесли, и на свету темник исчез бы. Впрочем, чего тут гадать. Нэй дотронулся до холодного, как лед, аккума. Темник точно. Серые не бывают такими холодными. Да, и не темные они, а серые. А этот иссиня-черный. И большой — в половину кулака Нэя! Демоны! Зачем он ему попался? Нэй сомкнул над ним свои пальцы и вытащил из-под челюсти. Но ведь ты же хотел его найти, вот и нашел. Можешь себя поздравить. Нэй закрыл глаза, приводя себя в порядок, и останавливая бешено колотящееся сердце (тише, тише, что ты так разошлось-то), и как можно спокойней проговорил: — Парни, я нашел темник. Все застыли одновременно. Сэм замер с верхними жерновами, которые собирался установить на нижние для помола скелета. А все остальные в не менее забавных позах. Буг согнулся, помогая Сэму. Файнс присел, что-то высматривая в камнях. А Арфо так и замер с открытым ртом, должно быть, хотел что-то сказать за секунду до сообщения Нэя. Первым задвигался Сэм, и его скрип, вот именно заскрипел, как не смазанная дверь, привел всех в движение. Буг выпрямился и, сделав пару шагов к Нэю, проговорил: — Покажи! Нэй разжал кулак. — Твою мать... — вырвалось у товарища. А Арфо вымолвил, и глаза при этом его как-то странно сверкнули, от солнца, видимо: — А ты и в самом деле удачливый парень! Нэй на это надеялся и надеялся, что эта находка не принесет его команде несчастья. Так это хорошее начало? Или как? Скелет гиркона перемололи, э… часа за два по ощущениям. Часы Нэя какую-то белиберду принялись показывать (и это не вина часов). Поэтому только ощущения и остались. Хотя вечер уже ощущался по полной. Вечер? Они же только зашли в Лес! Но зрение Нэя не обманывало — солнце клонилось к закату. Ну, будем считать, что там запад, хотя по ощущениям там самый настоящий юг. Вот вам и доказательство безвременья этого места. Здесь бесполезны часы, даже такие крутые, как часы мастера Лю Шаня. Даже они… Хм… Хотя нет — вот показывают уже семь вечера. Когда успели? Кстати, что вечер подходит, заметили все. — Скоро стемнеет, — проговорил Буг, который ссыпал последний помол в мешок. Получилось, как и предполагал Нэй, чуть больше двух фимт костной муки. Дукатов на сто потянет. Неплохо, можно даже больше не обращать внимания на мелочь. Если, конечно, на кладбище гиркоков команда не наткнется. Вот как твари Леса погибают и умирают без воздействия, участия человека, от старости? Например, никто из изучателей, научников и ученых объяснить так толком и не может до сих пор. Видимо, от того, что еще никто не видел, как твари умирают от старости. А умирают ли они вообще? Нэй огляделся. Нет, в данном месте лучше не останавливаться. Это ведь начало пути. Пусть Лес и сыграл с ними вечернюю шутку, но время еще есть выбрать удобное для ночлега место. Ночью лучше не блуждать по Лесу. А как темники ищут тогда? А никак. Они сами тебя находят… Нэй выбрал одну из семи тропок. Решил на юг, где солнце садилось. И чутье его не обмануло. Королевский Лес всегда имеет определенный угол подъема. Причем идешь вперед или назад, ты всегда поднимаешься, немного, но поднимаешься. И когда выходишь из Леса, кажется, что вышел из ямы на равнину нормального мира. Но есть и резкие перепады высот, поэтому и нужны кошки на сапогах, чтобы не скользить по камню, как по льду. Поэтому здесь есть небольшие возвышения, горки, с хорошим углом обзора, на которых можно организовать нормальный ночлег и на которых нет леса, только камень. Как специально кто-то выложил и устроил, вот для таких неожиданных стоянок команд. Вот такую и нашли. Каменный холмик ярдов десять в высоту. Ярдов пять на пять, плоская площадка с неудобным подъёмом, по которому было довольно сложно забраться, особенно Сэму с жерновами. Нэй хотел было попросить Сэма оставить жернова возле подъема на этот пятачок, но здраво рассудил, что к утру подъем может измениться, или вообще жернова возьмут, да и приживутся к месту, не сдвинуть их тогда и не забрать. Да и орч как заправский альпинист взобрался на подъем совершенно спокойно, без всяких усилий. И лег в них, точнее, сел, оперевшись спиной на небольшое возвышение, в высоту чуть пониже Нэя, защищающее площадку, будем считать с южной стороны. А с северной, сейчас северной, всегда обрывистая стена, то есть только два пути, по которому можно пройти на этот пятачок. Ну, явно кто-то постарался и камнями обложил место так, чтобы, лежа на севере, не свалиться вниз. Пока солнце не скрылось за горизонт и не погрузило все в серое бесцветие, быстро поели, разведя бурду еще не изменившейся водой. Так себе питание, но на удивление сытное. А затем все улеглись спать, и по традиции первой ночи дежурным оставили муляр-таша, то есть Нэя. Первая ночь похода считается основной, основополагающей, дарующей откровения путникам Леса. И, конечно же, лучше, если эти откровения будут дарованы муляр-ташу. Поэтому и первое дежурство всегда за муляр-ташем, даже если эта ночь может быть единственной в походе. Нэй сел в позу лотоса и принялся медитировать. В смысле медитации ему здесь очень нравилось, было тут легко и спокойно. Но вот погулять астрально тут было сложно, слишком много помех, видимо, много магии мешало чистоте прогулок. Впрочем, за угол заглянуть силы находились… В часа три ночи, если часы не врали, Нэю захотелось по нужде. Вещь необходимая и без которой человек просто не смог бы существовать, но в Лесу имеющая некую специфику… Вот если просто гуляешь, отходишь от группы на десяток ярдов, то вполне спокойно возвращаешься. Но вот если нужда застала, то лучше быстро вернуться к основной группе (терпи!), зацепить веревку-фал за карабин на поясе товарища по команде, и уже так идти по нужде. Ну, вот такая странная игра пространства и времени. Почему-то члены команды, ушедшие по нужде даже за ближайшее дерево, чаще всего теряются. Само собой находятся через пару часов, но нервы ведь уже не вернешь. Поэтому Нэй, соблюдая правила, тихо подошел к Сэму, и зацепил карабин своей веревки за металлическую станину коромыслов орча. Сэм тут же открыл глаза, пробубнил что-то вроде «Угу», намотал часть фала на свою огромную ладонь (веревка длинная, хватит для нужды), и снова уснул. Нэй улыбнулся на реакцию друга и быстро забрался на южную стену площадки. Он обожал так делать, чисто мальчишечья глупость, с крыш Аркета писать вниз! Слышны крики, но тебя никто не видит. Ага. Поумнел он. Ничего подобного! Ну, с крыш он теперь не справляет нужду, но вот так в Лесу… У каждого свои тараканы в голове, как любил говорить Учитель. И всех переловить просто невозможно. На южной стороне тоже был откос, не такой резкий, но тоже идущий вниз ярдов на двадцать под углом. И покрыт он был множеством кустов. Вот в эти кусты, с высоты… А после дернул веревку и прыгнул назад, на площадку. Тут земля под ногами довольно сильно дернулась. Не от прыжка, а от того, что где-то рядом гирмат (а кто еще может здесь землю колебать?) грызет землю, прокладывая себе путь. Может и так быть, что каменный червь прямо на площадке вынырнет из своих каменных глубин. История, правда, умалчивает о таких случаях, хм… или рассказать некому или никогда не было такого. Нэй мотнул головой, отгоняя эти глупые мысли, но все равно решил приложить ухо к каменной стене. Для очистки совести? Все равно ведь ничего не услышит, кроме тишины. Но, к удивлению своему, он услышал. Какой-то шорох, но не далеко в глубине земли, а тут, рядом, и, можно сказать, почти над головой. Южная стена ведь чуть ниже Нэя, поэтому ему не составило труда приподняться и посмотреть, что творится на линии стены. Что это за шорохи. Лучше бы не смотрел. Ну, в начале ничего и не увидел, стена как стена, только минуту назад на ней стоял, как вдруг в лунном свете что-то блеснуло. Это уже слишком! В небольшой выемке, вот как раз, где сапог Нэя был совсем недавно, в трещине, так просто и не увидишь, только вот так прильнув к стене, лежал… Правильно. Темник! Собственной персоной! И тоже довольно большой, но чуть поменьше первого… Может, сделать вид, что Нэй его не заметил? Утром его никто не увидит, а когда тень падет, команда уже будем далеко. А? Но нутро Нэю подсказывало — и взять его не к добру, и не брать лучше не будет. Ведь все время маяться будет. А потом еще вернуться решит. Ну, что за странные мысли! Конечно же, брать. Если сам в глаза попался (вот так они и находятся, в глаза попадаются, в отличие от серых, которых днем не только в тени, но и на солнце найти можно). Нэй протянул руку и, закрыв глаза, взял темник в ладонь. Немного поморщился от холода аккума. Вытянул его из щели. Открыл глаза. Нет! Ну, Межевой Вал просто издевался над Нэем! Оказывается, первый темник скрывал за собой еще одного своего собрата. Совсем маленького, еле заметного, но тоже сверкающего своей темной энергией. Ну, дремм на сто потянет точно. Что же это такое. В чем Нэй перед небесами провинился или чем тварей Лесных разозлил? Честно говоря, он даже не слышал, что кто-то находил сразу три темных аккума. Два, да, были истории, но три... И теперь, если их продать, то можно забыть дорогу в Королевский Лес. А если вспомнить, что в кармане Нэя еще один лежит, найденный тогда в одиночном плаванье. Господи, Великий Скирия! Темников у него по ощущениям дремм на восемьсот наберется! Это же сумасшедшие деньги! Конечно, для Нэя, наследника Учителя, это так, сумма небольшая. На один зуб. Но тем непонятны эти подарки Королевского Леса ему, Нэю. Или и в самом деле богатство тянется к богатству? Липнет к рукам? Или это откровения Леса? Получил свое? Теперь, так сказать, иди домой! И больше не приходи! А что, вполне здравая мысль. После такого куша и в самом деле нужно забыть дорогу в Королевский лес, чтобы остыть и чтобы Лес от тебя остыл. Или забыл. Вот и сходили в первый поход. Новичкам везет? Ой. Что-то ему поплохело. Нэй вздохнул. И медленно упираясь спиной в стену, присел на корточки. Вытер выступивший пот. Так, ладно. Скажем, что он нашел еще один темник. А про большой промолчим. Потом, когда выйдем, на равнине и решим, что делать дальше. Три аккума. Темника. За один день! У Нэя появилось ощущение, что это не единственное, что может его удивить. Утром сообщение о втором темнике привело всех в полный восторг. И сообща решили, что нужно возвращаться. На первый раз вполне хватит. Два темника. Два серых, мелких, как горох, и совершенно не холодных, но точно серых. Пять синих. Один зеленый и один красный. Что может быть лучше? Некоторые искатели паре синьки за неделю поисков рады. А тут у команды целое состояние! И за один день! Ну, значит, решено — возвращаемся.***
