Винил, Кофе и Восхождение на Фудзияму

Как странно. Когда-то этот человек был для меня целым миром, а теперь я ничего не чувствовала кроме, разве что, лёгкой раздраженности. Интересно, всё-таки, работает один из самых сильных людских загадок — время. Когда Сасори бросил меня, я даже представить не могла, что смогу вернуться к прежней жизни, потому, что мне было тяжело делать всё, даже дышать. Иногда я сидела в ванной и плакала, но слёз уже не было, поэтому беспомощная и жалкая я обнимала свои колени и просто хныкала, задыхаясь от собственной слабости. Тот период был ужасным и я никогда не вернусь в подобное состояние. — Ты зря теряешь время, — спокойно ответила я. — Уходи. — Не уйду, пока не поговорим, — ответил Сасори и сделал шаг вперёд. — Ты, значит, сейчас захотел со мной говорить? — усмехнувшись, ответила я. — Слишком поздно, да? — Пять баллов, Шерлок. — Я хотел зайти к тебе пару дней назад, — продолжал Сасори. — Вечером караулил у твоего подъезда, а потом увидел тебя с каким-то парнем. Рад за то, что у тебя всё хорошо. — Я тоже рада, что у тебя всё хорошо. — Как бы не так… — Ну, жалеть не буду. Прощай! — Постой! — Сасори схватил меня за локоть и я недовольно обернулась. — Один разговор, и я навсегда оставлю тебя в покое. Прошу, давай сделаем это ради того, что между нами было. — Сделаем что? — услышала я мужской голос. Я посмотрела вперёд и увидела Шикамару. Он потушил свою сигарету и недовольно взглянул на моего бывшего. Тот, в свою очередь, отпустил мою руку. — Не твоё дело, — ответил Сасори. — Ты сейчас трогал мою девушку, так что дело более, чем моё, — громко произнёс Шикамару. — Тебя, что ли, родители не учили, что подслушивать не хорошо? — Нет, зато они научили меня не быть свиньей в отношениях с любимой девушкой. — Хватит! — воскликнула я и обернулась к Сасори. — Не будет никакого разговора, никогда. А теперь прошу, будь мужчиной и никогда больше не ищи встреч со мной. Хоть раз сделай то, о чём я тебя прошу. Сасори прикрыл глаза и покивал. Я тихо вздохнула и подошла к Шикамару. Взяв его за руку, я молча повела его за собой. — Это из-за этого ты задержалась на работе? — недовольно спросил Шикамару. — Нет, я работала. Я встретила его, когда вышла из здания. А ты почему не предупредил, что встретишь меня? — Не знаю, я спонтанно так решил, всё-таки поздно уже. А что, нужно обязательно предупреждать? Не хочешь, чтобы я разрушил твою идиллию с бывшим? — Что? — я остановилась и отпустила руку Шикамару. — Что ты несёшь? — Почему ты позволила ему лапать себя? — Ничего я не позволяла, я собиралась уходить, когда он схватил меня за локоть. — Что-то я не заметил, чтобы ты особо вырывалась. — А что — я должна была кричать «помогите» и бить его ногами и руками?! — Как вариант ты могла его оттолкнуть. — Послушай, — я вздохнула. — Я очень устала. Может, мы всё-таки вернемся домой? — Пойдём, — сухо произнес Шикамару и пошёл вперёд. Я отправилась следом за ним, наблюдая за его спиной. Что за дерьмовый вечер? Не так я хотела его провести. Сначала на работе был завал, потом бывший решил напомнить о своем существовании, а теперь ещё и Шикамару со своими претензиями. Я была настолько уставшей, что у меня даже не было сил на него обидеться. Мы молча дошли до станции и стали ожидать наш поезд. Шикамару пытался не смотреть на меня, а я, сразу же осознав, что он вряд ли хочет говорить, присела на лавочку и взглянула на экран своего телефона. Судя по всему, знакомство с моими родителями переносится до лучших времён. Если, конечно, оно вообще когда-нибудь состоится. И почему моя жизнь не может быть счастливой? Почему должны случаться какие-то передряги, из-за которых я теряю равновесие? На экране моего телефона появилось несколько капель. Я вздохнула, закрыв лицо руками. Я не хотела плакать, но во мне накопилось слишком много усталости, гнева, растерянности и обиды. — Темари? — услышала я голос Шикамару. — Темари, ты чего? Я не отвечала. Закрыв лицо своими руками, я вообще не хотела отвечать. Я почувствовала, как руки Шикамару легли на мои колени. Его тёплое дыхание ударило по моим рукам. — Я тебя обидел? — тихо спросил он. — Прости меня, я правда говорил какие-то дурацкие вещи. Ну же, иди сюда… Он сел возле меня и обнял. Я опустила руки и, спрятав лицо у его груди, обняла его в ответ. Он погладил меня по голове, пока мимо нас проезжал необходимый нам поезд. — Здорово тебя ПМС-ит в этот раз, — произнес Шикамару, погладив меня по волосам. Я подняла глаза и взглянула на него. По моим щекам растеклась тушь, но мне было всё-равно. — Почему сразу ПМС? — недовольно произнесла я. — Потому, что я знаю, что ты начнешь спорить, — ответил Шикамару, вытирая мои щеки своей рукой. — Извини, что я повёл себя, как последний мудак. — Ничего страшного, — ответила я, вытирая свои глаза. — Мне вообще не следовало даже останавливаться и говорить с бывшим. Уж кто-кто, а он точно последний мудак. — Тут не поспоришь. Ладно, давай не будем о нём. Сейчас приедем домой и ты отведаешь самый лучший рамен в своей жизни. — Ты приготовил рамен? — удивилась я, извлекая из своей сумочки несколько бумажных салфеток и зеркальце. — Я думала, ты его не любишь. — Ну, да, из-за Наруто я в студенческие годы слишком часто посещал кафе, где был сплошной рамен, однако, я давно его не ел, так что почему бы и нет? — Аргумент, — слегка улыбнувшись, ответила я. — Ты похожа на панду. — Не могу тушь стереть. — И не надо, мне нравится. — Ну и странные вкусы у вас, Нара Шикамару. — Все мои вкусы упираются в тебя. И не только вкусы, если ты понимаешь, о чём я. Я засмеялась и поцеловала Шикамару в щеку. — А, знаешь, я ведь могу убрать все стулья на свете… — добавил мой парень. — Зачем? — Чтобы ты села на моё лицо… — Шикамару! — недовольно произнесла я, оглянувшись по сторонам. — Ты бы ещё громче это сказал. — И скажу. А, вообще, — он приблизился ко мне. — У нас намечается неплохой вечер, не находишь? — С тобой почти все вечера неплохие, — улыбнувшись, ответила я. — Что значит «почти все»? — То и значит. О, наш поезд, — ответила я, пряча своё зеркальце в сумку. — Пойдем. — Вот же проблематичная женщина. Когда мы приехали домой, «неплохой вечер» не состоялся — у меня начались месячные. Я проснулась раньше, чем хотела в утро субботы из-за невыносимой боли в животе. Я аккуратно освободилась от объятий Шикамару и направилась в ванную. После тёплого душа мне стало немного легче, поэтому, накинув на себя длинный махровый халат моего парня, я прошла на кухню чтобы приготовить завтрак. Я решила, что сегодня мы начнём утро со здорового завтрака, поэтому сварила овсянку и поджарила в тостере несколько ломтиков чёрного хлеба. Шикамару появился на кухне минут через двадцать после того, как я начала готовить. Он подошёл ко мне сзади и обнял. — Почему ты так рано проснулась? — сонно пробубнил он. — Живот болел. — Это из-за моего рамена? — Нет, из-за природы. — Соболезную, — ответил он, поцеловав меня в щеку. — Как сейчас себя чувствуешь? — Нормально, только сбрей уже свою щетину, колется, — недовольно поморщившись, ответила я. — Давай к столу, овсянка остывает. — О, овсяночка… — отпустив меня, произнес Шикамару. — London is the capital of Great Britain. — Иди в ванную, — засмеявшись, ответила я. Он улыбнулся и отправился на водные процедуры, удовлетворенный тем, что сумел меня рассмешить. Пока Шикамару умывался и брился, я сварила кофе. Разумеется, мой ненаглядный умудрился порезаться в трёх местах, поэтому на кухню он вернулся немного печальный и с тремя маленькими кусочками ваты на своём лице. Мы сели завтракать. — Сегодня важный день, — произнёс Шикамару. — Правда? — Да, я ведь познакомлюсь с твоими родителями. — А, ну да. — Что значит «ну да»? Мне нужна стратегия. Расскажи о своём отце. — Вообще-то, мой папа практически такой же, как Канкуро и Гаара. Точнее, они такие же, как он. Опасаться стоит моей матери. Она — лидер в нашей семье. — В каком смысле? — Ну, — я немного призадумалась. — Она способна одним взглядом напугать всю мужскую половину моей семьи. Думаю, у неё это от её матери — моей бабушки. В моей семье очень сильные, волевые женщины, знаешь ли. — Да, я заметил, — улыбнувшись, ответил Шикамару. — Ну, и что ты посоветуешь? Как мне ей понравиться? — Просто будь собой, Шикамару, и не переживай, — ответила я, погладив его руку. — Главное то, что ты нравишься мне. Внезапно кто-то позвонил в дверь. Мы с Шикамару удивленно переглянулись между собой. — Кого это принесло в такую рань? — произнёс Шикамару и отправился открывать дверь. — Наруто? Что ты здесь делаешь? — вдруг услышала я из коридора. — Некогда объяснять. — Ты что — бухал всю ночь? — И не один. Ты сам дома? — Темари на кухне. Пойди хоть поздоровайся. Какое, к черту, поздоровайся?! Я судорожно поправила свои волосы. Сейчас Наруто ужаснется. Через пару секунд на кухне появились Наруто и Шикамару. — Доброе утро. Извините, что побеспокоил вас, — произнёс блондин и упал на ближайший стул. — Есть кое-какие новости. — Кофе будешь? — предложила я. — Не откажусь, — кивнул Наруто. Я поднялась со стула и стала готовить ещё одну порцию кофе. Шикамару сел напротив Наруто. — Выглядишь не очень, — произнес Шикамару. — Ты что — вообще не спал? — Нет, я был в баре с Саске почти всю ночь. — С чего это вдруг? — Саске станет отцом. — Что? Я улыбнулась про себя. Вот и допрыгался Учиха, ха! — Да, — ответил Наруто, взяв один из кусочков хлеба и разломав его напополам. — Только мать его ребёнка не хочет иметь с ним ничего общего. Просто сказала ему, что беременна, и что ей от него ничего не нужно. — А кто мать ребёнка? — Даже не знаю, как сказать, — ответил блондин, взглянув в мою сторону. Я разлила кофе по кружкам и поставила его перед Шикамару и Наруто. — Не тяни, Наруто! — раздраженно произнёс Шикамару. — Сакура, та девушка, что была на вечеринке у Итачи пару недель назад, — тихо произнёс Наруто. Я замерла со своей кружкой и широко открытыми глазами уставилась на Наруто. Шикамару лишь тихо выдохнул и погладил свой подбородок. Выдалось очень странное субботнее утро.