Молодой Господин

Тэхён приобнимал себя за плечи и лежал в своей постели. Так пусто внутри и отвратительно. Завтра действительно ждёт казнь? Его ведь даже не взяли под стражу. — Тэхён, — послышался знакомый голос и дверь в комнату открылась. Внутрь вошёл Чонгук, он пробирался наощупь, спотыкался, но спешил к лежащему на кровати парню. — Не то чтобы я… можно я посплю сегодня с тобой? Мне странные сны снятся. Тэхён вдруг ощутил, как тёплые руки обхватывают его спину, а сзади прижимается горячий Господин. Глаза расширились до невозможного. Ещё недавно этот самый Господин кричал и бился в истерике, когда его не дай бог касалась недостойная рука слуги, а теперь сам же к этому слуге прижимается. — Что Вы делаете? — испуганно шепнул Тэхён. — Это так приятно… — пробормотал Чонгук, уткнувшись лбом в плечо парня, — обнимать кого-то… Не знающий ласки юноша, который приехал сюда в надежде на любовь и заботу. Тэхён перевернулся на другой бок, лицом к Господину, и обнял в ответ. Чонгук спокойно выдохнул в шею парня и прикрыл глаза. Невероятно тепло и спокойно. — Если я сбегу, убежишь со мной? — шепнул Чон еле слышно. *** Тэхён выходил из комнаты на рассвете, чтобы предстать перед стражами императора уже сидя на коленях. Юнги встретил его огромными испуганными глазами и сразу не нашёлся, что сказать. Тэхён был настроен на казнь. — Что ты делаешь? Убирайся! — шипел сквозь зубы Господин. А в ответ лишь молчание. — Уходи, иначе я прикажу казнить тебя. Юнги схватился за рукав одежды парня и встряхнул того, как следует. Безумец, он никак не реагировал, лишь покорно держал голову опущенной. Почему он не слушает? Ненормальный, ненавистный. — Сделайте это так, чтобы никто не видел и не слышал, — прошипел Мин, развернувшись, спешно уходя обратно в покои. Тэхёна взяли под руки и увели прочь. *** Чонгук не находил себе места. Когда он проснулся, Тэхёна рядом уже не было. Он обыскал все возможные места, где он только не спрашивал, но слуги никто не видел, тот словно сквозь землю провалился. Внутри нарастало беспокойство. — Я видел, он сегодня рано утром шёл к императору, — припомнил один из слуг. Чонгук сорвался с места и побежал по наводке. Он очень надеялся, что Тэхен не сознался, что не случилось ничего дурного. Вот только… — Молодой Господин, скажите ему, что я должен его видеть, — задыхаясь, объяснился страже Чонгук. — Молодой Господин приказал впустить Вас, когда Вы появитесь, проходите. Его ждали? Нет. Нет. Зачем? — Молодой Господин! — воскликнул Чонгук, распахнув дверь в покои императора. — Ты доволен? — спокойно отозвался голос по ту сторону комнаты. — Мой слуга… Ким Тэхён… — Мёртв. Чонгук зажал рот ладонью и пошатнулся. Вот так просто? — К-как? Зачем Вы…? — Так я спрашиваю, теперь ты доволен? Не достался я, так ты решил отомстить мне? Что же, помехи больше нет, остались лишь мы с тобой… Ты доволен, я спрашиваю?! Юнги подошёл к парню и, с силой сжав его руки, кинул на кровать, навалившись сверху. Вот только Чонгук оттолкнул удивительно сильно и истошно закричал, крепко зажмурив глаза. Император ошалело взглянул на него. — Разве ты не рад? Я могу взять тебя прямо сейчас. Разве ты не об этом мечтал? Почему же ты плачешь, Чонгук? «Я приказываю тебе, Чонгук, больше никогда не плакать из-за императора. Он не достоин твоих слёз…» — Или же он сделал это с тобой единожды, а ты уже влюбился? Так я тоже сделаю это с тобой. Ты и в меня влюбишься? Твои чувства сейчас фальшивы, как и сам ты. — Зачем Вы это сделали? — безжизненным тоном шептал Чонгук. — Зачем Вы убили его? Потому что любили? Любили бы, никогда не допустили бы его смерти. Так кто теперь фальшивый, Господин император? Юнги скрипнул зубами и шумно вобрал воздух через нос. Да как он посмел? Кто он такой, чтобы говорить такое самому императору? — Вы не любили его, — бесцельно уставился в потолок Чонгук. По щекам юноши катились слёзы. Только он почувствовал рядом с собой чьё-то тепло, как это тепло сразу же у него отобрали. Жестоко. — Я его любил, — сжал пальцы в кулак Юнги. Он подошёл к занавешенной части комнаты и с силой схватился за ткань, сдёрнул занавеску, отбросив в сторону. За той лежало связанное тело. Любил, поэтому и не смог убить. Бежал за стражей, чтобы отменить свой приказ и трусливо запер в своей комнате, словно заложника. Страшно боялся, что Тэхен сбежит и оставит его. Чонгук широко распахнул глаза. Он подскочил с кровати и побежал было к недвижимому телу слуги, но был остановлен на пути крепкой хваткой императора. Юнги с силой сжал чужое запястье и грозно заглянул в глаза. — Сыграем в игру, Чонгук? У тебя есть выбор. Один из вас сейчас умрёт, вот только тебе выбирать, кто. У тебя есть шанс спасти его, убежав к нему, или же спасти себя, переспав со мной. Чего же ты хочешь? Чонгук с силой выдернул свою руку из захвата и, проигнорировав слова императора, бросился к Тэхёну, принявшись высвобождать того. Император хотел поиграть? Пусть играет. — Господин, — жалобно молил Тэхён, — Вы с ума сошли… Оставьте меня. — Замолчи, — шикнул Чон, до хруста пальцев сжав узел на запястьях парня. Как туго, почему верёвки не поддаются? — Господин, Вы должны жить. — Уймись! Я слышать тебя не хочу! Чонгук раздраженно шикнул и бросил попытку развязать парня. Он сжал в ладонях его лицо, отчаянно впившись в губы. Он обнимался и целовал снова и снова. — Как я могу спасти его? Я хочу это сделать, — просил Чонгук, — пожалуйста, Молодой Господин. Пожалуйста! Юнги всё ещё сжимал кулаки и не смел сдвинуться с места. Он лишь смотрел. — Я хочу это видеть. Возьми его и я отпущу Тэхёна. Чонгук поднялся на ноги и опустил голову. Император хочет видеть? Так пусть смотрит. Юноша развязал пояс на ханбоке и спустил с себя ткань. Уже через минуту он стоял абсолютно обнажённый и с укором смотрел в глаза своего Господина, ожидая дальнейших действий от него. В темноте сверкнул небольших размеров нож. Юнги подошёл и разрезал одну за другой верёвки на теле слуги. Он поднял Тэхёна на ноги и с силой толкнул в стену, приставив лезвие к животу. Чонгук испуганно ахнул. Император подхватил остриём пояс ханбока Тэхёна и легко рассёк ткань пополам. Слуга даже не дёрнулся. Его сейчас раздевал император, который никогда не сможет его убить, всё в порядке. Юнги обжёг дыханием кожу плеча парня и провёл ладонью по талии. Губы коснулись уха слуги. — Он твой, — шепнул император, — делай же с ним всё, что считаешь нужным. Это приказ. Я хочу видеть, на что ты способен. Юнги приблизился губами к губам Тэхёна, но так тех и не коснулся, лишь отстранился и поставил стул рядом со своей кроватью, сев на тот. Он хотел, чтобы эти двое заняли его ложе. Он хотел видеть. Тэхён раздражённо шикнул и схватил Чонгука за руку, уводя за собой. В пару секунд он с силой прижал Господина к мягкой императорской кровати и навалился сверху, страстно поцеловав. Юнги следил за тем, как путались между собой их волосы, как их ноги боролись за место, как Тэхён вжимал запястья Чонгука в некогда их ложе. Только их. Тэхён не был с Чонгуком покорным, он вёл себя как тот, кто стоит выше, не ограничивал свои действия и был слишком настойчив. Они целовались до лёгкого чувства удушья, они тяжело дышали и не собирались останавливаться. Послышался вымученный стон. Тэхён толкнулся в тело Господина грубо и бесцеремонно. Он оторвался от его губ и посмотрел свысока. Дерзко и властно. Он больше не слуга. — Молодой Господин, — сорвалось с губ Чонгука. Грубые толчки, поцелуи, шлепки и стоны. У Юнги кружилась голова. Он никогда не замечал рядом с собой такого Тэхёна. Всегда покорный и послушный, он творил невообразимые вещи сейчас. Снова и снова. Тэхён прогнулся в шее и толкнулся до упора, приподняв с кровати спину Чонгука. Он крепко обхватил парня, он глубоко вбирал в себя воздух. Страсть это весьма утомительно, почти так же, как и приятно. Ким поднял взгляд на не отрывающегося от их представления Юнги, в этом взгляде было всё: обожание, похоть, вызов. На лбу слуги собирались мокрые прядочки волос, он тяжело дышал и смотрел исподлобья. Парень коротко коснулся губами плеча Чонгука и, вернув взгляд на Юнги, возобновил движения бёдрами. Нет, это не конец. Он будет делать это снова и снова, срывая с губ Чона сладкие стоны. Им потрясающе вместе, а Юнги это нравится. Тэхён знает этот взгляд. Юнги нравится. Император осторожно поднялся со своего места и уперся руками в кровать, подавшись вперед. Их губы соприкоснулись и сплелись в тягучем поцелуе. Долгом и многообещающем. *** — Доброе утро, Молодой Господин, — послышался голос Тэхёна. Чонгук не смог открыть глаза, он поднялся с кровати и, сонно протерев веки, почти в слепую потянулся рукой к услышанному юноше. На пути попалась ткань одежды, на ощупь это были ноги. Молодой Господин улыбнулся. Его руки поползли под ткань, приспустили ту вниз, он удобно уселся на колени и поднял взгляд, желая увидеть сверху смущённое лицо слуги. Однако увидел Мин Юнги. — Господи, — резко отстранился Чонгук, спрятав свои руки. Он чуть не сделал это с императором. Тэхён стоял в стороне и действительно смотрел сейчас смущённо. — Ничего, можешь продолжать, я не останавливаю, — усмехнулся Юнги. Господи… Как же стыдно. Безумно стыдно. Стыдно правда было лишь ему одному, потому что уже спустя пару мгновений его тело целовали сразу с двух сторон, его касались сразу двое. Кажется, он слишком долго спал, ведь абсолютно не понимает, как же так вышло. То, что было вчера, для него как в тумане, а сегодня они уже втроём. — Расслабься, — шептал на ухо Тэхён, — это приказ. *** — Ходят слухи, император приобрёл себе второго фаворита, — усмехнулся кто-то из стражи. — Шутишь? А что же с первым? Он больше не нужен? — Как бы не так! Развлекается сразу с двумя. — Боже, неужто так можно? — Императору всё дозволено. Я могу рассказать вам подробнее, если желаете… Только этого разговора не было, поняли? Если этот слух выйдет за стены замка, нам не жить. — Конечно. Мы никому ни слова! — Тогда слушайте внимательно…