На списание

      Близилось время обеда, и пора было бы уже заняться готовкой. Четырех небольших карасиков решили отправить в морозильную камеру — слишком уж скромный улов для еды, так что придется довольствоваться говядиной.       Стивен занимался чисткой овощей, пока Дэвид разделывал мясо. Без фоновой болтовни из телевизора было непривычно тихо и скучно. Только и слышно было, что легкое похрустывание картофельной кожуры и ритмичные удары ножом. В голову лезли разные странные мысли и вопросы, но парень не решался больше донимать мистера Брайтена разговорами. Ему не хотелось выставлять себя глупым надоедой, да и сам Дэвид выглядел крайне сосредоточенным на своем деле.       С плохо скрываемым восхищением Стивен поглядывал на то, как старый вояка умело обращается с кухонным ножом. Юноша даже не заметил, в какой момент он вдруг забыл о картошке и уставился на руки мужчины, словно завороженный. А руки у мистера Брайтена были красивыми: жилистые, крепкие, пересеченные извилистыми дорожками вен. Это были руки сильного, здорового мужчины, и только истончившаяся кожа предательски выдавала возраст. Множество мелких бороздок и морщинок создавали неподражаемый рельеф и придавали рукам Дэвида какое-то особое живое очарование.       — О чем задумался?       Внезапный вопрос вернул Стивена к реальности. Мистер Брайтен, очевидно, заметил, как юноша на него таращился.       — Да о разном… Всяком… — парень поспешно отвел взгляд, надеясь скрыть смущение. Но, по ощущениям, на лице можно было уже жарить яичницу.       — Поделишься?       — Да, конечно! Я… я думал о вашем сыне.       — О Бене? Правда?       — Просто вы… Вы так мало о нем рассказываете.       — А ты, значит, хочешь узнать его получше?       — Да!.. То есть нет!.. В смысле… Вы так хорошо знаете мою семью, столько всего рассказываете, но я не припомню, чтобы вы когда-нибудь делились воспоминаниями о своем сыне. И мне вдруг стало интересно. Каким Бен был в детстве? Как учился? Как вы вместе проводили время? Чем он увлекался?       Дэвид глубоко вздохнул и нахмурился. Стивен опять сунул нос, куда не надо.       — И-извините. Мне не стоило спрашивать. Я… я не хотел вас огорчить, — стыдливо краснея, пробормотал парень.       — Любопытство — не порок, Стив. Извиняться тебе не за что. Просто у нас сыном… непростые отношения, — с удрученным видом Дэвид неспешно опустился на стул. — Звучит нелепо, знаю. Я горазд раздавать советы направо и налево, учу тебя и Френка ладить между собой, а сам… Я не хочу вдаваться в детали, но скажу, как есть: я был никудышным отцом. И мне чертовски жаль, что я слишком поздно это осознал. Я не хочу, чтобы Фрэнк или кто-то другой совершал мои ошибки. И то, что мы с Беном почти не общаемся друг с другом… Этого и стоило ожидать.       — Но вы же друг другу не чужие люди! Все еще можно исправить! Вы говорили Бену, как сильно любите его? Вы извинились перед ним за свои ошибки?       — Естественно я все это делал! Или ты за дурака меня считаешь?! — неожиданно громко и рассерженно воскликнул Дэвид.       Юноша невольно вздрогнул. За все те годы, что Стивен знал старого вояку, он ни разу не слышал, чтобы тот повышал голос.       — П-простите… Я просто хотел помочь…       — Знаю. Но ты еще слишком молод, жизни не видел и многих вещей не знаешь, чтобы разбираться в таких вещах. Тут говорить не о чем, тема закрыта. Все, — сказал, словно отрезал, мистер Брайтен, решительно ударив ладонью по столу.       Стив уткнулся носом в свою недочищенную картофелину. Та за время их разговоров уже начала темнеть в руке. На душе сразу сделалось погано. «Какой же ты дурак, Стивен! Ты все испортил! Ты вечно все портишь! — мысленно распинал себя парень. — Когда же ты уже научишься держать язык за зубами!»       На кухне воцарилось неловкое молчание. Но ненадолго, всего на пару минут. Дэвид поспешил сгладить ситуацию.       — Извини, что нашумел, — виновато пробормотал старый вояка. — Мои взаимоотношения с Беном — это очень тяжелая для меня тема, и я пока не готов тебе обо всем рассказать.       — Я понимаю, — кивнул в ответ юноша.       — Хорошо, — Дэвид несколько раз мягко провел рукой по столу, словно решив извиниться и перед ним тоже. — Хорошо… Мне бы не хотелось, чтобы из-за моей несдержанности испортились наши с тобой доверительные отношения.       — Все в порядке, правда, — Стивен улыбнулся, ощутив, как странно и волнительно сжалось в груди сердце.       Мистер Брайтен над чем-то серьезно призадумался и неожиданно серьезно произнес:       — Я хочу рассказать тебе кое-что важное. Это касается лично меня. Никто из Дома Ветеранов пока не знает. Даже Фрэнк. Обещаешь, что это останется между нами?       Дэвид бросил на парня испытывающий взгляд исподлобья, словно пытаясь понять, действительно ли Стивену можно доверять секреты.       — Конечно! Даю слово: буду нем как могила! — от волнения у парня аж сперло дыхание.       Старик кивнул и взял небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями. А после сообщил. Коротко и мрачно:       — Меня хотят уволить с должности тренера в лагере.       — Что?! Почему?!       — Сказали, что мои педагогические взгляды слишком устарели, а мои воспитательные методы больше не подходят лагерю. Видите ли, я недостаточно гибко и современно мыслю. А еще я пренебрежительно отношусь к эмоциональному состоянию детей и к их… этим… самым… индивидуальным потребностям. Мол, подавляю в них личностные качества и творческий потенциал… И бла-бла-бла… Все в этом духе…       — Но… они не могут уволить вас! Это же ВЫ собирали подписи и оббивали пороги мэрии! Это ВЫ добились открытия лагеря! Да он существует только благодаря вам! Они не могут так поступить!       — Могут. Еще как могут… — Дэвид потерял свою армейскую выправку и ссутулился под тяжестью невзгод. Взгляд сделался обреченно пустым, морщины глубокими, и весь он за считанные секунды постарел внешне на добрый десяток лет.       Стивен не мог поверить в услышанное.       — Но дети же любят вас…       — Это уже не важно. Мне нашли достойную замену. Он моложе меня, активнее, лучше разбирается в педагогике, и вообще парень золотой. Администрация лагеря в бурном восторге от своего нового тренера. А я… Меня списали, как старый, ненужный хлам… После двенадцати лет службы…       — Перестаньте! Никакой вы не старый! Вы прекрасно управляетесь с детьми! У вас отличная физическая форма! В этой администрации сидят какие-то кретины!       Юноша кипел от праведного гнева. Какая несправедливость! Как они посмели так обойтись с мистером Брайтеном! С мудрым, добрым, чутким, отзывчивым мистером Брайтеном!       Дэвид приподнял уголки губ в легкой, грустной улыбке.       — Ну, спасибо на добром слове… Как видишь, я из-за увольнения сейчас в полном раздрайве. То ничего-ничего, а то как нахлынет, хоть волком вой. Потому и бываю порой несдержан. Могу ненароком вспылить на ровном месте. Так что не обижайся, я не со зла. А что до лагеря… Может, они и правы. С каждым годом мне все тяжелее находить общий язык с молодежью. Они все живут в каком-то своем выдуманном мирке, увязли в своих интернетах, нос из телефонов не вынимают… И ведь для них это важно, для них это сравни настоящей жизни… Не понимаю я этого… И никогда не пойму… В мое время все по-другому было… Порой чувствуешь себя каким-то чужим в этом новом, дивном мире… Словно на другую планету попал… Ладно, некогда сопли развозить. Дочищай скорее картоху, а то к обеду не успеем ничего сготовить.

***

      После обеда Стивен отправился на прогулку. По крайней мере, так он сказал Дэвиду. На самом деле, местные красоты его не волновали. Юноша сильно переживал из-за всего услышанного там, на кухне.       Детский военно-подготовительный лагерь был одним из главных достояний Вилстауна. Попасть туда, на тренировки к мистеру Брайтену, было маленькой мечтой Стива. Но отец его так и не пустил, сколько тот не упрашивал. Фрэнк ненавидел войну всем сердцем и дал себе слово никогда не подпускать к ней сына. Даже если речь шла о простой спортивной подготовке. Так что побегать в хаки по полянке с игрушечным автоматом наперевес Стивену было не суждено. И даже в качестве вожатого теперь ему там не побывать, ведь без Дэвида существование лагеря теряло всякий смысл…       Вернуть старого вояку на должность тренера юноша, увы, не мог. Но попытаться примирить Дэвида с сыном — вполне. Все, что ему сейчас требовалось — это поймать связь на смартфоне.       Потому-то Стивен и двинулся вдоль дороги в сторону шоссе. Три заветные палочки и значок интернета появились лишь спустя добрых двадцать минут пешей прогулки, но оно того непременно стоило!       Вздохнув радостно и облегченно, парень зашел в соцсеть и открыл строку поиска. Фамилия и имя: Бенджамин Брайтен. Место проживания: город Нью-Йорк. Образование: университет Стоуни-Брук. Остается надеяться, что у Бена есть официальная страница и он не сидит в сетях с фейкового аккаунта…       Кружочек загрузки мучительно долго вращается и… Наконец-то! Поиск выдал две страницы. Исключаем лысоватого деда, остается одна единственная и заветная. С аватарки на Стивена смотрел приятный улыбающийся мужчина в забавной футболке. Это он. Это точно он. Почему Стив так в этом уверен? Он и сам не знает. Интуиция.       Сердце волнительно заколотилось в груди. Со стороны может показаться, что парень поступает крайне неправильно и неэтично, влезая в отношения двух взрослых людей, но если есть хоть малейший шанс помочь Дэвиду вернуть любовь сына, то почему бы им не воспользоваться! Хуже-то точно уже на станет.       Собравшись духом и продумав тщательно в голове текст сообщения, Стивен написал следующее:       «Добрый день. Вы меня не знаете. Я знакомый вашего отца. Он много рассказывал о вас. Просто хочу, чтобы вы знали: он любит вас и очень по вам скучает. Сейчас в его жизни непростой период, и он очень нуждается в вашей поддержке. Позвоните ему, когда у вас найдется свободное время.»       Парень перечитал свое сообщение и поморщился. Получилось как-то не очень… Суховато… Слишком много местоимений… Как бы лучше это все перефразировать?.. К черту, кнопка «отправить». Не хватало еще полчаса ломать голову над каждым словом. Он же не Шекспир какой-нибудь, чтобы красиво и душевно писать! Главное, что посыл сообщения понятен.       Ответ пришел на удивление быстро. И он крайне озадачил парня.       «Лол, я сейчас со своим отцом сижу на диване и смотрю футбол, придурок.»       Стивен растерянно уставился на экран. Должно быть, это не тот Бен Брайтен, которого он ищет. А может он имеет ввиду своего нового отца? Линда, типа, завела себе другого мужчину?..       «Прошу прощения. Я имел ввиду вашего биологического отца. Дэвида Брайтена. Из Вилстауна.» — уже менее уверенно, но все так же решительно продолжил юноша.       Новый ответ поверг Стивена в шок.       «Черт, этот спятивший старикашка продолжает всем говорить, что я его сын? Я его предупредил, чтобы он больше не ввязывал меня и мою мать в свои бредни. При первой же встрече разобью ему морду.»       «Вы хотите сказать, что все еще очень сердитесь на него?» — дрожащими пальцами в ужасе и недоумении напечатал юноша.       «Я хочу сказать, что Дэвид Брайтен НЕ мой отец и никогда им не был. И все, что он тебе про нас наговорил — полная брехня. Слушай, я взял фамилию матери просто потому, что она лучше сочетается с именем, больше меня с этим психом ничего не связывает. И я понятия не имею, зачем он выдает всем родную сестру за жену. Мой дядька после войны реально съехал кукухой. Короче, кем бы ты там не был, держись от этого хрена подальше. Черт знает, что у него вообще в голове творится.»