Мифотворчество - не порок
1 апреля 2020 г., 01:24
Миф 1-й «Педофилия»
Ах, прошли те времена, когда люд горемычный ведьм сжигал. Времена прошли — ведьма осталась. Давайте сожжем АрДжон за ересь проклятую, в коей купаются блудливые фанаты его. Пригвоздим их к столбу необтесанному, да на табличке начертаем: «Педофилы». Ибо длань вожделения нечистый дух над их проповедями занес, в доспех фанфиков юродивые мысли облачив. Вот примерно так я себе представляю контраргументы моралфагов. Собственно говоря, НЦ фанфиков по Арье и Джону не так уж и много, по крайней мере здесь не видел ни одного. Не знаю, может, будь у АрДжона за спиной тридцать крепких дружин фикрайтеров, дело бы обстояло иначе. Вот тогда бы влажные ножны, да с напрягшимися жезлами, да с узкими норками как выскочили бы! Успевай только лайки ставить. Впрочем, недостаток клубничного контента на Фикбуке никак не спасает фанатов от вражеских предубеждений за его пределами. «Пейрить можно не только лишь всех, но… мало кого можно. Сделали педофила из Джона, смотреть противно», — сказал давеча мудрейший старец, смачно плюнув на НЦу АрДжонскую, и отправился читать НЦу АрДженскую. Действительно, ведь Джендри аж на целый год младше Джона, посему их с Арьей эротические этюды, где они оба два голые — считаются контентом удобоваримым, кошерным, вполне канонным, одним словом — халяль. Ну а всякая ООСная чушь, где взрослый, бородатый мужик — Джон Сноу разевает варежку на сестрицу — вообще харам. Всем идейным коммунистам предлагаю на минутку выйти из партии и заглянуть за железный занавес своих двойных стандартов: 13 лет является нормальным брачным возрастом для Вестероса. Если у девочки начнутся месячные в 12, ее и в 12 отдадут, потому что мир Мартина не подчиняется эмансипированным настроениям нашего прогрессивно-агрессивного общества, а живет по своим канонам, которые не высосаны из пальца, и строятся на морали Средневековья. И вы, возможно, возразите: «Но Арье еще не 13, она младше», и таки да — она младше. Девочка сейчас за Узким морем, аккурат около куртизанок режет паховые артерии солдатне немытой. Только зовут ее Мерси, но это все лирика, а важнее — проза. Старческий тестостерон дедушки Мартина в спойлерной главе Ветров Зимы узорно мажется по листам, воплощая сюжет Браавоса, который нарочито пахнет смертью, кровью и сексом. Раффу бы стоило поучиться ухаживаниям у Дрого, право слово. Вот перед той-то животной маскулинностью — Дени ни то что не взбрыкнула, а не побоюсь этого слова — растеклась, как миленькая. Отрадно, что кличка у Раффа «Красавчик», а не «Умник», иначе бы Арья вышла из его покоев уже не девочкой. Ну а так-то, у волчицы нашей с соображалкой все в порядке, да и с памятью, видимо, тоже. — Вот первый урок, — сказал Джон, — коли острым концом. Арья шлепнула его плоской стороной меча по руке. Удар оказался болезненным, но Джон обнаружил, что ухмыляется как идиот. — Я знаю, с какого конца им пользуются, — сказала Арья. И когда Арья Старк говорит «Я знаю» — это значит, что лучше поверить ей на слово. — Учить здесь буду я — вот и первый урок, — он притянул ее руку к себе и поцеловал в губы, запихнув Мерси в рот свой язык, мокрый и склизкий, как угорь. Мерси облизнула его своим языком, а затем отпрянула назад, не переводя дыхания: — Не здесь. Кто-нибудь может нас увидеть. У меня есть комната поблизости, но надо поторопиться. Мне надо вернуться ко второму действию, или я пропущу свое изнасилование. Красавчик ухмыльнулся. Девочка быстро смекнула, что не всё то учение полезно, что в рот полезло. Заведя извращенца в комнату и нащупав нужный конец, она сделала все так, как и назидал брат. И это Арье пока что даже не 13, а что будет, когда она дорастет? Вероятно тогда холодные берега Вестероса уже встретят ее, чтоб направить на Север к 18-летнему Джону. Какой несусветный ужас! Наш современный мир, конечно же, очищен святым огнем и в нем нет таких вульгарных прецедентов, когда 13-летка встречается с 18-летним парнем. Естественно, о первом поцелуе в 13 лет тоже речи не идет, а о мальчиках никто не задумывается. Только оголтелые фрики могут себе такое позволить, а люди праведные и благочестивые ходят в церковь, жуют причастие и восславляют Творца! Разумеется, в перерывах между песнопениями, девочки не мастурбируют, а молятся — это всем известно. Гормоны не работают, а переходный возраст — не что иное, как тернистый путь соблазнов от лукавого, на котором бесовская пакость склоняет непорочные души во пламень Геенны. Думаю, к концу Грез о Весне, 13 лет для Арьи — это минимально достижимый возраст. Война с Иными затянется на очень долгое время, и для этого не надо иметь 7 пядей во лбу, чтоб обрести наконец понимание масштабов вестеросской трагедии. Мировая угроза не может рассосаться за неделю или за месяц, или за день, как то изобразили в телефанфике. Война будет жестокой и очень-очень долгой, поэтому Арья вполне может дорасти и до 14, а там, как говорится — «Лианне можно, а мне нет?! Мне что теперь, в девках остаться, как Сансе? Да сами вы пейте свой морковный сок! Я хочу вина! Джон, ты бл*ть где?! Иди сюда!!! Пошли танцевать!» Возможно, отказ Мартина от таймскипа не очень-то критичен. Он хотел, чтоб герои были старше, и в принципе, они еще могут дорасти.Миф 2-й «Инцест»
Развенчаем еще одну двояковыпуклую точку зрения, что всяк тот волк, что свою кровь вожделеет — проклят перед богами, а дракон — благословлен. Чушь несусветная. Мартин относится к любому инцесту пренебрежительно и, если вглядеться в книги не с перепоя, а на трезвую — можно заметить, что Арью и Джона (и не только) Дед от инцеста избавил. «Двоюродные брат и сестра» — это промах нашего разухабистого языка, поскольку в английском есть только слово «cousin», около которого не трутся никакие славянские девиантные приставки «брат и сестра». Кузены и братья с сестрами — это не одно и тоже. Кроме векового инцеста Таргариенов и инцеста близнецов Ланнистеров — инцеста больше нет. Ни между Джоном и Дени, ни между Джоном и Арьей. Брюзжащие запретительные инсинуации о том, что в нашем современном мире подобные тенденции считаются извращением — разумны, однако неуместны. В отличие от людей ИРЛа, персонажи ПЛиО не морщатся от браков между кузенами. Не потому что они закаленные маргиналы, любящие жестокий изврат, а потому что им даже в голову не придет воспринимать это как отклонение. Поэтому когда некоторые фанаты Таргариенов сильно орут о том, что Тарги все сплошь «Юпитеры», а Старки «быки» — создается впечатление, что они читали сагу ж@пой. Если мальчик и девочка, являющееся кузенами, придут к своим лордам-отцам с исповедью о взаимной любви, лорды-отцы не заорут вдруг: «Вааааа! Как мооожнноо! Негодные, испорченные ублюдки!», лорды-отцы скажут: «Женитесь». Донелла Хорнвуд:«[…]Я согласна выйти замуж, если его величество прикажет, но Морс Воронье Мясо — пьяная скотина, притом старше моего отца. Что до моего высокородного кузена Мандерли, моя постель недостаточно велика, чтобы вместить его, а я определенно слишком хрупка, чтобы его выдержать».
Битва Королей. Бран.
Спорю, Рикард Старк не испытывал никаких мук совести, когда вел под венец свою тетю Лиарру Старк. Значит, по всем законам агрессивной таргофанской классификации вырисовывается картина, что Брандон, Нед, Лианна и Бенджен — это плоды инцеста, рожденные во грехе. 10 религиозных песнопений из 10! Что до младших Старков, бедный труп инцеста, который пинает каждый новообращенный хейтер — абсолютно и неотвратимо издох, поскольку процент родства между Арьей и Джоном меньше, чем между Джоном и Дени, и не надо проводить генетических экспертиз, чтобы понять, что сестра папы тебе больше родственница, чем дочь твоего дяди.Миф 3-й «Моральный инцест»
«Моральный инцест» сиречь — «Джон и Арья выросли вместе, поэтому захотеть друг друга не могут». С вами передача «Необъяснимо, но факт» и я ее ведущий — лысый дуралей с Рен-ТВ. В сегодняшнем выпуске поговорим об инопланетянах-гастарбайтерах на Псковском колбасном заводе, о масонах в гор. администрации г. Череповца и о моральном инцесте. В этом понятии прекрасно все. Это то же самое, как сказать: «острый секатор для стрижки кустарников в виде ножниц с пружиной». На деле же — секатор. Точка. Словесная избыточность и высасывание одного понятия из другого, а по факту все проще. Муки инцеста и так связаны с вопросом морали. Общество не вешает замок на гениталии инцестников, а осуждающе качает головой и плюется, чем причиняет моральные страдания участникам инцеста. Если фактического инцеста нет — никакого морального не может случиться. Давайте представим ситуацию, когда друг признаётся подруге в любви, а та ему говорит не: «Извини, Вася, я тебя зафрендзонила», а «Извините, Василий Аристархович, между нами моральный инцест». Чувства людей нельзя запихнуть в Прокрустово ложе, заставив испытывать только то, что правильно. Их возникновение в большей степени зависит от гормонов, посему не регулируется разумом, а процесс этот даже при стабильной психике не всегда работает, как нам хочется, откуда бы тогда взялось столько народного фольклора из серии: «Я всегда влюбляюсь в козлов». Ну а вопрос о психическом здоровье Джона и Арьи, однако, дискуссионный. Тут без литра не разберешься. Они расстаются в детстве и взросление происходит вдали друг от друга. Первые сексуальные переживания Джона, не явно, но подсознательно, сопровождает образ Арьи. И если еще раз немножечко выйти из партии, заглянув за занавес, можно понять, что сопоставление Игритт с Арьей — закономерно и по-другому быть просто не могло. Арья сделала для Джона то, что происходит с каждым мальчиком только раз в жизни — закрепилась образом идеальной второй половины в его бастардском сознании. В психологии есть понятия «анима» и «анимус», которые представляют собой женское и мужское начала, если угодно — Инь и Ян. Свою Аниму мужчина бессознательно проносит через всю жизнь, как и женщина Анимуса, а формируются они в детстве и практически всегда связаны с матерью/отцом. Это, можно сказать, те эталонные черты, которые мы наблюдаем все детство в родителе или другом любящем нас человеке, а затем ищем их тень в потенциальном партнере, повзрослев. У Джона не было матери, но была Арья, как самый близкий и понимающий человек. Их внутренняя нужда по образу, что дарит любовь — зеркальна, отсюда и понимание с полуслова, и завершение друг за другом фраз. У Арьи был отец, который воспитал Джона согласно своим представлениям о чести и морали, посему светлая тень Эддарда навечно отпечаталась в серых глазах бастарда, воплощая дом, уют, тепло и любовь. Джон для нее непререкаемый идеал и вожак, что Мартин и попытался обыграть в 1-й книге при помощи сцены с волками, когда Нимерия вдруг увязалась за Призраком. Всем известно, что лютоволки Старков — это их тотемные животные, а так как волшебная пора пубертата еще не коснулась Арьи на тот момент, заглядывания на мужчин, похожих на Джона, вышли бы жутко неуместными, и вот Мартин продемонстрировал бесконечную преданность девочки, показав, как ее тотем «Нимерия» готова идти и подчиняться только «Призраку», который является тотемом Джона. Ну и чтобы ты, дорогой читатель, совсем уж уснул — нагружу тебя еще и философией. Читая Сагу в оригинале, хорошо видно, что в некоторых моментах Арья и Джон разговаривают одинаковыми фразами. Это явление исключительно из разряда соулмейтов, между которыми никак невозможны ровно-нейтральные отношения, а это значит, что здесь имеется вполне явная платоническая любовь или, как завещали древние греки - «Сторгэ». К этому понятию относится не только родственная любовь, но и дружеская, которая в перспективе может переродиться в «Агапэ» — еще один этап чувства.«Агапе означает служить другому. Она осуществляется посредством воли, не полагается на чувства, и основана на выборе. Когда человек делает выбор — любить и следует своему решению. Это — деятельная, а не эмоциональная любовь. Она концентрируется на делах, а не на чувствах. Агапе — чувство любви, независимо от того, достоин ли объект любви этого чувства. Агапе не ставит условий, и основано на разуме и решительном волевом выборе».
Где-то я это уже читал… Ах, да. Задозор. Это уже не «скучания за сестричкой», как бы сильно не визжали право-радикальные моралисты, это осознанный шаг самоотречения ради дорогого сердцу человека. Скорее всего Джон осознавал, что нарушение клятв ему даром не пройдет, но бороться с любовью бессмысленно. Ни в какую дружескую, платоническую любовь никогда не сможет влезть это нелепое понятие «моральный инцест», поскольку испытываемые чувства не являются запретными, они чисты и бескорыстны. «Если я люблю Арью, почему я не могу жениться на ней? Я ведь ее люблю. Я не хочу, чтоб ее касался такой, как Рамси. Я хочу защитить ее», — вот мысль, которая посещает ум, а не «Обоже, у меня стоит на сестру!». В Ветрах зимы, а может быть в Грезах, Арью ждет ее персональный выход на «Агапэ», который скорее всего ознаменует уход из ЧБД, благодаря новости о смерти Джона.«Влюбленные любовью-агапе думают не о самих себе, а о партнерах, и о том, что они могут для них сделать. В отношениях этого типа больше духовности, чем физической близости. Они построены на бескорыстной самоотдаче («Любимый, все тебе отдам! Будь счастлив, даже если не со мной!»). Агапе полна жертвенности и самоотречения, построена на снисхождении и прощении. Это любовь не ради себя, а ради другого. У древних греков агапе считалась не только любовным чувством, но и идеалом гуманной любви к ближнему, предвосхищением альтруистической христианской любви. Отношения, строящиеся на любви агапе, сильны, истинны и долговечны, потому что они не зависят от физической или чувственной любви».
И дружба в этом всем играет как раз ключевую роль, ведь многолетний фундамент гораздо крепче беспечного увлечения. В пример можно привести, опять же, Тайвина и Джоанну. Они знали друг друга с детства, но это не помешало им пожениться в итоге. Осталось сказать только пару слов об «Эросе», которого, к счастью, не будет. Это тупиковый вариант, склоняющий непорочные души во пламень Геенны (Да-да).«Эрос — страстная физическая любовь. Любовь — увлечение, любовь — страсть. В ней большое значение имеет внешность и физическая привлекательность партнера. Отношения развиваются очень быстро. Сексуальное влечение очень велико. Если эрос взаимен, то партнеров тянет друг к другу как магнитом. Сильно выражено стремление к полному физическому обладанию партнером. Любовники, обуреваемые эросом, искренне полагают, что они созданы друг для друга».
Где-то я это уже видел… Ах, да. Лодкосекс. Арья и Джон слишком любят друг друга, чтобы тратить тот резерв чувств на обжигающую страсть, но это не значит, что в их отношениях не найдется места сексу. Когда вы готовы умереть за свою половину, даже секс обретает какую-то одухотворенную суть, а всякие порочные аспекты выветриваются и выгорают. Остается только любовь — только «филия» — не педо- и не зоо-, и не с прочими приставками. Это вот тот самый романтизм, когда никто никого не щупает за жопу, не сует пальцы куда не надо, никаких влажных норок, напрягшихся жезлов и иже с ними. Люди находят смысл друг в друге и дарят ласку, нежность, тепло и сексуальность, и с точки зрения сюжетной композиции — эта идея идеально подходит как раз для эпилога. Не стоит ожидать дикого романа — он только испортит тот хрустальный звон двух сердец, превратив его в звериный рев. Нужно героев вести аккуратно, будто боясь, что они разобьются на осколки, чтоб в конце привести «в общий замок». Тихо и трепетно. И Мартин ведет. Выше я не просто так заговорил о психическом здоровье волчат. Оба два сейчас проходят метаморфозы. Арью учат быть никем, забыть свое имя и свой дом, а Джон умирает на снегу, и в итоге воскреснет уже другим человеком. Разлука переделывает, переламывает и формирует личности заново. Но может Джон не станет переоформляться? Может в нем так силен дух «семейности», что он не сломается даже под гнетом смерти? Что ж, адепты святой инквизиции под названием «Баба Яга против», могут начать посыпать голову пеплом уже сейчас, ведь в жестком консерватизме Джона, который бы предостерег его от пересмотра отношений с Арьей, Мартин сделал маленькую дырку и оформил в один абзац:Джон никого еще не встречал упрямее ее, кроме разве что своей сестренки Арьи. Если она ему по-прежнему сестра. Да и была ли она ею? Он никогда не был настоящим Старком — только бастардом лорда Эддарда.
Буря мечей. Джон.
Постойте-ка… Это Джон-то? Это вот Джон так размышляет? Была ли она ему сестрой? А где-же вот это пионерское, которое присуще всем ровно-нормальным братья и сестрам, когда ты говоришь: «Это моя самая-самая сестра! Самая сетринская сестра, сеструха моя!». А этого почему-то нет. Джон просто ходит как в воду опущенный меланхолик с похмелья. Видит Игритт — вспоминает Арью. Отводит Алис к алтарю — вспоминает Арью, из-за чего едва сердечко не лопается. Он тоскует по ней так сильно, что это уже не просто «я скучаю», а вполне наглядное «я мучаюсь». Повторяет как мантру «у меня нет сестры», а затем плюет на все клятвы и умирает от кинжала в спину. «Убей в себе мальчишку, — гремят мысли эхом. — Любовь погибель долга. Что есть честь по сравнению с любовью женщины? Убей в себе мальчишку!». И Джон убил. «Заколол острым концом», ага. Совет в самый раз для брачной ночи. Танец с Драконами завершается. Сплясали. И уж конечно Джон забьет болт на Арью, когда очнется, когда узнает о Джейни… Этого бы очень хотелось всем арджонохейтерам, а как же иначе? Мартин ведь специально обыграл смерть Джона таким образом, чтоб тот в Ветрах Зимы беспечно отморозился, возложив громогласное «Вето» на все свои незавершенные дела. Я допускаю, что некоторая контузия все-таки будет, но не перманентно, а на время. Адаптация затянется. Арью же, потирая ручки, уже поджидает ехидный волшебник по имени Переходный Возраст, дабы превратить эту худосочную шпану в девушку, а затем настанет пора возвращаться домой, и это время выпадет аккурат на расцвет пубертата. Гормонам не прикажешь. Если они хлынут в кровь в нужных пропорциях, ничего не сможет спасти от влюбленности, а зная насколько раненая психика у Арьи и Джона, влюбленность станет логичным и давно запланированным взрывом. Девочка-никто и король полумертвец. Наверное, некоторым читателям ну очень легко даются личностные трансформации до полного разрушения себя и отстройки заново, раз они убеждены, что в Винтерфелле встретятся те же самые люди, которые несколько лет назад из него уезжали. Все еще та Арья надоеда и смурной Джон с надутыми губками. Разумеется, уже другие, только не до такой степени, какими их изобразили в 8 сезоне. Два человека, которые пережили ад на земле, став новыми людьми. Став «кем-то другим». Арья уже не маленькая сестрица, теперь Джону придется называть ее как-нибудь по-другому.
