Сборник по Сабито/Гию

Грозный косой ливень барабанит по стёклам, оставляя после себя причудливые капли. Они будто играют в догонялки, скатываясь вниз по окнам. Раскаты грома сотрясают небо, но они не вызывают испуга. Они лишь задевают струны их душ, сливаясь вместе с голосами и создавая приятную мелодию. Тонкие стёкла запотевают изнутри при высокой температуре в помещении, но только ли отопление играет роль? На улице так морозно и противно, но в их доме, их комнате совсем иначе. Гию лежит нагой, раскинувшись на большой двуспальной кровати. Волосы разметались по подушке, а с влажных и немного покусанных губ, срываются стоны и тихие мольбы. Сабито умело изводит своего партнера ласками. Ему всегда нравились долгие и нежные прелюдии, смотреть на то, как Гию, такой гордый и холодный в повседневной жизни, по ночам плавится в его руках, как шоколад. — Сабито… Не мучай. — молодое тело выгибается дугой под ласками опытного любовника. Невероятно хочется коснуться себя и снять напряжение, подарить себе долгожданную разрядку, раз партнёр так медлит и так мучает его. Но нельзя.Его руки крепко прижаты к кровати широкой ладонью любовника, не больно, а даже наоборот — слишком приятно осознавать, кому он принадлежит. — Ты прекрасен, — нежный шепот в шею был вознагражден страстным стоном. Сабито нежно провёл рукой от лица к ключицами и ниже, останавливаясь у розовой бусинки. Легко сжав сосок между пальцами, он припал к нему губами, лёгким укусами заставляя потемнеть и затвердеть, а тело брюнета выгнуться дугой от удовольствия. — - Пожалуйста, Сабито, мне нужно… — Гию уже готов был расплакаться от переполняющих его чувств. От сильного возбуждения в паху нещадно тянуло, а любовник не желал переходить к большему. — Тише, Гию — нежный шёпот в самые губы, в потом страстный, наполненный чувствами поцелуй. Гию всегда нравилось целоваться. Он любил прикусывать нижнюю губу партнера, вырывая из него тихий стон. Сабито тоже был возбуждён не на шутку, но Гию знал, что у него всегда хватало выдержки и силы воли. Это всегда возбуждало ещё больше. — Я сейчас отпущу руки — Серые глаза стали почти чёрными из-за накопившейся в них страсти, — а ты будь хорошим мальчиком и не пытайся получить разрядку, пока я не разрешу. Гию с трудом, через звон в ушах, но различил слова любовника, согласно кивнул и закусил губу чуть ли не до крови, когда руки почувствовали долгожданную свободу. Но он помнил данное обещание, поэтому с силой вцепился пальцами в чистую и хрустящую простынь под ним. Сабито ласкал умело: языком, губами пальцами, выискивал на теле партнера такие чувствительные точки, что даже мимолётное прикосновение к ним выбивало из легких воздух и заставляло сердце биться чаще. Цепочка нежных поцелуев прошла по слегка подкачанному животу, заставляв мышцы несколько раз напряжённо дернуться, а потом сразу же расслабиться.Пальцы очертили выступившие косточки на бёдрах и осторожно, с трепетом развели их в стороны. Устроившись между раздвинутых ног Гию, Сабито начал покрывать внутреннюю сторону бёдер поцелуями и засосами, слегка оттягивая нежную кожу, а потом наблюдая, как на ней расцветает алеющий след. Не удержавшись, Сабито нечаянно прикусил чуть сильнее, чем хотел. Гию вскрикнул, и попытался сжать бёдра, но ему этого сделать не дали сильные, но нежные руки. С губ уже готовы были слететь слова извинений за внезапное причинение боли, но видя, как заблестели глаза Томиоки, и как покусанные чуть ли не в кровь губы шептали ему не останавливаться… О Боже, ещё немного, и он сорвётся. Голубые глаза поблёскивали от слез, но не от боли, а от такого запретного и такого прекрасного удовольствия, разливающимся по телу, словно раскалённое золото. Принимать ласку от человека, которого любишь всем сердцем, и который любит тебя в ответ-невероятно, блаженно… — Сабито, пожалуйста, я не могу больше, — хныкал Гию, еле сдерживаясь от того, чтобы позорно кончить, ещё до самого главного момента. Сабито тихо ухмыльнулся, а потом, приблизившись вплотную к губам любимого, прошептал: — Ты был хорошим мальчиком.Ты получишь свою награду. Горячие губы прошлись по изнывающего члену, а язык профессионально очертил головку. Томиоку подбросило на кровати, он не смог сдержать крика наслаждения.Такие ласки всегда по-особенному действовали на него. Продолжая ласкать любимого ртом, Сабито потянулся к прикроватной тумбочке, не давая заметить, как вытащил оттуда тюбик со смазкой. Все же, какая бы волна страсти не накрывала его в такие моменты, он должен позаботиться о Гию, что ему не было больно или неприятно. Первый палец вошёл легко, и тут же наткнулся на маленький комочек нервов, прикосновение к которому послало разряд молний по всему телу. Гию не мог описать, что с ним происходит.В такие моменты он перестаёт контролировать себя и своё тело. Он становится горячим и податливым, как тающий шоколад, из которого можно сделать любое кондитерское изделие. Второй палец ощущается уже острее, заставляв колечко мышц нервно сжаться, но почти сразу же обратно расслабиться под умелыми ласками. Сабито самому уже сложно контролировать себя. Такой горячий и податливый в его руках Гию, возбуждает до невозможности, но он терпит. Чтобы не сорваться. Чтобы не причинить боли своему красивому и нежному мальчику. — Сабито… Умоляю — Дышать уже практически нечем, а оставшийся в комнате воздух, раскалён до предела. Гию тянется губами к шее любовника, оставляя на ней чувственный укус. — Я готов. Возьми меня, Сабито. Это был спусковой крючок. В следующий миг Томиока оказался сидящим на бёдрах своего любовника, Сабито хотел, чтобы теперь он контролировал ситуацию. Гию это нравилось. Проникновение всегда сопровождалось легкой, саднящей болью, которая быстро проходила под умелыми ласками и нежными словами. Сабито поглаживая поясницу Гию одной рукой, в то время как вторая сжала мягкое бедро, немного придерживая, не давая насадиться полностью и навредить себе. Зато, когда тело полностью расслабилось, можно было не сдерживать себя. Делать резкие и глубокие толчки, выбивать из любовника весь воздух, и заворожённо наблюдать, как горячее и отзывчивое тело поддаётся навстречу этому безумному удовольствию. Гию сдался первым, он был слишком возбуждён, и поэтому не смог продержаться долго, в отличии от своего любовника. Сабито осторожно выскользнул из расслабленного, разомлевшего после оргазма тела, мягко целуя пухлые губы, чувствуя, как тёплая ладонь накрывает член, за несколько минут, которые показались вечностью, доводя его до разрядки. Они лежали ещё около минуты, пытаясь прийти в себя.Гию тяжело дышал, и мелко дрожал, Сабито не на шутку встревожился: - Я сделал тебе больно? Ты весь дрожишь, Гию. - голубые глаза немного приоткрылись, а губ коснулась блаженная улыбка. Томиока ответил немного запоздало: - Все хорошо, правда. Но, если ты так волнуешься, то можешь сделать мне какао, с зефирками. Это сейчас то, что мне нужно - он плотнее прижался к своему любовнику, чувствуя, как Сабито крепко прижимает его к себе, поглаживая по немного спутавшимся волосам. - Тебя всегда после секса на какао тянет. Поэтому ты у меня такой сладенький,-улыбнулся Сабито - ещё немного полежим,и я обязательно исполню твою маленькую просьбу, обещаю.