Дышу тобой

Я проснулся в шесть утра из-за Чейза, точнее, из-за его волос, которые прилипли к моей вспотевшей шее. Он тихо посапывал на моём плече, прижавшись ко мне настолько близко, что я мог чувствовать биение его сердца. Его волосы были растрёпаны, и я осторожно пригладил их рукой. Каждое прикосновение к моему мальчику зарождало что-то трепещущее в моей душе. Оно парило во мне, и окутывало пеленой умиротворения, заставляя чувствовать невероятный душевный подъем. Его присутствие давало мне силы, о наличии которых я и не мог предположить ранее. С ним я чувствовал жизнь, чувствовал свободу и имел возможность выбора. Я готов просыпаться каждый день с его волосами, прилипшими к моей шее, лишь только пусть он будет рядом. Прижавшись губами к его макушке, я поцеловал парня и попытался привстать так, чтобы не разбудить его. Но мне не удалось: Хадсон зашевелился и разомкнул сонные глаза. Он потерянным взглядом оглядел меня и встревоженно спросил: — Куда ты? — Хочу приоткрыть окно. Здесь душно, — ответил я, подойдя к панорамному окну и отодвигая его в сторону. Прохладный утренний ветерок ворвался в комнату и прошёлся по моей пылающей коже. Я простонал от удовольствия и прикрыл глаза. — Ты чего там стонешь? Тебя возбуждает окно? — спросил Чейз, смотря в экран своего телефона. — Скорее ветер, — ответил я и улыбнулся сам себе. Чейз опустил гаджет ниже, чтобы взглянуть на меня. — Никто не смеет возбуждать моего парня, кроме меня, — полушутя возмутился Чейз и снова уставился в телефон. Так. Стоп. Он назвал меня своим парнем? Что-то во мне перевернулось и распалось на миллион маленьких светлых лучей, греющих изнутри. Я подошёл к кровати и серьезно спросил: — Ты считаешь меня своим парнем? Чейз перевёл на меня взгляд и приподнял брови в немом удивлении. — То есть то, что мы с тобой трахаемся и спим в одной комнате тебе об этом не говорит, да? — он встал на колени в кровати и сжал мои волосы в кулак, приближая к своему лицу. — А вот это? — он резко впился в мои губы, целуя их с таким напором, что я начал беспокоиться за возможные мозоли. — Юбэнкс, ты — мой парень, и, если это всё ещё до тебя не дошло, то ты дебил. Затем он лёг на кровать с улыбкой глядя на меня и, видимо, ожидая моей реакции. — Сам ты дебил, — сказал я, сложив руки на груди. К сожалению, улыбку сдержать мне не удалось. Чейз начал смеяться и, откинув телефон, потянул меня к себе за руку. — Иди сюда, тугодум. — он улыбнулся и снова поцеловал меня, но на этот раз более нежно и аккуратно. Когда мы остановились, чтобы перевести дыхание, Хадсон сказал: — Я рад видеть тебя сейчас. — А обычно, значит, не рад? — подначивал я, ткнув пальцем в его нос. Он попытался укусить мой палец, но я успел резко убрать его. — Рад, просто… Я думал, ты уйдёшь… Я опустил голову, вспомнив, как поступил в прошлый раз. С сожалением кивнув, спросил: — Мне придётся долго вымаливать прощение? Чейз сделал вид, будто задумался, затем прошептал соблазнительно на ухо: — Бесконечность. — затем он опустил губы на мою скулу и начал осыпать её поцелуями. Я очень хотел продолжить то, чем мы начали заниматься, однако скоро встанет миссис Хадсон и мне нужно позаботиться о завтраке для неё. — Чейз, — я быстро поцеловал его в губы и отстранился, — мне нужно спуститься вниз. Не стоит злить твою мать после вчерашнего. Он улыбнулся. — Отлично, я как раз собираюсь рассказать ей о наших отношениях. — он вскочил с кровати и подошёл к шкафу. Выудив оттуда рубашку с ярким дизайном и простые чёрные брюки, направился в сторону душевой. — Хочешь со мной? — спросил парень у меня и, когда я покачал головой, ответил: — Тогда я первый. — Я опаздываю! — крикнул я, но он уже успел закрыть дверь с той стороны. Вот же козлина. Ждать пришлось недолго, через минут пять парень вышел уже одетый и готовый спуститься на завтрак. — Молись, чтобы Трише хватило ума накрыть на стол без меня, — пробубнил я, подбирая свои вещи с пола. — Я не понимаю, почему ты паришься. Ты здесь не обслуживающий персонал, а мой парень. Значит, имеешь те же права, что и я. Я закатил глаза и удивился тому, насколько наивен Чейз. Ничего не ответив, я зашёл в душ и встал под тёплые струи воды. Эта ванна комнаты была больше ванны в лагере. Она не блистала красотой, но в то же время обставлена с превосходным вкусом. Минималистический стиль всегда нравился мне; комнаты казались больше и светлее. Напротив душа стоял комод с принадлежностями, предназначаемыми для ухода за собой. Он выглядел массивным и тяжелым. Но больше в этой комнате не было ничего запоминающегося. Быстро вымывшись, я надел свою одежду и вышел из ванны. Хадсона уже не было в комнате, видимо, спустился к матери. Надеюсь, он сообщит ей о нас без моего присутствия, ибо эта женщина выколет мне глаза. Я спустился по лестнице и наткнулся на Тришу, вытирающую со стола. — Завтрак уже закончился? — Даже не начинался, — ответила девушка, усмехаясь. Ну конечно она не додумалась накрыть на стол самостоятельно. О чём я только думал? — Уже семь. Позаботься, чтобы завтрак подали сейчас же, — попросил я и двинулся в сторону своей комнаты. Отца не было. Наверное, он в своём «мини-кабинете». Я осторожно постучал, а затем заглянул внутрь. Мужчина, разложив свои вещи по всему дивану, собирал их в сумку. — Тебе помочь? — неуверенно спросил я, засунув руки в карманы. Он лишь бросил на меня мимолётный взгляд и снова продолжил заниматься своим делом. — Не нужно, я уже заканчиваю. — он отвечал мне холодно, и это расстроило меня. — Пап, я не хочу, чтобы мы расстались на отрицательной ноте, — с сожалением сказал я. — Поговори со мной, если тебя что-то гложет. Отец злостно бросил на кровать бритву, которую он собирался сложить в коробку, и подошёл ко мне. — Хочешь, чтобы я поговорил с тобой? Ладно, я скажу: беги от этого парня, пока он не натворил делов. В конечном итоге, только ты будешь страдать. — говоря это, он тыкал пальцем в мою грудь. В его глазах я заметил такую уверенность в своих словах, что мне стало страшно. — Зачем ты делаешь это? — спросил я, тряся головой из стороны в сторону. — Зачем портишь мне настроение? Ты ведь знаешь, что я всё решил. Я уверен в Чейзе. Да, возможно, он не идеален и делал что-то плохое в прошлом, но меня это не волнует. Сейчас с ним всё в порядке, он изменился. Мужчина кивнул, но по взгляду было очевидно, что он ни на мгновение не поверил мне. — Я всё сказал. — он хаотично закидал в сумку оставшиеся вещи и направился к двери. Бросив на меня последний взгляд, он произнёс: — Звони, если что-нибудь случится. Закатив глаза, я помчался следом и обнял отца. Я бы не смог жить в дали от него, зная, что он обижен на меня. Папа прижал меня к себе и тяжело выдохнул. — Удачи тебе. — он осторожно высвободился из моих объятий. — И тебе. — я улыбнулся и отпустил его. Закинув сумку в багажник отец сел на заднее кресло машины, рядом с отцом Чейза. Они даже не позавтракали. Машина медленно тронулась и выехала за ворота. Я направился в гостиную, ликуя, потому что успел помириться с отцом до его отъезда. — Завтрак на столе, — оповестила меня Триша и укатила переносной стол в кухню. Чейз сидел в кресле за столом и разговаривал с кем-то по телефону. Сегодня он не расстаётся со своим гаджетом. Интересно, с кем он говорит? — Да, прилечу, как только появится возможность, — говорил он своему собеседнику, внимательно слушая ответ того. — Думаю, скоро. Точную дату смогу сообщить лишь вечером. Я сел рядом, дожидаясь окончания разговора. Я хотел попросить Чейза подняться за миссис Хадсон, ведь сам я боялся говорить с ней. — Хорошо, я понял. До встречи. — Чейз отложил телефон и, наконец, посмотрел на меня. — Мне нужно как можно скорее лететь во Францию. Этим заявлением он немало удивил меня. Видимо, миссис Хадсон смогла добиться своего. Она больше всех хотела, чтобы Чейз вернулся назад. Но как же быть мне? Надолго ли придётся расстаться нам? — Зачем тебе во Францию? — спросил я, опасаясь его ответа. Вдруг он улетит навсегда. — Это по работе. Я ведь говорил тебе, что собираюсь выпустить новую коллекцию одежды? — парень поправил воротник своей рубашки. — Да, говорил. — Мне нужно полететь туда и лично презентовать её. Чарли мне поможет. Хоть одна хорошая новость за день. С Чейзом будет Чарли, так что волноваться о нём не стоит. Но тоска, поселившаяся в сердце никуда не делась. Я не хотел отпускать его, ведь мы только начали встречаться. — Ну, если это необходимо… — пролепетал я, опуская глаза в пол. Состояние было таким, словно Чейз уже улетел. Хадсон начал смеяться, а затем приподнял мою голову за подбородок, нежно взглянув в глаза. — Глупый, ты со мной полетишь, — сказал он, зачесав мои волосы назад. Мои брови взлетели вверх, я не мог найти подходящих слов. Я полечу во Францию? Представить себе не могу… Только я и Чейз. Без его родителей, без кого-либо еще. Это идеально! — Мы вместе полетим? — спросил я, еле держась на ногах. Это новость обескуражила меня. — Конечно. Ты думал, что я оставлю тебе здесь одного? — он улыбнулся и обнял меня. Мне было тяжело поднять руки. Словно меня здесь не было, а это всё происходило не со мной. Я потерял дар речи и просто хлопал глазами. — Спасибо, Чейз. — придя в себя, я крепко обнял парня. — Боже я… — Молчи, — сказал он и хотел было поцеловать меня, как послышался топот на втором этаже. Никого кроме нас и миссис Хадсон не было в доме. Не нужно быть ясновидящим, чтобы догадаться кому принадлежат шаги. Чейз нехотя отстранился и посмотрел в сторону лестницы. — Доброе утро, мама. Мне нужно кое-что рассказать тебе. — сразу же приступил к делу Чейз. Я осторожно потянул его за рукав, давая понять, что нужно сбавить обороты. — Странно, я думала, ты всё сказал мне вчера. — женщина старалась не смотреть на нас, показывая насколько она обижена. Хадсон хмыкнул и шмыгнул носом. — На самом деле есть кое-что. — парень еле сдерживал смех, а я не понимал откуда в нём столько энтузиазма. Ему настолько нравится злить свою мать? — Солгу, если скажу, что ты заинтриговал меня, — безразлично сказала Хадсон, отпивая немного сока из бокала. — Вот как? — Чейз резко схватил меня за торс и притянул к себе. Такого повтора не ожидал никто. Парень впился в мои губы, целуя их с такой страстью, что мне было трудно удержать себя и не ответить положительно на его настойчивость. Но я смог, ведь стыд, который я ощущал в этот момент был велик. Я отстранился и взглянул на парня. Он не выглядел смущённым, наоборот, на его губах сияла дерзкая, самодовольная ухмылка. У его матери была реакция куда похлеще моей. Она встала из-за стола и, расширив глаза, затараторила: — Что ты делаешь? Как… как ты вообще посмел продемонстрировать это мне? Совсем стыд потерял?! Вы ведь оба парни! — она кричала так, что уши начали закладывать. — Мам, мы с Ноеном встречаемся. Можешь не утруждать себя, билеты во Францию я закажу нам сам. Надеюсь, вылетим сегодня вечером, — наконец-то признался Чейз. Мне хотелось исчезнуть на некоторое время. Тот стыд, который я испытывал сейчас, невозможно было сравнить ни с каким другим. Зачем нужно было демонстрационно целовать меня? Доказать что-то своей матери?  — Мы улетим во Францию и будем жить вместе. Возможно, там я сделаю ему предложение. Прилетишь на нашу свадьбу? Обещаю, она будет шикарной. — Хадсон улыбался, но эта улыбка отнюдь не значила ничего хорошего. Он был зол, невероятно зол. — Удостоишь ли нас такой чести? — Чейз, достаточно, она всё поняла. — я потащил его в сторону комнаты, но парень не поддавался. Ох, как же мне всё это не нравилось. Зачем же он несёт весь этот вздор? — Спасибо за всё, я так благодарен тебе, — снова он обратился к миссис Хадсон, которой и так было тяжело стоять на ногах. — Хорошо, что ты не стала заниматься моим грёбаным воспитанием и просто решила выслать меня во Францию в своё время. Возможно, это было единственным правильным решением в твоей жизни. Спасибо эту счастливую жизнь в счастливом доме. — он развёл руками, с натянутой  улыбкой смотря в потолок. — Спасибо, что когда тебе стало тяжело со мной, ты, блять, избавилась от меня, ни разу не прилетев ко мне, чтобы навестить. Что не стала звонить мне, присылать чёртовы открытки на день рождения. Спасибо, что не сыграла никакой роли в жизни своего ребёнка. Действительно, спасибо. Большое, мать твою, спасибо! — Чейз выплеснул всё, что копилось в его душе годами. Я видел эту боль в его глазах, которую он пытался скрыть улыбкой. Его слова были ядовиты, однако правдивы, судя по реакции миссис Хадсон. Женщина держалась за стул, схватившись за рот руками. Из её глаз водопадом текли слёзы, размазывая тушь по влажным щекам. Никогда не видел её такой убитой. Слова сына сожгли её шикарные иллюзии о своей жизни. Она тихо опустилась на пол, продолжая заливаться слезами. Я не любил эту женщину, однако сейчас мне было искренне жаль её. Я снова попытался потащить Чейза к лестнице и на сей раз мне удалось. Сейчас, когда все слова были сказаны, а эмоции стабилизированы, мой парень не выглядел удовлетворённым, как минуту назад. Выговорив то, что держалось в нём многие годы, ему стало легче, но вовсе не надолго. В такие ситуации я не попадал ни разу и трудно было сказать, что именно происходило в моей голове. С одной стороны я считал слова Чейза справедливыми, но всё-таки что-то кричало мне не винить миссис Хадсон. Скорее всего, я вообще не должен иметь своего мнения на этот счёт, так как это дело лишь их семьи. Хадсон сел на свою кровать и тяжело выдохнул. Сжав свои волосы в кулак, он не произносил ни слова. Я не знал как ему помочь. Очень хотел, но не знал. Стоит ли беспокоить его сейчас, или же он должен сам разобраться в себе? Недолго думая, я потянулся к его рукам, крепко вцепившимся в волосы. — Ноен, мне нужно побыть одному, — тихо попросил он, переместив руки на своё лицо. Моя душа болела, видя его в таком состоянии. В своё время меня никто не поддерживал, потому что никому не было никакого дела, и я знал, насколько тяжело справляться со всем дерьмом жизни самостоятельно. Решение нашлось само собой. — Я никуда не уйду, — решительно заявил я. Чейз убрал руки от своего лица и болезненно посмотрел на меня. Вся печаль, которую он скрывал под масками долгое время, вдруг показалась в истинном обличии. — Уходи, — более требовательно произнёс он, грозно глядя на меня. Я покачал головой. — Нет, Чейз, ты не избавишься от меня, как делаешь это с другими людьми, пытающимися помочь тебе. Я понимаю, через что ты проходишь… Парень резко схватил меня за шею и припечатал к стене. Его глаза метали огненными стрелами, прожигающими сердце, но отступать я был не намерен. — Ты ни черта не понимаешь, Юбэнкс, и не смей доказывать обратное. Я скинул его руки с себя и так же зло посмотрел на него. — Так объясни мне! — кричал я на парня. — Дай мне шанс понять тебя! Он отступил на несколько шагов и упёрся взглядом в пол. Очевидно, что Чейз ничего не собирается говорить мне. Как же задолбали все страшные секреты и недосказанность. Хочется просто верить человеку, но не можешь. Не можешь, потому что не знаешь о нем совершенно ничего. — То, что тебя мучает как-то связано с ошибками прошлого и с твоей ссылкой во Францию? — когда парень проигнорировал вопрос, я добавил ещё два, чтобы напомнить о своей заинтересованности: — Что ты сделал? Почему твои родители решили выслать тебя? — Ноен… — Ответь мне! — потребовал я, перебивая его. Глаза Чейза заметались по комнате; я впервые видел его растерянными. Вдруг он замер и поменялся в лице. Передо мной снова стоял прежний Чейз, умеющий искусно изворачиваться от ответа. Он вздохнул и с сожалением посмотрел мне в глаза. — Прости, я не могу рассказать тебе. Просто знай, что всё не так, как кажется. Я знаю, что тебе многое рассказывали обо мне, но не верь никому. Придёт время, и ты обо всём узнаёшь. Просто подожди. Он говорил это так убедительно и успокаивающе, что я поверил ему. Чёрт возьми, я хотел верить ему. «- Он разобьёт тебе сердце.» — раздались слова отца в моей голове, но я снова отбросил их прочь. Снова заставил себя верить только Чейзу. Пожалуйста, Чейз, не вливай яд в мою душу, ведь я так хочу верить тебе…