Потерянная душа

      Ничего не вижу.       Ничего не слышу.       Вот, что я чувствовала после смерти.       Полное ничего.       Только одно НО… я до сих пор слышу свои мысли. «Чёрт, даже это не помогло. А ведь теперь ничего и не поделаешь.»       Я пыталась пошевелиться, но ничего не происходило. У меня даже появились мысли, что я вовсе не умерла, а находилась в коме. «Да нет, что за бред. С такой высоты не выживет даже самый везучий человек на планете.»       Сейчас, если бы я была жива, можно было бы услышать мой тяжёлый вздох. «Интересно, как там Лера… И тётя… Да и все вообще. Их это, должно быть, шокировало. Хотя я ловила на себе подозрительный взгляд тёти. Возможно, она что-то и подозревала, только сделать ничего не могла.»       Перед глазами начали мелькать воспоминания из жизни. Где мы с родителями поедаем целый пакет с мороженным, привезенным папой с работы. Обсуждали, что произошло за день, смеялись и сплетничали. Там, где должна, по идее, быть грудь, начало ныть и болеть. «Боже, не для того, чтобы продолжать мучатся, я кони двинула…»       Воспоминания продолжали проноситься с бешеной скоростью. Невозможно зацепиться за одно, сразу следует другое.       Голова начала раскалываться от такого давления, и резко я снова почувствовала падение. Только на этот раз мне было правда страшно. Я падала в бездонную чёрную яму, а выхода из этой ситуации всё не было.       Неожиданно появилась мысль: «Я в аду?..»       Но вдруг вокруг начали проноситься белые блики, пока они не собрались в одну целую, большую точку. От неё по-настоящему веяло жизнью. «Если есть выбор между этим бесконечным адом или хоть малейшим шансом на время всё забыть… Я выберу второе.»       Я потянулась к этому свету, а он словно был рад моему решению и тоже подтянулся чуть ближе.       Наконец, я вошла в эту сферу, и яркий свет резко ударил по глазам. Закрыть их не было возможным, потому что как таковых их даже не было. Всё моё тело словно ударили огромным молотом и приложили к земле.

***

      Неожиданно даже для самой себя я поняла, что вновь дышу. Воздух входил в лёгкие с тихим свистом, но всё же я дышала. Попытки пошевелиться не увенчались успехом — всё тут же наливалось дикой болью. Мне оставалось только лежать. Перед глазами до сих пор было белым-бело, но постепенно это проходило. Я даже не поняла, когда начала слышать. Звуки по началу были очень тихими, но потихоньку слух возвращался ко мне. Я слышала некий писк. Он не был постоянным, а будто прерывался и раздавался откуда-то справа. «Погодите… Это очень похоже на…»       Я, наконец, смогла открыть глаза, но почти сразу их закрыла обратно. Свет больно ударил по ним, и они начали обильно слезиться. Аккуратно, я начала их открывать и наконец, увидела то, где находилась.       Белые потолки. Белые стены. Кажется, что белое здесь всё, даже я.       Я тихонько повернула голову, из-за чего всё равно почувствовала сильную боль, и увидела электронный кардиограф. Вот, что пищало. Линии на мониторе двигались равномерно и, в какой-то степени, спокойно. Вдалеке раздались шаги, и я повернула голову к звуку.       Белая, выдвижная дверь, за которой раздавались шаги, была закрыта, но в щёлке под ней виднелись тени. «Судя по всему, я в больнице, но что я здесь делаю? Не помню…»       Дверь тихо открылась, и в неё вошла средних лет женщина в белом халате. Она подошла к капельнице возле моей кровати, а после начала проверять аппарат.       Я наблюдала за ней ещё несколько секунд, пока она не опустила взгляд на меня и не увидела, что я уже очнулась. «Какая вы наблюдательная, миледи.» — Ох, божечки, Вы очнулись!       Она всплеснула руками и выбежала из палаты. Я попыталась встать, и хоть это оказалось крайне сложно, но у меня получилось принять сидячее положение.       Нормально вздохнуть мешала маска на моём лице и я, аккуратно подняв руку, сняла её.       В этот момент в палату вновь забежала эта женщина, но уже в сопровождении улыбчивого мужчины, которому на вид было лет пятьдесят. Седые волосы аккуратно зачёсаны назад, но несколько прядей на лбу всё же выбились. Карие глаза выражали доброту, и ангельская улыбка внушала доверие.       Если бы не одно «НО»…       В этом мужчине я узнала доктора Акихиро Кано.       Я даже на время перестала дышать и, не веря, глядела на него. В другой ситуации я бы подумала, что этот человек просто очень похож на этого персонажа. Но на бейджике было написано ЕГО имя. «Но разве он не персонаж аниме? Что происходит?»       Я повернула голову к раскрытому окну, но не увидела ничего, кроме неба и крыш домов.       Мужчина, продолжая улыбаться, присел на край моей кровати и, немного повернув туловище в сторону медсестры, которая до сих пор стояла возле входа, сказал: — Атсуко-сан, позвоните родственникам этого юноши и сообщите, что он, наконец, очнулся. О, и принесите ему еды.       Женщина неуверенно кивнула, но из палаты вышла.       Теперь, оставшись одни, доктор Кано повернулся уже ко мне. — Итак, Хизока-кун*, как самочувствие? Где болит? Хочется ли тебе выпить воды?       Что. — К… Что…       В следующий момент я зашлась в кашле. Я и не заметила, что у меня в горле целая пустыня Сахара. Мужчина взял с полки возле кровати графин воды и, налив воды в стакан, протянул его мне.       Я стала жадно глотать влагу и только после третьего стакана успокоилась. — Простите, но… Кто такой Хизока?..       Старик приподнял бровь и взял с полки какие-то бумаги. Пролистав несколько страниц, он вновь посмотрел на меня и немного удивлённо произнёс: — Хизока — это вы. Вы что-нибудь помните?       Я тупо уставилась перед собой в стену и, наконец, начала вспоминать. Воспоминания вошли в мою голову резко и быстро, но без боли. Немного нахмурившись я вновь посмотрела доктору в глаза. «Ах, каких мы добреньких из себя выражаем, доктор Кано. Но чёрт… Я что, попала в своё любимое аниме? В мир гулей? Я, наверное, была бы рада, если б не хотела умереть. Чёрт, чёрт, чёрт! Что теперь делать?..»       Я судорожно поправила чёлку, которая спадала мне на глаза и с удивлением поняла, что её у меня не было. Да и цвет из каштановых стал… Белым? — Нет…       В чём-то это была даже правда.       В этот момент одна из медсестер вошла в палату с тележкой, на которой стояла тарелка с едой и стакан воды. — Что ж, — доктор со вздохом поднялся с кровати и прошествовал к середине палаты, — этим придётся заняться вашим родственникам… А пока скажите, как вы себя чувствуете? — Странно.       Медсестра поставила тарелку передо мной и вновь вышла из палаты. — Можете подробнее пояснить, как именно?       Я взяла в руку палочки (благо в прошлой жизни я хорошо ими орудовала, так как ела много роллов) и неуверенно взяла в них кусочек чего-то непонятного, по запаху ассоциирующееся как рыба. Я смотрела на него несколько секунд и размышляла. «Если я в больнице доктора Акихиро Кано, то у меня есть некоторые подозрения насчёт моей сущности. Что, если он, как и Канеки, пересадил мне парочку гульих органов? И если я теперь гуль, то что делать дальше? На данный момент есть только один способ понять, гуль я или нет.»       Я осторожно поднесла палочки с едой к своему рту и начала жевать. Сначала я ничего не чувствовала, но вот потом…       Рвотный позыв пришёл внезапно, и хоть я ждала его, но это не помешало моим глазам расшириться в немом удивлении.       Я быстро выплюнула кусочек еды и начала судорожно полоскать рот водой. «Ну, вот и всё. Я — гуль. Точнее полугуль, но сути это совершенно не меняет. Чёрт, и как я буду питаться? Хотя выбора у меня совсем нет, и придётся принять это, но… Не знаю. Почему я вообще так спокойно на это реагирую?» — Что-то не так? Вам не нравится еда? — На вкус как тухлое яйцо.       Доктор Кано «незаметно» ухмыльнулся. — Здесь нет ничего странного. Всё таки ты еле выжил. — Что со мной случилось? Почему я оказалась в больнице? — Ты попал под грузовик, но мы смогли тебя спасти. Остальное сможешь узнать из вот этой карточки, — доктор положил на полку рядом маленькую стопку бумаг, — А пока отдыхай. Я зайду к тебе позже.       Я смотрела на свои руки на кровати и услышала тихий стук двери. «Ушёл.»       Быстро подняв свою майку я увидела на коже длинный шрам, который тянулся от задней части правого бока и аж до пупка. «Нехило вы меня там, на операционке, нашинковали. Погодите. Это пресс?»       Я с удивлением начала щупать свой живот и стала отмечать, что талия у меня не женская.       Быстро сдёрнув с себя тонкое одеяло я приподняла за резинку больничные штаны и… — Твою мать, — я быстро опустила резинку обратно и с круглыми, как блюдце, глазами уставилась перед собой, — мало того, что гуль… Так ещё и мужчина?.. Слава богу. На триллион проблем меньше стало. «Интересно, а я смогу вызвать какуган, или мне пока рано?»       Быстро оглядев больничную палату, мой взгляд упал на зеркало в конце.       На этот раз я легко поднялась...лся и смог, немного шатаясь, подойти к зеркалу.       На меня смотрел парень лет семнадцати, с белокурыми, прямыми, короткими волосами и чёрными глазами. Жуткий контраст, но что поделать. «И как тебя вызвать? Я, конечно, читала… тьфу ты!.. читал об этом в интернете и знаю, что он появляется по желанию, но…»       Я тяжело выдохнул и прикрыл глаза. Сосредоточившись на своих глазах, я почувствовал резкую пульсацию слева и открыл их.       На меня смотрел всё тот же парень, но кое что делало его не совсем обычным. Его левый глаз перестал быть человеческим.       Склера стала полностью чёрной, а красный зрачок заставлял почувствовать себя жертвой…