dirty

      » — Я слышала, что после банкета в честь принятия Ким Тэхена лично президентом страны, у них состоялся совещание в котором он предупредил всех быть крайне осторожными. Через день все депутаты и национальные деятели исчезли. А это еще мягко сказано. Их всех убили и каждый расплатился жизнью не просто так.»       » — Не понимаю почему сам президент позволяет ему заниматся подобным. Это же… жуткое и бесчеловечное преступление.»       » — Тоже так считаю, потому что такие вещи происходили изо дня в день.»       » — Жизнь надо прожить так, чтобы сам президент закрывал глаза на твои убийства.» Честно, когда друзья обсуждали между собой о так называемом «жестоком герое» который явлется Ренате кровным братом, слышать такие жуткости и подкалы было неприятно и тем более страшно. Она не могла дальше этого стерпеть в результате чего ушла, сказав, что отойдёт в уборную. Друзья увидев реакцию подруги больше не поднимали об этом тему, Анна позже расспросила причину, но так и не узнала главного. Сейчас находясь на кухне она думает, стоит ли поднимать об этом тему в присутствии брата. По телу проходит холодок от воспоминаний, когда Тэхён в весь крови пришел домой и обнял её. После того как «безжалостно убил» людей, пришел как ни в чем не бывало, будто на нем просто навсего был разлит красный сок. Ей даже представить такое страшно. Обнимает себя успокаивая. Вообще она не глупая, чтобы прям в глаза спросить «Ты на самом деле убийца?!», но ходить здесь с такими подозрениями не хочется. Интересно, а мать Тэхена об этом знает? Она хлопает кулачком в ладонь другой руки, все ни как не решаясь на серьезный разговор, входя всё больше в себя, но вместо нее все решили её руки и ноги, которые отреагировав на звук открывающей двери, не поняла как оказалась перед ним. Правильно говорят, «глаза трусливые, а конечности храбрые». Тэхен посмотрев в глаза Ренаты глазами сверкает, удерживая в себе теплое желание улыбнуться и обнять. Но Ким замирает, когда видит, что младшая внезапно отстраняется от него, когда он шагал к ней, строя испуганную морду. Сама это заметив, девочка стряхивает голову, пытаясь вести себя как всегда, теперь же сама подходя к Тэхену. Старший хотел спросить, что это было минутами ранее, но по привычке гладит по мягким волосам спрашивая поужинала ли она и сделала ли домашнее задание. В такие моменты как-то не верится, что брат такой. Каким видит его друзья, весь город. Младшая дуется, отвечая, что она не ребенок, аля скоро и восемнадцатилетие, чтобы до сих пор не делать уроки. Радуется этой цифре жутко, но не Тэхен. Восемнадцать лет — это время, когда ребенок думает, что уже повзрослел и захочет в своей жизни совершать, что вздумается. В случае с его сестрой — это захотеть парня или куда хуже уехать от него. Он… не готов ни к тому ни к другому. — Не против поговорить? — заводя руки назад, кусает щеку изнутри. Нервничает и пугается. — Что-то серьезное? — насупливает брови брат, не забыв её зашуганное лицо из-за него, наконец убирая руки от головы младшей. — Не так уж, — заверяет улыбаясь она, потаскивая брата за собой. Наверное говорить об этом в виду у всех будет неправильно, тогда где найти укромное место чтобы лично поговорить? Она оборачивается к брату; оба стоят на втором этаже. — Где мы… — кусает губы, опуская голову. Смотрящий на нее сверху вниз Тэхен кажется властнее в такие моменты, — Можем остаться одни… где только мы? — Что? — ему показалось или он раслышался? — Уединится… — черт, почему это слышется так странно, вот серьезно, особенно если учесть вырожение лица брата. Тэхен чувствует себя нелепо, ощущая подступающую тревогу от этих слов сестры. О чем она хочет поговорить… в голову приходят неприятные подозрения. — В мой кабинет? — звучит как вопрос, и черт возми, Тэхен так благодарен себе, что случайно не выпалил разговор о своей комнате. — О да! Попроси на всякий случай горничных, чтоб не заходили туда какое-то время, — тут же соглашаясь Рен направляется туда, не оборачиваясь на отстающего брата, надеясь что Тэхен сам последует за ней. Рената подняв ноги прилегла на сиденье дивана, касаясь плечами тэхеновых. Смотрит вниз, не смея поднять глаза. В душе не верит, что этот человек, который все больше в непонятиях со всего происходящего на самом деле — жестокий. Но ведь в первую их встречу она так же думала. А в то время у Тэхена все сжимается от безызвестности. Если бы Рената узнала об его чувствах, то не сидела бы так спокойно прислоняясь к нему, да она… Шарахалась бы от своего же брата как от извращенца. Тогда что же? По правде говоря, у Ренаты странный способ общения с близкими людьми, особенно на серьезные темы (вообще — это потому что она любит обнимашки и поцелуи в щёчку) Она может держать собеседника за руку или как-то быть ближе, все что угодно чтобы быть ближе во время общения; Тэхен осознаёт это, но терпит пока Рената сама все не расскажет. — Меня никогда не интересовали новости, — тихо начинает Рената, смотря на свои оголенные коленки. Тэхен тяжело выдыхает, — Но сегодня многие были озабочены разговорами о вчерашнем случае… — не может сказать слово «убийство». Тэхен озаряется, тяжело сглатывая, кусаю щеки изнутри. Нет. Не это. Не это он хотел от нее услышать. — И что же ты узнала? — говорит так будто его это не касается, но на деле готов сейчас же объяснить как отбитый, что все что происходит вне этого дома не её дело. Пусть ненавидит. Но шарахаться от него Тэхен не позволит. — Ну… — тянет, думая как лучше начать, — Я услышала о тебе много всего… — делает не значимые круги на коже своей коленки. — И что ты об этом думаешь? — Тэхену все равно, что там она услышала про него. В большинстве случаев все слухи могут быть правдивы кроме «наркоторговле или в торговле тела». Рената мрачнеет, чувствуя подступивший ком в горле. Словно боясь услышать от него, что это правда. Вся атмосфера здесь мрачнеет. Даже голос брата понизился значительно больше. Он хотел узнать о том что она думает? Но… Брат даже не пытался объяснить или запротестовать её словам, и теперь он показывает этим, что все, что она услышала о нем правда? — Честно… Я не знаю. — тяжело вздыхает, теперь же обнимая колено, немного отстроняясь от Кима, — Я была напугана. Мне было сложно, слышать от посторонних о тебе такие жуткие вещи… Я не могла в это поверить. Даже если ты был в новостях… В это было так сложно поверить. Потому что ты так… — она все еще помнит расплывчатые кровавые фотографии людей внутри здания, — Ты так просто «расправляешься» с людьми, будто другого выхода или дороги нету, — тревога медленно обхватывает все тело. Хочется добавить от себя сказав, что это неправильно и это считается страшным грехом, но она не в праве учить чему либо брата. Поэтому в данный момент чувствует страх и безысходность. Пасть перед глазами сестры, тем более перед той, которая нравится тебе безумно самое последнее, что он хотел бы узнать сегодня. — Ты права. Есть другие способы, — до этого Тэхен четко смотрел лишь вперед, но сейчас ощущая страх сестры на себе, её дрожь по всему телу он понимает, что лучше сейчас успокоить младшую, но последущие его слова никак не помогают Ренате, — Но только этот способ самый эффективный, — он поворачивается к ней, поднимая за подбородок младшую, чтобы она посмотрела на него именно сейчас. Именно сейчас нужно установить контакт с сестрой. Твою мать. Рената смотрит на него так испуганно… как кролик боящийся попасться в пасть волка. Сестра хотела вырваться, но Тэхен не позволил грубо схватив за её плечи и заставляя смотреть на себя. Рен вся трясется от подступающей паники, на секунду показалось, что ей хотелось закричать, но она сама себя отговорила не делать этого именно в приступе паники. По щекам медленно текут горячие слезы, ведь она только сейчас осознает, что человек, который сеет ужас в весь город её брат. Его все ненавидят. И если узнают кто на самом деле брат Ренаты, то все её друзья, все в этой школе возненавидят её. Она судорожно качает головой, закрывая глаза, будто это как-то отрежет её от реальности, громко всхлипывая, желая чтобы брат поскорее отпустил и она смогла уйти, чтобы уже смириться с этим. — Ты теперь… — шепчет он смотря на мокрые глаза девочки, которая все больше покрывалась дрожью, — Боишься меня? — встревожен. Он бы отпустил её, чтобы меньше пугать Ренату, но у него есть сомнения, что если он сейчас это сделает, то она сбежит не оглядываясь. Сестра качает головой, открывая глаза. Смотрит на брата с застывшим в глазах ужасом, которую она представляла в голове. — Ты убиваешь невинных людей… чтобы избавиться от угроз? Или потому что они заслуживают этого? — она вздрагивает, повувствовав на этот раз сильную хватку брата на плече собираясь повернуться туда, но Тэхен не позволяет снова заставив смотреть на себя. — Ты, чёрт возми, убиваешь! — уже не в силах сдерживаться кричит, так как вся это атмосфера и брат в том же числе давит на неё. Она чувствует себя беспомощной и слабой в руках брата. — Эй, мышонок, говоришь так, будто они этого не заслуживают, — демоны вырываются. Его злит то, что эта девчонка психует и плачет, но в то же время боится, что она захочет уйти от него после этого. Он опускает руки, дотрагиваясь до влажных щек Ренаты, нежно вытирая, собираясь успокоить ту. — Успокойся, — ласково произносит, поглаживая по мягкой коже, загипнотизированно наблюдая за её вырожением лица, но увидев сопративление, злится разачаровываясь, — Я сказал тихо! — рычит он, ещё сильнее пугая младшую сестру, дальше продолжая вытирать. Она так красива когда плачет. Только представьте её заплаканное лицо в постели. Эти её всхлипы, её плачь, покрасневшие щеки. Тэхен не сможет сдержать поток представлении. Сейчас он не должен позволять демонам вырваться наружу. Ведь они — любят убивать, любят творить зло и сеить хаоус, а самое ужасное желать Ренату. Они желают её тело, её душу, с каждым днем это желание все возрастается и возрастается, — Тебе не стоит из-за этого поднимать шум, — шепчет прямо в губы, глаза направлены туда. И черт возьми Тэхен сейчас должен волноваться за то, что Рената все видит и чувствует и вообще содрогается особенно после его крика, но черт возьми так хочется попробовать эти губы. Его так манит, так чертовски манит эти пухлые губы, что хочется впиться в них и терзать до крови. Он до сих пор загипнотизированный, будто не видит ничего, не слышит свой тяжелый глоток, как тяжело дышит, как и голос сестры. Пальцами сжимая щеку той, специально подает её на себя, облизывая губы. Теперь новая паника подступает в тело Рена. Что происходит? Почему его лицо так близко? Почему это похоже на. .? Она только выходит от оцепенения, уже готовясь с новой силой оттолкнуть брата, но он лишь прислоняется лоб к её собственному тихо шепча, будто моляще. — Пожалуйста, не бойся меня, — он закрыл глаза, стараясь контролировать себя, — Может ты и услышала обо мне много всего ужасного, но я не хочу чтобы ты из-за этого меня остеригалась. Я же ведь, — ему так не хочется произноить это, чертовски ужасно и неприятно, от того, что он даже называть себя её братом не может. Тэхен облизывает губы, прикасаясь ладоньем её лица, поднимая к волосам ощущая пальцами мягкость, — твой брат.  — усмехается внури, чувствуя промокший взгляд младшей на себе, — Я не сделаю тебе ничего плохого. Демоны внутри него смеются над ним. Насмехаются, но желание так и не спадает. Он и сам не уверен. О чем ты просишь, Ким Тэхен? Ты черт возьми её прямо сейчас пугаешь этой близостью, своим строгим приказом успокоиться, поглаживая её по щекам. И ты, блять, только что почти её не поцеловал! Лучше повеситься чем позволить себе её поцеловать! Только сейчас Рената находит смелость сказать хоть что-то, но в горле за это время стало очень сухо. Глоток слюны, заставил скорчиться от неприятного трения в горле. Так странно и страшно одновременно. — Я не… б-боюсь тебя, — внутри все сжимается, она качает головой, но даже так Тэхен старается сохранять их положение, — Просто, то чем ты занимаешься неправильно. Но не мне это решать, — отсроняется от брата, в этот раз он ничего не сделал, — Я не знаю, что может случится потом. Это меня пугает, — проговаривает, и снова капли спускаются с щёк, жмурится, придавливая руками всхлип. Невыносимо. Слишком много эмоций за раз, слишком много страхов и пробуждение за минуту. Тэхен поджимает губы. Рената не может отвергнуть своего брата, отвернуться от него, но и принять такого ей сложно. Но со временем она привыкнет. Да здесь дело не в том, какое количество массово раз он убивал и был безжалостен. Это касается его любви. Интересно как бы она отреагировала, если бы она всё же узнала о его чувствах? Если она не смогла спокойно отнестись к его делам на личном фронте, так значит и его любовь она…? Испугается его еще сильнее? Будет презирать ещё больше? — Все в порядке. Не плачь теперь, — Тэхен не может прекратить касаться до неё, он хочет успокоить младшую с желанием больше притрагиваться к Ренате. Тэхен заворожено прикасается пальцами бока головы Рен, дальше спутывая пальцы в волосах девочки, оголяя вид на шею. Ладоней невесомо касается к покрасневшим ушам. Рената погрузилась в свои мысли вытирая своими руками глаза, обращать внимание на действия брата не хочется. А Тэхен не перестаёт. Зачем, если Рената ничего против его действий не говорит? — Успокоилась? — спрашивает он, убирая руки и внимательно наблюдая за тем, как мягкие волосы закрывают шею. — Да… — это еще не все, думает она. Не понимает, чего она этим разговором хотела добиться. Посередине получила грозный крик от него, а вообще его тогда будто подменили. Он… ухмылялся, смотря на неё. Странно. Тэхен хотел было что-то сказать, как в комнату кто-то врывается не слушая протестов от горнич идущих за любопытным человеком. — Госпожа Ким сюда нельзя! — захныкала сзади встав девушка, но вошедшая женщина её уже не слушала. — Ким Тэхен, эта мартышка не позволяля мне войти, ты что от матери что-то скрывая смотришь?! — со смехом немного нервозностью входит она, слыша как сзади медленно с характерным скрипом закрываются двери. Её глаза быстро натыкаются на Ренату. Лицо девочки раскрасневшееся, заплаканное, сидит подальше от Кима опустив голову, тихо шмыгая носом. Она поднимает голову, смотря в округлившиеся очи матери Тэхена. — Что… Здесь происходит? — она быстро подходит к младшей, краем глаза уже стреляя пулями в Тэхена, — Почему ты плачешь? — заставляет Ренату резко встать с места, чтобы распросить о случившемся, — Ты чем-то накасячила? Тэхен поругал тебя? — Нет, — качает головой, говоря правду. Быстро опустив рукава кофты пониже другой рукой, вытирает немного застывшие слезы. — Тогда что? Не ври мне. Я вижу, как ты сильно плакала. — поворачивает к сыну, который просто сидел и наблюдал за ними, сжимая кулаки, — Тэхен почему ты молчишь! Она же ребенок! Что она тебе сделала? Не мог немного поаккуратнее? — Мам, — серьезно смотрит, не выдерживая её осуждающий взор, — Она узнала кто я, — распускает руки в стороны, раскидывая на диван, внутри все неприятно жжет. Он волнуется, что после этого случая, Рената будет шататься от него подальше и не захочет больше с ним видится. Будет видеть в нем монстра, убийца, которого все в городе ненавидят и презирают, и она также может сделать. Когда Тэхен прикрыл рот большой ладонью, поджимая губы в узкую полоску, смотря в сторону, до Чеён доходит, о чем говорит Тэхен. — Вот как, — теперь она понимает ситуацию. Возможно Рената просто испугалась, поругались из-за этого с кем не бывает. Женщина пытается улыбнуться девочке, замечая, что она напугана. Почему то уверена, что её сын вместо того, чтобы успокоить свою младшую сестру ещё больше запугал. — Девочка моя, ступай к себе в комнату. Я к тебе позже подойду, хорошо? — мягким голосом убаюкивая проговаривает, поглаживая ту по голове. Следует кивок и Рената быстро уходит. Смотрящая вслед уходящей девочки, мать озвучивает вопрос: — Из-за чего она плакала? Прошло некоторое время, пока Тэхен ответил матери, кажется тогда он с головой ушёл в свои мысли. — Она начала говорить свои притензии. Вроде не надо никаких убийств, можно же по другому. Мой ответ её не порадовал и кажется… — он чещет затылок, — Я её немного напугал… — чувствует вину перед ней, скрешивая нервозно руки. — Гаденыш, — цокает, пропуская из виду угражающий зырк от Кима, — Все еще не знаешь как оброщаться с детьми. — Ей скоро будет восемнадцать, — констатирует факт он. — Ну и что? Тэхен я обещал Черин оберегать Ренату, но я не знаю… — она на секунду задумалась хмуря брови, и скрестив руки обнимая себя, — У меня плохое предчувствие. Может это было ошибкой оставлять её у тебя дома… Может есть другой способ. — предлагает она уже раздумывая куда в безопасное место можно было бы её отвезти. — Что ты имеешь в виду? Где как не здесь она будет в безопасности? — откровенно не понимает, показывая недовольно лицо, вызывая у матери чувства негодования. Что это с ним? Она думала, что Тэхен от радости запрыгает, если заберёт Ренату из его дома. — Помнишь свои младшие годы? — вспоминая прошлое женщина, грустно улыбается, — Мне приходилось жить поразень от вас. И это из-за того, что ты должен был привыкнуть к таким криминальностям своего отца. Он не позволял мне вернуться в Нью-Йорк долгие годы… И вот я узнаю от новостей, что он умер от сердечного приступа, а от тебя, что его убили… — её голос задрожал под конец. Она стояла спиной к Тэхену. Он мог видить как маленькие плечи матери дрожат, отчётливо слышет всхлип, видит как мать быстро-быстро вытирает с щёк слезы, — Ты не жалеешь о том, что пошел по стопам отца? — она поворачивается к Тэхену, чувствуя себя обречённо. Она всегда думала, что муж не любил её, считая, что ему нужен был лишь наследник. Но как оказалось, у него были совсем другие мотивы и планы, которых Чеён к сожалению поняла слишком поздно. — Нет. Ни капли, — не задумываясь отвечает Ким, через рот вдыхая, — Отец постоянно говорил о том, что хотел бы жить спокойной жизнью вместе с семьёй. Обычной, как у всех. Вместе с тобой, — Ким вспоминает вечера, когда его не сокрушимый и сильный отец, по ночам напивался так, что в конце плакал от отчаянья требуя вернуть ему его жену. Под утро он успокаивался, но он часами, всю ночь, весь день мог смотреть на рисунок Чеён, желая её обнять поскорее и вернуть к себе, — Отцу было плохо от того, что разделил своего сына от матери. Но это было нужно. — Да… — Чеён всё понимает, и до сих пор пытается, но понять мертвого сложно. — Мам, не беспокойся. Я никому и никогда в жизни… — он встает направляясь к матери, на лице играют желваки. Руки сильно сжимаются в кулак, — Не позволю притронутся к ней. Никто ей не осмелится навредить. Если хоть кто-то посмеет, то он будет кричать от мучения, — он усмехается, пугая свою мать, так как его дикий взгляд был направлен прямо на её собственные. Не желая на это смотреть, женщина быстро обнимает его, тихо плача в плечо сына. Тэхен в ответ обнимает крепко, опуская голову, ощущая тепло. Как же он хочет так же обниматься с ней и быть свободным в своих действиях.

***

Вчера В тускло, освещенном единственной слабой лампочкой на вверху, помещение пропахло неприятным запахом и сыростью. Это был подвал. Тело неприятно дрогнуло из-за холода; одетый лишь в порванные тряпочки не сильно помогали согреться. Когда он пошевелился, то почувствовал скрип сзади. Парень понял, что за ним оставили человека. На середине сидящий на стуле, до дикости измученный человек, у которого лицо была закрыта мешком, из которого было сложно дышать чувствовал нарастающую панику. Повсюду он чувствовал ноющую боль. Голова раскалывалась, с бока он чувствовал ссохшуюся кровь к которой прилипли его волосы, отдавая неприязнью. Руками он и вовсе не мог шевелить, к тому же если попробует, то станет только хуже. На его руки облили кипящим маслом. Глава этого здания упивался его мучениями. Он резко дергает голову в бок, когда слышит шаги в его сторону, позже вовсе затаивает дыхание, когда дверь за ним медленно с характерным звуком открывается. Он слышит голос разных мужчин. Следом слышит поскуливание собак и негромкие звуки цепей, они на крепком поводке. — Снимите, — приказывает глубокий голос и мученник уже понял, кто пришел за его смертью «снова». В глаза резко бьет свет выходящий из маленького окошка сверху, он сильно жмурится, отворачивая голову от луча. Через время парень привыкает, пытаясь расфокусировать взгляд на людей перед ним. Первым он видит Ким Тэхена, смотрящего на него холодно, без капельки эмоции. Ему в руки кто-то из его парней передает в тот момент нож, осознавая, что его возможно будут пытать с новой силой. За что ему все это? Он же лишь слушался приказов. Его просили во что бы не стало убить Тэхена в подходящий момент, и если бы только не тот парень, заметивший его, то этот ненормальный бы уже сдох. Тогда он не сидел бы здесь между жизнью и смертью, желая поскорее сдохнуть чтобы больше не ощущать боли. У него не было сил о чем либо раздумывать. Он не был уверен, что тут только его держат и пытают, а сам Ким не пытается узнать от него что либо. Так значит, он здесь для него как для развлечения? Живая игрушка с которой можно играть жестоко, впиться ножом в плоть, рвать мясо, как вату из мишки. Все это для него лишь забава? Из-за таких пугающих мыслей мученик покрылся испариной, шевеля телом еле как осознавая, что он сам себе вырыл яму и теперь выхода отсюда нет. Пока парень проклинал все человечество в своём положении, Тэхен обошел сидящего, встав позади него. Он резко подхватив за волосы дернув назад, от чего аж стул качнулся. Больно оттягивая волосы, он приставил нож ему в горло, смотря прямо испуганные глаза. — Ты так легко убил её в тот день… — шипит Ким, давя кончиком лезвия ему в кожу горло. Мелкая капелька стекает по коже вниз, — Даже не подумал перед тем как сделать это, а хотя… Разве ты не должен защищать свой народ? Дети они наше будущее. — цитирует слова отца Ким. Он часто говорил так, перед тем как убить человека вредящего детям, тогда Тэхен всегда присутствовал наблюдая за происходящим. Этим всем его научил отец. — Убить тебя была нашей главной целью, даже если, — его горло мгновенно перерезывают, и он плюёт кровью, — Даже если… н-нам прид-дется… — из рта кашлем вырывается сгусток крови, но из-за того, что его все ещё оттягивают за волосы, ему нелегко говорить. — Убив-вать их… Тэхен отпускает парня. Приказывает другим кое-что амбалам, и те подняв его резко кидают в сторону к доберманам, а они тут же набрасываются на тело. Тэхен вытирает свой нож от крови, убаюкивая подошедшего к нему одного из псов, у которого из рта капала алая крови, а у пасти он сжимал оторванный кишечник. Днём этого же дня Большая клетка в которой сидели 3 добермана. Самая старшая Альба, а после него Бэта и Док. Трое на вид большие и пугающие с клыками собаки стали к её удивлению её друзьями. Хотя в первую встречу с троицей Рената почти не наложила в штаны, когда калитка открылась, (она тогда была с братом) к ним быстро со всех ног бежали эти амбалы с открытой пастью. Со временем младшая стала привыкать, ей помог в этом Тэхен, который к удивлению был мягок по отношению к своим питомцам. За все время пока Рената сидя на земле гладила полностью сытого Альберту за ухо, рассказывая, что происходило в школе, брат слушал её параллельно подкармливая ненасытных младших и эти ощущения всегда были невероятным и свободными. По приказу Ренаты, мужчина отпускает троих собак на волю. Псы, увидев знакомое лицо, побежали к улыбающийся персоне. Тогда сверху со своей комнаты через окно наблюдал Тэхен, только вышедший из ванны, мокрый и охлажденный. Он слышал все, о чем говорила её сестренка. — Можно мне их покормить? — спросила Рен у мужчины, ответсвенного за доберманов. — Я бы позволил, но они только недавно подкрепились. Услышав его Тэхен невольно усмехнулся, вспоминая заживо распоротого человека, этими же псами. Его питомцы привыкли к сырой плоти человечины, росли запретным мясом, купаясь в крови, как и их хозяин. Они единственные в своём роде. Интересно, как отреагирует Рената, если узнает, что эти доберманы едят человеческую плоть? — Тогда в следующий раз, — улыбнувшись отвечает Рената, дальше обращая свое внимание на улягшихся на земле рядом с ней Альбу. Бэта и Докко оказавшись на свободе играют между собой. Землю скоро накроет осенними листьями. Но вот что заставляет её волноваться так это то, что они всегда пахнут чем-то неприятным, больше похоже на запах сырого мяса, но слишком противный. Таким запахом, что хочется блевать. Рен всегда задаётся вопросом, чем их кормят и куда отправляют, ради чего держат, так как они не караулит двор. Они всегда находятся в клетке.

***

Кабинет сквозняло. Помещение из-за ветра снаружи стал ледяным, но Кима это не волновало. Осень на дворе, скоро и зима настанет. Тэхен прикуривает на диване, смотря на потолок. Вспоминает его вчерашний разговор с Ренатой. Сегодня Рената как обычно пожелала ей хорошего дня, но она больше не смотрела на него. Он чувствовал в ней презрение, обиду и страх. Наверное начиталась всякого в интернете и напридумала всякой фигни в своей голове. Сегодня нужно серьёзно поговорить с ней. Тэхен беспокоится, потому что мать рассказала, что возможно заберёт Ренату к себе, если она согласится уйти. Сердце становится больно от мысли, что его дом снова опустеет. Большой дом, где нету её никогда не станет ему домом. Тэхен не сможет принять такую реальность, он не в силах. Ему кажется, что только он сможет сделать её счастливой, дать ей все что нужно, обеспечивать. Он не сможет её отпустить, никогда. Его поток мыслей о собственничестве, о которой до него ещё не дошло, прерывает пришедшая секретарша в коротенькой юбке. Однажды это стерва устроила в его кабинете знатный стриптиз, но позже почти не решилась ног из-за такой насыщенной наглостью. Она ставит перед господином планшет, в котором просвечивается одна маленькая девушка под каре; Тэхен её сразу узнал. — Господин, я пришла сказать вам о том, что в тот день среди трупов её тело не нашли. Мы порылись по видео наблюдениям здания и разузнали, что она сбежала с помашью одного из наших… — говорящая внезапно ахнула, увидев злое лицо Тэхена. — Кто он? — спрашивает он вскипящей кровью, сжимая кулаки, представляя как убьет его за предательство и не исполнения приказа. Хотя велика вероятность, что он больше не придёт сюда в целях безопасности. — Это племянник господина Тана — Суджин. И в этот момент он усмехнулся, покрывая матами этого придурка. Еще на том совещании он ныл как девченка, что нужно сперва обезопасить невинных, не убивая всех подряд, ведь есть и не замещанные в грязь люди в их кругах, но Тэхен лишь отрезал его мысли, расмеявшись. Надо показать ему фурор, которую он устраивает под зданием в комнате пыток, чтобы он не был такой неженкой. — Приведи этих двоих ко мне, — подозрительно тихо заговорил Тэхен среди молчания, положив обе руки на стол, сцепив их между собой.

***

Рената вышла из уборной стряхивая юбку, поправляя края. Сейчас у них идёт урок математики и нет она «не прогуливает» отпросившись в уборную, хотя… если проследить за её медленными шажочками можно подумать и так. Вчера она так и не подготовилась к урокам, после разговора с Тэхеном ей стало очень плохо. Было страшно. Не от брата, а от его поступок, от его жестокости. Чеён объяснила кем работает её брат и чем он на самом деле занимается и благодаря этому, Рената как-то поняла мотив брата, но… почему методом убийства людей? Почему он поступает так жестоко? Потому что так его обучал его отец? Потому что по другому не может? Среди этих мыслей в голове образованный каше, был ещё ярко выражен момент, когда Тэхен крепко держал её за скулы, чтобы она не отвернулась, насильно придерживая её к себе ближе. Её не покидало странное чувство страха от этого. Он будто хотел её поцело… Так! Рената чувствует себя настоящей извращенкой, ведь думать о том, что Тэхен хотел её поцеловать это аморально, неправильно. Это вообще ужасно и противно. Пока она колбасилась по коридору с красными щеками, она увидела через полузакрытый дверь Чонгука сидящего в своём классном кабинете. Он сидел и просто думал о своём. Внезапно Рената вспомнила, как Чонгук помогая учителям случайно уронил стопку бумаг на пол. При этом у него потоком пошла кровь из плеч, которую он быстро спрятав удалился. Наверное надеялся, что никто не увидит, но Рената заметила украдкой наблюдая за этим во время перемены. Младшая тихо проскальзывает в кабинет, на всякий случай осматривая коридор, чтобы убедиться, что никто не идет и немного закрыла дверь. Чонгук настолько проникся в себя, что не заметил как ученица стояла сзади смотря на его профиль. Она внезапно ставит руки на плечи парня, специально сжимая, чтобы проверить. Реакция учителя проявилась мгновенно, он заскулил, уворачиваясь от маленькой руки, сразу закрывая больное место, поворачиваясь к виновнице. — Что ты… Что ты здесь делаешь? — он чувствует боль, это девчонка застала его в расплох, — Разве у тебя сейчас не математика? — хмурить брови, ощущая, как боль на плече постепенно спадает. Рената мило улыбнулась и села за парту, перед Чонгуком. — Прогуливаю, — звучит слишком рискованно, учитывая то, что Гук их классный руководитель, и он запросто может позвонить Киму и обжаловать её. — От куда такая смелость, а? — усмехается, делая не сильный массаж на шею. — Просто… — ей в голову внезапно пришла мысль, знает ли Чонгук кто на самом деле Тэхен? Он знает всю правду о нем? — О чем задумалась? — ему стоила бы прогнать эту девчонку и отозвать в нужный класс, но она выглядит подавленнной. Будто ждёт поддержку от взрослого. — О вашей руке, — лжёт. Даже если он знает, что скажет ей Чонгук? А если не знает, то у него появится подозрения. Лучше не стоит об этом спрашивать, — Кажется вы его серьёзно повредили. У вас кровь шла… — Как ты узнала? — Чонгук замалкает, когда Рената пожимает плечами, и опускает подбородок на руки, поставленный на стол, — В общем это просто травма. — Ясно. — несколько минутное молчание, — А сколько вы знакомы с Тэхеном? — Я вроде уже говорил. С моего детства. Значит он все-таки знает. Он должен знать.

***

Когда взволнованный Суджин входил в кабинет господина, вместе с Таншином, всячески пытающим его успокоить, Тэхен стоял перед окном прикуривая. Он за все это время снял пиджак и ослабил на горле галстук. — Господин Ким, вы звали? — первым спрашивает Таншин почтительно кланяясь ему, за ним и провинившийся парень. — Да, — проговаривает, придерживая зубами сигарету, последний раз вдохнув никотин в себя, кинул в специальную коробочку остаток сигара, — Посмотри на планшет. Покажи её своему дорогому племяннику. Старший слушается, берет в руки указанное, включая; на экране просвечивается листок бумаги, на котором были данные о женщине, фото которой расположено на краю. Эту знакомую девушку Суджин не сразу вспомнил, но когда смог, насупил брови быстро прочитывая о ней информацию. — Вы хотите дать Суджину личную работу? — прохрипывая спрашивает Таншин, обратно положив планшет на стол, не взирая на то, что младший читал его. — Да, но сперва, — он сел за стол, смотря на новенького, — Я расскажу вам о ней. Это женщина сутанерша*, — Тэхен довольно поднимает подбородок, когда замечает растерянность подчиненного, похоже парень осознает свою ошибку, — Она сперва заманивает в свои лапы милых мальчиков вышедших с лицом и прекрасным телом, в свою работу, рассказывая о несуществующих вещах связанных с её должностью. А после, когда они оказываются в её сети она отрезает им члены, напаивают наркотой, если нужно, чтобы они годились только для того, чтобы раздвигать ноги. А потом продают живое тело. Или же мучает, — Тэхен будто специально внятно и четко произносит каждое слово, наблюдая за реакцией Суджина. — Господин Ким, мне кажется это работа… — не успел Таншин досказать, уже понимая причину призыва, но он не знал причину. — Нет, нет. Послушай. — он включает гаджет, — Эта мерзкая занимающаяся организацией мужской проституций присутствовала на том зале, — ставит приближая её лицу по зуму, показывая двоим, — Но осталась жива, — констатирует правду, — И ты отпустил её, не взирая на мой приказ убить всех! — резко проговаривает Ким, с громким треском опуская планшет лицом на стол. Кажется экран треснул, как и нервная система Суджина. — Что? — резко поворачивается к племяннику Таншин, вырожая своим озадаченным видом «что ты натворил, черт возми!» — Отлично. Таншин хорошо знает мои принципы. Если человек провалил задание, то мы от него избавляемся. Тебе даже твой старичок помочь не сможет. Ведь так? — усмехается мужчина, вглядываясь в глаза старого работника, послушно опустившего голову вниз. — Да, господин, — голос дрожит. И в этот момент Суджин ощутил себя беспомощным. Он слышал много жутких вещей о Ким Тэхене, но главная причина по которой он решил присоединится к нему — это помогать людям. И ему стоило бы смириться с тем, как делает это Тэхен, но ему сложно убивать нивчем не повинных жителей. Он не сможет переступать через себя и решится человечности. Но даже согрешившие души люди. Тогда почему их убивать никак не трудно? — Господин Ким, мне нет прощения! — взвизгивает он, встав в позу солдата, но с опущенной головой, — Пожалуйста, простите меня в этот раз. Я обещаю, что в следующий раз… — Но у тебя не будет следующего раза, — тянет Ким, направляя дуло в голову Суджина. Он вздрогнул, ощутил как страх сковывает его. Да вы шутите… Он сейчас серьезно его убьет? Перед его дедушкой? Вспомнив о нем, он медленно с ужасом в глазах поворачивается к нему, но увидит, что Таншин не делает ничего против. Так значит, такое происходит всегда. Старик который растил его, старик который рассказывал о своем господине, который хвалил его и которым он восхищался по собственным причинам, сейчас собирается убить его. Но он не винит в этом Таншина. Здесь полностью виновен он в неповиновении. Суджин заглатывается, зажмуриваясь. Атмосфера накаляется, что аж дышать становится труднее, а руки до крови сжимают кожу. — Хотя, — Ким резко убирает писталет, — При всем уважении к Таншину, я обдумал свое решение. — Господин, большое спасибо! — резко с облегчением и радостью подытоживает старший. — Но ты должен ответить за содеянное. Ты, — показывает пальцем на парня, которым держит оружие, — Пойдешь в её компанию, продашься для того, чтобы раздобыть нужную для меня информацию. — Что? Продатся? То есть… в проституцию? — его голос за дрожал. Невозможно. — Да. Другого выбора у тебя нету. Если ты это сделаешь, то я я так и быть прощю тебя. Но для этого, ты должен выполнить задание и вернуться целым. Суджин кулаки от злости на себя сжимает, но не раздумывая кивает головой, озвучивает свое согласие, невзирая на реакцию дедушки. Таншину не стоит в это вмешиваться. Он провинился, провалился на самом первом задании. Ему нет прощения. Поэтому Суджин чётко решил, добиться доверия Ким Тэхена. Даже если ему придётся решиться человечности… но достоинство? Мальчик, если ты пойдёшь туда, то тебя станут ебать в зад о каком мужском достоинстве идёт речь? Он готов на месте закричать, потому что другого выхода нет. Ему никто не сможет помочь выйти из этой ситуации, придётся разгребывать свою ошибку самой, своим телом.

***

После окончания урока, Рената спускается по лестнице, но внезапно на неё почти не натыкается неловко бегущий парень. Он поспешно извинился, сразу же побежав вверх не оглядываясь. Его голос дрожал, казалось он чего-то боялся и пытался от этого убежать. После него со второго этажа усмехаясь поднимались крупные парни, озвучивающие о каком-то человеке неприятные вещи. Рену стало противно, поэтому крепко сжав рюкзак на спине, побежала вниз. На улице было немного тускло из-за серых туч прикрывающие солнце. Погода с каждым днем ухудшается и становится холоднее. Натянув капюшон осенней тёплой куртки, на знакомом месте заметила поджидающую её машину Чимина. Хотела бы она направится к ней, но её внезапно остановил незнакомый парень. — Хэй, ты же Рената, да? Школьница оглядела его, пытаясь вспомнить кто этот высокий парень, но никак не могла вспомнить. — Да, это я. — полностью поворачивается к нему, настараживая этим Чимина. — Ты не помнишь меня? — нацепливает на лице улыбку он, показывая пальцем на себя, — Мы несколько дней назад сталкнулись на лестнице. Я тогда тебя случайно ранил стулом. — Ах, да! — Рената теперь вспоминает его, кивая головой. — Хотел ещё раз извинится. — Да, ничего страшного. Со всеми бывает, — отмахивается, качая головой. — Кстати я Лео. Приятно познакомится, Рен, — протягивает руку, ожидая ответной рукопожатии от собеседницы. Рената неловко улыбается, поправляя спавшийся с себя рюкзак, внутри себя моля, чтобы Чимин не донес это до её брата. Да он же неправильно все поймёт! Она знает, какой Тэхен истерик на самом деле. — Да, тоже, — отвечает вежливой улыбкой, быстро отбирая руки с его хватки, когда Лео её крепко сжал в своих. Неприятно, в его компании как-то плохо становится, — Тогда я пошла? — поднимает руки через плечи, показывая назад. — Хорошо. До встречи, — кивает он, смотря вслед уходящей ученицы, неприятно расцветая внутри.

***

Только тогда, когда младшая входит во внутрь дома, она сразу вспоминает вчерашнее событие. Ей становится, даже хуже чем вчера. Она кусает губы, неловко поднимаясь на вверх, желая поскорее оказаться у себя в комнате. На коридоре делает большие шажочки до своей комнаты, но её внезапно встречает Тэхен, который кажется ждал её прихода. Ей так неловко, вот серьёзно. Это наверное в первый раз, когда они так поругались. Особенно за то, что подумала, что брат собирался её поцеловать. От этой мысли становится невыносимо, и хотела бы она пройти мимо, зажмурив глаза, но кто сказал, что Ким её пропустит? — Ко мне в кабинет, — приказывает Тэхен сразу, чтобы она сразу послушалась его. Ему нужно сегодня же извинится. — Я не х-хочу, — сглатывается, — Думаю, мы ещё тогда все решили. Ты сказал, что не собираешься прекращать, — девочка отстроняется от его руки. — Слушай! — Тэхен вскипает, хотя прошёл всего один день, как Рената его избигает, но этого хватило, чтобы Тэхен разозлился, — Я, конечно, понимаю тебя. Жить с человеком, которого все боятся сложно, — на самом деле ему нравится, что люди его боятся. Так он чувствует себя величественнее и сильнее, — но я хотел поговорить о другом, — так почему же Тэхен не хочет держать Рена под своим контролем, страхом? Он не может сделать этого с ней. — О чем же, тогда? — Просто не вмешивайся в мои дела, хорошо? — черт возми, почему так сложно взять и попросить прощения, — Извини за то, что сорвался тогда на тебя. Рената не успевает возмутился. — Ты тоже… прости меня, — она опускает голову чувствуя себя неловко, разговаривая так с братом, — Это моя вина, что начала об этом разговор. — Нет. — он тяжело вздыхает, беря в руки волосы, он не может никак сосредоточиться, быть спокойным рядом с ней, ужасно, — Хорошо, ладно. На этом все. Можешь идти. Он ещё не знает, что сказать, по этому на этом его полномочия закончены. Такое чувство, будто Тэхен стал выражать больше чувств, чем раньше.